《[Быстрое переселение] Социофоб отказался выполнять задания 》

Глава 145. Подношение

Снаружи было шумно.

Сун Юй наклеил на себя амулет-невидимку и тихо вышел, чтобы понаблюдать за происходящим.

Увидев, как он исчез, отец Гоу Ваа сжал губы и, засунув руки в рукава, с озабоченным лицом последовал за ним.

Как-никак, Сун Юй был спасителем его сына, и, что бы ни случилось, отец Гоу Ваа должен был посмотреть, что произойдёт.

А вдруг этот добрый юноша не сможет справиться с божеством саранчи?

Но отец Гоу Ваа быстро прогнал эту мысль, боясь даже додумать её до конца.

Каждый раз, когда являлось божество саранчи, оно принимало подношения в доме старосты деревни. По дороге туда крестьяне спешно несли корзины, полные последнего зерна из их домов.

Их одежда была вся в заплатах, худые тела напоминали одни кости – словно целая толпа беженцев.

Но, что странно, на лицах этих людей светилось искреннее счастье, как будто они шли не делать подношение, а получать божественное благословение.

— Третья, у вас ещё есть еда для подношения божеству саранчи? – спросил кто-то в пути.

Третья родила трёх сыновей, но они были ещё слишком малы, чтобы работать, зато есть требовали постоянно. Недавно она ходила на рынок с первенцем, а вернулась без него, но с мешком еды.

Все понимали, что она продала сына.

Но в нынешнее время даже этого мешка еды надолго не хватит.

Высокий и худощавый мужчина, которого звали третьим, безразлично ответил:

— Я отдал и второго.

В его глазах вспыхнул фанатичный блеск.

— Я хочу попросить божество саранчи защитить наши поля от бедствия. Если мои родители смогут пережить эту зиму, я даже поставлю божеству памятник!

Отец Гоу Ваа невольно содрогнулся.

Он вырос с этим человеком вместе, всегда считал его честным и добрым, помнил, как тот раздавал детям сладости, радуясь рождению первенца.

А теперь он пожертвовал уже двумя сыновьями – и всего лишь ради того, чтобы просто выжить.

«Этот мир больше не даёт людям шанса на жизнь...» – с горечью подумал отец Гоу Ваа.

Пока он был погружён в размышления, кто-то заметил его отсутствие подношения.

— Гоу Ваа, а ты что принёс божеству саранчи? – удивлённо спросила одна из женщин.

— Кто-то проклятый украл всё наше зерно, пока мы искали сына, – мрачно ответил он. – Я хотел попросить старосту одолжить нам немного.

Как только он это сказал, люди тут же чуть-чуть отступили от него.

— Какой же негодяй! Пусть его громом разразит!

Все кивнули, соглашаясь, но никто даже не заикнулся, чтобы помочь. В глубине души каждый радовался, что его собственные припасы не тронули.

Отец Гоу Ваа ожидал такой реакции. С того момента, как начались бедствия, он больше не надеялся на чужую доброту.

С поникшими плечами он последовал за толпой в дом старосты. Всё это время он пытался отыскать взглядом Сун Юя, но не видел его нигде.

«Где же он? Неужели уже сражается с этим божеством?»

Отец Гоу Ваа тревожно шагнул в зал, где уже находилось божество саранчи.

Оно сидело в главном кресле, надев жуткую чёрную маску.

Его тело было маленьким и щуплым, оно казалось не выше ребёнка, а серое одеяние свободно висело на нём, словно не на человеке.

Взгляд отца Гоу Ваа упал на его руку, лежащую на столе, и по спине пробежал холод.

Это была не рука, а скорее когтистая лапа без единого волоска.

Был ли это демон или бог – главное, что это не человек.

Но существо вовсе не пыталось скрыть свою странную внешность, а наоборот – демонстрировало её, придавая себе вид великого мудреца.

Жители деревни были зачарованы этим образом. Они послушно выстроились в очередь и по одному передавали свои подношения юному слуге божества.

Мальчик молча принимал дары и записывал имена. Люди шёпотом просили его передать свои пожелания божеству, но он только равнодушно повторял:

— Божество уже знает.

Те, кто уже принёс подношение, не уходили, надеясь на благосклонность божества.

Вскоре очередь дошла до последнего – отца Гоу Ваа.

— Что ты принёс в подношение? – спросил слуга.

Отец Гоу Ваа смутился, его лицо покраснело.

— Наше зерно украли. Я хотел попросить старосту одолжить нам немного. Если мне дадут зерна, я сразу же сделаю подношение.

Все взгляды тут же обратились на него.

Староста, женщина лет сорока, стояла рядом. На мгновение её лицо напряглось, но потом она тяжело вздохнула и сказала:

— Гоу Ваа, ты ведь знаешь, что хоть у нас и много полей, но саранча сожрала весь урожай. Нам самим нечего есть...

Как только она это сказала, крестьяне зашептались. В их взглядах появилась жалость, но помочь никто не спешил.

Божество саранчи тоже обратило взор на отца Гоу Ваа. Из-под маски раздался древний, таинственный голос:

— Если не принести подношение, значит, нет искренней веры. В следующем году твои поля снова станут добычей саранчи.

Голос был полон мистической силы, словно вещал сам пророк.

Отец Гоу Ваа с ужасом рухнул на колени перед божеством.

Гробовая тишина.

Толпа одновременно отступила, оставив вокруг него пустое пространство – никто не хотел разделить его несчастье.

Скрытый в стороне Сун Юй нахмурился.

— Притворяется богом...

Звонкий голос разнёсся над залом.

Все вздрогнули от неожиданности.

Лёгкий силуэт появился рядом с отцом Гоу Ваа.

Сун Юй поднял его на ноги.

— О боги! Чудо!

Раздался чей-то вскрик, вызвавший в толпе панику. Люди отшатнулись, но не убежали – все жадно уставились на происходящее.

Отец Гоу Ваа взглянул на Сун Юя, и в его сердце вновь вспыхнула надежда.

Да, это божество выглядело грозно, но ведь и их юный спаситель был не так прост!

«Лучше я не буду мешать», – подумал он и поспешно отошёл, освобождая место.

Теперь вся деревня затаила дыхание, наблюдая за тем, что случится дальше.