Часть 11
— Г-госпожа, п-проснитесь... В-вы п-просили...
Джису с трудом открыла глаза и поморщилась от боли. Черноволосая девушка трясла ее за плечо, прикасаясь прямо к тому месту, где была рана. Едва шевеля языком, Джису выпростала руку из-под одеяла и ударила мучительницу по ладони:
— Больно же!
— Ох, п-простите, г-госпожа! Я н-не...
— Хватит мямлить! Помолчи хоть немного.
Джису накрыла голову подушкой и глубоко вздохнула. Надежда на то, что все приснилось, рассеялась как дым. Джису выбралась из-под подушки и со злости швырнула ее на пол. Разбудившая ее девица, испуганно отпрыгнула в сторону. Джису села и уныло посмотрела на девчонку. Абигель, кажется.
Встав с кровати, поплелась к окну. Она чувствовала себя развалюхой. Отдернув тяжелые бордовые шторы, Джису выглянула наружу. Первое, что бросалось в глаза, — небо. Насыщенного серо-голубого цвета, расчерченное алыми и оранжевыми полосами. Закат. И, похоже, собирается гроза. Джису не знала, откуда ей это известно, но чувствовала: гроза точно будет.
Джису перевела взгляд на окрестности. Да, это точно не декорации. Отсюда она видела совсем немного: каменную стену с деревянной крышей, несколько домов, похожих на миниатюрные замки, даже людей — крошечные, словно игрушечные, фигурки.
Внизу, прямо под ее окнами, туда-сюда сновали люди. Джису узнала высокую фигуру Чимина. Он опять был в кольчуге, металлические наплечники делали его плечи еще шире. Темно-синий плащ развевался за спиной. К нему подходили другие мужчины, тоже в кольчугах и точно таких же плащах. Кто-то приводил и уводил коней, кто-то проверял оружие.
Джису подозвала к окну служанку.
— Что там происходит?
Абигель осторожно приблизилась и выглянула:
— Я н-не знаю, но... кажется... князь собирается к Волчьим сыновьям.
Не успела она прикусить язык, как вырвался еще один вопрос, который мог ее разоблачить:
— Зачем?
Абигель пожала плечами.
— М-мне неизвестно...
Джису задумалась. Вот ее шанс выбраться отсюда, посмотреть, где оказалась. Князь уезжает и некому будет ее контролировать. Кот из дома — мыши в пляс, как говорится!
Она повернулась к Абигель:
— Прогуляемся?
— Но уже поздно, госпожа.
Аглая скривилась.
— Не бойся, я смогу тебя защитить, если вдруг кто-то нападет.
Уже знакомые глаза-монеты позабавили. Похоже, Абигель снова близка к обмороку.
— Мне нужно одеться. — Джису отошла от окна.
А еще в душ и к нормальному врачу.
Абигель резво шмыгнула к выходу.
— Я позову вашу горничную.
Джису с трудом удержалась от того, чтобы не закричать "Нет" и не схватить ее за руку. Горничная Аглаиды наверняка сразу поймет, что с госпожой что-то не так. Она покачала головой:
— Не нужно. Теперь прислуживать мне будешь ты.
Имеет ведь она право на капризы?! Наверняка имеет.
— Как прикажете, госпожа. Я помогу...
Конечно, поможешь! Потому что она понятия не имеет, где брать одежду. У нее даже джинсов не осталось. Хитрая стерва Джиссу позаботилась обо всем.
Абигель открыла шкаф и пропала в его недрах, а затем выудила несколько ярких платьев и разложила на кровати. Джису уставилась на цветные пятна. Похоже, стерва была модницей. Метры ткани, расшитые серебром и золотом, украшенные драгоценными камнями и кружевом. Джису взяла платье из зеленой ткани. Кажется, настоящая парча. Вырез на лифе был такой глубины, что должна была выскочить даже грудь самого скромного размера.
Джису бросила платье обратно на кровать:
— И что это?
— В-ваши платья? — Абигель выглядела обескураженной. — Я сделала что-то не так?
Джису не ответила и направилась к шкафу.
Среди вороха цветных тканей выбрала темное пятно. Платье оказалось глубокого синего цвета, как ночное небо.
— Вот. Надену это. – Брови Абигель опять поползли к ее забавной шапочке:
— Н-но оно же почти траурное... Мрачное... Вы всегда носили яркие...
— А сегодня хочу такое. – Абигель, молча, шмыгнула к шкафу и выудила оттуда еще что-то.
— Как скажете, госпожа. Позвольте помочь вам. — Она держала в руках что-то напоминающее... черный купальник.
Настала очередь Джису удивляться. Купальник был сплошным, с огромным количеством крючков и широкими лямками. Черт возьми! Да это же местная разновидность корсета. Ладно, хорошо хоть без панталон обошлось.
Джису быстро отбросила простыню. Раздеваться перед незнакомым человеком было ужасно неловко, но и справиться без посторонней помощи она не могла. Абигель подтянула вверх купальник-корсет-боди, что бы это ни было, и начала застегивать бесконечный ряд крючков. Жесткая ткань заставила выпрямиться и расправить плечи. Расширенные лямки, доходящие почти до шеи, вынуждали задрать подбородок вверх. Вот, значит, как добиваются величественной походки. Джису не была уверена, что сможет хотя бы сдвинуться в этих стальных тисках.
— Готово, госпожа. — Абигель снова метнулась к шкафу.
Джису подошла к зеркалу. На секунду она вспомнила о том, как прошла сквозь него. Но сейчас ничего не происходило. А как только увидела свое отражение, все мысли вмиг испарились из головы. А бельишко тут очень даже ничего. Даже ее грудь, печального второго размера смотрелась соблазнительно. Узкая талия подчеркнута темной тканью, и широкие бедра уже не кажутся такими уж огромными.
— Чулки, госпожа.
Ох, еще и чулки?! Абигель заставила Джису сесть на кровать и принялась надевать на нее плотные черные чулки. Вопреки ожиданиям, белые подвязки с тонкой кружевной полоской смотрелись совсем не смешно, а очень даже сексуально. За подвязками последовала длинная белая сорочка с вышитым подолом. И только после нее Абигель надела на Джису платье. Снова пришлось ждать, пока на спине будут застегнуты все крючки. В то время как Абигель завязывала на платье белоснежный шелковый пояс, Джису поглядывала в зеркало.
Непривычно было видеть себя... такой. Действительно, девушка из прошлого. Ей бы сейчас на какой-нибудь слет ролевиков или маскарад. Точно имела бы успех.
— Я не умею делать красивые прически... — Тихий голосок Абигель вырвал из задумчивости.
Джису раздраженно махнула рукой:
— Ничего страшного. Можно просто заколоть. Здесь что-то должно быть... – Джису открыла один из ящичков в столе.
Внутри в беспорядке были разбросаны самые разные украшения. Тут же стояла широкая прямоугольная шкатулка.
— Гребни подойдут? — Абигель указала на пару красивых гребешков, покрытых бирюзовой эмалью. — Чудесно будут смотреться на ваших прекрасных волосах.
Ну да-ну да. На прекрасных жутких пепельно-синих космах. Пока Абигель расчесывала и укладывала волосы в прическу, Джису достала шкатулку. На ней тоже был вырезан ворон. Господи, эта чокнутая княжна что, помешана на мерзких птицах? Аглая вспомнила, как они едва не склевали ее заживо. Поскорее убрала шкатулку и задвинула ящик. Потом посмотрит.
— Ну вот, готово. Ваша горничная, наверняка, сделала бы лучше...
Джису резко поднялась:
— Значит, будешь наказана.
Абигель покачнулась. Джису закатила глаза:
— Это шутка. Я шучу. Пошли.
Они вышли из комнаты и тут же наткнулись на четверку мощных стражников. Двое стояли около двери, двое — у противоположной стены. Все почти синхронно поклонились:
— Госпожа.
И что ей делать? Кивнуть? Как себя вести? Поздороваться или не надо? Ладно, она просто представит, что они ее очередные подчиненные. Практиканты, которые наивно полагают, что им все должны и что они гении только потому, что со скрипом окончили институт.
— Позвать князя? — Один из стражников у стены, с длиннющим мечом у бедра, смотрел в пол, не осмеливаясь поднять на нее взгляд.
Ладно, это не должно быть так трудно. Как можно равнодушнее, Джису ответила:
— Нет. Я иду на прогулку.
Стоящие у стены тут же выпрямились:
— Мы сопроводим вас.
— Зачем?
— Приказ вашего отца.
Ну, замечательно! Теперь ее будут стеречь, контролируя каждый шаг. Спорить, наверное, бессмысленно, поэтому, Джису проглотила все свои возражения. Так, и куда идти? Длинный мрачный коридор убегал в обе стороны. На стенах висели гобелены с изображением каких-то кровопролитных битв. С балок под потолком свешивались стеклянные фонари с толстыми свечами внутри. В целом выглядело мрачно и угнетающе. Джису присмотрелась к гобелену: девушка с длинными волосами и в изорванной одежде болталась на виселице. На соседнем гобелене у женщины не было глаз. Из пустых глазниц текли струйки крови. Рядом стояли несколько мужчин и протягивали к ней острые кинжалы, острия которых оставляли на коже порезы и раны. Какая-то маниакальная тяга к насилию.
— Всегда оторопь берет, когда на их смотрю...
Джису вздрогнула, напуганная шепотом Абигель. Служанка с нескрываемым страхом смотрела на измученную женщину.
— Да, хотелось бы чего-то повеселее. — По коже пошел озноб.
— Это слишком малое наказание за то, что они совершали. — Абигель с ненавистью смотрела на повешенную.
Аглая аж приоткрыла рот:
— Кто?
— Ведьмы, конечно же...
Джису проглотила парочку ругательств. Но выругаться хотелось очень сильно. Джиссу ведь тоже была ведьмой! И, кажется, сделала ведьмой ее. Иначе молнии и черный туман объяснить она не могла. Вот же попала. Выходит... Если она каким-то образом выдаст себя, то ее ждут либо костер, либо виселица, либо жуткие пытки. А скорее всего, все вместе взятое.
Проклятая княжна! Она все рассчитала.
Джису отвернулась от гобеленов. Нужно отсюда выбираться. Ей не удастся долго водить окружающих за нос. И в конце концов, она кончит так же, как эти несчастные женщины. На нее еще и исчезновение настоящей княжны повесят.
— Что ж... насладились искусством и хватит. Мне нужно на свежий воздух. — Джису развернулась и наугад двинулась по коридору.
За спиной послышалось металлическое лязганье.
— Простите, княжна... — Один из стражников старательно смотрел в пол. — Если вы хотите выйти, то... нужно в другую сторону.
Джису подхватила слишком длинный подол и выгнула бровь:
— Я туда и направлялась. Разве нет?
Стражник бросил на нее недоумевающий взгляд, в котором все же читалось опасение:
— Конечно, княжна. Простите меня.
Джису кивнула и повернула в другую сторону. Абигель семенила за ней.
К счастью, коридор был один и заблудиться в нем не представлялось возможным. В сопровождении своей маленькой свиты
Джису дошла до деревянной двери с причудливой резьбой и замерла. В искусном узоре угадывался уже практически знакомый сюжет. Две вороны зависли у висков женской фигуры и выклевывали ей глаза. Это уже не смешно! В раздражении Джису распахнула дверь и едва не упала. Узкая винтовая лестница обвивала белую колонну. Чтобы не упасть, Джису вцепилась в нее пальцами, царапнула ногтями по холодной и почему-то сырой известке. Ужас.
С каждым шагом капкан, в который она угодила, захлопывался все сильнее.
Лестница вела на длинную галерею — что-то вроде балкона. С одной стороны — стена с покрытыми резьбой дверьми. С другой — деревянные ограждения перил. Джису выдохнула с облегчением, когда поняла, что галерея выходит на улицу. Осталось пройти совсем немного.
Странный шум привлек внимание. Внизу что-то происходило. Джису подошла к перилам и увидела знакомый двор. Чимина уже не было. Зато собралась толпа мужчин. Они прислонились к стене и хохотали, тыкая пальцами в жуткого вида собак. Псы душераздирающе лаяли, окружив самого странного и нелепого кота, которого Джису видела в жизни. Он был похож на шарик.
Неуклюжий и неповоротливый толстячок с торчащей во все стороны шерстью. Он смешно перебирал короткими лапами и размахивал прямым хвостом из стороны в сторону. Когда собаки подбирались ближе и норовили цапнуть его, кот шипел и выгибал спину дугой. От этого казалось, что он раздувается и сейчас обязательно лопнет. Мужчины при этом хохотали, как умалишенные.
Джису всегда боялась собак. До безумия. Даже крошечных комнатных собачонок, умещающихся в ладони. Они вызывали у нее панический ужас. В детстве бездомный пес несколько минут гонял ее вокруг дома, а затем, наигравшись, прыгнул и толкнул на асфальт. Если бы не вовремя подоспевшая мама... С тех пор, как сидела на кухне, заливаясь слезами, пока мама пыталась остановить кровь, сочащуюся из стесанных коленей, ладошек и локтей, Джису ненавидела собак.