Сделка

Лалиса
Март

- Как этот тип, по которому ты сохла, оказался в моей гостиной? - гневно шепчет мне в самое ухо Чонгук, подходя ко мне.

Я перевожу взгляд на Тэхена, который сидит на диване и сосредоточенно играет в какую-то стрелялку с Такером. Затем я смотрю на Чонгука. Он скорее удивлен, чем разозлен.

- Потому что он мой друг, и я пригласила его. Ты должен с этим справиться.

- Тебе не кажется, что это подстава - приглашать его? В том смысле, что футбольная команда весь сезон жевала сопли, а он тут с хоккеистами празднует их попадание в полуфинал? К тому же зачем ему показываться в обществе прекрасного образца мужественности, который украл тебя у него? - Чонгук качает головой. - Ты страшная женщина.

- Ой, хватит. Он счастлив, что вы, ребята, участвуете в «Замороженной четверке». - Я приподнимаюсь на цыпочки и шепчу ему на ухо: - Только никому об этом не говори, иначе я прикончу тебя, но весь последний месяц он встречается со Стеллой.

- В самом деле? - У Чонгука отвисает челюсть, и он смотрит в противоположный конец комнаты, где Стелла, Декс и Элли оживленно беседуют с Логаном и Симмсом. Мне немного странно видеть, как мои друзья общаются с друзьями Чонгука, но за последние три месяца мы уже не раз собирались в таком составе, и я постепенно привыкаю.

Вероятно, почувствовав мой взгляд, Логан поднимает голову и ну а вот к этому я так и не привыкла. Его взгляд обжигает меня неприкрытой страстью, и он не впервые смотрит на меня вот так. Когда я рассказала об этом Чонгуку - у нас тогда состоялся очень сложный разговор, - он вздохнул и сказал: «Переживет». Ни гнева, ни возмущения, одно короткое слово, от которого моя тревога не улеглась.

Мне совсем не нравится, что лучший друг Чонгука, возможно, испытывает ко мне какие-то чувства, однако Логан ни разу не переступил черту, ни словом не обмолвился, и это меня немного успокаивает. Я искренне надеюсь, что он и в самом деле переживет, потому что, как бы сильно он мне ни нравился, люблю-то я его лучшего друга, и так будет всегда.

Для нас этот семестр был очень напряженным. Я опять репетирую, на этот раз, готовясь к весеннему конкурсу, и на этот раз дуэтом - с Декстером. Нам вдвоем отлично работается. Команда Чонгука отлично показала себя и после сезона. На следующей неделе состоится финал чемпионата, и проводиться он будет в Центре Уэллс-Фарго, на домашнем стадионе Philadelphia Flyers, а это означает, что я буду смотреть финальную игру на стадионе, а жить все три дня, пока команда находится в Филадельфии, у тети Николь.

У меня нет ни малейших сомнений в том, что наша команда разгромит соперников. Весь сезон Чонгук и ребята усердно работали, и если они не победят в финальном матче, я съем свою шляпу. Или буду долго-долго утешать своего мужчину ласками. Такая у меня каждодневная работа.

- Смотри-ка, кого нелегкая принесла, - вдруг говорит Чонгук. Я поворачиваюсь и вижу в дверях Берди и Натали.

У обоих разгоряченные лица, у обоих вид заговорщиков, и любому понятно, почему они опоздали на вечеринку. Я тепло обнимаю Нат и улыбаюсь Берди, который тут же ощетинивается в ответ на какое-то насмешливое замечание Чонгука.

- Эй, я же говорил тебе, что я против вечеринок. Нельзя праздновать до победы - это плохой знак.

- Нет, тут уже все ясно. - Чонгук ухмыляется и чмокает меня в щеку. - Я уже победил, я выиграл свой самый главный приз.

Я точно знаю, что мои пунцовые щеки напоминают два помидора.

Натали добродушно посмеивается, но Берди, к моему удивлению, лишь одобрительно кивает.

- Видите, - заявляет нам Чонгук, обнимая меня за плечи, - мне дозволяется говорить Берди такие вещи, потому что я знаю, что он не станет смеяться надо мной.

- А зря, - бурчу я, - потому что такой липкой приторности я никогда не слышала.

- Ой, да ладно тебе, - отмахивается он. - Тебе же нравится, когда я романтичен.

Да. Нравится.

Берди и Нат идут здороваться с остальными, а мы с Чонгуком остаемся в нашем уголке. Он прижимает меня к себе и целует, и хотя я против, я забываю об этикете, когда Чонгук целует меня.

Его губы теплые и упругие, язык горячий и влажный. Я с готовностью приоткрываю рот, впуская его язык, и жажду большего, но Чонгук отстраняется и, хмыкнув, дергает меня за волосы.

- Веди себя прилично, Лалиса. Мы на людях.

- Ха. Как будто я не вижу, что у тебя встал.

Он смотрит вниз и преувеличенно вздыхает.

- Проклятье, Манобан, ты возбудила меня, а я этого даже не заметил. - Он хмурится. - Черт побери, теперь я вынужден покинуть собственную вечеринку. Мы поднимемся наверх, чтобы решить возникшую проблему.

Я фыркаю.

- И не мечтай. Я не собираюсь пускаться во все тяжкие на глазах у всех наших друзей.

Он изображает на лице отчаяние.

- Ты стыдишься меня?

- Не строй из себя маленького мальчика. - Я тыкаю его пальцем в грудь. - Со мной это больше не работает.

- Маленького мальчика? - повторяет он. Его губы изгибаются в хитрой улыбке, он встает спиной к ребятам, берет мою руку и кладет ее прямо на член. - Это очень похоже на маленького мальчика?

Меня охватывает сладостный трепет. Нет. Мощная волна возбуждения.

Вся изнемогая от желания, я издаю тихий стон и хватаю его за руку.

- Замечательно. Пошли наверх.

- Не-а. Я передумал. Мы остаемся здесь и наслаждаемся вечеринкой.

Я отшвыриваю его руку, будто это горячая картофелина, и грозно хмурюсь.

- Ты издеваешься надо мной.

Чонгук хохочет.

- Ага, но ты все равно любишь меня.

От счастья во мне поднимается целый рой бабочек. Они порхают, порхают и собираются вокруг моего сердце. Я снова беру Чонгука за руку и сплетаю свои пальцы с его.

- Да, - радостно говорю я. - Я все равно люблю тебя.