Часть 111. Забота.
Вид через окно на величественное и красивое здание в стиле викторианской эпохи загородил мне Хаск, открывая дверь и протягивая лапу.
— По-моему, ты где-то свернул не туда. — развеяла я тишину, перемещая сконфуженный взгляд с его лапы на суровые глаза.
— Я привёз тебя к себе.
— Зачем? — спросила я, так и не подавая ему руки.
— Здесь безопаснее. После сегодняшнего Аластор наверняка захочет застать тебя дома. А меня там не будет.
— Хаск, кажется, ты преувеличиваешь. Что с того? Он по щелчку пальцев может заставить меня оказаться рядом с ним.
— И я застану этот момент, если он случится. А шанс велик. Этот олень ясно дал понять, что мне тебя не защитить. Но я всё же попробую.
Неожиданно для меня Хаск нагнулся и, проскользнув лапами под спину и колени, поднял меня на руки и ударом стопы захлопнул дверцу машины.
На несколько секунд это действие ввело меня в ступор и парализовало шоком, и за это время он донёс меня до дверей.
— Голодная?
Этот вопрос вырвал меня из собственных иллюзий воображения и я вырвалась из его лап и, чуть пошатнувшись, встала на пол, вглядываясь в его лицо, озарённое теплым светом огромных люстр.
— Что ты делаешь?
— Забочусь. По крайней мере я пытаюсь.
— Нет. То, что ты просто без моего спроса привёз меня к себе домой, не говорит о заботе. Я не вещь. — вспомнила я слова Аластора и, прежде чем Хаск успел что-либо сказать, я спросила: — О чём вы говорили?
— Я всё тебе расскажу, хорошо? Только не сейчас. Посмотри на себя. Всё, что тебе действительно нужно знать сейчас, — это где находится душевая. Первый этаж, левое крыло, последняя дверь прямо. Полотенце в верхнем ящике комода. Там же все остальные средства гигиены. Одежду я тебе подберу. Можешь идти, а я пока приготовлю что-нибудь.
Я стояла и неотрывно смотрела на него, будто все ранее перечисленные инструкции он изложил на непонятном и незнакомом мне языке. На самом деле я просто не знала, как на это реагировать. Я не могла различить эту границу между явным проявлением огромного количества внимания и заботы и собственничеством.
Хаск вздохнул и, вытянув лапы, взял в них мои руки, а после — поцеловал в лоб и обнял, начав у уха:
— Я знаю, ты испытала много стресса за последние дни и сильно устала. У нас с Аластором действительно был весьма неприятный диалог, после которого я пожалел, что начал разговор. Я его разозлил и сегодня только подлил масла в огонь. Я просто боюсь, что он снова оторвётся на тебе, поэтому хочу, чтобы ты была рядом. Я не буду тебя заставлять делать что-то или принуждать к чему-то. Мне дорого твоё спокойствие, поэтому иди и отдохни, прими душ, а я быстро приготовлю поесть.
Я сама не знаю причину, но по какой-то я начала плакать, прижимаясь к его плечу и сжимая веки.
— Ты согласна?
Вместо ответа я просто кивнула. Почувствовав это, Хаск расцепил руки и смахнул с моей щеки горячие слёзы.
— Помнишь, куда идти?
Я снова кивнула, шмыгнув носом.
— Отлично. Я буду на кухне. Это правое крыло. Дверь слева.
Пытаясь остановить слёзы запястьями, я направилась в ванную. Всё было так, как и сказал Хаск. Чистые полотенца, зубные щётки, мыло, расчёски, бритвы… Всё, что мне могло бы понадобиться.
Я сняла с себя одежду, местами испачканную кровью, и залезла в душевую кабинку. Горячий душ придал мне бодрости, помог расставить всё по полочкам, однако, как только я вышла, то мне снова захотелось уснуть. Да хоть прямо на полу.
На комоде перед зеркалом оказалась чистая одежда Хаска. Это была пижама из рубашки и штанов. Немного великовато, но носить можно. Быстро приведя себя в порядок до конца, я вышла из ванной и по памяти, по направлениям Хаскера, пошла на кухню.
Оказалось, что этот запах исходил от простой яичницы, которую Хаск приготовил на скорую руку. Он молча поставил передо мной тарелку и стакан сока, а сам сел напротив.
— Приятного аппетита.
— Спасибо. А пока я ем, расскажи, что случилось.
Хаск задумался, вздохнул и начал :
— Три дня назад я виделся с Аластором. Он пришёл в моё казино и я не хотел упускать момента. Я сел рядом и почти сразу предложил ему сыграть. Мы сыграли несколько партий. Так, просто. Но потом я предложил сыграть на души. Я был готов поставить тысячи душ, даже все, но в обмен на твою. Аластор рассмеялся. Сказал, что неравноценный обмен. Тогда я предложил ему всё, что у меня есть. Но он даже так отказался. Я завёлся, стал бунтовать и требовать его отпустить тебя, предлагал стать заменой тебе, но Ал посчитал это оскорбительным и сказал, что твоя душа приносит много пользы. В тот же день при мне он написал этот список и отправил тебе. Две сотни душ за три дня. Я был зол. Всё, что он хотел сделать, это разлучить нас или поссорить — я не знаю, но ему почему-то не нравится то, что мы вместе.
Я молча слушала его, то напрягая взгляд, то задумываясь, параллельно уплетая яичницу, пока Хаск рассказывал, что произошло.
Конечно, меня эта история не обрадовала, но и не огорчила. Хаск старался ради меня, а Ал решил позлорадствовать, сорвавшись на мне.
— Мне правда жаль, что из-за меня тебе пришлось так помучиться.
— Забудь. Мне это в плюс. Завтра я просто закуплю эти территории. Не переживай.
Но, разумеется, Хаск всё-таки переживал. Хоть он и не говорил этого напрямую, это было ясно по его лицу.
— Я отвёл тебе кровать в своей комнате. — поведал он, когда мы уже поднимались на второй этаж. — Надеюсь, ты не против.
— Конечно нет.
Его спальня была больше моей и освещена куда ярче. Кровать с балдахинами озаряли настенные бра. Ещё одна кровать была установлена чуть поодаль у стены.
Я мгновенно заняла кровать у стены, пожелав Хаску спокойной ночи. Он, улыбнувшись, ответил тем же и потушил свет, занимая свою кровать.
Как только моя голова легка на подушку, сон смахнуло рукой и на его место пришла тревога. Я вдруг перестала чувствовать себя в безопасности и напряглась.
Я пролежала так несколько минут, но избавиться от этого навязчивого чувства, что я не на своём месте, мне не удавалось. Тогда в мой голове возникла идея.
Я взяла в охапку одеяло, схватила подушку подмышку и по темноте сделала несколько шагов к кровати Хаска. Бросила туда все эти вещи и улеглась рядом. В следующую секунду мою талию обвила чужая рука, а шею обожгло горячим дыханием. И я мгновенно провалилась в царство Морфея.