49.
ЭММА:
— Это не может быть совпадением, — заметила я.
— Том вызвал копов, — сказал Лэйтон, кивнув на Билла. — А копы позвонили мне.
Билл измерил меня взглядом.
— Ты в порядке?
— В порядке. А ты чего здесь?
Билл выдохнул и перевел взгляд на Виолу. Она приподняла бровь.
— Пришли вас нянчить, — наконец сказал он.
Я аж раскрыла рот.
— Нам не нужны няни. Особенно те, которые будут докладывать Тому обо всём, что мы скажем.
— Не люблю указывать на очевидное, но с учётом всего, что произошло, я не думаю, что тебе стоит выходить на улицу беззащитной, — сказал Билл.
— Кто сказал, что я беззащитная? Виола только что чуть не проткнула мужчине грудь своими стилетами, — возразила я. — Как ты нас нашёл?
— Я бы об этом не беспокоился, — сказал Лэйтон, не отводя взгляда от Мэг, которая смотрела на него как на олицетворение Сатаны.
— Ты, наверное, Каулитц, — сказала Виола, опираясь локтями на стойку и оглядывая Билла с ног до головы.
— Виола, это Билл, брат Тома, — сказала я.
— На этой ноте, пожалуй, я пойду домой, — произнесла Мэг и сползла со стула. Впрочем, далеко она не ушла. Лэйтон подошёл к ней, зажав между стойкой и своим телом, но не касаясь.
Чтобы посмотреть на него, ей, ниже его на полметра, пришлось закинуть голову назад. Но её глаза упрямо метали ножи-сюрикэны.
— Ты останешься, — мрачно настаивал он.
— Я уйду, — твёрдо повторила она.
— Я насчитал перед тобой три пустых стакана. Ты останешься.
— Возьму такси. Убирайся с дороги, пока не запел сопрано.
Виола перестала пялиться на Билла и перегнулась через моё плечо.
— Так, а у них что за история?
— Не знаю. Она никому не рассказывает.
— О-о-у. Обожаю бурное тайное прошлое, — сказала она.
— Мы вообще-то вас слышим, — сухо заметила Мэг, не прерывая сексуального зрительного поединка с Лэйтоном.
— Мы тут все друзья, — начала было я.
— Нет, не все, — отрезал Лэйтон.
Глаза Мэг пылали, из-за чего она была похожа на огненную эльфийку, которая вот-вот совершит убийство.
— Наконец-то. Хоть в чём-то мы согласны.
Мой телефон под локтем Мэг завибрировал. Через секунду и телефон Виолы тоже подал сигнал о сообщении.
Билл и Лэйтон одновременно потянулись к своим карманам.
— Как для того, кому на тебя наплевать, Том уж слишком интересуется твоими делами, — сказала Виола, снова поднимая телефон.
— И тем, что ты про него говоришь, — с улыбкой добавил Лэйтон.
Я покачала головой.
— Я поеду с Мэг.
— Нет! — Виола схватила мою руку и сжала её. — Не давай ему удовольствия разрушить твой день. Оставайся. Возьмём ещё выпивки. Поболтаем языками. И каждый, кто останется, должен поклясться кровью, что не донесёт Тому.
— Если он останется, я не останусь, — сказала Мэг, бросив убийственный взгляд на Лэйтона.
— А уедешь ты отсюда только в моей машине, так что садись и закажи себе, блядь, что-нибудь поесть, — приказал он.
Мэг открыла рот, и я на секунду испугалась, что она укусит Лэйтона.
Я закрыла ей рот ладонью.
— Возьмём начос и ещё по чарке.
****
Пропущенные звонки: Том — 4.
— Так нечестно! Ты же говорил, Феликс, что они под запретом, — заявил из-за одного из бильярдных столов пьяница в бандане с татуировками под глазами. Мы с Лэйтоном и Биллом как раз сели за стол.
Феликс показал ему средний палец, а наши няньки переглянулись.
— Видите? Я же говорила: нам не нужны няньки. У нас есть серебряный лис Феликс, — сказала я.
— Может, мы просто хотим побыть с вами, — Билл осыпал меня фирменной сексуальной улыбкой Каулитцов.
Я вздохнула так тяжело, что сдула салфетку через стол.
— Что не так, Эмм? — спросила Мэг.
Я на мгновение задумалась.
— Всё, — наконец ответила я. — Всё не так: либо сломалось, либо в полном хаосе. У меня был план. У меня всё было окей. Вы можете не поверить, но раньше в мой дом не врывались. Мне не приходилось отбиваться от бывших женихов или волноваться о том, какой пример я подаю одиннадцатилетней девочке, такой взрослой, будто ей уже тридцать.
Я обвела взглядом их обеспокоенные лица.
— Извините. Мне не следовало это говорить. Забудьте слова, что сорвались с моего языка.
Мэг ткнула пальцем мне в лицо.
— Прекрати.
Я подняла стакан с водой и пустила в него пузырьки.
— Прекратить что?
— Вести себя так, будто у тебя нет права говорить о своих чувствах.
Виола, которая казалась абсолютно трезвой, хотя уже пила четвертый скотч, постучала костяшками пальцев по столу.
— Стоп, стоп. Что с ней?
— Она хорошая близнец, — объяснила Мэг. — А её сестра — отстой, из-за неё вся семья страдает. Так что Эмма решила, что её призвание — быть хорошей девочкой и никому не причинять неудобств своими чувствами, желаниями и потребностями.
— Эй! Это подло! — пискнула я.
Она сжала мою руку.
— Я говорю правду с любовью.
— Я тут новенькая, — сказала Виола, — но может, было бы классно показать племяннице, что такое сильная и независимая женщина, когда она живёт своей жизнью?
— Почему все мне это говорят? — взвыла я. — Знаете, что у меня было для меня? Только для меня?
— Что, что именно? — доброжелательно спросил Лэйтон. Я заметила, что его стул стоял ближе к Мэг, прижимая её к себе, почти защищая.
— Том. Том был только для меня. Я хотела чувствовать себя хорошо и забыть про ураган дерьма хотя бы на одну ночь. И видите, что произошло! Он меня предупреждал. Сказал, чтобы я не привязывалась. Что у нас нет шансов на будущее. А я всё равно в него влюбилась. Что со мной не так?
— Не хотите высказаться, джентльмены? — предложила Виола.
Мужчины обменялись ещё одним взглядом, наполненным каким-то их мужским смыслом.
— Я чувствую, как они мысленно просматривают приложение к Мужскому кодексу, — прошептала я.
Билл устало пригладил волосы. Этот жест напомнил мне его брата.
— С тобой всё в порядке? Тебе нужно отдохнуть? — спросила я.
Он закатил глаза.
— Я в порядке, Эмма.
— Билла подстрелили, — пояснила Мэг Виоле.
Виола скользнула по нему оценивающим взглядом, словно могла видеть сквозь одежду прямо до кожи.
— Плохо, — сказала она и подняла стакан.
— Не лучший опыт, — признался он. — Эмма, ты не должна думать, что с тобой что-то не так или что ты сделала что-то неправильно. Пойми, что проблема в Томе.
— Согласен, — сказал Лэйтон.
— Слушай, мы многое потеряли, когда были детьми. Это может сильно повлиять на голову, — сказал Билл.
Виола с интересом его изучала.
— А как это повлияло на твою голову?
Он весело рассмеялся.
— Я гораздо умнее своего брата.
Виола посмотрела на меня.
— Видишь? Никто не хочет честно выкладывать свой багаж на стол.
— Когда ты кому-то доверяешь, когда позволяешь увидеть себя настоящим, предательство в тысячу раз хуже, чем если бы ты вообще не передавал человеку это оружие, — тихо произнёс Лэйтон.
Я услышала, как Мэг резко вдохнула.
Билл, видимо, тоже это заметил, потому что сменил тему разговора.
— Ну, Виола. Что привело тебя в город? — спросил он, скрестив руки и откинувшись на спинку стула.
— Ты что, коп? — пошутила она.
Мне это показалось очень смешным. Я фыркнула, водяной туман над столом, похоже, рассмешил Мэг, и мы обе захихикали, как дуры.
На губах Лэйтона тоже появилась тень улыбки.
— Билл — коп, — сказала я Виоле. — И не просто коп, а крупный, важный коп.
Она посмотрела на него через край своего стакана.
— Интересно.
— А что привело тебя в город? — спросила я её.
— Было свободное время, и я была неподалёку. Решила навестить старого друга, — ответила она.
— А чем ты обычно занимаешься? — поинтересовалась Мэг.
Виола провела пальцем по кольцу воды на столе.
— Страхованием. Я бы рассказала вам больше, но это невероятно скучно. Не так захватывающе, как поймать пулю. Как это произошло? — обратилась она к Биллу.
Он пожал здоровым плечом.
— Неудачно остановил машину для проверки.
— А того, кто это сделал, поймали?
— Ещё нет.
От холодка в его тоне у меня пробежал мороз по спине.
****
— Я в туалет, — сказала я.
— И я пойду, — откликнулась Мэг и вскочила со стула, словно её ударило током.
Я пошла за ней в тёмный коридор, но когда она уже открыла передо мной дверь, меня остановил Билл.
— Есть минутка?
Мой мочевой пузырь был близок к критической отметке, но вопрос прозвучал очень серьёзно.
— Конечно, — ответила я и подала Мэг знак, чтобы та сходила в туалет без меня.
— Я просто хотел сказать, что изучаю список, который ты мне передала, — поделился он. — Официально я ещё не вернулся на службу, но это значит, что я уделяю делу всё своё внимание.
— Спасибо, Билл, — я сжала его руку. В конце концов, оценить хорошие мышцы — это же не преступление, правда?
— Если вспомнишь ещё какие-то детали про того рыжего мужчину, дашь мне знать?
— Конечно, — кивнула я. — Я говорила с ним всего один раз. Но он примечательный. Мускулистый, с татуировками, ярко-рыжие волосы.
Взгляд Билла стал удивительно отстранённым.
— С тобой всё в порядке? — переспросила я.
Он почти незаметно кивнул.
— Да. Нормально.
— Думаешь, он может быть причастен к взлому?
Снова чисто нервный жест Каулитцев — рука в волосах.
— Он тёмная лошадка, а я не люблю тёмных лошадок. Может, просто появился в библиотеке, чтобы поговорить с тобой.
— Он сказал, что ему нужна помощь с компьютером.
Билл кивнул, и я увидела, как он мысленно перемещает кусочки пазла, пытаясь найти закономерность.
— Потом ты увидела его в баре того вечера, когда кто-то вломился в твой дом. Это не совпадение.
Я вздрогнула.
— Я просто надеюсь, что тот, кто вломился, нашёл то, что искал. Если да, то ему нет смысла возвращаться.
— Я тоже на это надеюсь, — сказал Билл. — Ты говорила об этом с Лекси?
— Да, в конце концов поговорила. Она довольно спокойно отреагировала. Больше волновалась, не украли ли что-то из её новой одежды, чем сам факт взлома. Но она не знает, что Скарлетт или кто-то другой могли что-то искать. Ну, то есть у нас в гостиной не стоят стопки украденных телевизоров.
— Я тут подумал, — протянул Билл, потирая щеку рукой. — Это необязательно должны быть украденные вещи. Если Скарлетт хвасталась большой суммой, то это могла быть совсем другая работа.
— Например?
— Людям платят за всякое. Может, она отказалась от перевозки краденого и занялась чем-то другим. Может, она узнала информацию, которая нужна кому-то другому. Или то, что кто-то не хотел разглашать.
— Как можно потерять или скрыть информацию?
Он мило мне улыбнулся.
— Не все такие организованные, как ты, дорогая.
— Если вся эта катавасия из-за того, что безответственная Скарлетт что-то потеряла, я буду очень зла. Она перебрала девять ключей от дома. Девять! И это я ещё не вспомнила про ключи от машины.
Улыбка не сходила с его лица.
— Всё будет хорошо, Эмма. Обещаю тебе.
Я кивнула. Но не могла забыть обо всех тех способах, которыми Скарлетт умудрялась причинять мне боль, несмотря на все усилия наших родителей. Как полицейский участок маленького городка и раненный шеф могли нас защитить?
И тут меня осенило. Может, пора самой постоять за себя?
Билл прижался к стене. Его лицо ничего не выдавало, но я бы поспорила на деньги, что ему было больно.
— Я хотел тебя спросить, — сказал он серьёзно.
— Что? — прохрипела я. Конечно, Билл такой же обманчиво красивый, как и его придурок-брат. У него, безусловно, более приветливый характер. И он прекрасно ладит с детьми.
Особенно с Лекси. Но если он пригласит меня на свидание через несколько дней после разрыва с его братом, я мягко откажусь. У меня в мыслях не было места для ещё одного Каулитца, и мне нужно сосредоточиться на племяннице и опекунстве.
— Ты не против, если я переговорю с Лекси? — спросил он.
Я вздрогнула, повторяя его слова, чтобы проверить, не пропустила ли я каким-то образом приглашение на ужин. Не пропустила.
— Лекси? Зачем?
— Может, я задам правильный вопрос и помогу ей вспомнить что-то важное с того времени, когда её мама уехала. Она знает Скарлетт лучше, чем кто-либо из нас.
Я нахмурилась.
— Ты думаешь, она имеет к этому какое-то отношение?
— Нет, дорогая. Не думаю. Но я знаю, что значит быть ребёнком, который всегда всё держит в себе.
Я видела это в нём. Том был из тех парней, которые «встают и кричат о проблемах». Билл казался классическим «хорошим парнем», но в нём была и тихая глубина, и мне стало интересно, какие тайны скрываются под поверхностью.
— Ладно, — согласилась я. — Но я хотела бы быть с тобой, когда вы будете разговаривать. Она наконец начинает мне доверять. Открывается мне. Поэтому я хочу быть рядом.
— Конечно.
Он заправил прядь волос за моё ухо, и я подумала о том, какой он хороший. Потом пожалела, что это не Томовы пальцы в моих волосах. А потом снова разозлилась.
Двери уборной открылись, и вышла Мэг. Точнее, вывалилась. Я поймала её, а она улыбнулась мне и сжала мои щеки своими ладонями.
— Ты та-а-а-акая хорошенькая!
— Я проведу её обратно к столу, — предложил Билл.
— Ты тоже очень красивый, Билл, — сказала Мэг.
— Я знаю. Это проклятие, Мэгги Болонья.
— 0-0-0. Ты помнишь, — проспела она, и он повёл её обратно к бару.
Я зашла в женский туалет и решила, что это не та комната, в которой хочу задерживаться. Поэтому я быстро сделала свои дела и вернулась в зал. Там не было ни одной няни, поэтому я достала телефон и открыла электронную почту.
Озираясь через плечо, чтобы убедиться, что там не появились Лэйтон или Билл, я начала писать новое сообщение.
«Кому: Скарлетт
От: Эмма
Тема: То, что ты ищешь
Скарлетт, я не знаю, что ты ищешь. Но если с этим ты уйдёшь из моей жизни, я помогу тебе это найти. Скажи мне, что искать и как тебе это передать.
Э»
Если бы я нашла то, что искала Скарлетт, у меня появились бы рычаги влияния, необходимые для того, чтобы она исчезла из моей жизни. Если только это не какие-то ядерные коды, я могла бы либо отдать это ей, либо хотя бы использовать как приманку, чтобы выманить её из укрытия.
Я ожидала крошечного укола вины, но его не было.
Я всё ещё ждала, когда в моей руке зазвонил телефон.
Том Каулитц.
Не знаю, из-за шотов или из-за жалостливых ободряющих разговоров, но я чувствовала себя более чем готовой взять на себя ответственность. Я расправила плечи и ответила на звонок.
— Что?
— Эмма? Слава богу, — в его голосе звучало облегчение.
— Чего ты хочешь, Том?
— Слушай, я не знаю, что тебе сказала Виола, но это не то, что ты думаешь.
— Я думаю, — перебила я его, — что твоя личная жизнь — не моё дело.
— О, перестань. Не будь такой.
— Буду какая захочу, и ты не имеешь права на это влиять. Не пиши мне и не звони. Между нами всё кончено. Ты сам ушёл.
— Эмма, то, что мы не вместе, не значит, что я не хочу, чтобы ты была в безопасности.
Его голос и искренность ударили меня прямо в грудь.
Стало тяжело дышать.
— Это очень благородно с твоей стороны, но мне не нужно, чтобы ты меня охранял. У меня есть совсем другая линия защиты. Ты официально свободен. Наслаждайся.
— Милая, я не знаю, как тебе объяснить, чтобы ты поняла.
— Вот в том-то и дело, Том. Я понимаю. Понимаю, что тебе было не всё равно, и это тебя пугало. Понимаю, что мы с Лекси — недостаточная награда, чтобы ты преодолел этот страх. Я понимаю. И я справлюсь сама. Ты принял решение, теперь тебе придётся жить с последствиями. Но я не такая, как Виола. Я не буду настаивать на дружбе. На самом деле считай это моим предупреждением.
Завтра моя последняя смена в «The Black Ivy». То, что мы живём в одном городке, не значит, что мы должны всё время видеть друг друга.
— Эмма, я не этого хотел.
— Честно говоря, мне наплевать на твои хотелки. Теперь я думаю о том, чего хочу я. И перестань звонить. Перестань писать смс. Отзови своих нянек и дай мне жить своей жизнью. Потому что ты больше не часть её.
— Послушай. Если это из-за того, что я что-то сказал о вас с Биллом, то я прошу прощения. Он сказал мне...
— Я прерву тебя прямо здесь, пока ты снова не назвал меня своим недоедком. Мне наплевать, что ты думаешь или говоришь обо мне и любом мужчине, с которым я могу встречаться.
Мне не нужны ни твои мысли, ни твои нелепые извинения.
Кто просит прощения, говоря «прошу прощения!»? —
я перекосила голос максимально неприятным тоном.
На том конце воцарилась тишина, и на секунду мне показалось, что Том отключился.
— Сколько ты уже выпила? — спросил он.
Я подняла телефон к лицу и закричала.
Я услышала звук передвинутых стульев, и уже через мгновение в конце коридора появились Лейтон и Билл. Я подняла палец, запрещая им подходить.
— Советую тебе забыть этот номер, потому что если ты ещё раз мне позвонишь, я не скажу Лекси, чтобы отдала тебе пса.
— Эмма...
Я выключила телефон и запихнула его в карман.
— Кто может подвезти меня домой? У меня болит голова.
Но это было ничто по сравнению с болью в груди.
****