Глава 38: План Икс
Драко вылетел из палаты, сжимая челюсти от нарастающей ярости.
Да, Невилл предупреждал о возможных последствиях, но он не думал, что Гермиона лишится всех эмоций. Абсолютно всех.
Внутри надежно поселилась тревога, заполняя каждую клеточку тела.
— Сука, — прошипел Драко, упираясь лбом в прохладную стену. Ему отчаянно хотелось ударить по ней и разбить кулак в кровь.
— Все хуже, чем я предполагал, — отозвался Невилл, привлекая внимание. — Эти дурни сейчас будут обследовать ее, но я уже и так знаю, что произошло. — Драко медленно повернул к нему голову, оскалившись. — Тише, успокойся, зубастик.
— Какого хрена ты с ней сделал? — сказал он, изо всех сил сдерживая порыв врезать самовлюбленному лаборанту по лицу. — Долгопупс, твою мать!
Невилл приподнял руки, капитулируя. Но этот жест лишь сильнее разозлил Драко, и он схватил Невилла за ворот рубашки.
— Верни ее. Верни, чего бы тебе это ни стоило, — сухо и с неприкрытой злостью прошептал он и толкнул Невилла вперед. — Сука!
Едкая боль разлилась по телу, заставив Драко тихо промычать. Потеря. Потеря и ненависть — сейчас он чувствовал только это.
Перед глазами всплывали моменты, проведенные вместе с Гермионой: ее вечные недовольства, колкие замечания, неприкрытое смущение, сменяемое страстным желанием. Неужели он навсегда потерял это?
Драко крепко сжал кулаки и нахмурился. Как бы он ни оправдывал влечение к ней, отрицать его было невозможно. Он скучал и скучал очень сильно.
«Черт подери, в какой момент ты стала для меня кем-то, Грейнджер?» — выругался он, переводя взгляд на ошарашенного Невилла.
— Успокойся, Ромео.
— Честное слово, еще одно прозвище, и я не буду так сдержан, Долгопупс.
— Прости, — искренне сказал Невилл. — Я, когда нервничаю, всегда пытаюсь перевести все в шутку. — Он тяжело вздохнул, и его лицо стало серьезным.
— Лучше скажи, что ты нашел решение, — более спокойно проговорил Драко, невзначай переводя взгляд на Джин и Уильяма, что в нескольких ярдах от них разговаривали с врачом. — Не представляю, каково им.
Невилл тоже посмотрел на родителей Гермионы и провел рукой по волосам, зачесывая их назад.
— Это временно. По крайней мере, так сказал Сириус. Я не склонен верить этому деду, но в его формулах и словах есть смысл.
— Что он сказал? Что значит временно? Она вернется?
Драко моментально почувствовал облегчение и устало облокотился спиной о стену. Последние дни выдались слишком напряженными и эмоциональными. Ему требовался отдых.
— Тебе нужно вывести ее на эмоции.
— Охренеть, всего-то, — с сарказмом ответил Драко и закатил глаза. Порой ему казалось, что Невилл ставил его умственные способности ниже интеллекта обезьяны.
— Но я вполне серьезно. Ты же знаешь, как работает незаконная сыворотка «Обливиэйт»?
— Знаю, что она стирает память. — Драко нахмурился и добавил: — Об определенном промежутке времени.
— Верно. Никогда не задумывался как? Или почему память не возвращается?
Нет, Невилл определенно считал его глупее обезьяны.
— Долгопупс! Ты испытываешь мое терпение.
Зачем он вообще рассказывал, как работали эти дурацкие сыворотки? За последние дни Драко так часто слышал это слово, что голова изнывала от легкой боли при каждом их упоминании.
Честное слово, он будто учился не на Слизерине, а на Пуффендуе. Кто бы мог подумать, что ему придется погрузиться в химические интриги и спасение жизни надоедливой первокурсницы?
«Сексуальной, безбашенной и чертовски желанной первокурсницы», — поправил себя Драко и легко кивнул своим мыслям.
— Порой я забываю, что разговариваю с неотесанным слизеринцем, которому плевать на все вокруг, — разозлился Невилл. — Ладно, скажу прямо. Тот препарат, что я ввел ей, по составу схож с тем, что вводит Крауч, чтобы клиенты теряли память. Он влияет только на определенную зону.
— Ладно. Теперь я точно перестал понимать. Скажи, как вернуть ее? Это все, что меня волнует.
— Коллопортус заблокировал определенный спектр эмоций. Это может быть злость, ненависть, гнев. Или радость, счастье, надежда и так далее. — Невилл серьезно посмотрел на Драко и нетерпеливо сжал челюсти. Кажется, он что-то обдумывал. — Нам нужно понять, какой именно спектр заблокировал препарат, и попытаться вывести ее хотя бы на одну из этих эмоций. Если получится, мы сможем до нее достучаться, вот только...
— Только что? — раздраженно спросил Драко, не выдерживая паузы.
— Боюсь, чем дольше она блокирует эмоции и чувства, тем сложнее ей будет совладать с ними.
— Совладать?
— Представь, что ты размеренно взбираешься на снежную гору и тут... на тебя сходит лавина. Тебя в считанные минуты накрывает целая масса снега. Шансы выжить — меньше процента. Так и у нее. Шансы сохранить здравый ум... — Невилл тяжело вздохнул и достал из кармана блокнот, — процент? Два? Десять? Я понятия не имею... Господи... ну и сложную же задачку подкинул ректор.
Стоило ему заикнуться о Томе, как внутри Драко все перевернулось, напоминая о вечере, когда он застал Гермиону подвешенной к потолку.
«Этот ублюдок Реддл...» — разозлился он, прекрасно осознавая, что все, что сейчас происходило, случилось по вине Тома.
И сдалось ему всепоглощающее господство над людьми? Зачем? Он и так был влиятельным и богатым, его звали на королевские советы, приглашали за границу и уважали как минимум все соседние страны. Для чего ему понадобился контроль над человеческим разумом? Неужели законная похоть совратила его настолько, что он готов был отказаться от морали и человечности?
«Если бы не Магдалондор, я бы убил тебя прямо сейчас», — всплыли слова Тома, которые он произнес перед появлением полиции.
Драко скрестил руки на груди и сосредоточился на воспоминаниях. Было ли что-то кроме тех слов, что указывало бы на участие еще одного игрока в маниакальной игре под названием «власть»?
Оставив заботы о проснувшейся Гермионе ее родителям и врачам, он поехал домой, всю дорогу размышляя над событиями, случившимися за семестр: покушение на Пэнси, возвращение и смерть Дафны, участие Полумны в торговле информацией и, наконец, незаконные эксперименты над Гермионой, не говоря уже о том, что было сделано, чтобы эти эксперименты стали возможны. Да по сравнению с этим набором их с Тео пари выглядело как деление конфеты между детьми.
И все же... Драко никак не покидала мысль, на которую наводили слова Тома: все события были хорошо спланированы кем-то еще. Кем-то могущественным и безумным. Кем-то, для кого человеческая жизнь не значила ровным счетом ничего.
Конечно, все это имело смысл, если Том обмолвился об имени случайно, а не специально, преследуя иные цели. Например, сфокусировать внимание Драко на ком-то другом, чтобы по-тихому улизнуть от правосудия.
— Черт побери! Чем больше я об этом думаю, тем сильнее запутываюсь, — разозлился он, ходя из стороны в сторону на балконе.
За размышлениями он провел несколько часов, пока глубокой ночью стол не завибрировал от звонка Блейза.
— Да? — устало ответил Драко и взъерошил волосы в попытке взбодриться.
— Этого подонка хотят освободить под залог!
Драко потребовалась вся натренированная выдержка, чтобы не разбить телефон об стену. После всего, что Том сделал, ему удалось договориться о залоге? Что за бред!
— Какого черта?! — повысил голос Драко, присаживаясь на край кровати. Его нога непроизвольно задергалась — последствие бессонной ночи и напряженного дня.
— Слушания еще не было, но надежный источник сообщил, что это возможно. Защита Реддла будет настаивать, что он пытался спасти Гермиону от алкогольного отравления посредством кровопускания.
— Да кто поверит в эту чушь! — рыкнул Драко и сжал пальцами переносицу, успокаивая себя. — Какой бред. Кровопускание? Алкогольное отравление? Свидетелей было больше десятка.
— И всех их он в состоянии подкупить, — с каким-то презрением прошипел Блейз. — Или хуже... припугнуть.
— А Дафна? Полиция же нашла ее тело у него во дворе.
«Дафна мертва, — пронеслось в голове, укрепляя эту мысль. — Ее убила Полумна».
Осознание пришло не сразу. Несколько дней назад, когда Драко узнал об этом, пробираясь через вентиляционный люк, он почти не придал этому значения, пытаясь сконцентрироваться на спасении Гермионы, но сейчас, когда критическая точка осталась позади...
К горлу подступила тошнота. Он устало закрыл глаза, испытывая тягостную грусть. А ведь когда-то они были лучшими друзьями, пока он не изнасиловал ее на ЕССС. И все из-за жалкой неосведомленности о делах родителей.
Сейчас же ее не стало. Совсем.
— Блейз, — перебил его Драко, смещая тему разговора, — как Астория?
Повисла тревожная тишина, и он невольно сжал телефон.
— Готовится к похоронам, — сухо ответил Блейз. — Мы должны были уехать после конференции, но теперь, сам понимаешь... Она нужна своим родителям.
— А ты?
— Для начала я хочу посадить ублюдка за решетку. А затем я сделаю Астории предложение.
— Так сразу? — удивился Драко. — Ты уверен? Теперь, со смертью Дафны, на нее ляже...
— Да. Я знаю, что она будет порноактрисой. И нет, меня это не останавливает. — Блейз говорил уверенно и ровно, будто эти слова были заранее отрепетированы. Неужели он ждал этого разговора? С Драко? Вряд ли. Скорее всего, со своей семьей.
Неправильно. Как же это все неправильно!
Раньше он редко задумывался на тему отношений, да и почему должен был? С самого рождения ему твердили про семью, ее репутацию и наследие. Он должен был оставаться холостяком, отдавая всего себя карьере, пока не подвернется удобная партия для брака.
Но сейчас... Сама мысль об «удобном» браке и жизни со множеством половых партнеров вызывала отторжение и злость. Заниматься сексом на публику, оставаясь желанным и популярным из-за отсутствия пары, казалось неправильным.
Быть с кем-то другим, находясь в отношениях, казалось неправильным.
Перед глазами промелькнула сцена, где Гермиона подписывала контракт с кинокомпанией о съемке в порнофильме. От одной мысли об этом внутри разросся пожар ревности.
Он не хотел этого. Не хотел делить ее с кем-то. Ни в порнофильме, ни в жизни, ни даже в воображении.
«Дьявол! Она моя!» — сам себе признался Драко, задерживая дыхание.
— В любом случае, — напомнил о себе Блейз, выдергивая из мыслей, — сейчас главное — посадить ублюдка. Без железных доказательств, боюсь, он сможет избежать наказания.
Драко помотал головой и слабо сжал шею, стараясь не думать о карьере порноактера.
— Так что насчет тела? Неужели это не доказательство?
— Криминалисты установили время смерти, оно совпадает с его алиби. Том находился на первом этаже с кучкой бизнесменов, обсуждая дела страны.
— Это не доказывает, что он непричастен!
— И не доказывает, что причастен, — быстро ответил Блейз. — Кто бы ни убил Дафну, он хотел, чтобы подозрения упали на Тома.
«Полумна... в какую игру ты играешь? Еще и связь с Томом... — подумал Драко и тут же встрепенулся. — Точно... Том ничуть не удивился, когда Грейнджер рассказала ему об убийстве. Получается... он знал? Но почему Полумна захотела его подставить? Неужели он пригрозил ей разоблачением? Блядь, да что же происходит в этой сраной академии?!»
— У меня есть безумная идея.
— Только они и остаются, — обреченно вздохнул Блейз. — Рассказывай.
— Как насчет обратиться за помощью к нашей Королеве?
— К Лавгуд? Думаешь, у нее есть что-то на Тома?
— Я точно знаю. — Драко хотел рассказать ему про настоящего убийцу Дафны, но вовремя прикусил язык, откладывая это на потом. Рассказывать такую важную информацию по телефону опасно. Кто знает, чем это может обернуться. — У меня есть основания полагать, что она может нам помочь.
— Конечно может. Попросив что-то взамен. У тебя есть информация, по значимости равная грязным делишкам Тома? Что-то я сомневаюсь, дружище.
— Даже если и есть, я не уверен, что ей можно доверить ее. — Драко устало посмотрел на настенные часы. Глаза слипались, тело ныло от боли. Ему нужно поспать. — Ты знал, что она замешана в покушении на Паркинсон?
— Что?! Уж не хочешь ли ты сказать, что и в убийстве Дафны она тоже сыграла роль? — Драко промолчал, и, кажется, этого было достаточно, чтобы Блейз догадался. — Твою же мать... Ладно, это пиздец. Просто пиздец. — Он перевел дыхание и тихо прохрипел: — Но тогда как ты хочешь попросить ее помощи?
— У тебя есть знакомый, который бы мог помочь нам в... техническом плане?
— Насколько техническом?
— Нужно сделать носитель, с помощью которого можно незаметно украсть электронные данные. — Драко протер глаза, ощущая сильную усталость. — Я не уверен, но, кажется, Полумна все хранит в серверном хранилище.
— Звучит, конечно, опасно, но... есть у меня на примете одна интересная особа. Флер Делакур.
— Девушка, выигравшая в номинации «Гибкий разум»? Ей можно доверять?
— За деньги да.
— Хорошо, спишись с ней. А я... — Драко упал на кровать, прикрывая веки. — Я... продумаю план и соберу... вс... всех.
Тело окончательно отказалось подчиняться сигналам мозга. Он расслабил руки, и телефон с глухим звуком упал на ковер.
Ему нужно было срочно отдохнуть.
Пять дней спустя
Ровно три дня ему понадобилось, чтобы придумать более-менее адекватный план по получению информации от Полумны. И два дня, чтобы собрать всех заинтересованных у себя дома.
Невилл, Блейз, Седрик, Флер, Гарри и Гермиона. Он разослал им приглашение, но ответ дали только пятеро.
Поначалу Драко не хотел звать Гермиону, ведь она столько пережила, да и наверняка еще лежала в больнице после случившегося. Но каково было его удивление, когда она сама написала ему с просьбой помочь в разоблачении Тома.
Неужели таблетки, которыми ее пичкали врачи, действительно помогали и она возвращала свою эмоциональность? Впрочем, Драко не стал ее допрашивать и пригласил на встречу. Тяжело было отказать, когда последние дни он только о ней и думал.
Он скучал. Скучал, и это раздражало, поскольку романтические мысли раз за разом мешали трезво оценивать шансы будущей операции.
Но больше всего его удивил отказ Гарри. Вездесущий Поттер закрылся у себя дома и отказывался кого-либо принимать. И если сначала Драко думал, что у того были съемки или важные приемы, то после нескольких грязных фотографий, сделанных папарацци, где Гарри голым пьянствовал на балконе, он поменял мнение.
Гарри скорбел по Дафне. И скорбел очень сильно, до состояния невменяемости, до сверкающих белочек в голове. По-хорошему, нужно было срочно вытаскивать его из этого состояния, ведь он страдал врожденным алкоголизмом, как и его отец, но у Драко на это не было ни времени, ни сил. Кто-нибудь обязательно ему поможет. Кто-нибудь, но не он.
Сейчас же Драко сидел во главе стола в гостиной и в нетерпении постукивал костяшками пальцев. Гости должны были прийти с минуты на минуту.
Драко посмотрел на разложенный перед собой план поместья и тихо вздохнул.
«Игра же стоит свеч?» — сам себя спросил он и оперся подбородком на кулак.
Первым явился Невилл. Он с неприкрытой гордостью рассказывал о прогрессе в состоянии Гермионы.
— Она тебе что, подопытная зверушка?! — не выдержал Драко, когда тот в очередной раз сказал, что «эксперимент увенчался успехом». — Я, конечно, рад, что в ней начали проскальзывать эмоции, но она не лабораторная крыса, черт подери!
Невилл виновато поднял руки.
— Но заметь, если бы не я, над ней бы продолжали издеваться врачи! — Он горделиво приподнял подбородок. — Ты хоть знаешь, чем они ее пичкали?! Плацебо! Возмутительно. А я с переменным, но все же успехом смог вызвать в ней эмоцию...
— Злость — хреновая эмоция, — спокойно ответил Драко.
Теперь хотя бы было понятно, почему Гермиона отчаянно рвалась отомстить Тому. Если бы не Реддл, она сейчас бы спокойно училась на порноактрису и не моталась по больницам.
— Это все же лучше, чем безразличие, — сказал стоящий в дверях Седрик. Драко пригласил его, поскольку хотел помощи от его отца. Если у них все получится, им понадобится связующий, который быстро и безопасно передаст данные в руки полиции. В руки честному и неподкупному человеку. А кто это, если не сам комиссар? — Надеюсь, твой план хорош, Малфой. — Он прошел к столу и сел напротив Невилла.
Через несколько минут подошли Блейз с его знакомой. Флер показалась Драко слишком активной и громкой, она вовсе не напоминала типичного разработчика, погруженного в технику. Напротив, ее навыки общения с людьми поражали.
«Надеюсь, Блейз не зря отвалил тебе кучу денег за навыки и молчание», — хотел сказать Драко, но, увидев, как пристально она его рассматривала, прикусил язык.
— Вживую ты еще красивее, чем на фотках! — воодушевленно проговорила Флер, блуждая взглядом по его телу.
«Бесстыдница, — мысленно усмехнулся Драко, делая равнодушное лицо. — С такой прямолинейностью ей бы больше подошел Слизерин».
— Он занят, симпотяжка, — хмыкнул Седрик, чем привлек всеобщее внимание. — Что вы на меня так смотрите, будто слона увидели? Ее вкус в одежде очень даже, не то, что у... — Драко зло посмотрел на него, и Седрик закатил глаза. — Мы ждем еще кого-то? Если нет, давайте начинать. У меня еще куча дел запланировано на вечер.
— С каких пор ты стал болтливым, Диггори? — удивленно поинтересовался Блейз, присаживаясь рядом с Флер, успевшей занять место справа от Невилла.
«Где же Гермиона? — Драко в ожидании посмотрел на экран телефона, где на черном фоне отображался циферблат. — Заблудилась?»
— Даже мне стало интересно, что ты задумал, — подал голос Невилл, скучающе рассматривая раскрытый на столе план поместья. — Таинственный план Икс.
— Ждешь Посредственность? — догадался Седрик, с усмешкой кидая на Драко веселый взгляд. — Она не придет. Я видел, как она садилась с Пэнси и Тео в машину. Помнится, они держали путь в частный санаторий.
— Санаторий? Что? — удивился Невилл. — Я еще не до конца изуч... то есть... не до конца помог ей. Чего это вдруг?
— Говорю лишь то, что видел. Нечего на меня так пялиться.
Внутри все сжалось от разочарования и тоски. Она просила его помощи в деле Тома, так почему решила уехать с Пэнси? Неужели к ней стали возвращаться эмоции и она почувствовала к нему неприязнь из-за их разговора до похищения? Но ведь, когда он рассказал ей правду о случае с Дафной... она выглядела растерянной и понимающей. Может, все еще злилась из-за пари?
Драко сдержанно сжал зубы, поднимаясь со стула. В груди бушевали негативные эмоции, но времени их обуздать у него не было. Каждая минута планирования могла повлиять на успех или провал.
— Неважно, — отмахнулся он и посмотрел на Флер. — У тебя получилось?
Все разом замолчали и уставились на нее. Флер несколько секунд сидела неподвижно, затем открыла сумку и достала из нее конверт. Протянув его Блейзу и еле заметно кивнув, она скрестила руки перед собой и игриво посмотрела на Драко.
— Даже больше, чем требовалось, Искуситель, — деловито ответила она.
— О чем ты? — Блейз распечатал конверт и достал оттуда устройство, внешне напоминающее флешку с присосками. Он несколько раз прокрутил ее в руках. — А где точка коннекта?
Флер широко улыбнулась:
— А ее нет.
— Если ты думаешь, что это смешно, — начал Седрик, но она предупреждающе подняла руку, обрывая его на полуслове.
— Я подумала, зачем рисковать и подносить устройство к компу, если можно стянуть данные на расстоянии, м? — Флер закинула ногу на ногу и поправила прическу. Кто бы мог подумать, что красивая блондинка окажется гением в юбке?
Драко одобрительно поднял уголок губ, рассматривая флешку.
— Но с тебя, Блейзи, еще столько же!
— Что?! — воскликнул тот, чуть не выронив устройство из рук. — Ах ты!
Флер показала язык и помахала перед ним визитницей. Кажется, она очень любила деньги. Возможно, даже больше, чем себя.
— И все же, — вмешался Невилл, потирая янтарный глаз. — Может, перейдем к плану?
Драко кивнул и оперся руками на стол.
— Как вам известно, несколько дней назад в нашей академии произошел... неприятный случай.
— Пиздец произошел, — несдержанно отозвался Блейз. — К черту цензуру.
— Прошу не перебивать. — У Драко задергалась бровь. — Но ладно. Несмотря на кучу свидетелей, кроме обвинений, существенных доказательств вины Тома... нет. Мы предполагаем, что на ближайшем слушании его отпустят под залог.
— А нам никак нельзя допустить, чтобы этот ублюдок вышел! — снова перебил Блейз. Кажется, он терял всякое самообладание, когда речь заходила о Томе.
— Блейз, прошу. — Дождавшись примирительного вздоха с его стороны, Драко продолжил: — Нам нужны доказательства его вины, и у меня есть причины полагать, что у Полумны есть нужная нам информация.
— А почему бы просто не попросить ее? — спросил Седрик.
— Верно, — подключился Невилл. — Полумна славится сделками. Зачем нам рисковать и «обворовывать» ее?
Драко напрягся. Он не знал, стоило ли рассказывать о причастности Полумны к уголовным делам, произошедшим в академии за минувший семестр. С одной стороны, это было бы правильно, с другой — он не мог предугадать реакцию и действия присутствующих. Информация могла как навредить, так и шокировать.
Он крепко сжал пальцы в кулаки, принимая сложное решение.
«В конце концов, если я не скажу правду, кто-то может поставить план под сомнение — и ничего не получится», — подумал он и, отойдя от стола, развернулся к нему спиной.
— Я не хочу давать Полумне еще один повод кому-то навредить, — холодно сказал Драко. — Она стояла за покушением на Паркинсон, она убила Гринграсс, а также у меня есть все основания думать, что это она предоставила Тому необходимые кусочки пазла для осуществления проекта Крестраж.
Он не видел их лиц, но знал, что они удивлены.
— И... — нарушила тишину Флер, — какой... план? — Ее голос заметно дрожал.
— Мы посетим ежегодную вечеринку «Падение Венеры». В этом году организатором стала Полумна, поэтому местом проведения будет ее вилла. — Драко развернулся и сделал шаг к столу. — Я часто бывал у нее дома и знаю, где находится хранилище с информацией.
— Х-хранилище? — запнулся Блейз. Он сплел пальцы перед собой. Видимо, он пытался скрыть дрожь. — Целое хранилище?
— А ты думал, ее просто так прозвали Королевой информации?
— Что ты имеешь в виду, Малфой? — поинтересовался Невилл.
— В ее распоряжении мощнейший ИИ, способный обрабатывать источники информации со всего мира, создавая структурированную базу данных.
— Охуеть, — не сдержался Блейз. Его лицо побелело, по шее прошли мурашки. — Это пиздец как пугающе! Я даже не хочу спрашивать, откуда ты это знаешь.
— А я, пожалуй, спрошу, — спокойно сказал Седрик. — Откуда?
— Мы часто проводили с ней... время, — уклончиво ответил Драко, скрещивая руки на груди. Он предпочел умолчать об их интимной жизни.
— Ага. То есть трахались, да? — с усмешкой подытожил Седрик.
Драко закатил глаза. У него не было времени на эту ерунду.
— Еще вопросы, почему я не хочу заключать с ней сделку? — спросил он, медленно перемещая взгляд по каждому из присутствующих. Они молчали, и он продолжил: — Хранилище с серверами и базами данных находится на минус первом этаже. Флер, радиус твоего устройства сможет пройти через толщину этажа?
Она прикусила губу, рассматривая план помещения.
— В теории да, но нужно будет поместить его над одним из компьютеров, иначе сигнал может быть очень слабым. Что находится над хранилищем? Если гостевой зал или прихожая, будет странно посреди вечеринки ползать по полу. Не находишь?
Драко еле заметно улыбнулся. Наклонившись над столом, он медленно провел пальцем по схеме от входа в дом к женскому туалету.
— Да ты шутишь! — выругался Седрик. — Совсем не подозрительно.
— Я не могу сказать наверняка, но если брать во внимание расположение лестницы, то да. Серверное хранилище должно находиться под уборной.
— То есть ты не уверен? Прекрасно.
— Даже если и так, есть одна ма-а-аленькая проблемка. — Флер едва слышно вздохнула и откинулась на спинку стула. — Делая эту приблуду, — она кивнула на флешку, — я рассчитывала на обычный компьютер, а не на гребаную аппаратную комнату! Можно было и раньше сказать, Блейзи-и-и, — протянула она и с укором посмотрела на Блейза.
— Хочешь сказать, не получится скопировать данные? — влез Седрик, прищурившись.
— Отчего же? Получится, но мне нужно будет удаленно подключиться во время сканирования, чтобы обработать огромный поток данных и найти именно то, что нам нужно.
— И кто же тогда пойдет в женский туалет? Я пас, — отмахнулся Седрик, поднимая руки.
— Я пойду.
По телу прошли мурашки. Внезапный заряд адреналина ударил в голову, заставляя сердце биться чаще.
Она. Это определенно была она.
Плавно подняв голову, Драко уткнулся взглядом в стоявшую в дверях Гермиону. Она держалась ровно и с удивительным спокойствием смотрела на присутствующих.
Но не на него.
Драко жадно рассматривал ее тело, подмечая малейшие изменения в виде собранных в хвост волос, дополнительных колец на пальцах и аккуратных стрелок у глаз. Ее образ был прост, но не менее притягателен. Ему вдруг стало плевать на планирование. Захотелось подойти, прижать ее к стене и вовлечь в долгожданный страстный поцелуй — он откровенно скучал по ним в последние недели.
И Драко бы сделал это, если бы не ее холодность. Если бы не потеря эмоций.
Он медленно сжимал лист с планировкой, вызывая неприятный звук шуршания.
Гермиона наконец посмотрела на него. Бесстрастно и решительно.
— Красивый дом, — спокойно сказала она, проходя в центр гостиной. — Поблагодари за меня горничную. Если бы не ее помощь, я бы наверняка заблудилась. — Она остановилась у стола напротив Драко.
— Как ты себя чувствуешь? — решил прервать затянувшуюся паузу Невилл. — Пила сегодня мои таблетки? Тошнит? Потеря в пространстве?
Гермиона терпеливо отвечала на вопросы, но Драко не особо вслушивался в ответы. Он пристально изучал ее, пытаясь запечатлеть в сознании каждое движение.
Он скучал.
«Сука», — мысленно выругался он, пытаясь сконцентрироваться на цели встречи.
— Довольно, — сказал Драко сдержанно, сурово смотря на Невилла. — Сейчас не время и не место для твоих исследований. — Он пальцами разгладил лист с планом помещения. — И как бы я ни радовался твоему приходу, Грейнджер, на вечеринку ты не пойдешь.
Она выпрямилась, скрещивая руки на груди.
— Вероятно, кто-то другой сможет попасть в женский туалет без подозрений? — Ни один мускул на ее лице не дрогнул. Ни единого намека на раздражение. — Может, ты, Невилл? — Гермиона посмотрела на него, отчего Флер несдержанно усмехнулась.
— Не думаю, что это хорошая идея, — отозвался Седрик. — Бьюсь об заклад, что у Полумны везде камеры. Не в туалете, конечно, но у его входа точно. Наверняка она сочтет подозрительным, что...
— Не сочтет, если этот кто-то будет в стельку пьян. Перепутал туалет по пьяни, с кем ни бывает? — поддержал решение Драко Блейз, на что тот одобрительно кивнул. — Я могу заняться этим. Уж что-что, а изображать алкоголика я умею.
— И изображать не придется, — хихикнула Флер.
— Ты!..
— Ну все, — перебил начавшуюся перебранку Драко. — Блейз справится. Тогда я отвлеку Полумну, а ты спокойно установишь устройство. Флер обработает данные, и можно будет передать их Седрику, а тот передаст их своему отцу. И все. Реддлу ни за что не оправдаться.
— А если Блейзи не сразу найдет точку доступа? Он будет ползать по полу в женском туалете? — спросила Флер. — Плюс, мне потребуется какое-то время, чтобы успешно стащить инфу. Может, минут пять, а может, полчаса. Все зависит от объема.
— Верно, — подала голос Гермиона. Она по-прежнему стояла ровно, не проявляя эмоций.
Драко неожиданно почувствовал себя неуверенно. И дело было не в обсуждении его решений. Он хотел... до чертиков хотел разозлить ее, раззадорить, вступить с ней в жаркий спор, в результате которого они бы оказались в кровати, мокрые и уставшие.
— А если кто-то из девушек, пришедших в туалет, вызовет охрану, когда увидит ползающего по полу пьяницу? Это привлечет ненужное внимание, — продолжила она. — К тому же, Малфой, зачем ты пригласил меня сюда, если не хочешь, чтобы я участвовала?
«Малфой...» — обращение неприятно отдалось в груди. С каждой секундой он все больше погружался в прошлое, вспоминая, как она возбужденно стонала его имя, как нежно перебирала волосы, как кусала его губы, шею, ключицы, спускаясь ниже по прессу, еще и еще...
— Нелогично, — холодно поставила точку Гермиона и слабо приподняла подбородок. Ее тон вернул его в реальность.
— Ты не пойдешь, это не обсуждается.
Седрик раздраженно фыркнул, Блейз насупился, Невилл закатил глаза, Флер загадочно улыбнулась, и лишь Гермиона продолжала стоять с непробиваемым выражением лица.
— Почему? — только и спросила она.
— Кажется, наш принц не хочет очернять свою принцессу, — весело проговорила Флер.
— О чем ты?
— Не смей, — предупредительно повысил голос Драко, когда увидел, как Флер открыла рот. — Тебя это не касается, Грейнджер. — Он старался выглядеть серьезным и непоколебимым.
— Ты мне не указ, Дракоша, — игриво улыбнулась Флер и повернулась к Гермионе. — Он не хочет, чтобы ты участвовала, потому что тема вечеринки — сексуальное рабство женщин.
— И все? — как ни в чем не бывало ответила Гермиона, скептично подняв бровь.
— В самом деле, чего ты так печешься? Думаешь, она расплачется от унижений? Алло, очнись, она буквально не испытывает ни одной эмоции! — обратился Седрик к Драко. — Ну подумаешь, побудет твоей рабыней вечерок, посидит у тебя на коленках и потанцует развратные танцы, что плохого?
— Почему же ни одной? Ты меня оскорбляешь, Диггори! — возмутился Невилл. — Вчера, например, я видел злость. Вероятно, ты и сейчас злишься, м? — обратился он к Гермионе. — Иначе зачем тебе участвовать в заключении нашего любимого ректора за решетку? Прогресс, господа! Вы бы лучше гордились собой, ведь наблюдаете за созданием чего-то нового и до сей поры неизведанного! Только представьте, как изменится мир, когда я стабилизирую сыворотку!
— Многообещающе, — закатил глаза Седрик.
Драко снова перестал слушать, пытаясь контролировать возникшую из ниоткуда ревность. Он не хотел, чтобы Гермиона надевала неприличное платье, ходила в оковах и во всем ему подчинялась.
Не хотел, чтобы это было на глазах у всех.
«Падение Венеры» — ежегодная вечеринка, проводившаяся в память о событиях прошлого, когда конфликт между двумя правительницами привел к военному противостоянию и многочисленным жертвам. Их притязания и амбиции были настолько высоки, что конфликт разросся за пределы их стран, перерастя в кровавую бойню между государствами. И когда ужас и тирания наконец закончились, мировым сообществом было принято решение ввести официальное ежегодное мероприятие, на котором женщин «ставили на место».
Поначалу это были пытки и избиения, порой прилюдно и постановочно, но со временем традиция обрела новый, элитный вид назиданий. Где-то женщин запирали на день дома, где-то пускали обнаженными по улицам, но в Лондоне... из этой традиции сделали престижную вечеринку для сливок общества.
Иронично, что организатором в этом году стала самая властная и до жадности амбициозная женщина.
Драко пришел в себя, когда Седрик и Невилл громко спорили по поводу науки и достижений общественности. Он по-прежнему не хотел втягивать Гермиону в абсурд, придуманный извращенными мужчинами, но вариантов действительно было мало.
Если они хотели сделать все как можно быстрее и незаметнее, участие Гермионы являлось лучшим решением. К тому же, как подчеркнул Седрик, она ничего не чувствовала, и это могло сыграть на руку.
Нет эмоций — значит, нет и переживаний.
— Ладно, — твердо проговорил Драко. — Только потом не жалей о своем решении, Грейнджер.
— Не сомневайся, не пожалею, Малфой.
Ему показалось, или уголок ее губ приподнялся в усмешке?