Глава 117. Бессмертные по своей природе бесчувственны
Глава 117. Бессмертные по своей природе бесчувственны. Но этот человек пробудил его мирские желания
Сунь Уся инстинктивно ударил по противнику, выпустив мощный поток духовной силы, но промахнулся!
Человек, стоявший перед ним, внезапно исчез, словно растворился в воздухе.
Вместо этого он услышал едва уловимый шепот у себя в ушах.
— Сунь-лан, ты заставляешь меня страдать. Ты говорил, что я тебе нравлюсь, а теперь хочешь убить. Оказывается, Е-гун любит драконов только на словах*, и все твои симпатии – пустая болтовня!
— Ты знаешь, что случается с теми, кто меня предает?
— Они, как и тот, сгорают в призрачном огне. Стеная и моля о пощаде, превращаются в пепел. Вся их грязь, в конце концов, будет очищена.
*叶公好龙 Е-гун любит драконов. Любить лишь на словах; пустые слова, не подкрепленные делом, пустая болтовня. Идиома происходит из древнекитайского текста, там рассказывается о человеке, известном как Е-гун (гун ~герцог), который утверждал, что обожает драконов. Он украшал свой дом изображениями драконов и постоянно говорил о своей любви к ним. Однако, когда настоящий дракон посетил его, Е-гун испугался и убежал, потеряв самообладание
Тихий женский голос звучал прерывисто, и как бы ни сопротивлялся Сунь Уся, проникал в каждую щель и каждую дырку.
Он не успел спасти Хэ Бая, чье тело стремительно пожирало синее призрачное пламя, разъедая всю кожу и плоть. От его шишу остались лишь кости, которые так и не поддались огню.
Сунь Уся не мог поверить, что Хэ Бай, почти достигший уровня Образцового Мастера, оказался так легко поглощен этим огнем, оставившем от него лишь скелет.
Вопли шишу смешивались с женским шепотом, приводя его разум в хаос. Сияющий меч на спине Сунь Уся вылетел из ножен и он начал беспорядочно размахивать им.
Синее призрачное пламя расступалось перед светом меча, но тут же собиралось снова, кидаясь в атаку.
— Яо, хватит дурачить меня! Если у тебя есть смелость, выйди и сразись со мной! – закричал Сунь Уся, его голос эхом разнесся по лесу.
Но в ответ он услышал лишь непрекращающийся женский шепот:
— И впрямь, все мужчины - предатели. Во всем мире не встретишь ни единого достойного человека, включая тебя, Сунь-лан!
— Раз ты меня не любишь, верни мне все, что я тебе дала!
— Сунь-лан, посмотри, что это?
Раздался лязг, похожий на звон металла.
Сунь Уся невольно обернулся на звук.
Короб с едой упал на землю, и из него выкатилось что-то черное.
И никакие не тефтельки, а объедки, смешанные с тиной и песком, гнилые листья, завернутые в какую-то черную дрянь. Вонь ударила прямо в лицо Сунь Уся, от чего его чуть не вырвало.
Вспомнив, как недавно пил горячий чай в усадьбе, он почувствовал, что его горло наполнилось мерзким вкусом, вызывая во рту отвратительное ощущение, от которого его выворачивало наизнанку.
Позади! – В его божественном сознании раздался тревожный колокол.
Сунь Уся не успевал обернуться, поэтому отпрыгнул вперед, нанося удар мечом за спину!
Чи-даою, появившаяся в синем пламени, кокетливо улыбалась ему, когда сияние меча разрубило ее на части. Однако вскоре она снова собралась неподалеку.
— Сунь-лан, почему ты так быстро изменился? – тихо сказала она. Ее выражение лица выглядело печальным и несчастным.
Это лицо некогда трогало его сердце, но теперь он чувствовал лишь гнев и ненависть.
Однако действия девушки были столь хитры и непредсказуемы, что Сунь Уся, несмотря на свое мастерство, не являлся ей равным соперником. Он понимал, что не сможет с ней справиться и выбрал единственный выход– бежать.
Но даже сбежать оказалось не так-то просто.
Чи-даою не спешила его убивать, а играла с ним, как кошка с мышью. Она позволяла ему убежать далеко, только чтобы внезапно появиться перед ним снова, доводя Сунь Уся до изнеможения и отчаяния.
Меч в руках Сунь Уся являлся драгоценностью его школы. В этот раз, отправив ученика в мир для практики, школа намеревалась продемонстрировать его способности на собрании Цяньлинь, поручив шишу Хэ Баю сопровождать его, чтобы старший наблюдал и поддерживал, обеспечивая абсолютную безопасность. Кто бы мог подумать, что задача провалится еще до начала, и их сломанная алебарда утонет в песках* маленького городка?
*折戟沉沙 сломанная алебарда утонула в песках . Потерпеть поражение; провал
Дорога под ногами была абсолютно черной, а густой туман и темная ночь делали все вокруг совершенно неразличимым.
Шаги Сунь Уся были неуверенными и шаткими. Он не замечал, что его духовная сила постепенно убывает. Сначала призрачный огонь не осмеливался приближаться к нему, но постепенно становился все более дерзким, окружая его и время от времени внезапно нападая. Сунь Уся несколько раз уклонился от атак, но в конце концов потерял равновесие. Призрачный огонь уже завис над его головой, и он бы не успел отразить его духовной силой.
Вспоминая печальный конец своего шишу, Сунь Уся пришел в ужас. Он понял, что сейчас лишится жизни.
Внезапно его оттолкнула мощная сила и он покатился в сторону, как раз уворачиваясь от призрачного огня. Затем кто-то резко поднял его и потащил за собой.
— Быстрее, за мной!– раздался знакомый голос.
Сунь Уся поднял голову.
Оказывается, его тянула вперед Чи-даою!
— Ты... – Сунь Уся был ошеломлен и хотел вырвать свою руку.
— Не дергайся! Лиса использует свои техники, чтобы принять мой облик. Я настоящая Чи Бицзян! – строго сказала девушка.
Они мчались сквозь завывающий ночной ветер, преследуемые призрачным огнем в этой мрачной и пугающей атмосфере.
— Сунь-лан, настоящая я позади тебя, оглянись!
— Сунь-лан, не обращай на нее внимания, послушай меня, хорошо? – женский голос не утихал, пытаясь сбить с толку Сунь Уся, но казалось, что-то его сдерживало, не позволяя приблизиться к ним слишком близко.
—Куда мы идем?– не выдержал Сунь Уся.
— Возвращаемся в Хунло! В городке есть что-то, чего вся эта дрянь боится. Они не осмеливаются устраивать большие беспорядки и нападают только ночью, – запыхавшись ответила девушка.
Ее духовные силы уже были на исходе, а лицо стало до ужаса бледным.
Сунь Уся вспомнил, как Хэ-шишу говорил, что Чи-даою слаба здоровьем, но поскольку ее статус очень высок и уважаем, не стоит необдуманно с ней связываться. Он не послушался шишу, и одержимость девушкой позволила лисьему духу легко обмануть его. Хэ Бай, пришедший на помощь, погиб, пытаясь спасти Сунь Уся.
Призрачный огонь с воем внезапно прорвал барьер девушки и устремился прямо на них!
Сунь Уся, не зная откуда взялась его смелость, оттолкнул девушку вперед и, решительно схватившись за меч, бросился навстречу огню!
— Сунь-даою!
Чи Бицзян не ожидала такого поступка. Молодой человек встал перед ней, и размахивая мечом, вынудил призрачное пламя отступить. Однако в лесу все еще виднелись мерцающие синие огоньки, а среди травы мелькали лисы.
Бесчинствующие призраки и духи окружили Хунло. В этом маленьком городке царит хаос.
Кто-то умышленно привел всю эту нечисть сюда? Или же здесь было что-то, что их привлекло?
Чи Бицзян направлялась на собрание Цяньлинь и попутно сопровождала цзюнчжу Чаннин в Шанчжоу, чтобы навестить родных. Но девушка даже представить себе не могла, что в Хунло ей придется столкнуться с такими масштабными непредвиденными обстоятельствами.
Сунь Уся истошно закричал, когда призрачный огонь накинулся на его руку, почти полностью поглотив ее всего за мгновение.
Несмотря на то, что духовные силы Чи-даою почти иссякли, она сложила печать, призывая артефакт.
Появился сияющий фиолетовым зонт, который раскрывшись, отбросил призрачное пламя.
— Быстрее!– услышал он пронзительный крик девушки.
Сунь Уся, зажав рану на остатке от руки, не стал медлить и бросился бежать!
Девушка мчалась за ним. Зонт вращался позади, защищая от призрачного огня, жаждущего их поглотить.
Они неслись вперед с немыслимой скоростью, словно стрелы, выпущенные из лука.
Но и этой скорости оказалось недостаточно!
Призрачный огонь стремительно приближался. Синее сияние сливалось в одно большое пятно, словно переливающееся прекрасное синее озеро, завораживающее своим очарованием.
Однако оба прекрасно знали, что за этой красотой скрывается неминуемая гибель.
Хунло был уже совсем близко, и в их глазах загорелась надежда.
Сунь Уся, чьи духовные силы полностью истощились, начал спотыкаться и упал. Потеряв одну руку, он не смог удержать равновесие и покатился в сторону, вылетев из зоны защиты зонта.
Призрачный огонь, как будто увидев дождь после долгой засухи, тут же бросился на него.
Сунь Уся весь промокший от пота резко обернулся, с выражением ужаса на лице!
Чи Бицзян стиснула зубы и сложила двумя руками печать. Зонт мгновенно оказался перед Сунь Уся, заслонив его, однако сама она осталась совершенно без защиты!
.........
Вход в зал Хуэйчунь в городке Хунло.
Через порог начальник стражи Син пристально наблюдал за Юнь Вэйсы и Чанмином, не ослабляя бдительности.
В его глазах эти двое уже считались преступниками.
Даже если они не являлись убийцами, они наверняка были связаны с духами, которые наводили ужас в последнее время.
Син судорожно сжимал в руке колокольчик, передавая сигнал. Он надеялся, что подкрепление прибудет как можно скорее.
Видя, что двое не намереваются уходить, он еще больше удостоверился, что противник чувствует себя свободно и уверенно, и необычайно серьезен.
Внезапно вокруг стало темно.
Ветер поднял песок. Черная мгла сгустилась, а затем приняла человеческую форму.
Человек, полностью закрытый черными одеждами, появился рядом с начальником стражи.
Наконец-то, – вздохнул Син с облегчением.
— Это они!– тихо сказал он человеку в черном и быстро рассказал о своих подозрениях касательно этих двоих.
Юнь Вэйсы услышал, как начальник стражи назвал его... Господин Ань*.
*暗 [ань] тьма, тайный, мрачный
Есть ли такая личность в клане Ваньцзянь?
Нет.
Тогда как у этого Господина Аня оказался артефакт связи их клана?
И к тому же...
Юнь Вэйсы прищурился.
Он – призрачный совершенствующийся.
Когда появился человек в черных одеждах, вокруг него закружились черные перья. Его аура была необычной. Черный туман скрывал его лицо под капюшоном, создавая впечатление, что это бурлящая духовная сила.
Однако Юнь Вэйсы знал, что это призрачная Ци.
Уровень совершенствования этого человека был очень высоким. Он несомненно являлся одним из лучших среди призрачных совершенствующихся, возможно, даже достиг уровня Образцового Мастера.
Ранее, с их прежним уровнем, они бы не беспокоились о встрече с таким противником, но оказавшись на сто лет в прошлом, их силы не возросли, а наоборот, уменьшились, поэтому исход такой битвы был неопределенным.
— Господа, прошу вас пройти со мной в управление и дождаться приговора городского надзирателя!– с присутствием Господина Аня начальник стражи Син чувствовал себя гораздо увереннее.
Он последний раз выдвинул требования, и видя, что двое не собираются сдаваться без сопротивления, тут же бросил веревку, обвивавшую его талию.
Черная веревка, словно живая, скользнула в воздухе и обвила запястье Юнь Вэйсы.
Чанмин, увидев это, сложил пальцы в печать призыва меча и направил их на веревку. Негаснущий, получив команду, появился из его моря сознания и подобно облакам и радуге, прорвавшимся сквозь долгую засуху, обрушил свой удар!
Увидев собственными глазами, как его драгоценный артефакт оказался разрублен мечом, начальник стражи Син пришел в ужас. Он даже не успел отреагировать, как Господин Ань уже начал действовать.
Его фигура исчезла на месте и в следующий момент появилась за спиной Юнь Вэйсы.
В воздухе закружили черные перья и клокочущая призрачная Ци, окутывая двоих.
Непостижимая мощь призрачного совершенствующегося!
По сравнению с Гуй-ваном Линху Ю, Господин Ань действовал еще более ловко и непредсказуемо.
Юнь Вэйсы и Чанмин почувствовали, как их тела стали легкими, а все вокруг погрузилось в темноту.
Начальник стражи Син невольно отступил на несколько шагов назад. Он инстинктивно поднял руку, пытаясь отмахнуться от черного тумана, но вдруг понял, что сам оказался в его гуще. Неподалеку от него сражались Юнь Вэйсы и Господин Ань.
Вокруг царила тьма.
Лишь несколько человек были единственными источниками света.
Негаснущий парил рядом с Чанмином, готовый к атаке.
Господин Ань взмахнул рукой, и в его ладони появился медленно вращающийся черный вихрь, в котором виднелись едва различимые золотые письмена, создавая красивое, но зловещее зрелище. Начальник стражи Син не мог оторвать взгляд от вихря, который уже захватил его разум и вот-вот поглотил бы его полностью. Он инстинктивно вонзил ногти в ладонь, возвращая себе ясность.
Юнь Вэйсы был абсолютно безоружный, стоя с голыми руками. Он сложил печать и его духовная сила сформировала сияющий меч, который затем разделился на тысячи клинков, зависших за его спиной.
Когда вихрь в руке Господина Аня внезапно начал увеличиваться и расширяться, намереваясь поглотить Чанмина и Юнь Вэйсы, последний также атаковал:
— Все сущее возвращается к истоку, а душа в сердце! – произнес он, и тысячи мечей устремились вперед!
Свет озарил небо, невероятная Ци пронзила звезды*!
*气冲斗牛 Ци (дух) пронзает Полярную звезду и Альтаир. Идиома используется для описания чрезвычайно сильного и мощного духа, который прорывается в небеса, достигая даже созвездий. Исключительная энергия, сила воли или боевая мощь, которая впечатляет и поражает
Тьма и свет столкнулись, не желая уступать друг другу. Тьма, готовая поглотить небо и землю, медленно подавляла Юнь Вэйсы. Несмотря на решимость последнего, уровень совершенствования давал противнику абсолютное преимущество.
Негаснущий устремился к Господину Аню, пытаясь прорвать его густую призрачную Ци, однако меч тут же был был окружен ею, и двое оказались в ловушке в проигрышном положении.
Их духовная сила с самого начала уступала Господину Аню и оказалась неспособна полностью отбросить противника, а всепроникающая призрачная Ци не упускала ни одной возможности для атаки.
Господин Ань не собирался их убивать, казалось, он лишь хотел их схватить и передать в руки правосудия. Поэтому, несмотря на превосходство уровня совершенствования противника, у Юнь Вэйсы и Чанмина все еще был шанс на борьбу.
Но сам факт, что призрачный совершенствующийся работал на городского надзирателя какого-то Хунло, был крайне странным. Чанмин даже начал подозревать, что именно он стоял за всеми загадочными событиями в городке.
Тонкие струйки золотистого света в призрачной Ци постепенно раскалывали завесу из мечей перед Юнь Вэйсы.
Завеса, подобная сильному ливню, начала трескаться.
Негаснущий своевременно заделал разрывы, однако призрачная Ци внезапно резко расширилась и с грохотом взорвалась, разрушив барьер из мечей!
Черный туман, способный снести горы и опрокинуть моря, хлынул на них. Двое моментально отпрянули, но не смогли избежать призрачной Ци.
Чанмин лишь ощутил, как ледяной холод ударил в лицо, и свирепая Ци рассекла его руки, плечи и шею, оставляя тонкие кровавые раны.
Но это были лишь внешние повреждения, настоящая опасность подстерегала впереди...
Бесчисленные струйки призрачной Ци превратились в железные цепи, которые устремились на них. Мечи пытались отразить атаку, но не могли разрубить их. Чанмин защитил Юнь Вэйсы от нападения сзади, но его собственное запястье оказалось обвито призрачными цепями. Он попытался вырваться, но цепи резко потянули его в направлении Господина Аня.
— Меч!– крикнул Чанмин.
Негаснущий мгновенно появился и обрушил свой удар между ним и Господином Анем!
И в этот же момент внезапно вмешалась другая сила. Это был не Юнь Вэйсы, а еще один человек!
Этот человек оттолкнул Чанмина назад, а сам направился к Господину Аню.
Выражение лица последнего изменилось и он, несмотря на свое преимущество, неожиданно отступил.
Незнакомец также не собирался сражаться, он просто потянул Чанмина и крикнул Юнь Вэйсы:
— За мной!
Трое исчезли из виду, однако Господин Ань не собирался их преследовать. Начальник стражи не выдержал и спросил:
— Вы не погонитесь за ними?
Господин Ань какое-то время молчал, а затем ответил:
— Уже темнеет, духи лисиц вот-вот выйдут в большом количестве, так что сначала вернемся назад.
Прежде чем начальник стражи успел сказать что-нибудь еще, он увидел, как Господин Ань развернулся и исчез в черном тумане. Лишь клубящиеся темные узоры на краях его одежд мелькнули в глазах начальника Сина, оставив глубокое впечатление.
Он знал, что Господин Ань является правой рукой и доверенным лицом городского надзирателя, но ничего не знал о его личности и прошлом. Его действия были странными и непредсказуемыми, и он никогда не показывал своего лица. Это делало его даже более подозрительным, чем тех, кого он только что подозревал.
Думая об этом, начальник стражи покачал головой и горько усмехнулся про себя. А затем разогнал толпу зевак:
— Что вы смотрите? Все по домам! Ночь уже наступила, скоро выйдет нечисть!
Толпа быстро разошлась. Два мертвых тела все еще лежали на земле. Син развел руками и приказал помощникам погрузить тела на тележку и отвезти их в управление.
На мрачном небе виднелись кроваво-красные следы. В сердце начальника Сина зародилось недоброе предчувствие.
Сколько же еще бедствий должно обрушиться на маленький городок Хунло, прежде чем все это закончится.
.........
Чанмин, которого тащил на себе незнакомец, чувствовал, что его силы истощились после битвы. Тыльная сторона руки снова начала гореть.
Лисий яд скоро снова начнет свое действие.
Этот яд коварен. Он не упускал возможности ворваться в его разум и начать разъедать его, когда Чанмин был ранен и слаб.
Его дыхание стало тяжелым, но он старался сдерживаться.
— Глава Цзян, не бегите! – крикнул Чанмин, раскрывая личность незнакомца.
Тот остановился, отпустил его и снял шляпу.
Это действительно был Цзян Ли.
Юнь Вэйсы тут же поспешил поддержать Чанмина за талию, помогая ему удержаться на ногах.
Цзян Ли вздохнул:
— Это граница городка Хунло. Мы не можем идти дальше. Здесь установлена защитная формация. За ее пределами нам придется столкнуться с еще большим количеством лис и призраков.
Юнь Вэйсы холодно ответил:
— Глава Цзян убил людей и ушел, бросив кастрюлю нам*. Теперь ты снова откуда-то взялся и мутишь воду. Думаешь, мы не осмелимся сразится с тобой?
*把锅甩给 бросить кастрюлю [кому-то]. Свалить вину, переложить ответственность. Современный китайский сленг
— Нет, я изначально считал вас подозрительными и не мог довериться, поэтому проверял всевозможными способами. Однако при всей своей осмотрительности допустил ошибку, и из-за этого погибли старший приказчик и его помощник. Это моя вина. Я сделаю все возможное, чтобы уничтожить лисиц и вернуть мир в Хунло. Однако здесь много непонятного. Подозреваю, что кто-то сотрудничает с лисицами и призраками, что приводит ко всем этим кровавым событиям.
Сто лет назад Цзян Ли был полон энтузиазма и уверенности в своих силах и действиях. Даже несмотря на тревогу, вызванную текущими событиями, он держался все так же изящно и свободно. Он наблюдал за Юнь Вэйсы и Чанмином, прибывших сюда из будущего из-за разрушения мира. Они тоже внимательно изучали его.
— Не знаю, готовы ли вы, даою, довериться мне и помочь раскрыть эту загадку?
Юнь Вэйсы уклонился от ответа:
— А ты доверяешь нам?
Цзян Ли:
— Я уверен, что вы пришли извне и не связаны с тем, что здесь происходит. Этого достаточно.
Юнь Вэйсы:
— Сначала ты расскажи подробнее.
Цзян Ли задумался и сказал:
— Вам, наверное, интересно, почему я здесь работаю врачом. Начнем с этого.
Юнь Вэйсы взглянул на Чанмина:
— Ты в порядке?
Он почувствовал, что кожа Чанмина горит. Даже сквозь одежду его рука ощущала жар. Он не мог не беспокоиться.
— Все нормально, – Чанмин старался подавить странное ощущение внутри, вызванное лисьим ядом. Он сделал глубокий вдох, чтобы сохранить спокойное и невозмутимое выражение лица.
Даже потеряв память, он оставался тем же Чанмином с непоколебимой волей.
Но на этот раз он позволил Юнь Вэйсы приблизиться и увидеть его слабое место...
А не остался таким, как раньше: не поддающимся искушениям и бесчувственным. Он больше не был далеким недосягаемым облаком и неприступной высокой горой.
Бессмертные по своей природе бесчувственны. Но этот человек пробудил его мирские желания.
______________________
Автору есть что сказать:
Да-Юнь и его Шицзунь вернулись на сто лет назад и встретили тогдашнего Цзян Ли. Только решив проблему в корне, они смогут предотвратить конец света. Следите за развитием сюжета!