51. В одно мгновение
EVERYTHING I WANTED – BILLIE EILISH
Первое, что заметила Каролина, как только открыла глаза – спину Тома перед собой и кровавые царапины, оставленные ею в порыве вчерашней страсти. Она умело обходила стороной его прошлую рану канцелярским ножом и не доставила лишней боли, как того опасался Том. Ей совсем не хотелось вставать, особенно зная, сколько дней осталось до конца ограбления. Всего три. Три дня, и здравствуй скрытная жизнь, нарушение законов и еще море того, о чем она читала в криминальных книжках с мыслями: «Никогда так не поступлю».
Вообще, Каролина всегда замечала одну закономерность – стоило ей сказать, к примеру, что она никогда больше не простит Тома или ни за что в жизни не пойдет против справедливости, как судьба будто назло вкидывала девушке события, где произнесенное происходит совсем наоборот.
Но теперь, прикидывая в мыслях вещи, которым ей придется придерживаться, дабы не сесть в тюрьму за терроризм, она понимала, что список запрещенки намного-намного длиннее, чем Каролина себе представляла. Волновало ли ее это? Скорее нет, чем да. Она не любила тревожиться о том, чего даже не произошло, тратя нервы в пустую.
— Проснулась? — сонным голосом лениво спросил Том, повернувшись к ней.
— Да. Ты выспался?
— Более чем. — Он улыбнулся и сгреб Каролину в горячие объятия. — Я так скучал.
— По мне?
— И по тебе, и по таким утрам.
Каролина не могла признать, что тоже жутко тосковала по их близости – по сплетенным ногам, по шепоту в предрассветных сумраках, по ощущению его руки на ее талии. Мир вокруг будто не существовал вовсе.
— Только не начиная с морали, я еще не готов к серьезным разговорам.
Том приподнялся на диване, заслоняя солнце, светящее прямо на их лица.
— Спина уже не болит?
— Только от твоих царапин. — ухмыльнулся Каулитц.
— Ц, подумаешь. — Каролина натянула улыбку, но внутри нее что-то явно изменилось. — Слушай... — Она нарочито остановилась, чтобы Том понял.
— Что?
— Ты уже отвечал, но спрошу еще раз. Думаешь, они меня примут?
— Кто? — Он повернул голову назад.
— Команда. Ну... как часть вашей группы. — Ее голос звучал неуверенно, будто она сама не верила, что говорит это всерьез. — Мне кажется, они не воспримут. Особенно после всего.
— Возможно. Но сейчас всем плевать. Они просто хотят дожить до конца без происшествий.
Каролина скептически посмотрела на Тома.
— И убивать мы тебя не будем, успокойся.
***
И все оказалось не так, как себе понапридумывала Эрнест.
Заложники не успели проснуться, поэтому все грабители расположились в зале переговоров, где у работников всегда происходили совещания. Из-за слепящего солнца Каролина не смогла рассмотреть выражение лица других, но их унылые действия говорили об одном – сильном изнеможении. Даже Нерон, грустно смоктающий свой любимый леденец, выглядел задумчиво.
— Так, все. Сегодня зачистка. — объявил Микель. Все согласно кивнули, кроме Каролины. Он заметил это и, с трудом, но объяснил еще раз. — Повторю для остальных. К завтрашнему утру в этом логове не должно остаться ни одной пылинки. Задача проста – никаких отпечатков, мусора и соринок. Кто-то желает остаться с заложниками и делать ничего?
В унисом каждый до единого поднял руки. Все, кроме Каролины, не представлявшей, какая уборка предстоит за всем, что рассказал Микель.
— Каролина пусть останется. Только маску надень. — заключил он и встал со стульчика.
Каждый двигался молча в своем темпе.
Микель выливал раствор хлорки и мыл полы, пока от запаха слезились глаза. Нерон вытирал пыль с проводов и сканеров, ругаясь на каждую упавшую папку. Жанна снимала занавески, складывала их в мешок и ворчала, что «все равно от этого банка останутся руины». Стюарт занималась всеми ручками и стенами. Том взял на себя верхний ярус – карнизы, вентиляционные решетки, верхушки шкафов.
— Македо, а что вообще Каролина будет делать? Она стрелять не умеет, не знает азы ограбления. На кой черт она нам? — фыркнул Микель, шмыгнув носом.
— У нее нервы получше, чем у тебя. От вида трупака в обморок не падает. — хохотнула мимо проходящая Жанна, держа в руках, обтянутых латексными перчатками, склад всякого мусора.
— Я один раз, блядь, упал! — возмутился Микель.
— Каролина может принести нам пользу. — спокойно сказал Том, прислонившись к дверному косяку, но не спеша заходить. — Кто-то же должен следить за медикаментами, таскать оружие для нас и не ныть, если у кого-то случится серьезные рана. Плюс ко всему – отличный адвокат, прикроет нас если что.
— Ой, началось, — протянула Стюарт, закатывая глаза. — «Моя Каролина, моя умница, мой адвокат». Да ты бы уже кольцо достал, пока есть время.
— Обязательно. Это входит в мои планы. — одобрительно кивнул Том.
***
Когда остальные разошлись по своим делам, Каролина села на лестницу, ведущую в главный зал, сторожить заложников. Она наблюдала за их сном, поймав себя на мысли, от которой стало одновременно и спокойно, и жутко: привыкнуть можно ко всему – к неволе, к тому, что твою жизнь держат в руках чужие люди в масках. Жизнь, как вода, обтекает любые преграды и способна принимать любую форму.
— Эй, ты. — Хриплый голос чужака, будто он молчал вечность, вывел Каролину из забвения. — Покажи лицо! Ты кто?!
Каролина даже не сразу поняла, что обращаются к ней. Она сидела, уставившись в одну точку, считая вдохи, когда крик повторился:
— Открой свое хлебало, я сказал! Мы имеем право знать! Хоть раз посмотри на нас по-человечески!
«По-человечески» остро кольнуло в ребра. Ей нельзя было говорить, раскрывать личность, а уж тем более – открывать лицо под бесформенной маской. Она сжала в дрожащих руках автомат, выданный Томом, и попыталась расслабиться, вспомнив о нем.
Одно мгновение, и тяжесть навалилась на нее сверху. Мужчина, один из заложников, прыгнул, сбивая девушку с равновесия.
Случилось страшное. Оружие выскользнуло из рук, ударилось о перила. Она инстинктивно выгнулась, пытаясь удержать дыхание, но он навалился всей массой, грубо прижимая к ступеням.
В тот момент произошло сразу два судьбоносных события – Каролина со своей мощи ударила мужчину по яйцам, как ее учил умерший отец, и все вокруг взорвалось. Мир взорвался.
Окна капитулировали одновременно, выплеснув внутрь волну алмазного крошева. Кто-то из заложников закричал, кто-то рухнул на колени, закрывая голову. Каролина почувствовала, как по лицу текла чужая кровь и наблюдала за постепенным вторжением спецназов внутрь банка.
Штурм.
Игра окончилась.
***
I LOVE YOU – BILLIE EILISH (пожалуйста, не поленитесь и включите. песня в тгк)
Вскрики, кровь, хаос.
Инстинкт самосохранения оказался сильнее. Не думая, не сговариваясь, грабители рванули прочь от лестницы. Каролина, чьи пальцы все еще впились в автомат, была среди них. Они неслись к своей добыче – к пачкам денег, сложенным в углу. Деньги, ради которых все затевалось, теперь казались единственным якорем спасения.
Пока они тащили деньги в подсобку, где раньше лежали документы, потолок содрогался. Спецназ уже был рядом.
— Быстрее! — рявкнул Том, хватая тяжелый мешок и швыряя его к стене. — Сколько у нас?
— Минуты три, не больше! — ответил Нерон.
Они действовали слепо, пока сзади, из облака стеклянной пыли, уже доносились приглушенные шаги и резкие команды вооруженных людей.
— Они сейчас зайдут! — заорала Жанна.
Их путь преградил Нерон. Он встал в проеме, широко расставив ноги. Его массивная спина заслонила проход.
— Ты спятил?! Валим! — Стюарт попыталась подбежать, но... ее остановил Микель. — Нужно идти сейчас! Насрать, если потеряем пару миллионов!
— Хватит, — сказал он тихо. — Все, хватит.
— Что? — Том не понял.
— Я больше не могу врать. Ребята, простите меня... — прогундосил Нерон. Это был второй раз, когда он извинялся хер пойми за что.
— Уходим! — в унисон кричали все.
— Это был я. Я подставил вас. Я подставил Каролину и занес пистолет в хранилище. Это я убил заложника, чтобы посеять панику между вами сделать так, будто подозрения падали на Микеля. Это я сдал вас вчера, сообщив властям наш план. Я знал, что штурм будет сегодня и это... все ради справедливости.
— Что ты сказал?.. — шепнул Микель.
— То, что слышал. — Голос Нерона дрогнул, но он стоял, не двигаясь. — Хотел закончить все раньше, чем начнется бойня. Не вышло.
Он был предателем. Секунда оцепенения, и его тело вдруг дернулось, заплясало в странном, ужасном танце. Тысячи пуль впились в него одновременно, превратив в решето. Он рухнул.
— НЕРОООН! — заорала Стюарт, рванулась вперед, но Том успел схватить ее за плечо.
— НЕ ЛЕЗЬ!
Нерона отбросило назад, грудь разворочена, кровь брызнула на ящики с деньгами, на серый бетон. Здоровяк, который любил смоктать леденцы с петушками, гоготать ослиным смехом и смешить всех забавными шутками... Его больше не было. Все тело Нерона пронзило дырками от пуль.
В ту же секунду что-то маленькое и круглое, с металлическим лязгом, покатилось по полу.
— Граната! — Каролина вскрикнула, пригибаясь.
Единственным, кто не услышал, являлся Том.
Он повернулся на звук, и ударная волна швырнула его в угол металлической стойки. Глухой треск, звон в ушах... Он осел вниз, медленно, как тряпичная кукла. Голова ударилась о железную опору, кровь сразу потекла по израненному виску.
— ТОМ! — закричала Каролина в слезах, пытаясь ринуться к нему.
— Черт, Македо! — шикнул Микель, кинулся к нему и схватил под руки. Он, не раздумывая, навалился на бесчувственное тело Каулитца, пытаясь прикрыть его собой. С другой стороны Стюарт издала пронзительный, нечеловеческий вопль, глядя на изрешеченное тело Нерона. Спецназы уже надвигались внутрь, как бесчувственные солдаты.
Жанна, не оборачиваясь, бодрила всех.
— Уходим! УХОДИМ, БЫСТРО!
Никто не двигался.
Стюарт все еще звала Нерона.
Микель тащил Тома, который уже не держал голову.
Все закончилось.
В одну.
Сраную.
Секунду.