《[Быстрое переселение] Социофоб отказался выполнять задания 》

Глава 147: Чёрный дракон

Ещё до появления саранчи к Шу Бао Шаню пришёл Шу Ген и предложил ему сделку.

Шу Бао Шань сказал, что нашествие саранчи неизбежно, но если Шу Ген выполнит его просьбу, то его урожай останется нетронутым. В противном случае, если он откажется или расскажет кому-то об их разговоре, вся его земля будет уничтожена.

Для крестьян еда – это святое.

Особенно после двух стихийных бедствий, когда хороший урожай был на вес золота.

Тем более, Шу Ген был вдовцом, потерявшим жену. На его плечах лежала забота о родителях и дочери, а это значило, что отказаться он не мог.

Не раздумывая, он согласился.

Но когда Шу Ген осознал, что поставил под угрозу годовой труд своих соседей, его охватило мучительное чувство вины. Видя их радость в предвкушении урожая, он не мог избавиться от тяжёлого груза на сердце.

Из-за этого он начал спать прямо в своём поле, чтобы сразу предупредить всех, как только появится саранча.

И именно это позволило ему стать свидетелем ужасающей сцены.

— Я видел это своими глазами! — возбуждённо рассказывал Шу Ген, его зрачки дрожали от страха. — Он просто взял мешок, встал на моём поле и развязал его. Саранча хлынула наружу, бесконечный рой! В какой-то момент она закрыла всё небо, стало темно, как ночью!

Шу Бао Шань резко обернулся, не ожидая, что у его преступления был свидетель.

Слова Шу Гена звучали неправдоподобно, но для крестьян, только что испытавших на себе коварство Шу Бао Шаня, они были неоспоримой правдой.

Вспоминая, как их урожай был уничтожен, они посмотрели на Шу Бао Шаня с ненавистью.

Они поняли, что были полными дураками, считая его своим покровителем.

Они сами приносили ему последнее зерно, а он был тем, кто обрёк их на голод.

Кулаки сжались.

Шу Ген, охваченный воспоминаниями, продолжал:

— Сначала саранча просто парила в воздухе, будто ожидая приказа. Но стоило этому человеку махнуть рукой, как она бросилась на поля и начала пожирать урожай.

Шу Ген наблюдал за этим, сжимая кулаки. Хоть его поле и осталось нетронутым, он чувствовал, как будто его сердце разрывается.

Но даже охваченный яростью, он не мог сделать ничего, кроме как затаить дыхание и молча наблюдать.

Эти твари могли сожрать его до костей в мгновение ока.

Шу Ген задышал чаще, глаза закатились, и он упал без сознания.

Но деревенские жители не обратили на это внимания.

Кто-то первым бросился на Шу Бао Шаня, и спустя мгновение толпа обрушила на него град ударов.

— Проклятый ублюдок! Урожай — это наша жизнь! Как ты мог?!

— Верни нам еду! Верни жизни наших родных!

— Мы с утра до ночи работали в поле, чем мы тебе насолили?!

Ругательства и удары обрушились на Шу Бао Шаня. Он закрыл глаза, лицо его побледнело.

Боль от слов его не волновала.

Да и удары людей были для него словно щекотка.

Его беспокоило будущее.

Он провалил задание.

Теперь его босс точно от него откажется.

Сун Юй и Чи Уюань молча наблюдали за разъярённой толпой.

Люди били, пока не уставали, затем садились на землю и громко рыдали.

А потом снова вставали и продолжали избивать Шу Бао Шаня.

Когда силы окончательно иссякли, все замолчали.

Они вытерли слёзы, встали и начали разбирать свои вещи.

Жизнь должна продолжаться.

Когда всё улеглось, Чи Уюань заговорил:

— Мы обсудили с деревенским старостой и решили, что завтра утром отвезём его в уездное управление. Мы должны рассказать об этом не только вам, но и всему округу, чтобы никто больше не попался на эту уловку.

Староста кивнул:

— Кто хочет поехать — собирайтесь на рассвете у ворот.

Первым поднял руку отец Гоу Ва:

— Староста, я поеду!

— Я тоже! Этот негодяй должен быть казнён!

Люди горячо поддержали его.

— А судья справится с ним? — сомневался кто-то.

— У нас есть два бессмертных! — уверенно сказал отец Гоу Ва.

Толпа загудела в восторге:

— Да, они его не отпустят!

Все заулыбались, чувствуя, что справедливость восторжествует.

Затем крестьяне принялись приглашать Сун Юя и Чи Уюаня переночевать у них.

Но Чи Уюань отказался:

— Мы уже приняли приглашение старосты.

Крестьяне разочарованно разошлись.

— Это дом моего младшего сына, — сказал староста, ведя их внутрь. — После его смерти тут никто не жил. Но не волнуйтесь, мой муж всё обновил, вы будете в порядке. Если что-то понадобится — просто зовите.

С этими словами он ушёл, оставив их вдвоём.

Сун Юй осмотрелся.

Дом старосты был лучшим в деревне, но стены были тонкими.

Он взмахом руки создал энергетический барьер, чтобы никто не подслушал их разговор.

Когда он закончил, Чи Уюань уже стоял перед ним.

Он обнял Сун Юя, и знакомый запах наполнил их сердца теплом.

Они наконец расслабились.

Сун Юй похлопал его по спине в утешение.

— Ты хотел мне что-то сказать?

Чи Уюань отстранился, внимательно смотря на него.

Сун Юй редко разговаривал с другими, но с Чи Уюанем всегда делился всем.

А сегодня он явно хотел сказать что-то важное, но сдерживался.

— Я встретил Лун Юань Лу, — спокойно сказал Сун Юй.

Чи Уюань напрягся.

Сун Юй поспешил его успокоить:

— Его сила не так велика, как в мире богов. Я справлюсь.

Затем он рассказал обо всём, что произошло с ним после прибытия в этот мир.

Чи Уюань задумался.

— Он может превращаться в дракона?

Он замолчал, а затем вдруг исчез.

Перед Сун Юем появился огромный драконий силуэт.

Гигантская чёрная драконья голова нависла над ним, заполняя всё пространство.

Сун Юй ошеломлённо отшатнулся, глядя на массивную, покрытую чешуёй фигуру, извивающуюся по всей комнате.