Часть 72
Но этот звериный тембр, любимый до боли и сумасшествия, был ей знаком. Она так хорошо успела его узнать. И так неудержимо влюбиться в него. Неудержимо? Неисцелимо...
- Я больше не могу, Ваше Величество... Убейте меня, прошу... У меня не получается... Молю...
- Зови. Еще.
Шатаясь и едва держась на ногах, Джису поднялась.
- Милая моя... пойдем отсюда?.. -
Мать схватила ее за руку и начала пятиться назад.
Джису помотала головой.
- Мама... Послушай... Я... Я должна туда поити...
- Куда?! Куда, дочка?!
- К Нему...
- Девочка моя... - По щеке матери скатилась слеза.
Джису порывисто обняла ее и тихо прошептала:
- Мам, ты же тоже слышишь. Ведь так?
- Да. - Мама тихонько всхлипывала, уткнувшись ей в плечо.
- Не переживай за меня. Там очень хорошо. Он... он меня любит. Защищает. С ним я буду в порядке. Обещаю тебе.
- Что происходит?
Джису грустно улыбнулась:
- Это сложно объяснить. Я и сама до конца не поняла. Но я хочу быть с Ним.
Я не проживу долго, если его не будет рядом.
- Господи... Это ненормально.
Джису отстранилась, понимая, что и
сама плачет:
- Только это и нормально. Пожалуйста, мам... Пойми меня. Помнишь, в детстве ты обещала мне, что я обязательно встречу своего принца? Так вот твое обещание сбылось. Я его встретила. Настоящего принца. Только он еще лучше. Он необыкновенный. А ты больше не плачь... Знаешь что... Я думаю, тебе стоит вернуться домой, позвонить Ин Чолю и дать ему несколько советов по воспитанию внучки.
Как ее зовут?
Мать почти по-детски всхлипнула:
- А-агния...
- Ну вот... Почему-то мне кажется, что Агнии без тебя будет сложно.
- Но как же ты?! Куда ты собралась?
- Я... Я найду способ тебя навестить. Обязательно. Но ты ни в коем случае не грусти. И не переживай. С ним мне ничего не угрожает.
- Это безумие...
Джису улыбнулась, впервые за долгое
время чувствуя легкость.
- Ты права. Я люблю тебя, мам. Спасибо, что дала мне жизнь...
- Милая... - Мать снова разрыдалась. - И я тебя люблю... Будь там счастлива, где бы это место ни было.
На этот раз Джису не смогла сдержать
улыбку счастья:
- Оно совсем рядом. Ты же видишь.
До встречи, мам...
- До встречи, милая... Пусть у тебя все будет замечательно.
Джису поцеловала ее в лоб и шагнула во влажный туман. Коснулась рукой высокого камня с высеченными на нем рунами. Камень пылал. Был обжигающе горячим, как прикосновения Чонгука.
- Джису-у-у-у... Отзовись...
Джису смелее пошла вперед, следуя за плоскими камнями в земле. Неожиданно туман начал рассеиваться. Расползаться, как рваное полотно, на части. Со страхом, что все привиделось и оказалось лишь иллюзией, Джису медленно ступала по тропе из камней. В виски билась оголтелая мысль: хоть бы это был он. Пусть ждет ее. Пусть он окажется реальным, а не выдумкой ее больного сознания. Пусть он...
Громкое рычание разорвало лесную тишину. Такое знакомое и любимое. Джису всхлипнула. Раздирая клочки тумана на части, к ней несся черный воин. Огромный, жуткий, невыносимо прекрасный.
Он смотрел прямо на нее. Бирюзовые
глаза горели в сумраке ярче костров.
Длинные волосы рассыпались по могучим плечам. Смуглая кожа отливала золотом. Но лицо... Его лицо было диким. Совершенно сумасшедшим. Он смотрел на нее, как на призрака. С ужасом и неверием. И с затаенной внутри болью. Такой, что ее саму пронзило мучительным спазмом.
Джису споткнулась и замерла на месте.
Темная щетина скрывала часть его лица. Но Джису разглядела, как болезненно изогнулись его губы. Показались острые клыки... С волчим рычанием он бросился к ней. Схватил за руку и рывком прижал к себе так, что дыхание застряло в горле и остановилось.
- Настоящая... - Он шумно вдохнул ее запах и сдавил в тисках рук. И прорывая ткань, в талию вонзились его когти, и от этой боли Джису немного пришла в себя.
- Вернулась... Моя... Пришла ко мне...
Моя... Джису...
Она приподнялась на цыпочки и обвила руками его шею, повисла, вдыхая родной запах, без которого жизнь превратилась в мучение.
- Да... Я вернулась... Ты ждал?
- Искал тебя... - Его речь была неразборчивой, утратившей всякую человечность.
Джису плавилась в его объятиях. Жар его тела захватил. Ее трясло от лихорадки.
- Мой Чонгук... - Джису гладила его волосы и спину, плечи, цеплялась пальцами за твердое тело. - Мой принц...
Он жег ее своим огнем. Влажно дышал в шею, скользил губами по коже, оставляя чувствительные царапины. Пальцы запутались в его волосах, притягивая к себе так близко, что их тела слились в одно.
- Твой... Твой... Так плохо без тебя...
Никому не отдам...
Джису заплакала, утыкаясь лицом в его
грудь.
- Не отдавай... Не отпускай меня. Никогда.
Он впился зубами в ее шею, ставя новую метку. Джису широко распахнула глаза от бешеного ощущения... правильности происходящего. Кожа стала липкой от крови и его дыхания. Шершавый язык жадно скользил, слизывая соленые капли, а Джису понимала, что наслаждается. Наслаждается каждой иголочкой боли, прострелившей тело. В небе вспыхнула молния. Огромная, страшная. Ослепительно яркая.
Чонгук оторвался от ее рта, слизнул с губ кровь и взглянул на нее тяжелым взглядом. Только сеичас Джису заметила, как он изменился. В уголках его глаз, вокруг рта и на лбу залегли глубокие морщины. В щетине и шелковистых волосах блестели седые пряди. На щеке появился жуткий шрам. Оставленная ею татуировка побледнела и казалась серой.
Он выглядел старше. Еще более суровым. Угрожающим. Зверем. Не веря, что снова видит его, Джису коснулась ладонью впалой теплой щеки. Он прикрыл глаза и шумно сглотнул.
Живой. Родной. Джису обхватила его лицо руками и притянула к себе. Жадно прильнула к его губам. Все тело пронзило таким непередаваемым ощущением, что она едва устояла на ногах. Он удержал ее, не дал упасть.
- Ты... настоящая?
Джису кивнула, не находя сил ответить. Провела дрожащими пальцами по его губам, заново узнавая.
- Так долго тебя искал...
Он слишком сильно изменился. В нем как будто совсем пропала человечность.
Осталось только что-то грубое. Примитивное. Резкое. Он снова прижал ее к себе, но вдруг
резко отстранился.
- Должен убедиться... что ты не обман...
Он толкнул ее в лес, потянул за собой в темную чащу. Все еще не веря в происходящее, Джису отстраненно заметила, как мелькнуло вдали алое платье, как быстро пробежал мимо огромный пушистый кот. Она даже заметила высокие каменные глыбы. Огромные. С какими-то страшными письменами. Все они были покрыты темно-вишневой краской. Или кровью...
Но все это осталось где-то далеко. Сейчас был лишь Чонгук. Он уложил ее прямо на землю. Начал срывать одежду и все время обнюхивал.
- Твой запах... Ты... Это ты... Моя...
Его губы и язык скользили по обнажающейся коже, превращая Джису в пылающий нерв. Она вся была как оголенный провод.
- Так долго...
Джису вцепилась в его волосы и оттянул голову Чонгук от своей шеи:
- Как долго меня не было?
По его щеке стекла одинокая блестящая слеза. Хриплый, но такой любимый голос, печально ответил:
- Пять лет...
Внутри что-то лопнуло. Взорвалось.
Она потянулась к нему и поимала соленую слезу губами. Все дикое и животное, что всегда жило в ней, но пряталось где-то глубоко, проснулось.
Она до сих пор не была целой. Не хватало его. Джису оттолкнула Чонгука, заставляя перевернуться на спину, и оседлала крепкие бедра. По коже заскользили прохладные капли дождя. В небе загрохотало оглушительным раскатом.
Дождь усилился. Холодный, колкий, пахнущий сыростью и пылью. Земля превращалась в грязь, а сбитые ударами капель листья липли к коже.
Джису разодрала его рубашку и закусила губу от шока. На его груди, напротив сердца белел шрам от ожога. Ее имя... Он выжег на себе ее имя...
Джису стянула свитер и отбросила в сторону. Его полубезумный взгляд замер на ее животе, на черной татуировке.
- Ты должен мне пять лет любви...
Прямо сейчас...
Он зарычал, снова перевернул ее на спину и набросился на губы звериным поцелуем. Это была одержимость. Сумасшествие. Это была любовь. Дождь хлестал по телам, соприкасался с горящей кожей и превращался в пар.
Джису царапала его кожу до крови. Кричала, срывая голос. И жадно ловила его хриплый шепот:
- Моя... моя... моя...
КОНЕЦ