Сделка

Чонгук

Кажется, пока я был в Бристоль-Хаусе, температура упала градусов на двадцать. Когда я вылетаю из здания, мне в лицо ударяет резкий порыв ветра, а пока я иду к парковке, у меня от мороза начинает щипать уши.

Видите? Вот поэтому я и избегаю всяких отношений. Проклятье, я должен был бы радоваться и веселиться, потому что наша команда разгромила Гарвард, а я бешусь, я разочарован и расстроен сильнее, чем ожидал. Лалиса права: мы просто валяем дурака. Точно так же я валял дурака с Кендалл или с другими телками. Ведь я ни о чем не заморачивался, когда спал с ними, так какого черта я так расстроился сейчас?

Хотя хорошо, что я выкарабкался из всего этого. Еще секунда - и я выставил бы себя полный дебилом. Стал бы говорить вещи, которые говорить не следовало бы, может, даже принялся бы умолять. Господи. Если меня сейчас чисто по-бабски не послали, тогда я не знаю, что это такое.

На полпути к машине я слышу, как Лалиса зовет меня.

У меня сжимается сердце. Я оборачиваюсь и вижу, как она бежит по дорожке. Она все еще в клетчатых брючках и черной майке с желтыми нотами на груди.

Искушение пойти дальше велико, но вид ее голых рук и покрасневших от холода щек выводит меня из себя сильнее, чем наша ссора.

- Боже, Лалиса, - говорю я, когда она добегает до меня, - ты простудишься.

- Все это миф, - бормочет она. - От холодной погоды не простужаются.

Однако она дрожит и, чтобы согреться, обхватывает себя руками, и принимается тереть предплечья. Я быстро расстегиваю куртку и, скрежеща зубами, накидываю ей на плечи.

- Вот.

- Спасибо. - Судя по выражению на ее лице, она встревожена не меньше, чем я. - Чонгук, что с тобой такое? Ты сбежал в самый разгар серьезного обсуждения!

- Нам нечего было обсуждать.

- Чушь. - Она сердито мотает головой. - Ты даже не дал мне ответить!

- Дал, - ровным голосом возражаю я. - И ты очень много сказала, поверь мне.

- Я плохо помню, что именно я говорила. А знаешь почему? Потому что ты застал меня врасплох и даже не дал времени подумать.

- А о чем думать? Ты либо влюблена в меня, либо нет.

Лалиса возмущенно фыркает.

- Ты опять ведешь себя нечестно. Ты ни с того ни с сего решил, что готов для отношений и что мы должны быть вместе, но это не значит, что я должна визжать от радости, как девочка из «сестринского» общества. У тебя наверняка было время все обдумать, разложить по полочкам, но мне на это времени ты не дал. Ты просто ворвался ко мне, обвинил меня и убежал.

Меня охватывают угрызения совести. Она права. Я и вправду пришел к ней, абсолютно точно зная, чего я хочу от нее.

- Извини, что не рассказала тебе о свидании с Тэхеном, - тихо говорит она. - Но я не собираюсь извиняться за то, что мне нужно больше пяти секунд, чтобы обдумать возможность иметь с тобой отношения.

Мое дыхание образует белые облачка, которые тут же уносит ветер.

- Извини, что убежал, - уже примирительно говорю я. - Но я не собираюсь извиняться за то, что хочу быть с тобой.

Взгляд ее красивейших карих глаз устремлен на мое лицо.

- Ты все еще хочешь этого?

Я киваю. Потом сглатываю.

- А ты?

- Это от многого зависит. - Она склоняет голову набок. - Мы больше ни с кем не будем встречаться?

- Естественно, дьявол тебя раздери, - без колебаний отвечаю я. Мысль о том, что она будет еще с кем-то, для меня как нож в сердце.

- Ты нормально отнесешься, если мы не станем спешить? - Лалиса ежится. - Потому что впереди конкурс, и каникулы, и твои игры, мы будем заняты, и я не могу обещать, что смогу постоянно видеться с тобой.

- Будем видеться, когда получится, - отвечаю я.

Меня удивляет, как спокойно я разговариваю, как хорошо владею собой, хотя внутри у меня порхают бабочки, а внутренний голос громко вопит: «Ура!». Надо же, я собираюсь осложнить свою жизнь отношениями с девушкой, но почему-то мне от этого радостно.

- Тогда отлично. - Лалиса улыбается мне. - Давай придадим нашим отношениям официальный статус.

На мое счастье, наползает туча.

- А что насчет Тэхена?

- А что насчет него?

- Ты сказала ему, что пойдешь с ним на свидание, - цежу я.

- Вообще-то я отменила свидание до того, как вышла сюда.

Бабочки снова принимаются хлопать крылышками.

- Точно? - Девушка кивает. - Значит, он тебе больше не нужен?

Ее глаза лукаво блестят.

- Мне нужен ты, Чонгук. Только ты.

Моя тревога мгновенно уступает месту неподдельному ликованию, которое проявляется в широченной улыбке.

- Вот это уж точно.

Закатив глаза, она прижимается ко мне.

- А теперь давай зайдем внутрь, а? Иначе я отморожу попку. А еще мне нужно, чтобы мой флаффер согрел меня.

Я прищуриваюсь.

- Прошу прощения?

Она с невинным видом хлопает глазами.

- Ой, извини. Разве я сказала «флаффер»? - Она так и сияет, лучезарно улыбаясь. - Я имела в виду: мой парень.

Слаще слов я в жизни не слышал.