Любовь, доска и море

Родители приехали всего на пять дней. Мама всё переживала об оставленном частном доме и живности, которую в их отсутствие кормил старший брат Любы. Между переживаниями и походами на море, она успела напрячь отца с чисткой роз, сгонять Диму в садоводческий магазин за специальной мазью для стволов и срезов, подкормить каждый кустик и расписать владельцу пансионата полную инструкцию по уходу на два года вперёд. Димка обещал следить за её исполнением и отчитываться Веронике Сергеевне о результатах.

На четвёртый день после приезда родителей домой начала потихоньку собираться Юлька. Она слонялась по пансионату, как неприкаянная, собрав чемодан с самого утра, хотя поезд у неё отходил вечером. Не выдержав скуки и тоски по мужу, она попросила Любиных родителей отпустить с нею их дочь за покупками.

- Тебе в парикмахерскую когда? — спросила хостес, задумчиво рассматривая ряды сувенирных ларьков на набережной.

- Через полчаса, — ответила Юля, роясь в заколках ручной работы. — Я же буду блонд?

- Нет, — разочаровала её Люба. — Ты, скорее всего, будешь русой.

- Всё равно цвет гораздо светлее нынешнего, — отмахнулась подруга. — Значит, надо чёрные аксессуары. Ты себе ничего купить не хочешь?

- У меня не так много денег, — отказалась хостес. — Те, что есть, нужно беречь, потому что я планирую осенью кое-что себе прикупить. Но главное — у меня не так много волос.

- Это точно, — засмеялась Димкина сестра. — Но вот эту небольшую заколочку я тебе подарю, держи!

Она сунула в руки Любе оригинальную расписную чайку.

- Что ты выдумываешь! — возмутилась хостес. — Я же не малявка какая-то!

- Спорим, что тебе будет очень красиво? — хитро прищурилась Юлька. — Вон зеркало, подколи свою более короткую сторону.

Люба не стала снова возмущаться и подошла к зеркалу. В конце концов спорить смысла не было, проще предъявить доказательство, сделав то, о чём просит подруга. И тогда она увидит, что серо-голубая чайка действительно смотрится, как чёртичто и сбоку бантик.

- Ты права, — тихо признала Люба Юлькину правоту, долго рассматривая себя в зеркало. — Мне действительно очень идёт. Никак не могу уловить, на кого я стала похожа с этой заколкой.

- На легконогую девчонку, каковой ты, по сути, и являешься, — Димкина сестра отдала продавцу необходимую сумму, расплатившись сразу и за свои покупки, и за подарок подруге. — И всегда будешь являться. Носи её, прошу тебя. Она принесёт тебе удачу.

- Ты тоже решила в предсказательницы податься? — спросила со смехом Люба.

- Нет, я просто верю в силу мысли. Особенно в её действенность для других людей, — серьёзно ответила Юлька. — Я очень хочу, чтобы у тебя всё было чуть чуть лучше, чем просто хорошо. И вкладываю это своё желание в свой подарок. Вот посмотришь, что-то хорошее обязательно случится в скором времени.

- Да, — согласилась хостес. — Ты станешь собой.

- Это не достигается просто перекраской, — улыбнулась подруга.

- Но с неё может начаться.

- Не уверена, что мой Борька переживёт даже покраску, не то, что меня новую, — тихо сказала Юля, и Люба поняла, что подруга по-прежнему неуверена в правильности своего решения.

- Эх ты! — сказала хостес. — Любят-то нас не за внешность. И даже не за наше поведение.

- А за что?

- За что-то внутри нас. За вибрации, которые мы создаём своими эмоциями и жизненным настроем. При этом никогда не угадаешь, кому именно и какие именно вибрации лягут на душу. Так что идём, вибрация, поменяем тебе имидж.

Мастерица-практикантка встретила девушек улыбкой. За те дни, что они не виделись, у девочки произошли изменения — ей освободили немного дополнительного места и повесили более яркую лампу.

- У меня много клиентов, — шепотом похвасталась парикмахер Любе. — Благодарю Вас, что прислали своё фото "до". Я смогла выставить его на странице в соцсетях, и ко мне пошли знакомые. А потом стали рекомендовать меня своим знакомым. Я уже даже плачу владельцу парикмахерской почти полную арендную плату, и за это мне сделали нормальное рабочее место.

- Это чудесно! — искренне порадовалась за практикантку Люба. — Давайте ещё мою подругу "до" сфотографируем тоже.

- Давайте, — согласилась Юлька.

- Вы не обижайтесь, но перед смыванием краски я Вас выгоню, — застенчиво сказала парикмахерша Любе. — Пока я буду сушить Вашей подруге голову, я прошу Вас погулять на улице. Хочется сделать сюрприз.

- Хорошо, — заинтригованно сказала хостес. — Я её, конечно, ещё помню светленькой, но уже плоховато. И подобные сюрпризы я люблю. Так что я сама выгонюсь.

Практикантка возилась с волосами Юли долго. Сначала она обрезала секущиеся концы, обкорнав подругу по лопатки. Юлька всплеснула руками, но возражать не решилась, так как прекрасно знала состояние своих волос. После этой обрезки мастерица покрасила тёмные пряди, действительно действуя крайне аккуратно, чтобы как можно меньше травмировать и без того пересушенную кожу головы своей клиентки. А потом сделала знак Любе, что пора выходить.

- Когда мне вернуться? — спросила хостес.

- Через полчаса, — прикинула практикантка. — Я сделаю простенькое ламинирование щадящим средством и окончательно дооформлю стрижку.

Люба кивнула и отправилась в ближайшее кафе, чтобы заказать себе булочку и чай. Времени после обеда прошло уже много, и девушка сильно проголодалась. В кафе она в очередной раз глянула на себя в зеркало, хоть и любовалась своей чайкой в волосах в парикмахерской. Блики света и тени скользнули каким-то особенным образом и эмалевая птица словно подмигнула новой подружке и хозяйке. Люба скорчила рожицу своему отражению, пользуясь тем, что её никто не видит.

- Волшебно! — сказала она Юльке через полчаса. Подруга смущённо улыбнулась и покрутилась в разные стороны, демонстрируя свой новый образ. — Ты просто фея!

- Не ведьма?

- Ну, если бывают белые ведьмы, тогда...

- Нет, я лучше буду феей. Как думаешь, муж меня узнает?

- Опять за старое? Вот и проверишь. А пока предлагаю потренироваться на твоём братце.

- Провокатор, — буркнул Димка, обращаясь к Любе, но рассматривая при этом сестру. — Катализатор странных изменений. Кого ты ко мне привела?

- Привыкнешь, — захохотала Люба.

- Вспомню скорее, — прищурился парень, дёргая сестру за прядь осветлённых волос, словно в детстве. — Юлька, я тебя, конечно, люблю любой, но русой ты мне роднее, а чёрной — привычнее. Как с этим быть?

- Расслабиться и получать удовольствие, — фыркнула сестра. — Я сегодня уеду и буду бомбардировать тебя только своими фотками. В следующем году ты уже меня чёрной и не вспомнишь.

- Хотел бы я посмотреть на Борькино лицо, — буркнул смущённый владелец пансионата.

- Я пришлю тебе видео, — Юля сама всё ещё нервничала по этому поводу. — В конце концов, если моему мужу не понравится, я всегда смогу перекраситься.

Последнее она произнесла себе под нос, но подруга её услышала.

- Юля, посмотри на меня, — попросила Люба. — Тебе самой нравится?

- Очень, — призналась Димкина сестра.

- Значит, ему тоже понравится. Он же хочет, чтобы ты была счастлива, да?

- Да, — твёрдо сказал Дима, вспомнив, как зять волновался о спокойствии Юли. — Пошли ужинать и будем выдвигаться на поезд.

- Рановато же ещё ужинать, — удивилась Люба. — Половина шестого ещё только.

- Нас с радостью покормят чуть заранее, — ответил одноклассник. — Я договорился с Тамарой Михайловной.

- Надо тогда родителей предупредить, что мы раньше будем кушать и уедем. Пусть не ждут нас, — задумчиво сказала хостес.

- Идём, сходим к ним на пять минут, — предложила Юля. — Я хочу сказать "До свиданья!" Кто знает, когда я увижу их в следующий раз.

- Юля, какая ты красивая! — всплеснула руками Вероника Сергеевна. — Вот хорошо! Вот правильно! Сразу глаза стали ярче и больше.

- Правда? — удивилась польщённая подруга, поворачиваясь к зеркалу в коридорчике номера.

- Слушай мать, она в таких вещах разбирается, — подтвердил Анатолий Степанович.

- Ма, ты — гений! Юлька всё сомневалась, правильно ли поступает, но теперь глянь на неё, она готова отстаивать своё решение до последнего, — добродушно и радостно засмеялась Люба. — Мы пришли сказать, что поужинаем раньше и поедем мою подружку на поезд провожать. А вы идите кушать как обычно. Мы с Димкой вернёмся, можно будет пойти погулять на набережную или поиграть в какую-то из наших любимых настольных игр в одной из беседок.

- Отец только две взял, — буркнула Вероника Сергеевна.

- Зато самые популярные, — не смолчал Анатолий Степанович. — Идите, девочки. Лёгкой тебе дороги, Юленька. Ещё увидимся.

- Откуда Вы знаете? — снова удивилась подруга.

- Я не знаю, я верю, — улыбнулся Любвин отец. — А вера часто сильнее знания.

- Я теперь понимаю, в кого ты такая, — задумчиво сказала Юля, когда они с Любой шли в столовую. — Почему-то в детстве я не замечала, что у вас все члены семьи друг на друга похожи... вибрациями.

- Ну, мы же родственники, — улыбнулась хостес.

- А брат твой как поживает?

- Работает ветврачом, отдаёт десятину дохода на лекарства и операции бездомным животным или животным бедных людей. Он бы и больше отдавал, но семью кормить надо. Правда, с женой ему повезло. В последнее время она начала свой бизнес. Младший мой племянник уже в школу пошёл, ей стало проще уделять время своему делу. Теперь к десятине брата присоединилась ещё и десятина его жены. Самая распространённая причина для расстройства в их семье — "Всем не поможешь".

- Эх, побольше бы таких людей, как вы, на свете.

- Что мешает тебе стать одной из нас? — хитро спросила Люба, распахивая дверь в столовую, где их уже ждал Димка.

На следующее утро домой стали собираться Любины родители. И только тут девушка вспомнила, что так и не позвонила Соне.

- Димка, ты неделю назад говорил, что у тебя есть какие-то связи в билетных кассах! — ворвалась она в кабинет к парню. — Мне нужно Соню из столицы вывезти на недельку.

- На какие даты? — деловито поинтересовался парень, доставая свой смартфон.

- Да обратно она смогла взять билет, а вот сюда вообще мест нет. Идеально было бы на воскресенье.

- То есть, почти через неделю? — уточнил владелец пансионата.

- Да. У Сони сейчас проект на стадии завершения, она раньше не сможет, — кивнула девушка. — И позже тоже не желательно, начальство и так согласилось отпустить ненадолго, потому что отпуск у неё по плану в октябре.

- Любка, я попробую, но не обещаю, — сказал Дима. — Сезон в самом разгаре не только для обычных людей, но и для сильных мира сего. Иди пока к родителям, я тебе позвоню по результатам.

- Почему я раньше не спохватилась? — повинилась хостес. — Шансов было бы больше.

- Не факт, — покачал головой одноклассник. — Но ты не переживай. В крайнем случае можно бла-бла-каром поехать.

- Соня не ездит бла-бла-каром, боится, — ссутулилась Люба.

- Что-нибудь придумаем, — утешил её парень. — Иди, я сейчас займусь.

- Да-да, Дим, спасибо. В конце концов, если ей нужно попасть к нам, ей поможет счастливый случай, обязательно.

- Любка, что за бред? — удивился одноклассник, отвлекаясь от перелистывания своей записной книжки в телефоне.

- Ты не веришь в счастливый случай? — подняла на него глаза девушка.

- Э, не, я не буду спорить с фактом существования совпадений, которые называют счастливым случаем, — поднял обе ладони вверх парень. — Но перекладывать на него ответственность за собственные решения? Извини, это никуда не годится. Я предпочитаю ковать счастье по максимуму своими руками. Надо твою подругу привезти? Привезём. В конце концов у меня приятель собирается ехать сюда своей машиной на три дня позже, чем твоя подруга. В крайнем случае я могу попросить его выехать раньше, чтобы он её привёз. Человек он хороший, девушке с ним ничего не угрожает, зуб даю.

- Давай всё-таки сначала поездом попробуем? — несмело улыбнулась Люба. — Чего зря человека напрягать? Всё, я пойду. Ты меня успокоил, спасибо!

Она выскочила из Димкиного кабинета, помахала приветственно Ире, которая только что откуда-то вернулась, и поднялась в свой номер.

- Люба, у тебя телефон тренькал, — сказала мама, деловито пакуя в чемодан купленную на сувенирном прилавке статуэтку бога Хотея. — Эх, не влазит. Придётся отдельно в пакете везти.

- Ты бы ещё большую взяла, — насмешливо посоветовал отец. — Представляешь себе, Люба? Я её с трудом отговорил от покупки очередной стойки для комнатных цветов. Помог только аргумент, что это чудовищное по размерам приобретение не влезет Диме в машину.

- Влезет, — медленно протянула девушка, не осознавая до конца, что именно она говорит, так как на экране высветилось тревожное сообщение от Юльки.

- "Муж меня не узнал, как я и боялась", — значилось на экране, а под текстом плакал расстроенный смайлик.

Люба быстро отстучала утешительно-обнимательное сочувствие. Только она собралась набрать вопрос о том, что подруга решила делать теперь, как пришло следующее сообщение: "Хорошо, что в поезде я познакомилась с отличным человеком!".

Хостес открыла рот. Посидела так пару секунд, заметила свою реакцию, закрыла рот и потрясла головой. Быстро же Димкина сестра утешилась, надо же.

- "И этот человек согласился нас сфотографировать втайне от Борьки", — гласило следующее сообщение, а вслед за ним сразу же прилетела фотография, на которой Юлькин муж крепко прижимал к себе улыбающуюся жену. А на следующем фото супруги обнимали пожилую полноватую женщину. Видимо, именно она и была тем самым "замечательным человеком",

- "Ну ты и интриганка!" — ответила Люба, чувствуя, как на её лицо сама собой вползает радостная улыбка. — "Заставила меня поволноваться".

- "Всего-то минутку!" — возмутилась подруга. — "Зная тебя, радоваться ты будешь гораздо дольше. Чайку мою носишь?"

- "Да. Она мне нравится", — ответила хостес.

- "Носи-носи. Пусть она приведёт к тебе того, кого тебе захочется взаимно обнять так же, как и мне хотелось обнять моего Борьку."

- ...Люба, как ты думаешь? — донеслось до девушки обращение матери.

- А? — подняла голову от телефона она.

- Стоит мне у Димы черенков роз настричь с собой, как ты думаешь? — повторила Вероника Сергеевна.

- Нет, — покачала головой дочь. — Их везти будет неудобно. Я лучше попрошу его укоренить для тебя отростки и переслать потом. Он с радостью согласится.

- Хороший мальчик, — мечтательно сказала мама. — Всегда был хорошим мальчиком. И чего ему так в любви-то не везёт?

- Потому что хороший, потому и не везёт, — веско сказал Анатолий Степанович.

- Тебе же повезло, — повернулась к нему супруга.

- Так на меня такое наказание божье, как пансионат в наследство, в двадцать четыре года не падало.

- С чего вы взяли, что ему не везёт? — удивилась Люба. — Димка не собирается жениться. Утверждает, что холостяковать лучше. Никто, мол, на мозги не капает.

Вероника Сергеевна фыркнула с видом "Уж я-то знаю!", но говорить больше ничего не стала, снова сосредоточившись на укладывании багажа. У Любы зазвонил телефон.

- Короче, билетов на данный момент нет, — бодро отчитался Димка. Девушка усмехнулась совпадению, так как именно об однокласснике только что и говорили. — Но ты не расстраивайся, как только свободный билетик появится, его придержат для твоей Сони. А я пока выясню обстановку на автобусных маршрутах.

- Спасибо тебе, Дим, — поблагодарила девушка, отстранённо наблюдая, как родители внезапно куда-то собрались и ушли, не позвав её с собой. — Мы будем ждать.

- Когда на поезд твоим-то?

- В три часа надо быть на вокзале.

- Пообедаем и поедем.

- Димка, а ты заметил, что мы каждый раз перед поездом едим? — развеселилась хостес.

- И правильно делаем, — рассудительно сказал парень. — Чего на голодный желудок-то ехать?

- Хороший ты человек, Димка! — сказала Люба. — Что ж тебе так в любви-то не везёт?

- И ты туда же! — возмутился владелец пансионата. — Сломалась эта Любка, несите другую. Мне и одному хорошо.

- Тихо-тихо, не злись. Я же пошутила. Во второй части. А про то, что ты — хороший, это мама моя говорит. И она права.

- Жду вас всех после обеда на первом этаже в фойе, — буркнул молодой человек, успокаиваясь. — Я пошёл работать.

Он отключился, а Люба снова глянула на счастливую Юльку, вцепившуюся в своего мужа на перроне столичного вокзала, и подумала, что у каждого, наверное, своё везение в жизни. Кому-то в браке счастье улыбнулось, кому-то процветающий пансионат удалось почти что из руин создать, а кому-то, вот как самой Любке, с работа самая лучшая в мире досталась. И друзья прекрасные. Нужно быть благодарными за то, что есть, а не постоянно рыскать в поисках очередного блага.

- О боже! Мама, что это? — воскликнула девушка, увидев, как отец вносит в номер длинный свёрток, бережно обмотанный пупырчастой плёнкой.

- Подставка для цветов, — пропыхтел отец.

- Как Вы её повезёте?

- Ты же сама говорила, что в Димин автомобиль влезет, — всплеснула руками Вероника Сергеевна, проходя вслед за мужем в помещение.

- Я? — удивилась хостес.

- Да. Перед тем, как в свой телефон углубиться.

- О боже! — застонала Люба, хватаясь за голову. — Когда я начну вникать в то, на что отвечаю, прежде, чем ответить? Я-то думала, что речь про статуэтку Хотея!

- Так, спокойно, — остановил панику отец. — Не влезет в машину, отправим почтой. Я видел неподалёку отделение. Уже ж купили, обратно не понесём. Да и матери она нравится, хоть я и считаю, что такие высокие подставки — глупость, надо настенные прикручивать под потолок. Но уже купили. Решим проблему с перевозкой.

- Вот какого я мужа хочу, — мечтательно сказала Люба. — Чтобы умел так же легко настраиваться на решение проблем, а потом сразу их решать.

- Вот как только определишься до конца, какого хочешь, так сразу и встретишь, — сказала Вероника Сергеевна, проходя мимо дочери с электрочайником в руках. — А то, вон, Дима же умеет проблемы решать? Умеет. Но тебе не хорош оказался. Значит, нужно ещё что-то, кроме находчивости. А что именно? Так тебе надо думать. А мы пока будем чай пить. Отец, тебе заваривать?

- Э, мне тоде заваривать, — потребовала девушка. — Я сей момент думать не буду о таких вещах. Ты же знаешь, что тут нужен момент.

- Раз ты уже об этом размышляешь и говоришь, значит, и момент будет подходящий, — ответила мама. — Достань-ка сладкое из холодильника.