Часть 70
- Не вдыхайте! - Чонгук зажал ладонью нос и рот Джису. - Не дышите пылью!
Оборотни спешно закрывали лица какими-то тряпицами, а люди ошарашенно переглядывались. На лицах многих начали проступать черные пятна, как будто их кожа гнила. От паники у Джису потемнело перед глазами. В памяти всплывали страшные строчки прочитанные о Катоне. Тогда она думала, что автор специально придумал кровавые подробности, чтобы цветасто изобразить подвиг Волчьего Принца. Но теперь...
Это была правда. Изуродованная душа
Джисуиды сотворила нечто ужасное.
Нельзя допустить того, что она описала.
Нельзя... Защищая ее, Чонгук лишал защиты себя. Как он собирался сопротивляться страшной пыли, если сам до сих пор не спрятал лицо?
Джису заставила себя расслабиться. Прижалась к Чонгуку, стараясь слиться с его телом, с его душой. Ее сердце превратилось в дикую птицу, которая клювом пробивала ребра и кожу, стараясь впиться когтями в сердце Чонгука и никогда не отпускать.
Она почувствовала, как кожу лица снова стягивает, как сегодня в библиотеке. Сквозь плоть прорывались вороньи перья. По венам потекли дождевые струи. Молча, Джису взмолилась всем ветрам. Они ей нужны... Необходимы. Ведь обещали же помочь.
Кто-то шепнул на ухо:
- Я здесь, чародейка... Приказывай...
Джису всмотрелась в бледные очертания закутанного в плащ мужчины. Сквозь него она видела, как стражники князя теряют человечность. Их кожа покрывалась язвами, из глазниц текла кровь. Они скалились, выискивая себе жертв. Джису представила, как черная пыль взмывает под потолок, уносимая ветром. Над головами замерцало черное облако истлевшей плоти. Она попыталась вырваться из хватки
Чонгука. Но он сильнее прижал ее к себе.
- Мы уходим отсюда. Быстро. Им уже не помочь.
Отравленные пылью люди начали нападать на оборотней. Бросались на них, как одержимые, пытались впиться зубами в шею.
Чонгук снова прокричал:
- Не убивать их! Ни один из людей не должен быть убит!
Но он опоздал. Джун прорывался к
Абигель. Выросшие на его пальцах когти вонзились в грудь стражника, а через секунду он вырвал человеку сердце. В то же мгновение сквозь стены зала начали просачиваться черные тени. Они стекали вниз, словно вода, и тут же взлетали в воздух. В них появлялись черные дыры, в которых угадывались жуткие лики.
- Он выполнил условие Кровавой Полуночи... Убил человека... - Чонгук перехватил секиру, выставляя ее перед Джису.
Черные тени заполонили все вокруг.
Они начали кружить над головами, словно водоворот. А затем летели вниз и окутывали оборотней черным саваном. Мужчины валились на пол, оглушая пространство диким ревом боли.
От ужаса Джису перестала соображать.
Просто оцепенела. Было лишь делом времени, когда одна из теней накроет их с Чонгуком. Или смерть придет от обезумевших, отравленных ведьминой пылью людей.
Она даже не сразу распознала среди теней серебристый плащ с прорехами глазниц и льда. К ней летел трольхар.
Он заслонил их с Чонгуком и сипло зашипел:
- В княжестве бойня... Люди р-режут др-р-руг др-руга... Пр-р-ризраки мер-ртвых ведьм повсю-ю-юду...
Джису вывернулась из-под ладони Чонгука.
- Как их остановить?
В этот момент на них налетел стражник. Его глазницы были пустыми, а изо рта сочилась черная жижа. Одним ударом Чонгук снес голову воину, и тот упал замертво.
- Я не зна-а-аю...
Началась резня. В зал вбегали новые и новые воины. Все они выглядели гниющими трупами, истлевающими прямо на глазах. Но их сила была непомерна. Они сражались с оборотнями, ни в чем им не уступая. Черные призраки уничто-жали волков без жалости. Повсюду слышались мучительные рыки боли. Чонгук снова размахнулся. Джису даже не заметила, как к ним подкрались два мужчины. Чонгук безжалостно рассек одного из них на части. Второму отрубил ноги.
Джису закричала:
- Стой! Ты же сказал, что нельзя!
- Уже поздно. Джун запустил ритуал.
- Бер-р-регись! - Трольхар встал щитом перед ней и Чонгуком, мешая черной тени напасть.
Между ними завязалась дикая битва.
Но совладать с призраками было невозможно.
Оружие проходило сквозь них, не причиняя никакого вреда.
- Их не победить... Нет способа...
В памяти вдруг всплыли слова строптивой Геизы. «Лишь мечи, рожденные из молний, смогут их остановить».
- Есть! - Джису вцепилась в его руку. -
Я знаю как! Нужна гроза! Молнии.
Чонгук вдруг вытащил из-за пояса ножи и один за одним метнул в подступающих воинов. От лязга оружия закладывало уши.
- Тогда самое время их призвать.
Джису в бессилии махнула кулаками:
- Я стараюсь! Не получается!..
- Я должен увести тебя отсюда! - Он схватил ее за руку и дернул себе за спину.
Джису попыталась вырваться:
- Нам не уйти, неужели ты не понимаешь?! Посмотри, что творится вокруг?!
- Я смогу вывести тебя!
- А они?! - Она махнула рукой в сторону сражающихся оборотней. - Кто выведет их?!
- Княжна! Княжна! - Джису обернулась.
Джун тащил к выходу сопротивляющуюся Абигель. Он сбегал. Король оборотней сбегал от тех, кого поклялся защищать.
- Мы тоже уходим! - Чонгук потянулся к неи.
- И ты бросишь свой клан?
- Они знали, на что шли.
- Ты же не такой, как твой брат.
- Сейчас он поступил мудро.
- Ты приказал своим людям защищать меня. А я должна уйти, не защитив их?!
Чонгук вдруг рванулся к ней, сжал в руках и притянул к себе.
- Ты не сможешь их защитить. Ты слабая и ни на что не способная.
- Смогу-у-у! - Джису закричала ему в грудь, срывая голос.
В воздухе запахло грозой. Сверкнула яркая вспышка, и задрожали стены от громового раската. Раскалывая потолок на части, в зале вспыхивали молнии. Вниз полетели камни и осколки стекла. Молнии вспыхивали одна за другой, освещая все вокруг ярче солнца.
- Наконец-то... - Чонгук убийственно нежно поцеловал ее в лоб и погладил по волосам. - Я уже не знал, как тебя еще разозлить.
Джису слегка отодвинулась, забыв о
происходящем вокруг.
- Ты... ты не собирался их бросать?
Он ухмыльнулся:
- Собирался. Я не собирался говорить, что ты слабая.
Джису заставила себя сосредоточиться.
Представила, как молнии тянутся к оружию оборотней. Ветвистые разряды оплетали мечи и топоры, закручивались вокруг стрел.
Оказавшийся рядом Лазаж выпустил обвитую молнией стрелу в черную тень.
Неожиданно она задрожала и начала распадаться на части, рваными лоскутами падая на пол. Чонгук громко проревел:
- Защищать княжну!
Вокруг Джису тут же образовалось кольцо из покрытых кровью оборотней.
Она узнала Йелека и Коногана. Не задумываясь, они встали на ее защиту, не обратив внимания на то, что она ведьма... Джису вдруг поверила в себя. В свои силы. Она сможет. Она должна.
Запрокинув голову к виднеющемуся в пробоинах потолка небу, она звала к себе самые смертоносные из всех молний. Электрические разряды сливались с оружием оборотней.
Это оружие превращало призраков в лоскуты. Запахло паленой плотью. Гниющие тела стражников загорались и дымились. Громкий женский вскрик заставил отвлечься. Из-за спин охраняющих ее оборотней, Джису не видела, что происходит. Но она узнала голос Абигель.
- Чонгук! - Джису закричала изо всех сил.
Вокруг него уже высилась гора тел.
Сверкающая молниями секира, безостановочно рубила призраков и воинов.
Он обернулся, с тревогой глядя на нее.
- Абигель! Помоги...
Он только кивнул и бросился к служаке.
Оборотни вокруг немного сдвинулись,
и Джису смогла рассмотреть.
Абигель застыла у стены. Окровавленный Джун лежал у ее ног. Они так и не смогли уйти... На служанку надвигалось сразу несколько солдат. Над головой нависла черная тень...
Чонгук оказался возле нее через секунды. Его секира оставляла огненные всполохи, превращая стражников в кровавое месиво. В мощном прыжке он почти взлетел над полом, разрубая призрака.
Сердце кровило от любви к нему. Он делал для нее все. Совершенно все... Даже защищал девушку, которая была ее другом. Джису не поняла, что плачет, пока не почувствовала на губах вкус соли и влаги. От любви к нему ее скручивало узлом. Ее мужчина. Только ее. Лучший. Любимый. Единственный. Страшное чувство тревоги сжало горло. Что-то заставило повернуть голову. Обезображенный язвами и струпьями Денеш поднял лук. Наконечник стрелы смотрел в сторону... Чонгука. Надрывая до крови горло, Джису закричала:
- Чонгук! Сза-а-а-ди-и!
Он бросился к ней. Джису замотала головой. Стрела все еще была направлена на него. Но он не видел, ослепленный стремлением ее защитить.
Она махнула рукой в сторону Денеша.
Но из-за кольца солдат он не видел, куда
она показывает. Денеш натянул тетиву. Джису оттолкнула Коногана и рванула к Чонгуку.
Она никому не позволит причинить ему боль. Никогда. Она видела, как Денеш отпустил тетиву, как стрела задрожала и устремилась вперед. К Чонгуку.
Нет! Никогда. Он смотрел только на нее. Такой красивый. Совершенный. Родной.
Джису опередила стрелу. Встала стеной между ней и своим принцем. Острый наконечник разодрал кожу, пронзил спину. Прошел сквозь нее, стремясь к своей цели. К Нему... Но ее сердце сжало древко стальной хваткой, не пуская дальше.
Прорвав грудь, стрела остановилась.
Джису даже не почувствовала боль. Лишь удовлетворенно посмотрела вниз. Из груди торчал окровавленный наконечник. Внутри все горело и дрожало. А в ушах почему-то звенел дикий рев. Она взглянула на Чонгука.
- Живой... Успела...
В голове вдруг поплыл туман. Перед глазами начало темнеть. Лицо Чонгука оказалось искаженным. Совсем чужим.
Его глаза... Они светились, как два маяка. А по лицу почему-то бежали слезы. Остановившийся мир пришел в движение, и Джису поняла, что падает. Но сильные руки подхватили ее.
- Нет... - Его голос звучал хрипло и надтреснуто... - Ты что натворила, глупая?.. Заче-е-ем? - Слезы с его глаз капали ей на лицо. - Не закрывай! Не закрывай глаз! Мои лекари...
Джису перебила его:
- Он... тебя... не ранил?..
Чонгук укачивал ее на руках, прижимая к себе.
Его голос стал совсем жутким рыком.
- Не закрывай глаза, ты слышишь? !
Джису изо всех сил боролась с ужасной
усталостью. Ее окутывал сон.
- Джису! Не смей!
Его лицо утрачивало человеческие черты. В нем все больше проступало что-то звериное. Страшное. Джису покачала головой. Горло наполнилось кровью. Она закашлялась, пытаясь сделать вдох, но чертова стрела мешала. Она не хотела видеть зверя. Она хотела видеть своего Чонгука. Своего принца! Дура! Столько времени ему сопротивлялась... Сама у себя украла его и драгоценное время с ним. Из последних сил она коснулась ладонью его шершавой щеки.
- Как... в той сказке... Я хочу видеть... твое...
Чернота оглушила. Последнее, что она увидела - бирюзовое сияние. Последнее, что услышала - оглушающее рычание. Силы этого звука ее сердце не выдержало. Оно лопнуло. От любви.