Чужие в доме
Бриана медленно потянулась, ощущая приятную ломоту в теле. В голове ещё гудело от вчерашнего веселья, но вместо сожаления на губах играла улыбка. Пэйтон сидел напротив, лениво ковыряясь ложкой в тарелке. В глазах его прыгали смешинки, а на губах угадывалась лёгкая усмешка.
— Ну и кто из нас вчера обещал «выпить один коктейль и домой»? — с издёвкой спросил он, поднимая брови.
Бриана фыркнула, облокотилась на стол и, щурясь, улыбнулась:
— Главное, что было весело.
Они переглянулись и рассмеялись. Голоса звучали приглушённо, словно боялись нарушить утреннюю тишину.
— Отвезёшь меня домой? — спросила она, вставая и потягиваясь. — Сегодня работа, а мне деньги нужны.
— Можешь взять выходной, я ж босс, не забыла? — усмехнулся он.
— Нет, не забыла. Но мне нужны деньги, а не поблажки, — отрезала она, бросая на него взгляд.
Пэйтон вздохнул, покачал головой, но ничего не сказал.
Поездка домой была на удивление спокойной. Он затормозил у подъезда, но не заглушил двигатель.
— Увидимся в кафе, — сказал он, глядя на неё в зеркало заднего вида.
— Увидимся, — кивнула Бриана и, хлопнув дверью, скрылась в подъезде.
Когда Бриана переступила порог дома, её тут же накрыло чувство омерзения. В воздухе висел тяжёлый запах табака, перегара и чего-то затхлого, будто стены впитали в себя каждую пьяную ночь Джека. Пол лип, в гостиной валялись пустые бутылки и грязные тарелки, а на диване сидела женщина.
Она лениво потягивала виски, покачивая в руках наполовину пустой стакан. Глаза её были полузакрыты, губы тронула пьяная улыбка.
— Здравствуйте? — голос Брианы дрогнул от непонимания.
Женщина даже не повернула голову. Джек поднялся с дивана, шатаясь, и подошёл ближе.
— Нашлялась? Где тебя носит постоянно? — его голос был злым, с той знакомой ей хрипотцой, появляющейся после выпивки.
— Тебя это не касается. Кто это? — спросила она, показывая на женщину.
— Это моя новая жена, — усмехнулся он, глядя прямо на неё.
Мир будто застыл на секунду.
— Жена? Чего, нахуй? — Бриана недоверчиво уставилась на него.
— Да, жена, теперь я буду жить с вами, — проговорила женщина, поднимаясь с дивана и подходя ближе.
Она пахла спиртом и чем-то дешёвым, от её взгляда по коже Брианы побежали мурашки.
— Меня, кстати, Джессика зову. Можешь называть меня мамой, — пьяно хихикнула она.
Бриану передёрнуло.
— Мне неинтересно, как вас зовут. И уж тем более я не буду вас мамой называть. Живёте с моим отчимом — живите. Ко мне даже не подходите.
Она хотела уйти, но тут Джек резко схватил её за руку и с размаху влепил кулаком в лицо.
От удара всё поплыло. Боль разорвалась вспышкой в голове, тело подломилось, и она рухнула на пол. На секунду перед глазами стало темно, в ушах зашумело.
Джессика даже не вздрогнула. Она просто смотрела сверху вниз, лениво поднеся стакан к губам. В её взгляде читалось "Видишь, он за меня".
Бриана с трудом поднялась, пошатываясь, прижимая ладонь к ноющему лицу. Голова кружилась, сознание плыло, но она не сказала ни слова. Она просто прошла в комнату и закрыла за собой дверь.
Работа как спасение
Сменив одежду и проглотив пару таблеток обезболивающего, она взяла рабочую форму и вышла из дома.
Кафе было её спасением. Здесь пахло кофе и ванилью, было тепло, играла негромкая музыка. Даже воздух здесь казался чище.
Переодевшись, Бриана сразу же включилась в работу. Боль никуда не ушла, но она заставляла себя улыбаться клиентам, быстро обслуживать столики, делать вид, что всё в порядке.
Как по расписанию в кафе зашёл Пэйтон.
Она как раз подала кофе паре у окна и тут же поспешила к нему.
— Доброе утро. Вам как всегда? Или всё-таки побережёте свою фигуру? — улыбнулась она, как ни в чём не бывало.
Он усмехнулся.
— В этот раз просто кофе.
Бриана кивнула и пошла к новому бармену, бросая взгляды в сторону Пэйтона. Она поймала его взгляд. Он смотрел внимательно, словно пытался что-то разглядеть.
Она принесла заказ и села рядом.
— Короче, Пэй, это пипец какой-то, — начала она, но вдруг схватилась за голову.
— Что такое? — обеспокоенно спросил он.
Она скрутилась от боли, чувствуя, как внутри всё сжимается.
— А, да всё хорошо, просто голова болит. Слушай дальше
—Джек привёл домой какую-то бабу. Джессика её зовут. И говорит, что она теперь с нами живёт.
— Бри... — Пэйтон прищурился, его взгляд зацепился за её лицо.
— Что это? Опять он, да?
Она закатила глаза и откинулась на спинку стула.
— Да он. Из-за того, что я сказала, что не собираюсь называть Джессику мамой.
Пэйтон тяжело выдохнул и провёл рукой по лицу.
— Слушай, Бри, давай я всё-таки с ним поговорю. Я не могу на это смотреть.
— Пэй, не нужно. Я сама. Но обещаю, если будет что-то серьёзное, я обязательно тебе позвоню.
Пэйтон не ответил. Он только смотрел, как она бегает с подносами, мило улыбается клиентам, делает вид, что всё в порядке. Он влюблялся в неё всё сильнее, но не мог сказать об этом.
Ночь в доме, который больше не дом
После смены Пэйтон подвёз её домой.
— Если завтра голова всё так же будет болеть, сиди дома, — сказал он, глядя на неё.
Она кивнула и вышла из машины.
Дом встретил её всё тем же запахом. В кухне царил хаос: пустые бутылки, грязная посуда, липкий стол.
Она выдохнула, убрала бутылки, вымыла тарелки, приготовила себе что-то на ужин. Села за стол, но тут в кухню вошёл Джек.
— Жрёшь, да? А отцу что-то приготовить? — он уселся напротив, смерив её презрительным взглядом.
— Во-первых, ты мне не отец. Во-вторых, у тебя жена есть — пусть она тебе и готовит. А от меня отвали.
Как по заказу в кухню вошла Джессика, пьяная и небрежная.
— Да как ты смеешь с ним так разговаривать? Он тебя вырастил!
— Фу, тошно от вас, — бросила Бриана, кидая тарелку в раковину.
Она ушла в комнату, закрывшись изнутри.
Голова продолжала болеть. Она схватила пачку таблеток и, не считая, проглотила несколько.
Ночь принесла с собой мерзкие звуки.
Из комнаты Джека доносились стоны, скрип кровати, пьяный смех. Бриане стало невыносимо мерзко.
Она натянула одеяло на голову, вставила в уши наушники, включила музыку на максимум.
Постепенно мир растворился в гитарных рифах и глухом басе.
Где-то там, в тишине, её ждало утро.