18+ Сонхун. ENHYPEN.
Тайная любовь... Что это? Ну, лучше прочитайте увлекательный смысл этого загадочного выражения в толковом словаре. Ведь в нашем случае не будет ясно, насколько любовь в этой истории тайная и непредсказуемая.
***
Урок нудной математики. Наверное, именно из-за скукоты и скверности школьного предмета, т/и, она же скромная ученица, решила прогулять этот урок под предлогом «сходить к медсестре», но потом уже незаметно скрыться за дверью туалета. Т/и хоть и была весьма начитанной и тихой (хоть и не всегда), однако были в ней черты вредности и хитрости. Скорее, поэтому она и привлекла особое внимание одного из учителей школы (а может, и не из-за этого...).
Ученица притворялась и долгое время не появлялась в кабинете. Лишь услышав какой-то пугающий шум в одном из туалетов, она выбежала из помещения. Т/и понимает, что достаточно долгое время провела вне урока, а до перемены оставалось всего лишь пару минут. Теперь она, для того, чтобы побежать в класс и, чтобы не попасться глазам вечно недовольной и алчной директрисы, резко сворачивает налево к лестнице.
Но вместо того, чтобы побежать дальше, она неведомо сталкивается со статным учителем, правой щекой ударяясь об его грудь. Т/и едва ли не падает вниз по ступенькам — тяжелые руки обхватывают ее за поясницу. Дыхание сбивалось, зрачки знойно шатались.
— Ну и куда ты так бежишь по коридору посреди урока? Опять бездельничаешь? — осторожно щекотливыми мужскими кончиками пальцев притрагиваясь к небольшому подбородку, некий учитель поднимает ошарашенный взгляд т/и поближе своему взору.
— Я всего лишь сходила в туалет, — т/и тревожно закусила губу, — Вообще, нас могут увидеть, Сонхун.
— Пак Сонхун, — мужчина исправил девушку, — Я, между прочим, завуч и учитель физики этой школы. Поэтому, я немедленно требую, чтобы Вы были в моем кабинете, т/и.
— За что?!
— За беспричинное прогуливание урока, полагаю.
Мужчина поворачивается и начинает подниматься вверх по лестнице, на путь к своему кабинету. Озадаченная т/и осталась лишь смотреть на спину учителя, но не прошло и мгновенье, как от любопытства девушка последовала за ним. Он повернул голову и улыбнулся.
— Заходи, — останавливаясь у открытой двери кабинета, Сонхун пропускает первой т/и. Она прошла, как вслед за ней зашел учитель в тихий и пустой кабинет, пахнущий свежими листьями старых книг и мокрого петрикора.
Сонхун снял свои очки для зрения и дотронулся к ее тонкому плечу.
— Я скажу, что видел тебя больную на лестнице и сводил к медсестре. И преподаватель плохую отметку тебе не поставит, — Сонхун подошел ближе, он убрал мягкие волосы т/и в другую сторону плеча, осторожно целуя шею, пахнущую сладким ароматом дорогих духов, подаренный им на какой-то праздник для т/и.
— Сонхун, мы поступаем слишком рискованно...
— Без риска жизнь была бы слишком скучной.
— Неправда.
— А я докажу, — Сонхун руками притронулся к бедрам. Он пригнул т/и до уровня школьного стола. Аппетитные и манящие формы девушки заставили сильное тело Сонхуна вздрогнуть.
Он посмотрел на часы на его кисте руки.
— До окончания урока осталось 15 минут. Если до этого времени мы не закончим обсуждение твоего прогуливания, у нас могут возникнуть проблемы. — Сонхун немедленно спускает ширинку на классических брюках. Он снимает их до уровня выше колен, вместе с трусами.
— Такая рискованность мне нравится... — т/и пошевелила бедрами в жажде от резкой смены горячей обстановки и желания чувственности.
— Тебе понравится, — Сонхун дьявольски посмеялся, этот чарующий смех погрузился в т/и, и охотное желание коснулось до кончиков нерв.
На долю секунды чувствуется, как кончик притрагивается к «входу», но это касание начинает сразу углубляться внутри. Глубокий тяжелый стон упускается из уст. Ноги т/и напряженно начинают трястись с самого начала, и приятное ощущение тяжести разливается по телу и организму.
Наверное, никто не ожидал такого резкого события — хитрая девчонка теперь раком извивается над столом и под Сонхуном. Разумеется, ей это нравилось безбашенно, чувствуя сильные руки на своем теле, т/и ощущала себя иначе божественной.
Девушка двигалась в такт интенсивных тяжелых толчков, которые почти оставляли один и тот же алый след на ее ягодицах. Ее умиляющие стоны щекотали нервишки Сонхуна, который итак еле держался и пытался палевно не сорваться со собственного контроля. Он много желал, чтобы это неистовое наслаждение не давало отпора, ведь именно в моменты такого слияния он чувствовал как хорошо его нутру и телу.
Стал наступать самый окончательный разгар. И именно в такой момент Сонхун не может удерживать себя, чувствуя, как вот-вот выплеснет из него струя и тело освободиться, накрываясь сладким удовольствием и уютом. Он еле успевает вытащить из лоно т/и свое достоинство, прежде чем, как вылить белое семя ей на загорелые и покрасневшие ягодицы. Он задыхается и ухмыляется.
Было ощущение, словно все органы яро шатаются, влияя на то же состояние тела, и его самые яркие зоны краснели, наливаясь чем-то горячим.
— А я успел, — сдувая темные волосы, упавшие ему на лоб и глаза, Сонхун переворачивает т/и, заставляя ее посмотреть в глубокие глаза, — И никто не узнает о том, что сейчас здесь произошло.
— Я знаю. — т/и, как и всегда, хитро, но тихо смеется, целуя обветренные губы Сонхуна.