34.
—Билли—
Я уже видела десятый сон, когда виброзвонок телефона разбудил меня. Я провела рукой по лицу и увидела, что звонит Квенлин.
– Я надеюсь, у тебя есть веская причина, чтобы будить меня в три часа ночи, – прорычала я, закрыв глаза и откинувшись на подушки.
– Билли, мне нужно, чтобы ты приехала.Т/и плохо себя чувствует, – сказала она, и я почувствовала, как все мое тело мгновенно напряглось.
Я встала, наощупь разыскивая выключатель.
– Что с ней? – спросила я, пересекая комнату в поисках какой-нибудь вещи, чтобы одеться.
– У нее рвота уже больше получаса, она вдребезги пьяна.
Я чертыхнулась и взяла ключи от машины.
– Скажи мне адрес,Квенлин.
Мне понадобилось 15 минут, чтобы добраться туда. Повсюду были люди, и я еле протолкнулась в дом. Я искала Квенлин в гостиной и на кухне, и когда уже собиралась ей позвонить, увидела, как она спускается по лестнице.
– Где Т/и? – спросила я в ярости.
Квенлин не была виновата, но разве они не должны были присматривать друг за другом? Она была в форме, даже больше, она была совершенно трезвой.
– Мы отвели ее в комнату наверху, – сообщила она, и я побежала туда, перепрыгивая через ступеньку. – Она знала, что слишком много пьет, но не слушалась меня,Билли, – говорила Квенлин, но я не обращала на нее внимания.
Я влетела в комнату и упала на колени перед кроватью, на которой лежала Т/и. Ее лицо было бледным и мокрым от пота, вероятно от того, что ее так долго тошнило.
– Давно она в таком состоянии? – спросила я, но мне никто не ответил, и я разъяренная повернулась к Квенлин. – Сколько времени она в таком состоянии?
– Ее тошнило больше получаса, а без сознания она уже минут пять. – Или, может быть, она спит... Я не знаю,Билли, прости, я просила ее остановиться, но...
– Прекрати,Квенлин, – сказала я и боковым зрением увидела, что в комнату вошел Лион.
Девушка, которая стояла рядом с Квенлин, уверенно посмотрела на меня.
– Расслабься! Я учусь на медицинском. Пульс у нее стабильный, ей просто надо поспать, завтра у нее будет страшное похмелье, но с ней все в порядке.
– Откуда ты можешь знать, что с ней все в порядке? – закричала я на нее, взяла лицо Т/и в свои ладони, взволновано вглядываясь в него.
– Она в порядке, отвези ее домой и наблюдай за ней всю ночь, – решительно сказала девушка.
Именно это я и собиралась сделать.
– Извини,Билли... Прости... Я не думала, что все так закончится, – лепетала Квенлин с виноватым видом.
– Сейчас меня это не интересует, – ответила я спокойно, наклонившись к Т/и и без труда поднимая ее на руки.
Мне было страшно оттого, что она не издавала ни звука, хотя дышала нормально. Ее голова покоилась на моем плече, и я винила себя в том, что не смогла снова ее защитить. Это была моя вина, что она была в таком состоянии, но что-то не складывалось. Когда я спускалась по лестнице с ней на руках, я задалась вопросом: что, черт возьми, случилось, что заставило ее так напиться.
Когда я припарковалась у дома и повернулась, чтобы посмотреть на Т/и, то испытала неприятное дежавю. В ту ночь, когда я познакомиласт с ней, она оказалась в такой же ситуации, только накачанная чем-то, что ей подсыпали в напиток. В том тоже была моя вина. Я вспомнила, как оставила ее на дороге. И поняла, какой же негодяйкой казалась я ей с той самой минуты, как мы впервые встретились. Я не заслуживала ее, но была полностью очарована и ничего не могла с этим поделать.
Я вышла из машины и осторожно вытащила ее. Она все еще была без сознания, и мне пришлось поспешить, чтобы подняться по лестнице. Было уже поздно, и я не хотела, чтобы Раффаэлла увидела Т/м в таком состоянии. Ни секунды не задумываясь, я направилась прямо в свою комнату. Я не сводила с нее глаз всю ночь, пока не увидела, что она пришла в себя. Когда я аккуратно укладывала ее на кровать, то не могла не вспомнить, как мне хотелось уложить ее на эти подушки с тех пор, как я впервые увидела ее в черном платье, и вот теперь мне представилась такая возможность. Я бережно сняла с нее туфли и включила маленький свет на прикроватной тумбочке. Она была настолько вне себя, что даже не заметила темноты, которая окружала нас. Я почувствовала стеснение в груди. А вдруг ей было хуже, чем казалось? Может быть, мне стоило отвезти ее в больницу, чтобы ее осмотрели? Но я отбросила эту мысль, потому что Т/и была несовершеннолетней и попала бы в большие неприятности, если бы выяснилось, что она выпила столько алкоголя.
Ее одежда была испачкана рвотой. Я сняла с нее юбку, а потом и чулки. Достала свою футболку, но прежде чем просунуть в нее ее голову, кое на что обратила свое внимание: у Т/и на теле был огромный шрам, проходивший через весь живот... Я смотрела на него в полном непонимании. Что это было? Это был не обычный шрам, он был огромным, и на нем было много рубцов, следов от швов. Я провела одним пальцем по гладкой поверхности этой отметины, которая ровно посередине разрывала самое восхитительное тело, которое я только видела в своей жизни...
Даже в забытьи она забеспокоилась и хлопнула по этому месту рукой. Поэтому она не хотела носить бикини? Из-за шрама? Многие моменты и детали всплыли у меня в голове и в конце концов сложились в единую картину. Вот почему она всегда носила закрытый купальник, и почему она нервничала, когда я просила ее снять одежду, и почему она так изменилась в лице во время игры, когда ее попросили снять платье.
Тогда-то я поняла, как далека была от меня Т/и, как много было того, чего я не знала о ней. Я почувствовала необходимость защитить ее от всего, что ее беспокоило или чего она боялась. Пропустив голову Т/и в вырез футболки, я накрыла ее своим одеялом.
Что с ней произошло? Кем на самом деле была Т/и Морган?
С этими мыслями я легла рядом с ней, прижав ее к груди и желая защитить от всего и от всех, потому что поняла, что с ней что-то произошло, и я должна была в конечном итоге выяснить, что именно.