59
Меня будит стойкий запах медикаментов и свет, бьющий в глаза. Взгляд заторможенно скользит по бледно-зеленым стенам и растерянно замирает на стойке капельницы. Трубка от нее подведена к моей вене.
Воспоминания болезненным залпом вспыхивают в сознании. Заплесневелый бревенчатый дом, промятый диван, мерзкое рябое лицо, осколки... Кровь, заливающая пол... Грохот двери, сорванной с петель, Чимин ... Незнакомые люди, носилки... Забытие.
Я разглядываю пластиковый потолок, чувствуя, как по щекам текут слезы. Я побывала в самом настоящем аду, но выжила. Кровать подо мной – это больничная койка, значит, я в безопасности. Чимин меня спас. Снова.
Моя попытка сесть не увенчивается успехом. Игла от капельницы больно вонзается в вену, а вторая рука плотно перевязана и опереться на нее невозможно. Я смотрю на закрытую дверь в беспомощности. Кнопка вызова находится слишком высоко, так что выход один – кричать.
Т.И:Кто-нибудь!
Приглушенным шипением выходит из легких.
Откашлявшись, я пробую снова. Губы сухие и во рту тоже сухо. Жутко хочется пить.
Т.И:Кто-нибудь! Подойдите, пожалуйста!
Из-за двери доносится шум, сменяемый звуком торопливых шагов.
-Очнулась! Ансеменовна!
Выкрикивает появившаяся на пороге девушка в униформе медсестры.
-Та, которую вчера ночью с кровопотерей привезли.
Слышутся новые шаги, на этот раз более твердые и уверенные, и спустя несколько секунд в палате появляется крупная женщина в халате. При взгляде на меня ее строгое выражение лица смягчается.
-Проснулась?
Опустив на глаза очки в роговой оправе, она присаживается на стул, стоящий рядом с моей кроватью.
- Меня зовут Макачук Анна Семеновна. Я заведующая реанимацией. Как себя чувствуешь? Голова кружится?
Т.И:Пить хочется.
Сиплю я, разглядывая ее гладкий как у ребенка лоб. Это странно, потому что на вид ей больше пятидесяти.
-Ло!Принеси стакан воды с трубочкой.
Строго произносит она, обернувшись.
-Нужно было сразу это сделать. Как в первый раз, ей богу.
-А в остальном как?
Продолжает она допрос.
-Это, кстати, капельница с физраствором. На фоне потери крови у тебя развилось обезвоживание.
Т.И:Чувствую себя так, словно меня палками били.
-Неудивительно. С тобой хочет поговорить полиция, но я им пока не разрешаю. За всех, кто ко мне попал, переживаю как за своих.
Она улыбается.
- А ты еще слишком слабенькая у меня. Успеется.
Т.И:Я не пыталась покончить с собой.
Я смотрю ей в глаза в надежде что она поверит.
-Очень на это надеюсь. Такая молодая и красивая. Так как голова?
Она забирает у медсестры пластиковый стакан и подносит трубочку к моему рту.
-Кружится?
Жадно всосав воду, я киваю. Кружится, но не сильно. В свете последних событий это полная ерунда.
-Щеки порозовели – это хорошо.
С удовлетворением констатирует она.
- Сейчас тебе обед принесут. Завтрак ты уже пропустила.
Т.И: А...
Запнувшись, я не знаю, как точнее и безопаснее сформулировать вопрос.
Т.И:Меня сюда на скорой привезли, правильно я понимаю?
Женщина утвердительно кивает.
-Ты ночью поступила.
Т.И:А меня кто-нибудь сопровождал?
-Да. Один очень взволнованный молодой мужчина.
Ее губы трогает заговорщицкая улыбка.
– Он до сих пор здесь. Спал на стульях в приемной.
После этих слов я оживаю. В груди разливается медное тепло, и даже неприятный гул в ушах проходит. Чимин. Не только спас меня, но и приехал в больницу.
Т.И:Можно мне...?
- В реанимацию мы никого не пускаем.
Голос женщины становится строгим.
– Пусть тебя сначала переведут в палату.
Я смотрю на нее с мольбой.
Т.И: Пожалуйста... Всего на пару минут. Он тоже очень устал. Пусть поедет домой.
-На пять минут – не больше.
Помедлив, нехотя соглашается она.
-Ло!Молодого человека из приемной сюда проводи. Только халат ему выдай и бахилы на ноги нацепи.
Уперевшись затылком в изголовье, осторожно приглаживаю волосы. Еще бы зеркало раздобыть, убедиться, что на лице не осталось следов крови. Думаю об этом и мысленно смеюсь: неплохой настрой для той, кто еще недавно угрожали изнасилованием.
Входная дверь с тихим скрипом приоткрывается и на пороге появляется... Нет, не Чимин. Чонгук.
Т.И:Что ты здесь делаешь?
Разочарование скрыть невозможно, и потому голос звучит обиженно и с претензией.
Выглядит Чонгук откровенно паршиво. Лицо бледное и помятое, футболка грязная и в пыли.
Чг:Я сюда с тобой приехал.
Тихо говорит он, присаживаясь рядом. Его взгляд виновато шарит по моему лицу.
Чг:Как ты? Врач говорит, что тебе гораздо лучше.
Т.И:Что ты здесь делаешь?
Проигнорировав вопрос о самочувствии, с раздражением повторяю я. Вместо него здесь должен быть Чимин.
Т.И:Там тебя не было!
Чг:Я был.
Лицо Чонгука кривится в печальной улыбке.
Чг:Ехал за Чимином
Сморщившись от боли, я упираюсь на перевязанную руку и сажусь. Что происходит? Каким образом в том доме оказался Чонгук и куда делся Чимин?
Чг:Я ему позвонил, сказал, что видел тебя. Я такой придурок, потому что не сразу понял, что к чему. Потом ждал их около складов, чтобы за тобой поехать. С ума сходил, думая, что те типы могут...
Т.И:Где Чимин.
Перебиваю я.
Т.И: Я помню, что он ко мне поднимался.
Опустив взгляд себе на руки, Чонгук несколько раз хрустит пальцами. Я чувствую подкатывающуюся тошноту. Так он делает, когда сильно нервничает.
Т.И:Где?
Злым шепотом повторяю я.
Т.И:Какого хрена ты молчишь?
Чг:У него ранение... очень серьезное.
Мямлит он, избегая смотреть мне в глаза.
Чг:Легкое пробито... Обширная кровопотеря. Я Шаману недавно звонил... Говорит, пока неясно, выживет или нет.