Глава 10
Она была той самой,
Ради которой откладываешь все дела.
Той самой,
Которая привлекала все взгляды.
Исавелла
«Каждую ночь я сидел у твоей постели и боялся за твою жизнь. Каждую ночь я умирал от бессилия, потому что ничем не мог помочь тебе, когда ты мучилась от невыносимой боли. Я сидел возле твоей кровати и понимал, что это я во всём виноват, я причина всех твоих бед. Я смотрел на тебя и понимал, что не заслуживаю тебя, но я не мог перестать приходить к тебе каждую ночь. Мне нужно было увидеть тебя хотя бы совсем недолго, чтобы я хоть как-то смог прожить следующий день. Но теперь тебя не стало, и я могу уйти из этого мира, зная, что мне больше незачем жить и меня больше ничто не держит.
Я понял, что пропал, как только увидел тебя. Тогда я подумал, что ты должна быть моей, даже если я не тот, кто тебе был нужен. Я был эгоистом, и взгляни, к чему это привело. Я знал, что должен оставить тебя в покое, но я не мог. Ты стала нужна мне как воздух с самого первого взгляда. С самой первой улыбки.
Я никогда не просил ничего у Него, но в этот раз я молился, чтобы ты открыла глаза. Даже если бы ты отвергла меня, ненавидела, просила оставить тебя в покое - все чего я хотел, чтобы ты очнулась. Я бы сделал, все, что бы ты попросила: даже если попросила бы меня больше никогда не встречаться у тебя на пути. Ты была моим Ангелом, а ангелы не должны умирать. Но говорят, что Он забирает своих любимчиков к себе рано. И я не могу Его винить, ведь не представляю, как можно не любить тебя. Я уверен, что там ты обретёшь покой. А я буду вечность расплачиваться за то, что совершил, за то, что сделал с моим маленьким невинным Ангелом. Но даже вечности не будет достаточно, чтобы искупить мою вину. Я не буду просить у тебя прощения, потому что знаю, что не достоин его. Как и не был достоин тебя. Однажды ты спросила меня, за что меня можно любить, и тогда я понял, что ты совершенно права. Я не тот человек, которого можно любить. Быть любимым кем-то - это благословение свыше, величайшее чувство из всех. Я недостоин любви. Но я думал, что ошибся и даже такого ублюдка как я можно полюбить, но все же мне не дано было познать любовь другого человека. Не дано было быть любимым кем-то.
Я должен был сразу понять это и держаться от тебя подальше, но не смог. Ты притягивала меня к себе, околдовала меня, даже сама того не подозревая. Ты даже не обращала на меня внимания и правильно делала. Мне было все равно, что ты не любила меня, моей любви хватило бы на нас обоих. Но так нельзя, даже я понимал это.
Я обещаю, что больше никогда не потревожу твой покой. Теперь я буду только сожалеть о том, что сотворил с тобой. Но я никогда не буду сожалеть о том, что любил и люблю тебя до безумия. До конца времён. До конца вечности.
Навеки твой, ____. »
Слезы продолжают течь по моему лицу, пока я перечитываю письмо во второй раз. Или в третий? Я уже не помню. Я просто не могу перестать читать его, даже если оно разбивает мне сердце. Понятия не имею кто и кому его написал, но такую любовь можно почувствовать даже через строки автора. Не представляю, как можно так сильно любить человека.
Когда я только подошла к этому экспонату в музее, я была удивлена, что несколько женщин уходили отсюда в слезах, даже некоторые мужчины прослезились, по крайней мере, мне так показалось. Я не знала, что такого там можно было увидеть, что это заставляло всех рыдать. Но с первых строк до меня дошло.
Шаг за шагом я отхожу от экспоната, стараясь остановить слезы. Наверняка я выгляжу сейчас как чучело. Моя романтическая душа тянет меня назад, но я заставляю себя уйти подальше отсюда, чтобы окончательно не разреветься, когда я чувствую мощную грудь позади себя. Меня окутывает туманом дорогого парфюма. Изысканного и пьянящего. Я застываю на месте, не в силах обернуться. Андонис. Он обходит меня и встает рядом со мной, чуть повернувшись корпусом.
- Я вижу, ты уже прочла письмо неизвестного, - я слышу его низкий голос с хрипотцой. Я продолжаю смотреть на экспонат, чувствуя его пристальный взгляд на себе.
- Я..не ожидала тебя здесь увидеть, - серьезно, разве не странно, что мы постоянно сталкиваемся друг с другом. Остров не большой, но и не маленький. Или это и правда, просто совпадение?
- Я знал, что найду тебя здесь, - честно признался он.
- Ты следил за мной? - я спрашиваю с удивлением. Почему он продолжает меня преследовать? Это заставляет меня задуматься, почему это меня не тревожит. Кажется, последнее время у меня совершенно пропало чувство самосохранения.
- Нет, - боковым зрением я вижу его легкую усмешку. - Здесь находится один из самых знаменитых экспонатов острова. Это письмо.
- Я настолько предсказуема? - не то, чтобы меня это удивляло.
- Вовсе нет. Я к тому, что побывать на Ательоти и не увидеть и не прочитать его вживую - все равно, что не побывать здесь вообще, - он поворачивается ко мне всем телом. Я поворачиваюсь к нему лицом. Он как всегда одет в классику, и я бы соврала, если бы сказала, что ему это не идет. Он выглядит божественно. В этот момент я задумываюсь о своем внешнем виде.
- Я не знала о нем, когда пришла сюда. Мне стало интересно, почему многие уходят отсюда в слезах, - я указываю взглядом на письмо.
- Его нашли археологи, когда изучали историю легенды острова. Письмо очень старое, и имя на нем уже стерлось, как и многие буквы. Но реставраторам удалось восстановить большинство слов. Его нашли там же, где и.., - он переводит на меня взгляд, давая понять, о чем он на самом деле подумал, - где и по легенде спрыгнули возлюбленные, - и где могла покончить с жизнью и я. Мне становится неловко под его взглядом, и я отвожу глаза.
- Это очень трогательное письмо. Не знаю, что с ними произошло, но он так сильно любил ее, - я чувствую, как одна слезинка катится по щеке. Тепло разливается по телу, когда он аккуратно смахивает слезу, заставляя меня застыть на месте. На секунду я забываю, как дышать. Его прикосновение было таким неожиданным, что привело меня в замешательство. Он стоит так близко, что я могу чувствовать тепло, исходящее от его тела. Еще несколько сантиметров, и я смогла бы почувствовать его дыхание на своей коже.
- Он покончил с жизнью в том же месте, когда любовь всей его жизни умерла.
- Почему такое происходит только там? - я делаю рваный вдох. Это не первый раз, когда я слышу, что самоубийства происходят именно на этом обрыве.
- Согласно легенде, там можно воссоединиться с душой своего возлюбленного, - теперь понятно, почему мама хотела, чтобы я развеяла ее прах именно там. На глаза снова наворачиваются слезы, когда я вспоминаю ее, но я быстро моргаю и прогоняю грустные мысли. Не хватало расплакаться прямо перед Андонисом.
- Что же, спасибо, но я.. - я начинаю говорить, но перебивает меня.
- Ты голодна? - он неожиданно спрашивает. Я открываю рот в удивлении.
- Не то, чтобы..
- Пообедай со мной, - он снова перебивает меня. - И я смогу показать тебе некоторые места, которые ты не сможешь найти в путеводителе.
С другой стороны, я ведь и правда еще почти не посмотрела остров. В прошлый мой приезд я пробыла здесь всего две недели, большую часть которых я абстрагировалась от всего мира, пока не встретила Адама. Эри сейчас на работе, так что она не сможет показать мне остров. Я могла бы исследовать остров в одиночестве, но предложение Андониса кажется слишком заманчивым.
Он наблюдает за мной и видит сомнения, написанные на моем лице, поэтому делает еще одну попытку:
- Обещаю, что верну тебя до вечера. Пожалуйста.
- Хорошо, я правда проголодалась, - он улыбается с облегчением и указывает дорогу.
Пока мы идем к выходу из музея, я пытаюсь придумать, как я могу извиниться за нашу прошлую встречу.
Мне безумно неловко за ту ситуацию, так что мне нужно попытаться исправить это.
- Тебе понравится. Чтобы попробовать настоящую греческую кухню, нужно приходить именно в такие места, - сказал он, когда мы подошли к фудтраку, находящемуся недалеко от музея.
- Я слышала об этом, - я улыбаюсь. - Не думала, что ты покупаешь еду здесь, - с его деньгами, я удивлена, что он вообще знал о таких местах.
- Потому что я работаю в компании и живу в престижном районе? - он издает смешок. - Я все-таки был солдатом, не забывай. К тому же, мне нравятся люди здесь: они добры и искренни и по-настоящему любят то, чем они занимаются. Им в радость готовить еду, и люди с удовольствием покупают ее, потому что здесь ее делают с любовью, не только за деньги. В таких местах работают люди, которым действительно нравится то, что они делают, - я не отводила от него взгляда, пока он говорил. В этот момент на его лице была искренняя улыбка, когда я поняла, что впервые вижу его таким.
Мне становится стыдно за то, что практически обозвала его снобом.
- Прости, я не хотела показаться грубой.
- Все в порядке, - мы делаем заказ, и пока мы ждем нашу еду, он говорит:
- Надолго ты планируешь здесь остаться?
- Пока не знаю, - я собираюсь с духом и произношу вслух, - Слушай, прости, что так остро отреагировала в нашу прошлую встречу, я просто..была..удивлена..
Он смотрит на меня нечитаемым взглядом и переводит взгляд на мои губы, от чего мне становится неловко. Он прочищает горло:
- Я даже знаю почему, - он сжимает губы в тонкую полоску.
- Адам сказал, что ты.., - я не решаюсь произнести это вслух.
- Погиб. Адам ошибся, - при упоминании его имени во взгляде Андониса вспыхивает гнев, а ноздри расширяются. Он словно в ярости. Между ним и Адамом что-то произошло? Возможно, они поссорились, но видимо это было серьезно, раз от одного его имени он приходит в ярость.
Я делаю вид, что не обращаю на это внимания и стараюсь перевести разговор на другую тему.
- В любом случае, я рада, что с тобой все в порядке, - и я говорю это серьезно. Когда я поняла, что он жив и здоров, с моей души будто упал груз. Сама того не подозревая, я подпустила его слишком близко к моей душе, и теперь он стал для меня важным человеком, хотя сам даже не знал об этом.
- Спасибо, - его злость исчезает, когда он улыбается мне.
***
Не думала, что когда-нибудь снова смогу сказать это, но это был замечательный день. Пообедав, мы решили пройтись пешком, чтобы увидеть больше достопримечательностей. Он рассказывал мне смешные истории, которые случались с ним на службе. К концу дня у меня уже болел живот от смеха, но это было приятно. Я не помню, когда в последний раз так хорошо проводила время. С Андонисом мне было комфортно, все мои сомнения и подозрения исчезли к концу этого дня.
Мы очень долго гуляли по острову. Настолько долго, что у меня начинали болеть ноги. Но все это отошло на второй план, когда он привел меня в место, которое, как он и обещал, нельзя найти в путеводителе. Это был обрыв (ну конечно). Но интересен был не столько обрыв, сколько вид, открывающийся с него. Отсюда можно было охватить взглядом весь остров, омывающийся Эгейским морем. Желтое, слепяще яркое днем, оно меняет свой цвет и оттенок на более мягкий и теплый, который словно невесомая шаль укрывает все вокруг. На краткий миг создается атмосфера уюта и покоя, в которую хочется любить и быть любимым. Весь мой восторг сосредоточился на Ательоти на фоне волшебного заката.
Краем глаза я заметила, как Андонис наблюдает за мной, не обращая внимания на закат.
- Шикарный вид - не единственное чем прекрасно это место, - я поворачиваю к нему голову, когда он говорит. Он указывает головой на дерево, раскинувшееся за моей спиной.
- Об этом знают немногие, но те, кто знают, уверены, что эту надпись оставили еще сотни лет назад, когда Антонайос и Астерия были живы. Не думаю, что это они оставили ее, но люди верят в то, во что хотят верить, - он указал на надпись, вырезанную на коре дерева. «αιώνιος» (Прим.пер. «вечная») . Всего одно слово. Надпись была старой, и явна была оставлена здесь очень давно. Но сотни лет назад? Пока я раздумывала об этом, до меня дошло, что я упустила одну деталь.
- Антонайос и Астерия? - я поднимаю бровь.
- Никто не знает, как их звали, поэтому народ прозвал их так: Антонайос - неоценимо храбрый, Астерия - красивая, как звездная ночь.
И в какой раз я убеждаюсь, что люблю этот остров и его народ и его способность превратить легенду в настоящую историю.
- Кажется, вы все здесь помешаны на этой легенде, - я мягко смеюсь.
- Это наша фишка, - он весело подмигивает мне.
- Почему это место не получило такой популярности? Это же в вашем стиле, - я продолжаю подтрунивать над ним.
- Не знаю, но так даже лучше. Так оно сохранит свою волшебную атмосферу и останется сокровенным местом, куда можно сбежать от всего мира.
Я провожу рукой по надписи. «Вечная». Оно словно имеет свою энергетику, когда я касаюсь пальцами тщательно выведенных букв. Я закрываю глаза и чувствую, как теплая рука Андониса накрывает меня. Я смотрю на него, но его взгляд обращен на наши руки.
Он привел меня сюда не просто так, и я уверена, что он что-то недоговаривает. С этим местом связана, какая-то легенда, или история. Я чувствую это.
И то, что из всех мест он привел меня именно сюда, заставляет меня улыбнуться. Здесь было его пристанище, куда он мог сбежать, чтобы очистить свои мысли и вздохнуть спокойной душой, и он решил поделиться им со мной.