Создана быть одной

Учебный год закончился. Вероника больше ни разу не пересеклась с Марком и была уверенна, что больше никогда его не увидит. В ее памяти он улыбался, дарил цветы и крепкие объятия. Несмотря ни на что ей хотелось сохранить все приятные воспоминания с ним. Она узнала его другую сторону, о которой никогда даже не подозревала, или о которой быть может и не хотела знать, но это не заставило ее ненавидеть его или хотя бы перестать любить...

Адриана продолжала приходить к ним в дом каждый день, хотя Вероника утверждала, что она в порядке, что она сама может принимать все лекарства и за ней не нужно следить. Однако женщина все же продолжала приходить. Адриана говорила, что ей лишь хочется побольше провести времени с племянницей, но даже несмотря на то, что в этих словах не было лжи, Вероника понимала, что это была далеко не основная причина. Изо дня в день Адриана осторожно пыталась заставить пойти на групповой сеанс или записаться на индивидуальную терапию. Но все чего она смогла добиться это громкого хлопка дверью и крика «Я в порядке!».

Но была ли она правда в порядке? В момент, когда она вернулась домой из больницы, и мать узнала о ее расстройстве, Вероника увидела, как в голове Ярославы сложился пазл. Она словно всегда подозревала, но не собиралась озвучивать вслух, потому что само упоминание чего-то связанного с отцом воротило ее до глубины души. А теперь дочь превратилась в ходячую копию, которой лишь оставалось также предать ее и растоптать последнее, что в ней оставалось.

- Я не особо знаю, что это означает на самом деле, - ответила Рита, смотря на подругу, что сидела рядом на лавочке, уставившись на тропинку, что вела в глубь парка.

Вероника до последнего не хотела никому рассказывать, но обдумывая все изо дня в день, сидя в своей комнате, она уже была готова лезть на стену и скрести ногтями стекло. Вероника рассказала Рите все, что знала сама. Всю информацию, которой с ней поделилась врач и которую она после прочитала в интернете. В интернете Вероника нашла больше. Она нашла информацию о том, что данное заболевание встречается в среднем всего у 1% людей, но, возможно, и больше, просто не у всех его могут диагностировать. При БАР, так обычно сокращают, часто развивается алкоголизм, причем у мужчин риск повышается в 3 раза, а у женщин в 7. Единственное положительное, что Вероника пока что смогла узнать – был факт того, что при БАР не происходит формирование дефекта, как например при шизофрении, а также не наблюдаются какие-либо другие выраженные личностные изменения. Если быть честным, то это была одна из первых мыслей, которая заставила Веронику серьезно задуматься, как только она услышала заключение врача. Она боялась, что все ее представления о себе, на самом деле были ложны. Что если она вообще понятия не имела что она за человек? Что если все ее поступки происходили из-за резких перемен настроения, которые она совершенно никак не могла контролировать? Где заканчивалась болезнь и начиналась она?

- Понятно, - наконец проронила Рита, как только Вероника закончила свой долгий рассказ. Ей хотелось выговориться. В голове было слишком много всего, что она просто сдерживала, и теперь, когда она высвободила хотя бы часть, ей стало легче дышать. Быть может ей действительно стоило задуматься над сеансами с психотерапевтом или психологом. Как бы это не было, но это хотя бы дало ей возможность выговориться.

Рита молчала какое-то время. Смотрела на землю, где рядом тряслись ноги Вероники (это было одним из побочных явлений приема антидепрессантов, которые она принимала), потом Рита поднимала взгляд на Веронику, что сидела рядом, почти весь разговор избегая зрительный контакт. Не осознанно, скорее постоянно летая в облаках и думая о чем-то еще по мимо разговора, который происходил прямо перед ней. Несколько раз Рита открывала рот, пытаясь сказать хоть что-нибудь, но слова не слетали с ее уст. Не могли.

- Кстати, я думаю бросить школу, - как бы просто вспомнив небольшую деталь, добавила Вероника.

- Что?! – Рита резко повернула голову в сторону Вероники, забывая обо всех сомнениях, что поселились у нее в голове.

- Учительница намекнула, что в этом нет смысла и мне лучше пойти в колледж и не тратить еще один год. На самом деле думаю она права. Аттестат за 9 класс у меня не плохой, а вот экзамены я вряд ли сдам, если быть уж до конца откровенным.

- И куда ты хочешь пойти?

- Не знаю.

Рита достала пачку сигарет и закурила.

- Так сильно поразило то, что я рассказала? – ухмыльнулась Вероника.

- Будешь? – расплываясь в ответной ухмылке и протягивая пачку, спросила Рита.

- Да, давай.

Рита сделала первую затяжку, чувствуя, как мысли в голове начали потихоньку отпускать. Напряжение медленно снимало свои обороты, но несколько идей все еще крутились в голове. Несмотря на то, что ей совершенно не хотелось верить в то, что у ее подруги было биполярное расстройство, это объясняло многое. Теперь она понимала все те вспышки невероятной энергии, когда Вероника почти не спала и буквально весь день могла провести на ногах, не чувствуя никакой усталости. Рита вспоминала те многочисленные смс ночью, звонки ранним утром, походы в клубы, незнакомых парней... Многие вещи, которые порой казалось пересекали границу. Становилось как-то «слишком». «Слишком много Вероники» и «слишком много неожиданных затей». И в тоже время она вспоминала ее абсолютное отсутствие. Те дни, даже недели, месяцы, когда с Вероникой было невозможно выйти на связь. Когда казалось, что она исчезла, и больше уже никогда не появится в твоей жизни вновь. Те дни, когда каждое слово из нее приходилось вытаскивать, а выглядела она, словно кто-то высосал из нее всю жизнь.

- Все будет хорошо, - неожиданно произнесла Рита. Ей захотелось это сказать, и она не стала себя сдерживать.

- Издеваешься?

- Нет, я серьезно.

- Не шути так. Я вынуждена жить, подчиняясь эмоциям, которые не в силах контролировать. Мы можем договориться встретиться на следующей неделе, но я не приду, даже не позвоню, чтобы предупредить, потому что просто не смогу встать утром с кровати, - несколько слез катались по ее щеке. – Как такой человек... может жить в обществе? Как может быть... кем-то любим? – Вероника начала плакать. Она спряталась в собственных ладонях, издавая тихие всхлипы боли, которая рвалась из нее наружу. Она не понимала ничего.

Она была создана, чтобы страдать и доставлять неудобства другим людям. Она не заслуживала любви Марка. Не заслуживала хоть чьей-то любви.

- Это неправда, - Рита придвинулась ближе, обнимая подругу, что уже плакала взахлеб, и не имела ни малейшего понятия, что еще ей стоило сказать в этот момент человеку, жизнь которого уже никогда не будет прежде.

Рита гладила девушку по спине, когда Вероника вновь начала говорить, слегка запинаясь и порой останавливаясь, чтобы сделать несколько глотков воздуха.

- Я прочитала... так много историй других людей, - она шмыгнула носом, продолжая плакать и смотря в пол. – То, через что им пришлось пройти из-за этой чертовой болезни... от чего им пришлось отказаться. И с чем пришлось смириться... И теперь я как будто бы понимаю... почему определенные вещи происходили со мной, - она вновь заплакала сильнее, прерывая речь на несколько секунд. - Почему я иногда не могла просто ответить на сообщение человеку... которой был мне так дорог, которого я обожала в один день, а на следующие утро была уверенна, что нет смысла видеться с ним вновь. Эта болезнь заставляет меня думать порой, что я больше не чувствую тех же чувств к любимому человеку и ко всем людям вокруг меня. Это как будто кто-то выключает свет, а ты остаешься в этой темной комнате совсем один. И это не просто чувство. Мой мозг в действительности начинает думать о причинах, о чертовых логических обоснованиях для того, чтобы оставить этого человека. Который в итоге оставил меня, - пожимая плечами и смеясь сквозь слезы, проговорила Вероника ломанный голосом. – Я не хочу так жить, - красные, полные слез, глаза посмотрели прямо на Риту, и Вероника упала ей на плечо, утопая в истерике, которая выкатывала из нее всю тревогу, что она копила внутри уже несколько дней.