Глава 20. Имеющий уши да услышит!
Следующие несколько дней я никак не могу выбросить слова Анисы из головы. Неужто и правда Дин что-то ко мне испытывает?.. Стоит об этом подумать, как где-то внизу живота оживают бабочки.
Теперь, когда мне выпадает возможность, я украдкой наблюдаю за Дином и иногда действительно ловлю его мимолётные взгляды, но что в них - разобраться никак не могу и остаётся только гадать, не выдумала ли я его интерес к себе? Наедине мы больше не бываем, общее дежурство нам тоже не выпадает, вот я и ломаю голову, да выращиваю бабочек в животе.
Сегодня моя смена закончилась пораньше - конечно, для этого пришлось поработать как следует, но зато у меня появился лишний час до ужина.
Солнечный диск, прячась за кроны деревьев, уже постепенно тает за горизонтом, а небо будто измазалось в пурпурной краске. Свобода до того осязаема, что даже кажется, если протянуть руку - сможешь непременно её сжать в пальцах.
Я решаю прогуляться вдоль Дома и насладиться вечерней прохладой, пришедшей после дневной жары. Но моим планам не суждено сбыться: проходя мимо веранды, увитой густым зелёным плющом, меня зовёт сам Магнус.
- Кара, приведи ко мне Илву, - просит он, - она в своей мастерской... Это на пятом этаже, в восточном крыле дома. Там, в самом конце, за разукрашенной дверью небольшая мансарда, - увидев мой вопросительный взгляд, добавляет Магнус. - Мне нужно обсудить с ней кое-что.
Я беспомощно смотрю по сторонам, в поисках хоть кого-то, кто сможет спасти меня от выполнения этой просьбы. Мне совсем не хочется пересекаться с Илвой. Её хищный взгляд до того пронизывающий, что даже на летнем солнце я начинаю дрожать.
Но никто не поможет: Аниса гуляет с детьми на площадке, Дин дежурит на Кухне, а маленький Крэм сегодня на воде... А больше-то и просить некого.
Кивнув, я нетвёрдым шагом направляюсь в Дом. Что ж. Пятый этаж. Восточное крыло. Мансарда. Илва...
Я плетусь по коридору пятого этажа, когда из комнаты 513 вылетает Тина с ведром в одной руке, и с тряпкой - в другой. В своём цветастом платье она выглядит просто чудесно.
- Отлыниваешь от работы, Трусиха?
- Не твоё дело! - отвечаю я, почти поравнявшись с ней.
Вдруг что-то мокрое и мерзкое ударило меня по лицу. Тряпка. С глухим шлепком она падает к моим ногам. Пока соображаю, что сделать с Тиной, эта мерзавка уже скрылась в следующей комнате.
Пинаю со злости влажный комок под моими ногами... Я люблю Либерти, но терпеть не могу некоторых его обитателей. И впереди меня ждёт ещё один экземпляр.
Вытираю лицо подолом футболки, от души надеясь, что выгляжу сносно, и продолжаю путь. Магнус не любит ждать.
Оказавшись у дверей мансарды, я на миг замираю, прислушиваясь. Тишина. Вздыхаю и легонько стучусь.
- Я же просила не мешать! - гремит из-за двери голос Илвы. - Кого там принесло?!
Я отворяю дверь и просовываю голову в комнату, не желая входить во владения этой властной женщины.
Илва восседает на стуле, широко расставив мускулистые ноги, обтянутые короткими шортами, которые она так любит. Между ног её - мольберт с самодельным холстом.
Она сидит ко мне полубоком, так что я вижу часть картины - это неоконченная статуя Либерти - карандашный набросок...
- А... Это ты... Чего тебе?! - едва взглянув на меня, рычит Илва.
- Э... Тебя ждёт Магнус...
- Скорее не ждёт, а требует... - поправляет меня она, продолжая водить по бумаге импровизированным карандашом из какого-то чёрного камня. - Ну заходи...
Приходится подчиниться. Претворяю за собой дверь и оглядываюсь. Повсюду здесь картины: большие и маленькие, цветные и чёрно-белые, на бумаге и на ткани - ими увешаны все стены.
Даже шкаф в углу и тот будто тонет в всполохах огня. Несмотря на открытые окна, в комнате стоит удушливый запах краски.
Снова смотрю на Илву, гадая, зачем она пригласила меня войти. Её бритая голова покрыта новыми узорами - на сей раз красными, и капельки пота блестят на солнце, будто капли росы по утру.
- Хочешь себе такие? - спрашивает Илва, откладывая «кисть». - Ничего сложного. Сначала тебя обреем, а потом я разведу краску. Конечно, выбор оттенков не такой богатый, хотя ты и удивишься, сколько тонов можно получить из растений. Ну, чего застыла?
- М-м... - я сцепляю пальцы в замок, нервничая. - Нет, спасибо... Так ты идёшь? Магнус сказал, чтобы ты поторопилась! - вру я.
- Да неужели? - её бровь ползёт вверх. - Что ж, пойдём...
Мы покидаем мансарду. Я кожей ощущаю недовольство Илвы - оно словно витает в воздухе.
- Ты уже выбрала себе новое имя?
- Новое имя?.. - не понимаю я.
- Ты ведь не собираешься оставить имя, которое придумали для тебя в Центре Жизни?
Только сейчас соображаю, что рассказанная Магнусом история Илвы не вяжется с её именем, ведь оно никак не касается еды.
- Раньше тебя звали иначе?
- Меня звали Байри. - Илва презрительно хмыкает. - И первое, что я сделала, оказавшись на острове, так это сменила имя, чтобы ни одна живая душа не смела называть меня куском мяса.
Я задумываюсь. Кручу своё имя на языке, пробую на вкус, будто конфету, в честь которой меня назвали. Мне оно никогда не нравилось, но хочу ли я его изменить?.. Останусь ли я сама собой, если изменю имя?..
- А Бублик? - вдруг вспоминаю я. - и Аниса... Выходит, не все берут новые имена?
- Не все. - Кивает недовольно Илва. - Но Тина с Бубликом попали на остров детьми... Глупо требовать от детей сознательности. А Аниса... До того запуганная, что боится даже дышать.
Мне становится обидно за подругу. Может, у Анисы и не волевой характер, как у той же Илвы, но зато она прекрасно ладит с детьми - её мягкость здесь прекрасно походит.
- Я сразу же, как попала на остров, отказалась от своего прошлого! - продолжает Илва. - На Либерти моё настоящее и за ним моё будущее... Не все измеряется едой. Мы - личности. И мы заслужили свободу. И мы её получим. Однажды. И если ты с нами... Докажи это. Отрекись от своего прошлого.
- Но прошлое - это то, что мы есть. Без него мы - никто... - возражаю я. - В Музее столько разных вещей... Они - прошлое, но даже Регентство от них не избавилось, потому что это наша история. И то, как меня зовут - не самое важное. Не имя определяет человека, а его сущность...
Мы останавливаемся на подходе к веранде. Илва глядит с прищуром. В её глазах - раздражение и досада. Хочу отвернуться, но сдерживаю порыв.
- Что ж. Значит, Магнус в тебе ошибся и ты совсем не та, кого мы искали... А теперь извини.
Соблазнительно виляя задом, Илва взошла по ступенькам, точно королева, и скрылась за увитыми густым вьюном стенами, оставив меня в смятении.
Ты совсем не та, кого мы искали.
Со стороны веранды слышатся шаги, и я поспешно бросаюсь за угол и вжимаюсь в стену.
- И не смей посылать за мной, будто я какая-то... - голос Илвы звенит от ярости.
- А как ты хотела, Ил?.. Ты - моя. - самодовольно отвечает Магнус. - И когда я тебя зову, будь добра прибыть незамедлительно.
Кажется, они спустились по ступенькам и остановились. Лишь бы не решили пойти в столовую, тогда их путь будет лежать мимо меня.
- Ах вот оно что? Ну ладно... Поговорим, когда ты захочешь сладенького... - теперь Илва щебечет подобно певчей птичке, но сразу становится ясно, что эта пернатая при необходимости воспользуется своими острыми когтями.
Однако Магнуса, похоже, её угрозы не впечатлили: я слышу его утробный смех.
- Ты же первая попросишь сладкого...
От их разговора к моим щекам приливает румянец. Понятно, что речь идёт совсем не о десерте Ви-Ви, а о глубоко интимных вещах.
- Но я вызвал тебя совсем не для этого... Нужно обсудить дела. - Магнус снова становится серьёзным. - Давай-ка прогуляемся по Липовой аллее и поговорим...
- Хорошо, мне как раз есть что рассказать тебе о нашей новенькой... - с раздражением произносит Илва, а у меня перехватывает дыхание.
Неужели будет жаловаться?
Аккуратно выглядываю из своего укрытия и вижу две удаляющиеся спины.
Конечно, в том, чтобы следить за кем-то, нет ничего хорошего, но ноги сами несут меня вперёд. В конце концов, ведь речь пойдёт об мне, значит у меня есть право знать.
Так я себя утешаю, прячась за раскидистыми липами.
В обычное время гулять по Липовой аллее одно удовольствие - здесь всегда так легко дышится сочной молодой листвой и свежим ветром.
Но только не сегодня. Сегодня на душе тревожно. Словно вор, я крадусь за деревьями, прислушиваясь к каждому шороху и стараясь не наступать на сучки и веточки, чтобы не обнаружить себя.
Останавливаюсь, когда за густыми кронами раздаются приглушённые голоса. Похоже, Магнус и Илва устроились на одной из лавочек...
Прижавшись к могучему стволу, прислушиваюсь. Теперь я могу различить отдельные слова.
- Я не уверена в ней...
- О чём это ты?
- Она живёт на острове уже несколько недель, но всё цепляется за город.
- Ну не все такие, как ты. Ей нужно время.
- И ты всё ещё ей не сказал, зачем она здесь...
Мне вдруг становится холодно, а пальцы немеют. О чём толкует Илва?..
- Ты хочешь поучить меня? - пусть Магнус говорит тихо, но в его словах столько силы, что я внутренне сжимаюсь.
- Время идёт... И если не сейчас, то когда? Шпанс того и гляди, помрёт...
Я застыла в неудобной позе, но боюсь даже шевельнуться. Шпанс. Причём здесь он?
- Во-первых, Шпанс гораздо крепче, чем ты считаешь. Во-вторых... Я прекрасно помню, зачем девочка здесь, но время ещё не пришло. Нужно сначала всё подготовить...
- А если она откажется?
- Не откажется... Она счастлива тут, на острове. Она одна из нас.
- Она с нами всего ничего... - возражает Илва. - Это наш остров. Не её.
В одно мгновение Либерти теряет свою привлекательность и предстаёт не райским уголком, а ловушкой. Пение птиц теперь звучит фальшиво, цветы меркнут, а деревья в сумерках выглядят и вовсе страшно.
В Раю водились и змеи...
Так, кажется, однажды сказал Фолк?..
- Вот я и хочу, чтобы она полюбила Либерти, как все мы... Слушай... Я всегда рад обсуждать с тобой дела, но решения всё-таки принимаю здесь я. Я всё расскажу девочке после фестиваля Свободы. Тогда точно будет ясно на чьей она стороне.
- Я не доверяю ей. Надо было найти кого-то другого... Что если она сдаст нас со всеми потрохами?..
- Я очень долго ждал, Илва... - громовыми раскатами, пусть и тихими, гремит Магнус. - И не вставляй мне палки в колёса, ясно?
- Смотри, Магнус, как бы мы все не поплатились в итоге.
- Не играй со мной, Ил. Я этого не потерплю... А теперь... Обслужи-ка меня...
- Что?! Здесь?!
- Здесь и сейчас, Ил. Я хочу сладкого...
Начинается возня и моё сердце застревает в груди на полувздохе, когда я понимаю, что последует дальше. Моля эйдоса о милости, я отлипаю от дерева и спиной медленно отступаю назад.
Хрысь.
Предательская ветка хрустнула под ногой. Ох.
- Ты это слышал? - возня прекратилась.
- Это мышь... Или птица... Или... Чёрт с ними, иди сюда...
Развернувшись, я наконец-то покидаю Липовую аллею никем не замеченной.