Глава 27
Не могу уснуть уже несколько часов. Сегодняшний день кажется просто бесконечным. Мой сегодняшний поступок перевернул все с ног на голову. Я теперь жена, жена палача.
В голове снова и снова всплывают картинки нашей…ночи. Чон мог бы быть жестоким со мной, мог сделать вообще все что угодно, но не стал, и я не знаю, почему. Не доверю ему, просто не могу пересилить себя и расслабиться, но то что он делал со мной у стены, а потом в постели, заставляет начать дышать чаще.
Когда я стояла перед ним на коленях, не знала чего ожидать. Я чувствовала себя совершенно беззащитной перед его силой и мощью, но он лишь выхватил ремень из моих рук и отшвырнул его в сторону. Я до сих пор не понимаю, почему он не стал наказывать меня. Я ожидала агрессии от зверя, но уж точно не его… ласки.
В животе что-то сжимается, когда вспоминаю его пальцы у себя
внутри. Нет, мне не было больно, хоть я и до жути боялась этого.
Сухо,необычно, но точно не больно. Когда мужчина начал делать ритмичные движения, я
ощутила невероятную тяжесть и возбуждение.
Как ни старалась сдержаться, он
заставлял меня чувствовать, и что еще хуже – наслаждаться от этих постыдных и откровенных ласк, хотеть их все больше.
Я не могла смотреть в глаза зверю, поэтому большую часть времени
отворачивалась или же крепко смыкала веки, но даже этого было мало.
Чонгук приложил все усилия, чтобы я захотела…именно его. Он творил со мной что-то
невероятное и кажется, в эту ночь мое тело предало меня, полностью
растворившись в нем. Когда он входил в меня, сначала мне и правда было больно
от его размера, но потом…что-то изменилось, и я уже почти не контролировала себя, я позволяла ему делать со мной все он хотел.
Наверное, скоро настанет рассвет, но я не могу уснуть, когда
мужчина лежит рядом. Не знаю что это, наверное просто не знаю, чего ожидать от зверя. Ворочаюсь из стороны в сторону уже который час подряд.
– Чего не спишь?
Грубый голос Чонгука заставляет сжаться в комок.
– Не могу уснуть. Можно мне на кухню?
– Можешь не спрашивать о таком. Иди.
Поднимаюсь с кровати, набрасываю халат и на цыпочках пробираюсь на
кухню. В животе больно урчит, но даже не думаю брать ничего из еды. Наливаю себе чай, и чуть ли не роняю чашку на пол от хриплого голоса сзади:
– Ты ела сегодня?
– Я…да, ела.
– Не ври. Ни одна тарелка не тронута. Лиса, ты что воздухом тут питаешься?
Сдаюсь. Не за чем вилять, он и так увидел, что я ничего не трогала из еды.
– Я не буду.
– Что не буду?
– Не буду есть твою еду.
– В смысле “мою еду”?
– Я у тебя дома, а значит, и еда тут вся твоя. Не буду.
Отхожу на шаг назад, когда вижу реакцию Чонгука на мои слова. Он выглядит злым, очень очень злым. Не знаю чего ожидать от него, но на всякий случай ищу пути отхода, если он наброситься на меня.
– Ты что совсем уже с ума сошла? Ты можешь брать что хочешь, и когда хочешь. Ты у себя дома, ты не в гостях!
– Нет. – мотаю лишь головой.
– Значит так, девочка, мне нужна нормальная жена, а не рыба полудохлая. Тебе же самой силы нужны, чтобы от меня отбиваться. Я вижу все, знаю о чем ты думаешь. Ешь сказал.
– Я к брату хочу. Не знаю даже, помнит ли он меня еще. Отвези меня к Чимке!
– Отвезу завтра, если поешь нормально. И чтоб без закидонов.
Молча наблюдаю, как мужчина обходит меня, берет тарелку и грузит в нее практически все из холодильника. В ход идет сыр, ветчина, хлеб, йогурт,
яблоки и еще куча всего. Чон ставит эту гору предо мной, после чего молча разворачивается и уходит.
Как же я хочу со всей силы кинуть ему эту самую тарелку в спину,
но не делаю этого. Мне и правда нужны силы, чтобы бороться с ним. В этом лишь
он прав.
Из всей этой горы еды делаю пару бутербродов и съедаю их с чаем.
Становиться немного лучше. Возвращаюсь обратно в спальню и как только ложусь, оказываюсь в стальных объятиях Чонгука. Он спит, и это уже хорошо. Не замечаю даже, как тоже в скором времени проваливаюсь в дремоту.
Просыпаюсь резко, словно я падаю куда-то. Быстро оглядываясь по
сторонам. Кровать пустая, зверя нигде нет. Сглатываю, когда дверь отворяется и мужчина входит с целой охапкой разных пакетов. Непонимающе смотрю на них, а
затем на Чонгука.
– Разбирай, у тебя 10 минут.
– Что это?
– Шмотки.
– Мне ничего не надо от тебя.
– Я не предлагаю, а даю. Хочешь перед братом как оборванка
показаться или может тебе так нравится моя куртка?
Молчу, сжимая кулаки. Он снова прав. Чон выходит, а я осторожно
заглядываю в пакеты. Доверху набиты разной одеждой. Вся новая, с бирками каких-то неизвестных мне брендов.
Наспех достаю простые штаны и свитер, теплое пальто и кроссовки.
Удивительно, но все приходиться точно в пору, и я сразу же ощущаю долгожданное тепло.
Остается лишь один небольшой пакет, в котором оказывается…нижнее белье. Два комплекта: белое и красное кружевное. С роду такого не носила,
как-то слишком дорого…не для меня. Быстро засовываю белье обратно в пакет и отодвигаю его подальше от себя.
Выхожу на улицу. Машина уже заведена. Когда доезжаем до детского дома, не могу сдержать слез, и это не остается незамеченным:
– Будешь реветь, напугаешь малого.
– Не буду, я все уже. Нормально.
Быстро вытираю слезы руками. Не могу дождаться, чтобы увидеть
Чимку. Наверняка, он подрос и выучил новые слова. Просто невероятно соскучилась
по нему.
Вбегаю в детский дом и оглядываюсь по сторонам. Ну же, где ты…где, Чимка? Среди толпы ребятишек в конце коридора, наконец, замечаю брата, который
играет с машинкой и роняет ее, как только видит меня.
– Лиса!
Он несется ко мне со всех ног, не замечая никого вокруг, а
я…только и могу что упасть на колени и обнять его со всей силы.
– Чимин, маленький мой, родной…
– Лиса, где ты была? Ты меня блосила? Я так скучал по тебе!
– Не-нет, не бросила! Я здесь малыш, никуда больше не пропаду.
Целую его светлую макушку, не замечая собственных слез. Сколько же я мечтала обнять его.
– У меня был день лождения, а подалка не было.
Чимка трет маленькой ручкой носик, хлопая своими
ресницами-веерами.
– Прости малыш. Что ты хочешь на день рождения, я принесу тебе.
– Констлуктол.
– Хорошо малыш, хорошо.
Чимин крепко обнимает меня, но вдруг резко отстраняется, открывая
рот, видя подошедшего к нам Чонгука.
– Не бойся маленький, это…
– Чонгук. Муж твоей сестры.
Братишка лишь глазками хлопает, смотря на мужчину.
– Здороваться по мужски умеешь? Давай руку парень.
Чонгук протягивает ему ладонь, а я замираю. Чимка медлит, но все
же осторожно подает ему руку в ответ, и мужчина ее пожимает. Что-то необычное и трепетное у меня зарождается от этого простого движения. Хочу защитить братика от всех на свете, даже от того, кто сам его согласился оберегать.
– Нам пора, Лис.
– Что? Нет, пожалуйста, еще немного.
– Нужно документы на ребенка оформить. Заберем его скоро.
От этих слов что-то переворачивается. Не могу поверить в то, что
только что услышала.
– Это правда, к себе заберем, насовсем?
– Да. Усыновим его как муж и жена. С нами будет.
– Чонгук, я даже не знаю что сказать…Спасибо.
Мужчина подходит ко мне вплотную, наклоняется, и шепчет в самое ухо.
– В постели отблагодаришь.
Меня заливает румянец. Только не это.
– Пошли, документы надо сделать.
Покрываю лицо братика поцелуями и наконец отпускаю от себя. Скоро он все время будет рядом. Я буду видеть его каждый день.
До кабинета директора детского дома добирает в считанные минут. Им оказывается женщина средних лет, которая явно ждала нас.
– За усыновлением? Проходите.
Не могу сдержать волнения. У меня вспотели ладони и спирает
дыхание. Не мог больше ждать.
– Когда я смогу забрать Чимина?
– Через неделю, не раньше.
– Что? Почему так долго? Пожалуйста, позвольте завтра его забрать!
– Девушка, спокойно! Сегодня вы подаете заявление. Стандартная
процедура. Через неделю все будет готово.
– Но…
– Все нормально, Лис. Ты дольше ждала. – Чонгук подходит ко мне ближе и берет за руку,
мгновенно согревая мои заледеневшие пальцы.
Молча киваю. Всего лишь семь дней.
– Мы подождем, оформляйте.
– Какую фамилию оставляем
мальчику?
– Манобан он…
– Нет, Чон пишите.
Сглатываю. Мужчина дает братику свою фамилию. Чимин будет Чон
также как и я…
Когда с оформлением документов покончено, чувствую себя разбитой.
Не знаю как смог вытерпеть еще неделю. Как же я долго этого ждала.
Чонгук выглядит серьезным напряженным. По условиям нашего договора
он должен защищать Чимку, но я никак не ожидала, что он согласится усыновить
его, и это выбивает меня из колеи.
Мы едем в машине домой, я и невольно оборачиваюсь к мужчине.
– Чонгук, что будет дальше? Ты правда сделаешь это?
– Да. Решил уже.
– А Чимка? Где он будет жить? Как все это будет?
– У меня восемь комнат в
доме, найду одну для ребенка.
– Спасибо тебе. – опускаю
взгляд в пол.
– Жду тебя через час в спальне. Благодарить будешь. Чтоб в красном сегодня была.