STOCKHOLM SYNDROM | Том Каулитц

На стульчиках, где при ударной волне вылетели почти все гвозди, расположился Том, облокачивая руки на коленях, и Каролина, раздумчиво разглядывающая белый монитор компьютера. Они сидели в отделе кадров, куда дымный воздух не успел распространиться.

— А тебя не вычислят? — спросила она, бесцельно клацая мышью. Техника загудела, а звук стал похожим на взлетный аппарат самолета.

— А что еще вычислять? Я уже тут, главное лицо не засветить. — В привычной физической форме Каулитц бы пожал плечами, или ответил еще саркастичнее. Жаль только, что от сильного давления на спине передвигается, как восьмидесятилетний дед и не может дерзить по желанию. От этого Каролина внутри пускала праздничные салюты.

— Ну, не знаю. Если что-нибудь начнешь искать в интернете, это засекут провайдеры.

— Ага, только если Микель не искал порнографию или «как стать грабителем за три дня». — Том не исправим!

— Берегись, чтобы я не нашла такое у тебя.

— Я же только тебя люблю. — Каулитц блаженно расплылся в кошачьей улыбке, будто съел ведро мороженного. И девушка в очередной раз постаралась запомнить мгновение, когда он открыто говорит о своих чувствах. Такие моменты почти неуловимы.

— Так, напомни еще раз. Мы здесь только для создания поддельного паспорта?

— Да. — Том словно только сейчас вспомнил, для чего он пришел и принялся настраивать компьютер в нужном ключе: закрыл сторонние сайты, удалил ненужные файлы и нашел закрытую сеть, на которой необходимо прописать бесчисленное количество кодов ради изменений.

— Я думала, у тебя их около тридцати штук, и ты решил сделать еще один из-за скуки.

— Знала бы ты, сколько у меня поддельных водительских прав. И все равно езжу лучше водителя, сдавшего экзамен в первый раз без ошибок.

— Чушь. — фыркнула Каролина, скрестив руки на груди. — А я все думала, почему мы вечно разъезжаем на такси, если ты, «наследник», такой богатый.

— Если бы я родился пораньше, из меня вышел бы отличный инспектор ГИБДД. Я умею отлично преподавать. — самонадеянно и спокойно произносил Том, не отрывая взгляда от техники.

— Все твои студенты бы сели.

— Некоторые уже сидят. Остальные гордятся дипломом.

— Восхищаюсь твоему умению переводить все серьезные темы в детские шутки, Македо. — фыркнула Каролина.

— Фу, не называй так больше.

— Что? Жанна пообещала уши выдернуть, если я стану окликать по имени, ты сам говорил, чтобы я называла тебя «Македо». Я не пойму, кого мне слушать.

— Себя. Слушай себя. И обращайся так, как тебе хочется. Жанна не наставник.

— Как мне хочется... — повторила Эрнест заговорщическим голосом.

— Только не Томми, и не Бэтмен.

— Твои трусы оставляют впечатления, знаешь ли. — хихикнула она. — И почему нет? Вокруг пальца обводишь не хуже Робина Гуда.

— Признайся, крошка. Грабитель – последний, кем ты могла бы представить меня. — ухмыльнулся Том.

На секунду в комнате отдела кадров повисла щемящая тишина. Гудок монитора разразился сильнее, стук обуви ударялся о пол каждый раз, когда Каролина от нервов трясла ногой и на языке крутилась одна мысль.

— Я так и не поняла, что со мной случилось во время того взрыва. Я окаменела. Паника была и в первые секунды вашего захвата, но вчера... Я не чувствовала своих ног, перед глазами странные картины, вещи... Меня изнутри вывернуло.

Взгляд Тома наполнился состраданием. Он потянулся к Эрнест, чтобы взять за руку, но резко втянул воздух сквозь стиснутые зубы.

— Ай, черт! — Он скривился, его спина мгновенно выпрямилась спустя несколько часов сгорбления. Каулитц отлично поспал на животе у Каролины, а воодушевленный чувствами, совсем позабыл, что беспокоить серьезные раны нельзя.

— Все еще болит? — мгновенно отреагировала девушка, дотрагиваясь до кожи. Она помнила, в каких местах нанесены удары и умело обходила их, успокаивая напряженность Тома невесомыми прикосновениями. — Если ты сейчас опять скажешь «все нормально», я тебя огрею.

— Но все правда нормально. Тянет немного, такое ощущение, что позвоночник кто-то скручивает. К тому же видишь, я шучу, дышу, живу. Все по плану. Мы занимаемся важными делами. Тебе создать поддельный паспорт?

— Мне? Уже нет.

— Да ладно, так намного ведь легче. И это просто шутка.

— Ладно. Валяй...

Внутри Каролина заулыбалась, но снаружи скрыла победную улыбку и удостоилась впервые за пол часа времени, которое они сидят здесь, вникнуть в суть процесса.

— На какое имя? — спокойно спросил Том.

— Дай подумать...

— У тебя две минуты.

— А больше нельзя? — возмущено проговорила она, начиная лихорадочно перебирирать варианты.

— Возьми, к примеру... Адела.

— Звучит как никнейм порноактисы. —  выдала вердикт Каролина, раздумывая дальше. — Изабелль Дуарте.

— Ох, извините, принцесса благородных кровей, но имя уже занято. — Каулитц быстро напечатал предложенные инициалы, и они действительно оказались слишком подозрительными для ввода – нужно что-то обычно, не сильно кидающееся в глаза...

— Как насчет Софии?

— Прекрасной? Проще Амалию взять.

— Скукота.

— Лорен Кампос?

— Черт с твоими Лорен Кампос! Пусть будет Адела Сантос! — сдалась Каролина, обреченно наблюдая, как тот вводит имя и фамилию в строку. — Подожди!

— Поздно, уже обновляется.

Эрнест замолчала, но ради снижения неловкой паузы, поинтересовался:

— Что ты хотела?

— Валери.

— Что-то знакомое.

— Да. Имя очень красивое. Помнишь, когда мы увидели могилку на кладбище? Я долго не могла выкинуть из головы смерть в раннем возрасте. Боюсь представить, что будет со мной, если мое дитя погибнет...

— Эй, успокойся, ты чего? Никто не умрет, а если и родится ребенок, мы будем ухаживать за ним должным образом. Перестань накручивать себя. — твердо сказал Каулитц, стремительно подбирая руку девушки в свою. Он переплел пальцы, большим поглаживая тыльную сторону ладони – самый интимный жест, который происходил между ними.

— Мы? — переспросила Каролина голосом, наполненным горечью. — Ты уверен, что это возможно? Ты даже не знаешь, какого черта произойдет завтра.

— Предполагаю.

— Непредсказуемость – самая главная причина страха. Я додумываю события, и мне страшно. И даже не могу избавиться от этого.

— Тогда я всегда буду рядом и скажу, что все будет хорошо, только потому, что так случится реально. Мы вооружены с ног до головы.

Компьютер внезапно выдал пиликающий звук. Все, над чем работал Каулитц – фотография, имя, дата, место, коды, пароли – разом исчезли. Каролина наблюдала, как его пальцы бегали по клавишам, как он тихо матерился над системой, выдающую ошибку, и как он хмурился.

На белом фоне появилась красная строка: «Ошибка. Источник личных сведений не обнаружен. Поле 'род. запись' пуста. Код: ORPH-004 — проверка не пройдена». Том поморщился, попытался ввести данные вручную, перезапустить модуль, подменить поле «место рождения», а программа упрямо возвращала невнятный отказ. После еще одного прочтения, лицо Каулитца изменилось, он стал еще настороженнее.

— Меня раздражают эти ошибки. Иди спать, я буду сам разбираться.