Месячные
Вы только начали встречаться. Всё было ещё чуть-чуть неловко, чуть-чуть волнующе.
Ты сидела на крыльце, и вдруг поморщилась и сказала:
- Живот болит. Это... ну, месячные. Просто предупреждаю, я могу быть раздражительной. Очень. Ну... как демон из ада.
Ричи замер на полсекунды.
- A, сказал он, кивнув, всё понял. То есть если ты наорёшь на меня за то, что я чавкаю это не потому, что я раздражаю, а потому что ты страдаешь и чавканье просто активирует твой инстинкт убийства?
- Именно, — усмехнулась ты, — учишься быстро.
Он улыбнулся, чуть мягче обычного, и сел рядом:
- Я всё равно рядом. Даже если ты будешь рычащим монстром. Мне нравишься ты всеми твоими демонами. и со
Ты уставилась на него:
- Это было... мило. Кто тебя научил?
- Я смотрел два эпизода "Доктора Хауса" и один подкаст о гормонах, — хмыкнул он.
Когда стали жить вместе. Как-то раз, когда у тебя была особенно тяжёлая менструация, дома закончились все прокладки, обезбаливающие и сладости.
Ты лежала на диване, скрутившись калачиком, и тихо сказала:
- Ричи... у нас... ну, ничего не осталось. Мне надо бы в аптеку, но я не встану...
Ричи тут же бросил пульт, завязал кроссовки наугад и уже направлялся к двери, пока спрашивал:
- Что брать? Только скажи. Я не спрошу консультанта, я пойму что нужно. Или отправь меня со списком, клянусь, я справлюсь!
Ты полусмеясь, полукапля слёз, протянула ему листочек, где было всё: нужные прокладки, шоколад, грелка, и, почему-то, мороженое.
- Мороженое? поднял он бровь. — Мы лечим ад болью и глюкозой?
- Оно должно спасти мою душу, — буркнула ты, уткнувшись в подушку.
Через полчаса Ричи вернулся, гордый как будто выжил в экспедиции на Северный полюс. В руках огромный пакет.
- Прокладки, два вида с крылышками и без, мало ли. Шоколад молочный, тёмный и с орехами. Мороженое ванильное, как ты любишь. И чай, потому что... ну, я не знал, что ещё может помочь, но кажется, тёплый чай это всегда хорошо.
Ты умилилась. Слёзы и улыбка на одном лице.
- Ты дурак, - сказала ты - но лучший дурак из всех.
Он подмигнул:
- Я - герой менструального фронта. Зови, если нужна ещё артиллерия.
Когда уже давно вместе. Ты проснулась с хмурым лицом, свернувшись калачиком на кровати, и тихо застонала. Живот ныл, настроение было на нуле, и даже утренний свет, пробивающийся сквозь занавески, бесил. Очень сильно бесил.
Ричи, уже одетый и готовый уходить в магазин, остановился на пороге спальни, заметив твоё выражение лица.
- Эмм... ты выглядишь как человек, которого предала шоколадка, осторожно заметил он, поднимая бровь.
Ты только пробурчала что-то нечленораздельное в подушку.
Он сразу понял. Его лицо озарилось выражением абсолютного понимания и... паники.
- О... О! Красный уровень тревоги?
Ты устало кивнула, не в силах даже шутить.
- Так. Всё. Окей. Я — герой. Я разрулю.
Через двадцать минут Ричи вернулся с пакетом, из которого торчали:
грелка,
два вида шоколада,
упаковка чипсов,
какие-то травяные чаи (он стоял и читал состав минут десять),
и - конечно новая пачка прокладок, потому что, по его словам:
"Лучше быть готовым, чем потом слушать
"Ричи, ты идиот!"."
Он кинул тебе подушку под ноги, аккуратно положил грелку на живот, достал шоколадку и устроился рядом с тобой, укрывая вас пледом.
- Так. Теперь будем смотреть глупые видео с котами, есть сладкое и тихо ненавидеть человечество. Я с тобой. Мы переживём этот ад вместе.
Ты не удержалась и рассмеялась.
- Спасибо, Ричи.
Он посмотрел на тебя почти серьёзно:
- Ты когда страдаешь я тоже страдаю. Потому что люблю тебя, даже если ты сейчас выглядишь как печальное буррито из одеяла.
Ты шлёпнула его подушкой.
Он ответил так же.
Скоро вы оба уже ржали под пледом, и боль, как ни странно, стала терпимее.