Создана быть одной

Почти две недели прошли как в тумане. Вероника мало что помнила из них. Помнила несколько домашних заданий, которые она пыталась сделать, но практически ни одной не закончила. Помнила Марка, который приходил с букетом, что все еще лежал на подоконнике и уже весь иссохся, начиная осыпаться, потому что никто так и не поставил его в воду.

Смотря на цветы, девушка начинала думать о парне. Чувства к нему с каждым днем становились все более отдаленным воспоминанием. К концу первой недели казалось, что их никогда и не было, а внутри всегда было так пусто. Время цеплялось секунда за секунду. пролетая перед глазами. Все превратилось в один огромный день. Она уже не была уверенна в том, какое за окном было число, но морозы постепенно спадали и на улице становилось теплее.

Вероника помнила разговор с Оксаной Александровной, в котором женщина волновалась о ее учебе и состоянии. Некоторые люди начали думать, что у нее кто-то умер в семье, среди них была и Алина, которая переживала за подругу, но не могла ничего поделать, а девушка не понимала, почему она вообще так старалась. Разве Вероника стоила того, чтобы кто-то о ней переживал?

Каждый день она вставала с постели уже будучи уставшей, ноги подкашивались словно в них не было сил, а еще ее безумно тянуло вниз. Ей казалось, что она тонет. Медленно и верно уходит под воду, а шевелиться, чтобы всплыть на поверхность, совсем не хотелось.

Что Вероника помнила особо хорошо, так это пощечину матери, которую та влепила, когда вернулась домой и застала дочь с сигаретой на кухне. Вероника курила в окно, открыв его на полную. Девушка стояла в одной футболке, что лишь слегка прикрывала бедра, босиком касалась пола, по которому быстро распространялся холодок из окна. Она не слышала, как мать зашла. Женщина увидела ее с сигаретой во рту и руками на груди, которыми она обнимала себя. Пепел скопился на краю сигареты, начиная падать вниз. Первым делом Ярослава выхватила сигарету и швырнула ее в окно, а уже через секунду послышался громкий шлепок. Было больно. Первое яркое чувство впервые за несколько дней, даже холод так не пробирался под кожу, как этот удар. Но боль была лишь физической, внутри ничего не дрогнуло. Вероника ничего не сказала, повернулась и вышла из комнаты, оставляя окно открытым, а зажигалку валяться на подоконнике.

Спустя час Ярослава зашла в комнату дочери, застав ее в кровати под одеялом с открытыми глазами, что смотрели в потолок. Вероника не шевелилась, лишь изредка моргала глазами и не заметила, как кто-то оказался рядом с ее кроватью, а после бросил зажигалку ей на кровать.

- Только и можешь, что лежать целыми днями. Не человек, а ходячая проблема, - Ярослава выплюнула слова, смотря на девушку, которая никак не реагировала ни на одно из замечаний в свою сторону. Она слышала их, понимала, и была согласна. – Лучше бы я вообще тебя никогда не рожала, - уже повернувшись, добавила Ярослава, выходя из комнаты. И с последним Вероника тоже была согласна.

Больше не хотелось заслужить любовь матери, не хотелось ей угодить. Девушка была готова признать, что присутствие женщины душило ее без рук и убивало быстрее, чем никотин той самой сигареты, что валялась во дворе недалеко от подъезда. Не было смысла пытаться изменить чувства человека, который уже давно все для себя решил. Да и предпринимать очередные попытки сил больше не было. Вероника была готова сдаться.

Вероятность исчезнуть не пугала, а начала очаровывать...

Первую неделю Марк писал практически каждый день, несколько раз звонил, но Вероника ни разу не подняла трубку. В школе они либо совершенно не пересекались, либо виделись лишь на короткое мгновение, в котором он не ловил на себе ее взгляда или получал лишь легкий кивок головой с закрывающимися глазами. Девушка отдалилась резко и полностью. Ответила лишь на половину сообщений и каждый раз лишь 2-3 словами, не давая никакой конкретики.

Спустя несколько дней Марк перестал пытаться. Перестал звонить, перестал писать. Он устал биться в пустую комнату, владелец которой кажется куда-то исчез, но не мог перестать думать о том, что сделал что-то не так. Однако после мысли о собственной вине сменились тревогой. До пятницы той недели ему ни разу не пришла в голову мысль о том, что у Вероники могло что-то случиться, что-то настолько плохое, что сломало ее пополам и то, что он видел – это были последствия какой-то внутренней катастрофы, о которой больше никто не знал. Но Вероника лишь повторяла, что ничего не случилось.

Марк каждый раз надеялся увидеть прежнее лицо, смотря на девушку. Пока в один день не почувствовал теплые объятия со спины, пока снимал куртку в гардеробе.

- Доброе утро, - знакомый голос с прежними нотками задора, которые он так давно не слышал.

Парень обернулся, чтобы наконец-то увидеть прежнюю радость на знакомом лице. Вероника слегка улыбалась, отчего лицо казалось ярче, а глаза светились. Ее мешковатые кофты сменились на длинную белую рубашку с галстуком и высокий хвост вместо небрежно распущенных волос, которые порой блестели из-за жирности сильнее обычного.

- Привет, - Марк положил руки на плечи, прижимая девушку к себе ближе.

Он и не знал, что успел так сильно соскучиться по простым объятиям, по громкому голосу и вечной болтовне. Он не замечал, как сильно что-то стало частью его жизни, пока у него это не отняли.

- Ты лучше себя чувствуешь?

- Да, - девушка освободила парня и подняла свой рюкзак со скамейки, поворачиваясь к выходу, когда рука одернула ее, останавливая на месте.

- Ты не хочешь поговорить об этом?

- О чем? – Вероника смотрела на него глазами, полными блеска и легкой наивности, словно последних нескольких недель не было в ее памяти. Она ощущалась другим человеком, тем самым к которому Марк привык. Однако что-то продолжало его терзать. Что-то было не так. Ее привычные жизнерадостные и энергичные движения шли в противовес тому, что он наблюдал несколько дней подряд и что успело очень четко и ярко врезаться в его памяти.

- О том, что ты две недели игнорировала мои звонки, практически не отвечала на сообщения и вела себя так, словно мы вообще и не вс... - в гардероб зашли ученики на несколько лет младше, и Марк остановился, оттягивая девушку в самую глубину комнаты к окну, понижая голос, - словно мы и не встречаемся.

- Прости. У меня не было сил, мне нужно было побыть одной.

Два дня назад Вероника пыталась собраться с мыслями и думала о том, чтобы расстаться с парнем. Их отношения начали казаться ненужной формальностью, которую нужно было закончить. Она не чувствовала к нему необходимых чувств и уже не была уверенна, что они вообще когда-то были, но в это утро усталость после сна прошла. Вставать было не так тяжело, а стоять на ногах она могла увереннее. Приятные воспоминания начали возвращаться, стирать с себя пыль и вновь яркими красками блистать перед владелицей. Было странно забыть об этом, но Вероника была уверенна, что на несколько дней ее чувства помешались. Она не могла четко объяснить произошедшее даже себе. Не могло идти и речи о том, чтобы постараться подобрать нужные слова и объяснить другому человеку о том, что еще день назад она была на самом дне своих возможностей, а в то утро ощущала себя в миллион раз лучше. Казалось, что две недели кто-то сидел внутри нее, поливая все черной краской снова и снова, а теперь краска закончилась и остатки быстро сползали со стен, но где-то внутри теперь закрался страх о том, что это может повториться вновь.

- Почему ты не предупредила? Ты могла сказать о том, что тебе нужно подумать. Я бы дал тебе это время, но ты просто прервала все общение и избегала любого контакта. Ты так равнодушно относилась ко мне, словно ничего и не чувствуешь.

- Это не правда, - девушка прижалась к груди парня, не зная какие еще слова она могла найти. – Мои чувства к тебе не изменились, - Вероника слегка отодвинулась, продолжая обнимать парня, но теперь смотря ему прямо в глаза, слегка приподнимая подбородок. – Что мне сделать, чтобы ты мне поверил?

- Сходи со мной на свидание.

- Без проблем. Куда пойдем?

- На настоящее свидание.

- А все, что было до этого – это шутка что ли была? – Вероника посмеялась, отпуская парня и вставая в метре от него.

- Нет, но я хочу сходить с тобой на настоящее свидание. Я не знаю, что произошло у тебя в жизни, но я хочу сделать ее немного лучше.

- Да ничего не пр.... – Вероника не успела договорить, как Марк продолжил, словно ничего и не слышал.

- Я зайду за тобой скажем сегодня в 5. Принесу букет цветов. Мы сходим поужинать в ресторан, будем задавать друг другу глупые вопросы, чтобы узнать получше. После мы пойдем в кино. Не важно на какой сеанс. Купим билеты на ближайший и спрятавшись на задних рядах будем делить огромную корзину поп-корна. После мы отправимся на прогулку по вечернему городу, и если будут силы, то мы купим мороженное и будем есть его, пока не дойдем до твоего дома. Если мне улыбнется удача, то я смогу ухватить на прощание поцелуй со вкусом растаявшего мороженного и крепкие объятия.

Вероника смотрела, не отрывая взгляд, задерживая дыхание и на секунду забывая, как дышать, а как только парень закончил, она протянула руки к его шее и коснулась губ, на которых пока что еще не было вкуса растаявшего мороженного.

- Не слишком ли холодно для мороженного?

- В самый раз.

Марк зашел за ней ровно в 5, ни минутой позже ни минутой раньше. Вероника этого не знала, но парень подошел к ее дому за 14 минут, но продолжал смиренно стоять у ворот, постоянно поглядывая на часы. Он держал в руках розы, когда Вероника открыла дверь своей квартиры и запустила его внутрь, уже чувствуя, как внутри все начинало шевелиться быстрее. Девушку разрывало чувство невероятного счастья, которое прежде еще никогда так сильно не пыталось выбраться из нее наружу. В ту самую секунду хотелось бегать по всей квартире, а после выбежать на балкон и закричать во всю мощь о том, как сильно она любила этого парня.

- Я поставлю цветы в вазу и можем идти, - Вероника приняла букет, замечая приятный аромат от цветов.

Марк всегда дарил розы. Прекрасно знал, что Веронике нравятся пионы, но никак не мог их найти и считал, что розы похожи, поэтому надеялся, что их красота затмит легкое разочарование, но он и понятия не имел, что Вероника ни разу не вспомнила о пионах, когда принимала от него букет. Каждый раз она радовалась именно тем цветам, которые он ей дарил и считала их самыми лучшими.

- Ты выглядишь потрясающе, - Марк наклонился вперед, чтобы слегка коснуться холодными губами ее щеки.

- Мне казалось поцелуи были завершающей частью этого вечера, - с легким укором произнесла девушка, еле держа себя в руках, чтобы не коснуться его мягких губ, что только что касались кожи.

- Не смог удержаться. Ты слишком красивая.

Вероника надела темно-коричневые брюки и белую рубашку с пышными рукавами, которая пылилась в ее гардеробе уже больше года. Адриана когда-то предложила все же купить ее, а девушка чувствовала себя в ней некомфортно. Однако после нескольких минут размышлений напротив собственного шкафа, Вероника осознала, что ничего более подходящего для данного вечера, у нее не было. Этот вечер был особенным, и она приложила максимум усилий, чтобы выглядеть подобающе. Она слегка переборщила с румянами, а еще запах ее парфюма так и бросался в нос, но Марк ничего не сказал, лишь улыбаясь и подмечая ее старания.

- Еще одно слово и нам придется сразу перейти к завершающей части этого вечера, - девушка направилась на кухню за вазой.

- Я постараюсь держать себя впредь в руках, - слегка крича, ответил парень, слыша, как Вероника включила кран на кухне, набирая воду.

Спустя минуту девушка прошла мимо, направляясь в свою комнату с букетом цветов в вазе.

- Не уверенна, что могу пообещать тоже самое, - Вероника улыбнулась, а после сделала шаг вперед и пропала за дверью своей комнаты.

Вечер проходил, как Марк и обещал. Выйдя из дома, они сразу же поехали в ресторан. Вероника слегка переживала, что Марк может воспользоваться шансом «узнать друг друга получше», чтобы вновь начать задавать ей вопросы про последние две недели ее жизни, но он не поднял эту тему ни разу.

- Хорошо. Мой черед. Когда ты впервые попробовал алкоголь?

Марк поставил стакан с виноградным соком и посмотрел на девушку, слегка ехидно приподнимая правый уголок губ.

- Как ты считаешь?

- Думаю совсем недавно.

- Неа. Впервые я попробовал алкоголь, когда мне было 4. Мои родители пили вино на Новый год и сказали, что я попросил попробовать, так что они дали мне попробовать. Мне тогда безумно не понравилось.

- Ну нееет, так не честно. Это не тот ответ, который я ожидала услышать.

Вероника расстроенно отломила кусочек своего десерта и положила его в рот, стараясь показать всем своим видом, что она очень расстроена несправедливостью этого мира.

- Ладно-ладно, не расстраивайся. Я расскажу. Это было в 6 классе на дне рождении Макса, - Марк внимательно смотрел, а Веронику, которая не подала и виду о том, что услышала знакомое имя. – Он сказал, что его мать хранит коньяк, который иногда использует в готовке, так что мы решили немного оттуда отлить. В итоге все закончилось тем, что теть Катя нас спалила и Максу очень сильно досталось.

- Так вот как начался твой алкоголизм.

- Позвольте. Прошу заметить, что это виноградный сок, - Марк поднял стакан повыше и немного покрутил его перед глазами Вероники прежде чем поставить на место.

- Да? Ну ладно, раз уж ты так говоришь.

- Мой черед. Кем ты хотела быть в детстве?

- Следователем. Как моя мама, - Вероника улыбалась нежной улыбкой, говоря эти слова, но в глазах читалось отчаяние, которое она продолжала скрывать даже от самой себя.

- Интересно. Твой черед.

- Какой у тебя любимый цвет?

Вероника неожиданно вспомнила разговор с Соней и не смогла удержаться. Что-то ей подсказывало, что она не хотела знать настоящий ответ, но вопрос был уже задан.

- Вообще у меня нет любимого цвета.

Вероника начала улыбаться. Сердце приподнялось вверх, когда уже готовилось свалиться в самый низ, но потом он продолжил.

- Но, наверное, я бы выбрал синий.

- Понятно. Синий.

- Да. Думаю, что синий.

После ресторана они зашли в кинотеатр неподалеку и просидели всего несколько минут прежде чем начался их сеанс. В зале практически никого не было, а показывали какую-то зарубежную комедию, которую крутили уже не первую неделю и скорее всего скоро собирались прекращать.

Вероника положила голову на плечо Марку, практически не думая о сюжете. Единственная история, которая в тот момент имела для нее значение – это была ее личная история. Тепло любимого человек рядом придавало ей сил, направляло ее вперед и дарило смысл жизни. Она впервые была точно уверенна в том, для чего ей была дана эта жизнь и почему вообще людям стоило жить, когда вокруг столько сложностей и страданий. Любовь стала для нее единственным разумным и удовлетворительным ответом на все вопросы, которые она когда-то задавала себе. В тот момент она осознала, что все вопросы человеческого существования находили ответ в этом теплом прикосновении его руки, в его легком поцелуе в макушку и тихом шепоте на ушко. Ей стоило тяжелых усилий думать об этом, вместо того, чтобы продолжать себя накручивать из-за его любимого цвета. Ведь это всего лишь цвет.

Ничто не казалось таким важным, кроме его улыбки, когда он стоял около ларька с мороженным и оплачивал два рожка со вкусом клубники.

- Держи, - Марк протянул один из рожков Веронике, перед этим открыв его и выкинув ненужное в мусорку.

- Спасибо. Но если тебе интересно, то мое любимое – это шоколадное мороженное.

- Почему ты не сказала? – Марк замер на месте, а после выхватил у Вероники рожок и развернулся обратно в сторону ларька. – Давай купим тебе новое.

Девушка засмеялась, останавливая парня. Выхватила обратно свое мороженное и коснувшись его щеки, тихо ответила.

- Я уверенна, что из твоих рук даже клубничное мороженное будет очень вкусным.

Марк положил свою ладонь на руку Вероники и медленно спуская вниз, продолжал держать ее ладонь в своей.

- Почему ты решил, что я люблю клубничное мороженное? – спустя несколько метров спросила Вероника уже откусив несколько раз рожок и убедившись, что шоколадное было в несколько раз лучше, но она не собиралась говорить этого парню.

- Не знаю. Почему-то в голове была мысль о клубничном мороженном. Прости, теперь я буду знать.

- Ничего страшного. Это тоже очень даже ничего.

- Тебе ведь не нравится, да? – разочарованно спросил Марк, будучи уже уверенным, что он прекрасно знал ответ.

- Это лучшее мороженное, которое мне когда-либо покупали.

До дома Вероники оставалось еще несколько метров, когда мороженное начало заканчиваться и девушка поняла, что его не хватит на то, чтобы перейти пешеходный переход и подойти к забору. Вероника остановилась, все еще держа Марка за руку и заставляя его остановиться следом. Парень непонимающе обернулся, а девушка слегка приподняла маленький кусочек рожка, в котором оставалось всего несколько укосов.

- Мороженное заканчивается. Еще немного и ты не сможешь выполнить свое предпоследнее обещание из списка.

Легкий шок и растерянность отразились на лице парня. Он вспомнил свою красивую речь, потом перед глазами пронеслось последнее мгновение его мороженного, когда он все еще держал его в руках, а теперь единственной кто все еще доедал свой рожок была Вероника. Растерянность быстро сменилась заботливой улыбкой, и Марк встал напротив девушки, прижимая ее за талию к себе.

- Тогда почему бы тебе не откусить этот рожок еще раз.

И уже через минуту Вероника ощутила его теплый поцелуй и как последние капли мороженного постепенно исчезали с ее губ.

- Спасибо, что запомнила, - Марк провел пальцем по краю нижней губы девушки, аккуратно убирая легкое пятно от мороженного.

- Спасибо, что сдержал обещание.