obscenities || Федор
Матушка родняя, серьезная игра намечается, хотя она закончилась и победил бог🗿
Возвращаю часть после редакции, есть также в новой книге, редакция 11.02.2024
~~~~~
Дрожь. По телу бегут мурашки, ты сидишь на прогнившей сырой постели в комнате, где держали заключенных, заставляя их корчиться от боли. В этой комнате нет ничего, кроме голых стен, что испачканы в алых пятнах, по полу бегают крысы, за которыми наблюдает девушка, сидящая на кровати и прислонившись к холодному бетону. Единственным источником света является лампочка, что светит таким противно темно-желтом цветом. Она смотрит на эту лампочку и мечтает вновь увидеть яркий солнечный свет, что будет приятно греть нежную кожу, легкий ветерок, а вместо голых стен, небесный океан с пушистыми облаками, которые вызывают ассоциации с самыми разными вещами.
Звук. За дверью повернули ключ и во тьме можно разглядеть высокую фигуру с длинными, серебристыми волосами и макушкой, что окутана бинтами. Ты сразу поняла в чем дело, но тебя это мало чем обрадовала.
— Господин Федор желает вас видеть, — ты лишь посмотрела на него недовольным взглядом, давая понять, что не собираешься идти к демону. Ты не хотела его видеть, не хотела слушать того, кто держит тебя взаперти, не давая возможности вернуться к свободе. Пока ты не оказалась в этой клетке это не оказалось чем-то особенным, но сейчас, когда ты лишилась этого... Это стало таким важным, таким желанным. Гончаров прекрасно понял, что означает этот взгляд, но к этому его подготовил Федор. В его руках блеснул шприц и ему не составило труда вколоть содержимое в нем, ведь был гораздо сильнее тебя. Через несколько минут, несмотря на свои сопротивления, ты прикрыла глаза, — Как же хочется увидеть город снова... Ты отключилась, помечтав перед этим.
Ты открыла глаза, пытаясь понять, что произошло, но воспоминания быстро вернулись к тебе. Вспомнив, ты резко вскочила и поняла, что очнулась в совершенно другой комнате, но здесь было получше темницы. Приятный интерьер, мягкая кровать, руки прикованные к ней. Ты резко дернула ими, осознав это, но бессмысленно, ты понимала, что тебя ждёт, но ты была мечтательница и до последнего надеялась на другое, на божественное чудо, пока в голове не появилась идея. Ты приподнялась и оказалась в сидячем положении, пытаясь вытащить руку из кольца наручников, но твои планы почти сразу оказались нарушены. Скрип двери моментально остановил тебя и в комнату вошёл тот, кто лишил твою жизнь свободы и спокойствия. Кто заставил тебя страдать и осознать, какими ценными вещами ты владела и насколько тяжело их терять.
— Доброе утро, мой ангел, как самочувствие? — его голос звучал нежно, но все равно с прежним холодом в тоне, он старался быть ласковее.
— Отпусти меня, — Федор ухмыльнулся, любуясь твоим положением. Он снова победил, он снова возобновил свою власть и показал тебе, что ты не уйдешь от него, что это место твое пожизненное заключение с ним и ты никуда не денешься. Тебе не позволят даже умереть, пока так Бог не пожелает.
— Ты так любишь свободу? Ты уже забыла, что из-за своей тяги оставаться в этом грешном мире, ты оказалась в той камере, — напоминал он, о твоей недавней попыткой сбежать из его клетки. Он забрал тебя к себе, не обращая внимания на твои отказы, ты вызвала в его ледяном сердце — теплое чувство, но такое жуткое и опасное, что пугало тебя до безумия, ведь только самому Федору известно, что он с тобой сделает. В твоем сердце он вызывал непонятную смесь чувств — любви и ненависти со страхом. Ты искренне любила его, но также ненавидела за его жестокость, которую он тебе показал ещё не в полной мере, но этого было достаточно, чтобы чувствовать к нему подобное. Ты боялась его из-за этой жестокости и того, что он делал с тобой до этого, что он может спокойно убивать и похищать людей, что он намеренно пугает тебя. Ненавидела за его желание обладать. Он похитил тебя и не собирался отпускать или спрашивать хочешь ли ты быть с ним. Федор так решил и больше ничего не важно кроме его желания.
— А по твоему мне нравится быть твоей пленницей? — раздраженно спросила ты. Его ухмылка стала шире, он начал приближаться к тебе, а ты прижиматься к спинке кровати, желая отдалиться от него, но, увы, это невозможно.
— Мой ангел, я дал тебе выбор, когда привел сюда. Ты могла согласиться стать моей и тогда ты бы получила больше свободы, к тому же, ты любишь меня, не так ли? Но ты выбрала сопротивляться и мы оба знаем к чему это привело, — он приблизился к твоему лицу, его колено оказалось между твоих ножек, а руками он схватил твои ладони, сжимая в своих. Его хватка была сильной, это тоже метод указывать тебе, что ты его.
— С чего такие выводы? — отвернувшись спросила ты тем же тоном. Он взял в твой подбородок своими худыми и длинными пальцами и повернул к себе, смотря своими аметистовыми глазами, в которых горел огонек похоти вперемешку с желанием властвовать и пугать тебя. А губы были изогнуты в ухмылку, которую ты так часто видишь. Ваши губы были в нескольких сантиметрах друг от друга и это... Так возбуждало. Горячее дыхание обжигало кожу, заставляя твои щеки приобрести лёгкий румянец. Когда он так близко, когда ты чувствуешь его запах, кажется, будто свобода и вовсе не нужна и согласиться стать его не такая ужасная идея или же ты поступила верно, сказав "нет"?
— Я же вижу твой чувственный взгляд, твое поведение и некоторые двусмысленные фразы и намеки говорят мне об этом. Ты уже давно влюбилась в меня, — прошептал он, слегка касаясь твоих губ, что заставило тебя смутиться ещё больше. Заглянув в твои глаза самоуверенно и похотливо, он страстно впился губами в твои, сминая их, но отвечать на подобное ты не собиралась, даже не смотря на то, что это тебе нравилось. Его пальцы сжали твой подбородок сильнее, а второй рука сжала твою грудь жёстко и даже больно, заставляя тебя приоткрыть рот. Федор углубил поцелуй, исследуя языком твой рот. Поцелуй набирал темп, он будто забирал кислород из твоих лёгких, будто забирал все эти мысли о побеге, будто бы ты хотела оставаться сейчас с ним и наслаждаться его касаниями и дивным ароматом, но воздуха и правда не хватало. Ты дернула руками, а цепи издали резкий звон. Он разорвал поцелуй, обжигая тебя сбившимся дыханием, его лицо все ещё близко и Федор снова смотрел в твои глаза, наслаждаясь твоим смущением. Вторая рука опустилась на грудь, повторяя движения первой. Он сжимал и массировал их, а ты прижимала колени друг к другу, но лишь сильнее уперлась местом, где скопилось возбуждение в колено парня.Он продолжал играться с твоей грудью. Его губы касались твоей шеи, оставляя на ней алые отметины и следы от укусов. С твоей стороны были слышны возражения на данные действия, но демона они не волновали. Он хотел продолжать, он хотел показать тебе, что ты его и сейчас ты можешь только получать его всего и отдавать себя. Ты только его — говорят его страстные поцелуи. Тем временем руки парня потянулись к пуговицам на рубашке, что была единственным атрибутом одежды на тебе, расстегнув несколько пуговиц, он смял края рубашки и разорвал ее, не желая тратить время на пуговицы и дальше. Ты оказалась перед ним в порванной рубашке и трусиках возбужденная с румянцем на лице и тяжёлым дыханием. Холодные руки Федора коснулись теплой и нежной кожи, вызывая мурашки по телу, а новый укус лёгких стон. Он делал круговые движения, сильно сжимая твою грудь. Соски оказались между его пальцев, что он разжимал и прижимал друг другу, пока массировал грудь. Он стал оставлять дорожку поцелуев, опускаясь от шеи в оголенным округлости. Его губы остановились на мягкой и нежной кожи груди, оставив на ней первый засос. Затем второй и третий. Он слегка коснулся языком алых бусинок, вызвал новый сдержанный стон, вскоре примкнул губами, проводя языком и посасывая ее, пока рука с силой сжимала вторую грудь, после чего можно будет заметить следы от пальцев, собственно, этого он и хотел. Он стал покусывать твои соски, заставляя тебя стонать чуть громче. Затем он стал медленно проводит холодными руками вниз по животу и залез под тонкую ткань белья. Федор проводил пальцами между половых губок, задевая клитор, принося тебе больше удовольствия и желания. Он припал к твоим губам требовательно и властно, пока ты сжимала собственные ладони в кулачки. Его действия были такими возбуждающими, его поцелуй такой мокрый и горячий. Он вошел пальцем, услышал стон. Он вытащил палец и вошел ещё раз, повторяя это движение еще несколько раз, наслаждаясь твоими стонами, что перешли грань сдержанных. Он добавил второй палец, и стал двигаться ими вверх и вниз, касаясь ладонью чувствительной точки между ног. Удовольствие нарастало, ты свободила ноги и изгибала спину. Ухмылка не спадала с его губ, пока он смотрел, как ты закатываешь глаза, покусывая нижнюю губу. Ему нравилось делать это с тобой. Федор был достаточно страстен и любил такие игры с тобой. Он сделал еще несколько толчков пальцами, вызвав у тебя громкий и протяжной стон, после которого дыхание было ещё более тяжелым. Он потянулся к ширинке на своих брюках и избавился от них вместе с боксерками. Он провел обеими руками медленным движением к бедрам по твоим ногам, нежно, едва касаясь, раздвигая их перед собой. Он уселся меж ними, притянув тебя ближе, чтобы наконец-то получить самое желанное вами обоими.
Брюнет схватил твой подбородок, поглаживая большим пальцем нижнюю губу, а после и залезая им в рот.
Он слегка вошел своей разгоряченной плотью, заставив тебя выгнуться в спине и издать новый стон. Он стал медленно входить глубже, причиняя тебе боль, пока ты его не привыкла. Ты закричала от боли, впиваясь ногтями в свою ладонь, звеня цепями наручников, но, кажется, ему это только понравилось.
— Тише-тише, мой ангел, скоро боль уйдет и я принесу тебе только удовольствие, — на это он лишь услышал еще один крик из-за его движения бедрами. Он дал тебе возможность привыкнуть к этим ощущениям, любуясь твоим смущенным лицом и телом. Федор стал медленно двигаться в тебе, сменяя боль на приятные ощущения страсти и желания. Услышав вместо криков от боли, громкие стоны он ускорил темп, начав двигаться быстрее. Грубые и быстрые толчки, заставляли срывать голос для своего демона. Стоны разносились по комнате, на лице брюнета сверкала его фирменная ухмылка. Он входил с каждым движением глубже, касаясь точек, от которых ты кричала еще громче, лаская слух Федора. Он вгонял свой член, касаясь своими бедрами твоих ног, резкие движения. Ты выгнулась навстречу его движениям, откинув голову назад, издала громкий и длительный стон. Брюнет сделал еще несколько толчков и излился внутрь, ощущая еще большее удовольствие от осознания, что он заполнил тебя полностью. Это только больше показывало ему, что ты принадлежишь ему, что он может обладать тобой, что он имеет над тобой власть.
— Помни, Т/И, я не собираюсь долго терпеть твои попытки бегства, ты моя и тебе этого не изменить. Ты будешь только моей и будешь здесь. Со мной. Ты никуда не уйдешь, я тебе не позволю. Ты только мой ангел и только я могу быть с тобой, — шептал он. — И... я надеюсь ты оставишь свою вредность и признаешься самой себе, что влюблена в меня, — он стал поглаживать твою шею. — И тогда мы будем счастливы, мой ангел.