Сопротивление

Я подала документы, чтобы получить место в Белфордском Университете. Этого не может быть. Моя жизнь должна быть не в Олдеберге, так было решено всеми членами моей семьи.

Но я здесь и уже слишком долго разглядываю Тайлера. На нем какая-то мятая футболка и черные брюки, похожие на спортивные. В нем есть нечто, из-за чего я не могу оторвать взгляд. Среди высоких, безупречных парней, которые лишь снаружи были львами, а внутри оставались мальчишками, наподобие Майка, он кажется другим. Слишком обычный для них, без укладки и дорогого парфюма, точно не из богатой семьи. Он стоит, широко расставив ноги, покуривая на ступеньках университета.

Разве здесь можно курить?

Его миндалевидные глаза поворачиваются в мою сторону. И я резко вдыхаю, отвернувшись. Но тут же цепляюсь взглядом за еще двоих. Черный лексус принимает в свои роскошные объятия Эрнесто, который корчит лицо, пока забирается в машину. Дверь ему придерживает Гилберт, наигранно кланяясь. Затем обходит авто и садится за руль. И все, что я вижу: абсолютно черные глаза, выступающие вены, когда он сжимает руль. Тревога молниеносно одерживает контроль надо мной.

Гилберт Белфорд. Один из тех, кто с молоком впитывает власть своей семьи. Для него нет запретов. Его высокая переносица, тонкие длинные пальцы и горделивая осанка одинаково бесят меня и вызывают дикую панику. Поверить не могу, что он был лучшим другом Сабрины.

Я брожу по городу мимо ветхих домиков и более новых, симпатичных. Останавливаюсь на улице, где ржавый фонарный столб мерцает рассеянным светом, я знаю, что найду здесь пекарню миссис Робинсон.

Но я стою на перекрестке, не осмеливаясь сделать всего несколько шагов к полосатому карнизу. Миссис Робинсон была лучшей, а возможно, и единственной настоящей подругой мамы. И я не могу найти храбрости в себе, чтобы пойти и поздороваться. Собравшись с силами, я все же делаю шаг к пекарне, но дверь с надписью «Веселая сдоба» тут же открывается, и я застываю.

Из магазина выходит девушка с белоснежными короткими волосами, держа в руках три пакета и рюкзак, из которого торчат рулоны холстов. Я цепенею, это Николь. Я бы узнала её из тысяч лиц прохожих, даже если она остригла свои милые кудри. Все тот же ее нос пуговкой и пухлые губы. Николь сменила платья на рваные джинсы и куртку косуху. Хотя откуда мне знать ее сегодняшний стиль? Мы буквально ни разу не общались с похорон моей мамы.

Мне приходится свернуть. Я не хочу, но теперь иду по улице, которая освещается, как ни одна другая в этом городе. Здесь всегда проходят основные мероприятия и фестивали в Олдберге. Хоть сейчас никаких празднеств нет, эта улица все равно ухоженнее и благороднее остальных. Правда, заканчивается она жутким мраморным фонтаном.

И в этот раз я хочу просто обойти это место. Напротив фонтана восходит башня Белфордов. Вообще-то, это далеко не одна башня, а целый замок с четырьмя башнями из темного кирпича. Просто жители Олдберга привыкли к такому сокращению. А для меня это лишь громадная усадьба, забравшая жизнь мамы.

Я представляю, что в этом замке живут чудовища, попивают чай с лимонными пирожными, обсуждая кровавые дела насущные, периодически бросая снисходительный взгляд на свои владения.

Но там живут люди.

Семейство Ричарда Белфорда и его брата Вильяма. Там живут такие, как Гилберт и Эрнесто. Просто в Олдберге царит Белфордократия. В груди разгорается трепет ужаса, все здесь принадлежит им, я уже узник Белфордов, хоть и упрямо этому противлюсь. Часть меня навсегда осталась здесь, шагнула в бездну и разбилась прямо на этот вычещенный асфальт. До того дня я не видела столько крови. Она растекалась вокруг её тела, вокруг черного бархатного платья и шелковых волос. Я снова стою ровно на том месте под самой высокой из четырёх башен. И снова чувствую опустошение. Уже второй раз за последнюю неделю прихожу сюда, пора заканчивать эту традицию.

Раздается треск подъезжающих колес.
Я оборачиваюсь, почему-то ожидая увидеть Тайлера, как в прошлый раз. Но из машины, на которую я несколько часов назад таращилась на парковке, выходит Гилберт. Твою же мать.

Моё сердце падает вниз.
Почему я так сильно боюсь Белфордов?
Нет. Почему я так сильно боюсь его?

Потому что, когда пропала Сабрина, на вопрос дедушки он ответил, что вообще не видел её. А это не так. Его мотоцикл стоял у нашего дома в ту ночь. Я видела.

— Каждый день сюда будешь ходить? — он подходит ближе. — В прошлый раз я чуть не сбил тебя, хоть бы по сторонам смотрела.

Я машу руками перед собственным краснеющим лицом.

— Мой дом — там, — указываю себе за спину. — я просто мимо, — он не дает мне закончить, прислоняя палец к моим губам.

— Увижу тебя еще раз у башни, пеняй на себя, Гибсон.

Шепот Гилберта молниеносно прорывается в мою голову. Будто на меня только что наорали.

Но пока Эрни выбирается из машины, а я понемногу прихожу в себя, до меня доходит. Это общественное место. Да какое право он имеет говорить мне, где ходить. Мне действительно по пути. И я буду ходить здесь. Или что? Я — напоминание вам о неудобной смерти Кассандры Гибсон.

— Сабрину ты тоже по фамилии звал? — моя дерзость срывается с языка, будто у меня хватит смелости, если Гилберт продолжит идти в мою сторону. Он удивляется. — Олдберг такой же твой город, как и мой.

Я почти тыкаю пальцем в его грудь. Но жест, призванный быть наступающим упреком, становится моей ошибкой. Гилберт моментально дергает меня за выставленную руку. Кроме его улыбки я не вижу больше ничерта. Она как лезвие.

Парень приближается к моему лицу, чтобы сказать еще тише:

— Пошла вон.

Он не сделал почти ничего, а моё тело парализовало от ужаса. Кровь гудит в голове. Поэтому, когда он бросает мою руку, я еле удерживаю равновесие. Гилберт и Эрнесто уходят во двор башни.

Я клялась отцу, клялась дедушке, что буду за километры обходить эту башню и всех, кто в ней живет и работает.

Не создавать проблем, все что от тебя требуется.

Ключи падают из моих трясущихся рук, звонко ударившись о порог дома. Я раздраженно вздыхаю так глубоко, что в груди становится больно. Гребаный Гилберт, гребаный Тайлер. Я злюсь сразу на всех, кто вежливо или не очень попросил меня обходить башню.

Я поднимаю ключи, вставляю их в скважину, что-то не так. Толкаю дверь, и она беззвучно открывается. Я не закрыла дверь?

Сейчас мои планы ограничивались горячущим кофе, но я сглатываю ужас, когда вижу свою дорожную сумку, которую я так и не разложила. Розовая молния оторвана, сумка вывернута наизнанку. Я медленно поднимаю глаза. Ящики в коридоре выдвинуты, дверь в кладовку распахнута, моя одежда, мамины тетради разбросаны по всему дому. Меня постепенно охватывает паника, сердце стучит в висках. Кто-то здесь побывал. Дом перевернут.

Он нашёл, что искал?

Выйти из дома было бы правильным решением, единственным правильным решением. Позвонить в полицию. Создать проблемы. Папа схватится за сердце, будет кричать, что не пустит меня больше в этот мерзкий город. В лучшем случае придется жить у дедушки.

Я силой воли разжимаю пальцы, впившиеся в ручку двери. На втором этаже раздается стук. Ещё один, затем шорох. Я поджимаю губы, словно это поможет мне дышать тише. Может, это будет моё худшее решение в жизни, но я всегда была тихой. Я принимала правильные решения. Я была скромностью, шёпотом, тишиной. И сегодня меня уже в который раз заставили вспомнить свое место.

Нет, это её дом. И я не позволю.
Я остаюсь. Я решила.

Беззвучно приближаюсь к лестнице и выглядываю наверх. На втором этаже темно. Я не иду, почти ползу, прижимаясь к перилу, пытаясь расслышать ещё хоть что-то. Но в доме стоит тишина. Я не слышу ничего, кроме громыхания своего сердца. Рука сдавливает ключи, но я знаю, что это мне не поможет, потому что вижу грязный след обуви на ступеньке. И он очень крупный. Грабитель — мужчина, и он может просто раздавить меня.

Наверху шуршат. Затаив дыхание, я наступаю на следующую ступень, и она предательски скрипит. Мои глаза расширяются. Шорох стихает.

Теперь мы оба знаем, что дома — не одни.

КОНЕЦ ОЗНАКОМИТЕЛЬНОГО ФРАГМЕНТА

Дорогие, книжечка есть на Litmarket.
Выходит по главам, но она вся готова (то есть не переживайте, что она не будет закончена).

Олдберг стал для меня не просто местом, не просто городом. А герои — не просто персонажи.
Самое горячее только начинается ❤️‍🔥
Так что, если вам понравилась эта история, вы может поддержать меня. Я буду невероятно благодарна, как отзывам, так и решению прочитать книгу целиком.

Люблю вас.
И помните, что вы способны на всё ❤️

Мой ТТ: @kai__dunn

Мой ТГК: Kai Dunn | Кай Данн