25. Тихое молчание
Когда мы с Вахитом зашли в зал, обстановка была такой же непринужденной и веселой, как и прежде. Громкая музыка била по ушам, смех то и дело взрывался то тут, то там, а в воздухе витал густой запах табачного дыма и дешевого вина. Не успела я и глазом моргнуть, как Катька и еще пара девчонок подхватили меня под руки и потащили в самую гущу танцующих.
— Да ладно тебе, Вика! Расслабься! — кричала Наташка, перекрывая шум музыки. — Хватит уже грустить! Давай отрываться!
Меня втолкнули в круг танцующих, и я, сдавшись, начала двигаться в такт музыке. Девчонки, словно заправские артистки, выделывали замысловатые па, трясли волосами и задорно смеялись. Лиза показала несколько новых движений, которые она, по ее словам, подсмотрела у какой-то заезжей танцовщицы. Я с трудом успевала за ней, но старалась не отставать. Вадим, наблюдавший за нами из угла, одобрительно кивнул и улыбнулся.
— Ну, как тебе? — запыхавшись, спросила Наташка, когда музыка стихла.
— Ух! Жарко! — ответила я, вытирая пот со лба. — Но весело! Спасибо!
— Вот видишь! А ты говорила, что не хочешь танцевать! — усмехнулась Лизка. — Ну ладно, давай, отдохни немного, а я пойду еще попляшу.
Оставшись одна, я огляделась. Валера, как всегда, стоял немного в стороне, наблюдая за мной. Он выглядел серьезным и немного отстраненным. Я подошла к нему.
— Чего такой грустный? — спросила я, улыбаясь.
Валера глубоко вздохнул и посмотрел мне прямо в глаза.
— Ангелок... Я давно хотел тебе сказать... — начал он, запинаясь. — Ты мне очень нравишься. Очень.
Я замерла, не зная, что ответить. Валера мне тоже был симпатичен, но я не думала о нем, как о ком-то большем, чем-то серьезном, это было страшно.
— Я знаю, что ты не веришь мне... Но я не могу больше молчать. — продолжил он, глядя мне в глаза с такой искренностью, что я не могла не поверить ему. — Я буду тебе верен, Ангелок. Я буду защищать тебя от всего плохого. Просто дай мне шанс.
Слова Валеры тронули меня до глубины души. В его глазах я видела настоящую любовь и преданность. Я не знала, что ответить, но чувствовала, что должна быть честной с ним.
— Валера... Я... — начала я, но внезапно меня прервал Вахит, подбежавший к нам с взволнованным лицом.
— Ириска! Тебе письмо! — крикнул он, протягивая мне конверт.
Я взяла письмо и прочитала адрес:
"Романовой Виктории, лично в руки". Отправителем значился Кащей.
Странное предчувствие охватило меня. Я разорвала конверт и прочитала письмо.
"Кощеевна, если ты это читаешь, значит, я уже не в этом мире. Не вини себя ни в чем. Я просто устал. Устал от этой жизни, от этой грязи. Но перед тем, как уйти, я хотел сделать тебе подарок. Тебя заметил один очень классный продюсер из Москвы. Он слышал, как ты поёшь. Он уверен, что ты станешь звездой. Найди его, он поможет тебе. Его имя - Игорь.
Прости меня за все. Прости, что не смог быть лучше.
Кащей."
Я дочитала письмо и замерла, не веря своим глазам. Кащей мертв? И все это... письмо... Что это значит?
Внезапно я почувствовала, как у меня подкашиваются ноги. Все вокруг поплыло. Я схватилась за Валеру, чтобы не упасть.
— Ангелок! Что с тобой? — испуганно спросил он.
Я ничего не ответила. Меня душили слезы. Кащей мертв. Он совершил самоубийство. И я... я не могу в это поверить.
Слезы лились ручьем, тело била дрожь. Истерика нарастала с каждой секундой. Все вокруг пытались меня успокоить, но ничего не помогало. Я кричала, плакала, билась в конвульсиях. Мир рухнул в одно мгновение.
Спустя несколько часов, когда я немного успокоилась, ко мне подошли Вова и Вадим, друзья Кащея. Они выглядели подавленными и виноватыми.
— Вик... Мы должны тебе кое-что рассказать о Кащее... — начал Вова, с трудом подбирая слова.
— Что? Что еще? — спросила я, вытирая слезы.
— Он... Он обманул нас... И начал употреблять... — сказал Вадим, опустив голову. — Мы пытались ему помочь, но он не хотел слушать. Мы поссорились, и он ушел...
Я слушала их, не веря своим ушам. Кащей, такой сильный и уверенный, оказался обычным слабым человеком, сломленным жизнью.
...
Небо затягивалось серыми тучами, словно отражая мое внутреннее состояние. Стоя на краю кладбищенской плиты, глядя на его имя, я понимала, что прошлое умерло. Кащей умер. Вместе с ним умерла часть меня, часть той жизни, которую я знала. Любовь, дружба, предательство, разочарование - все смешалось в один огромный ком боли, который сжимал мое сердце.
Валера подошёл ко мне, обнял так крепко, словно боялся, что я исчезну, как утренний туман. Его поцелуй был одновременно нежным и отчаянным, будто он пытался вложить в него всю свою любовь и защиту.
— Ангелок, пора ехать в Москву, гастроли. Сегодня Вадим приедет в гости, – произнёс он, отстранившись. В его глазах плескалась тревога, которую он старался скрыть за бодрым тоном.
— Да, я помню, – ответила я, стараясь не выдать дрожь в голосе. – Поехали.
Я натянула дежурную улыбку, пока Валера обнимал меня ещё крепче. Его забота обжигала, как солнечный луч сквозь тучу. Я знала, что он видит мое состояние, чувствует ту боль, которая, казалось, въелась в каждую клеточку моего тела. Но мы оба делали вид, что все хорошо. Или, по крайней мере, терпимо.
В аэропорту, в шумной толпе, я машинально шла за Валерой, как привязанная. В голове роились обрывки воспоминаний, словно осколки разбитого зеркала, болезненно ранящие сознание. Я не знала, что будет через время. Не знала, как справлюсь с предстоящими гастролями, с постоянным вниманием публики, с необходимостью улыбаться и петь, когда внутри все кричало от боли.
Но я знала одно: я выживу. Я стану сильнее. Я пройду через все испытания, которые мне уготованы. Я буду помнить Кащея. Его доброту, его искренний смех, его слабость, которая и погубила нас обоих. Я буду помнить тот день, день его смерти, как день, когда моя жизнь изменилась навсегда, разделившись на "до" и "после". Тот день, когда вместе с ним умерла часть меня.
Я знала, что близкие люди будут рядом. Вадим и Вова, мои друзья и, поддержат меня своей мудростью и тихим участием. И Валера... Он будет любить меня всегда. Его любовь – единственная константа в этом безумном мире. Я цеплялась за нее, как утопающий за спасательный круг.
И может быть, когда-нибудь, когда боль утихнет, когда раны заживут, я смогу простить. И себя – за то, что не смогла его спасти. И его – за то, что он оставил меня. И этот мир, который так жесток и несправедлив, который отнимает тех, кто нам дорог, не спрашивая нашего согласия.
А пока... Пока я просто буду жить. День за днем, шаг за шагом. Просто дышать, просто идти, просто делать то, что должна. Пока сердце не научится биться снова, пока в глазах не появится искра жизни, пока я снова не смогу увидеть краски этого мира.
Самолет оторвался от земли. Город внизу уменьшался, превращаясь в россыпь огней. Я закрыла глаза, позволяя слезам бесшумно скатываться по щекам. Впереди – неизвестность. Но я буду бороться. Ради Кащея. Ради себя. Ради тех, кто меня любит.
Ребят! Хочу извиниться, что эта история закончилась именно так. Я вижу в ней много ошибок, и понимаю, что можно было сделать лучше. Но я учусь, и каждая история - это опыт. Спасибо, что были со мной на протяжении всего этого времени, ваша поддержка очень важна! После завершения истории "В танце с тенью" я обязательно перепишу эту, постараюсь учесть все недостатки и сделать ее такой, какой она должна быть, чтобы все было более логично и интересно. Всех люблю и надеюсь на ваше понимание и дальнейшую поддержку!
🖤🖤🖤🖤🖤🖤