Глава 69. Адриан (Доменико)
Мы - семья. Никто не станет перечить... Не сможет...
Pop Evil - Torn to pieces ✨
Я мыл руки, очищая пальцы от крови Исайи. Еще теплые тела лежали в кабинете, пока мне нужно было привести в порядок свой внешний вид.
Дверь с ударом резко открывается и широким шагом заходит Лука. На его рубашке видны потеки крови, на лице такие же точки... Глаза, как всегда, словно лед, но только в этот раз он встревожен?
— Мы зачистили все, прежде чем кто-то добрался до ее офиса. Двое следили за машиной в которой ехала Ванесса, — отстраненно проговорил головорез. Там была не только моя душа, но и сын...
— И? — нетерпеливо выкрикнул.
— И вот, — показывает записи с видеонаблюдения... Лисенок подходит к ним, беседа, она уверена, а потом сзади появляется Себастьян. Фух. Блядь, по нему уже видно, что им пиздец. Дальше слишком быстро. Удар, он сидит на... Уго? Еблан. Моя бестия долго не стояла, а... твою ж мать... Прекрасно ударила и закончила рукояткой пушки. Подошла к своему брату, но тот мужлан начал шевелиться. А Ванесса... О-о-о... Я больной... Это выглядит очень возбуждающе. Ровная спинка, руку утонченно заносит в воздухе и точным движением хуярит в нос. Моя девочка. Штаны неприятно терлись о возбужденный член.
— Где они? — поставил на паузу.
— Смотри дальше, — а вот это мне не нравится.
Снова нажимаю на треугольничек и вижу, как что-то происходит. Зак подбегает, Себастьян держится за голову, уходит, а рыженькая бежит за ним. О чем-то беседуют... Он что орет? Провокация с его стороны не действует и потом девушка открывает дверь и упертый человек садится на заднее сидение? Фантастика. Каэтани никогда не разрешает водить машины, если ты не водитель. Это не ее машина. На парковке тоже нету. Артур... Она оставила его в безопасности? Лисенок... Моя храбрая солнечная девочка, что положила жирдяя.
— А теперь? Что там происходило дальше? — Лука смотрит в мои глаза. Медленно засовывает руки в карманы и выравнивает плечи.
— Это все. Уехали. Пуф. Исчезли. Так далеко не рыл. С ней все будет в порядке, брат же не обидит сестру, — пустые слова от головореза. У него нету эмоционального наполнения в них, но все равно видно какую-то заботу. Если бы ему было похер, то не тратил бы даже слов.
— Ладно. Спасибо. Дальше сам, — он не уходит.
— Мы ответим Массимо? Помимо тех тел, которые готовятся к путешествию, — мне недолго осталось ждать его звонка.
— Марко знает, что делать... — те олухи думают, что лечу туда. Тупые овцы. Я предупредил и дал свои предпочтения того, как должны встретить самолет, на котором якобы спокойно приземлюсь на землю Сицилии.
— Отлично. Может помочь с Ванессой? — парень никогда не интересовался кем-то и не просил помочь.
— С чего бы это? — поднял саркастично бровь, а Лука так и стоял, не реагируя на мои немые неправдивые угрозы.
— Ванесса Аллен - сердце нашего мужского отряда. Я думаю в ней мы находим спасение на то, что в некоторых осталась человечность, — гордость распирала меня за женщину, что ворвалась в мой мир и могла впечатлять таких людей, как Лука. Моя Королева.
— Ладно, давай, — это довольно сложно, кстати. Никто не мог отыскать девушку, поэтому я тупо пересматривал все камеры видеонаблюдения, но вот на последних она испарилась. Просто куска записи нету. Твои люди работают, Лисенок. План номер 2. Опять айтишники. Даже им пришлось попотеть, потому что квартира не на ее имя, а на Викторию Райли. Молодец.
Не могу же я идти к любимой и сыну в таком пожматом виде. Быстро заехав домой покупался, позвонил Анне, она там вовсю готовится. Я думал, что не переживал, ведь знаю, что с ней все нормально, но когда бежал по ступенькам, то сердце сжималось. А вдруг я что-то упустил? Может мои люди не смогли защитить ее?
Последние препятствия и мне видно голубые глаза и нашего мелкого. Каждый миллиметр был осмотрен мной и уже на инстинктивном уровне нуждался в теплых губах малинового вкуса. Эта обезьянка, которая была у нее на руках, тоже сладенько пах детским запахом. От меня ему достался чмок.
Тут еще Николь. Черт, я и не заметил. У Ванессы появилась подружка? Мило. Радостно стало, что у нее не только парни - друзья, но и такие дамочки с характером. Это же она дала пиздюлины Келлу. Красотка.
Уже через минут 20 сидел в кресле и держал на руках Артурчика. Боец сопел и сладко спал, пока его папа отвечал на разные письма. Среди них опять был бред.
«Ты сдохнешь как скот», «Белладонна станет сукой Кирилло», «Сегодня - день твоей смерти, но у меня будет праздник».
Я знаю кто мне присылает эти послания. Это тот же человек, что и отправил те фотки с Балтимора и про хуи. Печатаю ответ, но не отправляю... Ещё немного подождать...
Тихо поднялся и положил малыша в гору подушек, а сам начал собирать его вещи домой. Дом... Я строю его для нас...
— Ну что? Готов, красавчик? Поехали, — вышел с Артуром на руках и чувствовал себя супер офигенным. У меня на руках ахуенный сын, иду в крутую тачку, моя женщина - богиня всего мира. Восторг.
— Давай, вот так. Удобно, кабачок? — спрашивал у своего нового пассажира.
— Поехали, молочник, — сам рассмеялся и ехал по правилам. Вот это я молодец.
Как только подъехал к зданию, там меня уже ждала добрейшая душа.
— Анна, почему не позвонила? Ты же замерзнешь, — быстро обнял ее, а мне подарила улыбку.
— Да я только приехала. Выглядишь отлично. А девочка та не будет против? Адриан, я переживаю. Безумно, — тараторила женщина, а я же просто взял ее за плечи и наклонился, чтобы было видно мои глаза.
— Ванесса - уникальная девушка, поверь. Вы подружитесь. Давай теперь покажу гвоздя нашей программы, — открыл дверь и отстенгул пацаненка. Наплевал я на заказ из интернета, то автокресло, и мне купили вот это. Невтерпеж было ждать.
Мои руки уже умело подняли человечка и повернулся к Анне.
— Артур, мой сынок, — меня не переубедить в ином. Кто-то что-то имеет против? Готовьтесь получить по еблу. Молчите? Умнички. Ванесса, которая будущая Келли - моя женщина, мы - семья, а этот ребенок - наш. Точка. Пока, ребятки.
— Господи, да он же просто кроха, — она прикрыла руками рот от шока и стояла не двигаясь.
— Ага. Ему еще и месяца нету, — хвастался ей.
— А красивый какой: глазки - небо, а личико - просто сражает наповал. Все, влюбилась я в него, — мне стало смешно.
— Согласен, весь в папу, — а сам подумал про его биологического отца. Черт, он ж не увидит улыбку малыша, а называть "Папа" мальчик будет меня.
— Что мне взять, чтобы было удобнее? Сумку? — не-а.
— Его, — протягивал живой клубочок чувств. Глаза у нее стали намного больше.
— Я? Подержать его? Что? Правда? — кивнул и казалось, что в мире появилось еще одно солнце.
— Иди сюда, милый, — сколько радости в ней. — А мне можно? Мы же еще не знакомы с его мамой, — Анна умнее многих, потому что женщина видела, что не было живота у нее тогда, в квартире. Спасибо тебе.
— Они скоро приедут, — резко сверкнула зорким взглядом.
— Они? — а - ой.
— Да. Ванесса и мой друг, — не думаю, что уместно говорить про брата и сестру. Пусть будет просто Себ и Ванесса.
— С Богом, — и повел ее в свою квартиру.
Хозяечка готовила мясо, овощи, картошку в духовке, еще рыбу, про креветки сразу сказал, как и про сладости. Мы прекрасно работали вдвоем и было круто. Я никогда ничего не делал с мамой. Та и что мог? Она же ненавидела меня, презирала и избегала. Готовила ли она? Нет.
Я помню, как впервые встал у плиты. 5 лет. Тогда сварил первые в жизни макароны. Они слиплись, хотя и были немного сырыми... Но мне так хотелось есть, что проглотил все. Потом меня избили за грязную посуду, которую не смог помыть. У нас не было горячей воды, поэтому пришлось булькаться в холодной. Потом заболел. Сильно. Меня прямо из школы забрали на карете скорой помощи. Расспрашивали про родителей, ведь никто за мной не пришел, не позвонил, не узнавал. Даже врачи забеспокоились, потому что ночевал в палате один и даже не боялся. Наоборот... тогда мне было хорошо, ведь ко мне не зайдет Патрик, чтобы напугать или поломать палец, избить или завязать руки... Маме незачем было это знать... Да и что бы она сделала? Снова накололась? Идеальный вечер женщины.
Но та ночь в больнице запомнилась мне...
— У тебя есть мама или папа? — добрая тетя спрашивала меня и хотела погладить по руке, но я принял боевую стойку. Защищаться! Мне нельзя пропускать удары...
— Есть, — стыдно было признаваться, что они не такие, как у других.
— Но почему ты один? — разве спрашивают такое у детей?
— Они не пришли. И я вижу, что один. Но это даже хорошо, — улыбнулся ей, но потом насупился.
— Разве хорошо? Тебе совсем не страшно? — я ничего не боюсь. И не буду.
— То, что мне 5, не означает, что я - трус. Мне нравится быть одному. Тогда нету ничего плохого. Только я, — улыбался молочными зубами.
— Ты очень умный, — сказала тетя. — А почему заболел? Мотался с друзьями раздетым? — зачем ей это знать?
— Да. Мы догоняли друг друга, много смеялись, ещё кушали чипсы. Один из моих лучших друзей постоянно угощает ими. У меня о-о-очень много друзей. Правда, — нет. Неправда. Это мне так хотелось. Мечта. В настоящей жизни меня обзывают, кто-то из детей даже толкает, говорит плохие слова про маму. Она болеет! Из-за их слов хочу причинить им боль! Много!
— Ух ты, классно. А как тебя зовут? Ты не назвал имени, — но я ее не знаю. Она не может быть мне другом. Нет.
— Майк, — фу, это неприятно. Продолжаю смотреть ей в глаза.
— Приятно познакомиться, взрослый Майк, — протянула руку, но я не пожал. Ей не доверяю.
— Вы хотели что-то узнать? — наклонил голову и смотрел не отрываясь.
— Сколько лет такому умному парню? — это не правда.
— 5, — показал целой ладошкой, гордясь этим.
— Тебя били, Майк? Заставляли что-то делать? Откуда эти синяки на шее? Руках? Врачи говорили, что и на теле есть. Также поломаны два пальца на левой руке. Когда ты последний раз кушал? — стало тяжело дышать, но я сделал вид, что зеваю... Она не должна понять...
Меня бьют несколько раз в неделю или через день. Позавчера мама снова сжимала мне шею и кричала. Патрик привязал меня к стулу, когда я разлил его чай. Когда же я ел... Вчера? Да, точно, макароны... Это те, которые слиплись...
— Нет, не бьют. Мама с папой очень меня любят. Мы с друзьями играли и они показывали новые приемы из дзюдо. Это спорт такой. Так и пальцы поломал. А кушал утром. Макароны с мясом. Мама вкусно их готовит, — глаза нельзя опускать, смотреть нужно прямо и спокойно моргать. Если этого не делал, то Патрик понимал, что вру...
— Я сегодня останусь здесь, с тобой? — прежде, чем она договорила, уже вырвался крик.
— НЕТ! ТОЛЬКО НЕ ЭТО! Нет... я же мужчина. Сам посплю, — хоть здесь...
— Тогда зайду утром, — и ушла...
В комнате так тихо... Почти моментально уснул... А потом... Представляете, утром принесли кушать? Прям мне! В эту палату! Ого! И лекарства. Через час, два, три... ко мне никто так и не пришел... Добрая тетя отвела меня туда, где был Патрик. Он сказал, что они искали своего единственного сына и купят все таблетки, которые нужны... даже обнял... Сердце стучало очень быстро... Скоро будет больно. Все его слова - неправда... Мне 5 и я уже понимаю это... Купил ли он мне таблетки? Нет. Избил? Сильно. Плакал ли я? Ни разу. Больно было? Очень. Ненавижу его? Слишком. Хотел бы себе другую семью? Вдох-выдох... Да.
Тряхнув головой убрал все эти картинки из ужасного детства. Я сделаю все, чтобы Артур был счастливым и не смотрел на меня так, как в свое время глядел маленький Адриан на Патрика.
— Какая она? — у меня бы нашлось достаточное количество наилучших слов, эпитетов, чтобы украсить длинные предложения, сравнения и воспевание ее красоты... Но на ум пришло другое...
— Ванесса такая же, как я... Она не страшится моей злости и поступков, а только поддерживает и говорит, что я не страшен. Анна, только с ней получается ощущать вкус жизни. Она - моя специя в безвкусном блюде, — и посмотрел на ребенка с голубыми глазами, как у нас двоих.
— Я рада, безумно, мой мальчик, — обнимала меня, но пахла уютом и домашним теплом. Это запах, которого не было у меня в детстве.
— Не переживай. Ты увидишь, что рыжая очень классная, — и радовался тому, что познакомлю их.
— Эта девушка важна для тебя, поэтому жутко трясусь, — и стала резать хлеб.
— Ты тоже важна. Все хорошо, — материнская улыбка.
Я помыл малого, накормил, переодел в черные ползунки и синюю футболочку. На кондиционере сделал потеплее, но приоткрыл окно, как и было в многих инструкциях в интернете, докторских статьях. Да, я читал. А что? Пацаненок был готов, как и наша еда. Кабачок же!
7:25 и мне слышно, как дверь ее квартиры открывается. Разговор.
— Быстрее. Ненавижу опаздывать. Мне нужно ещё принять душ. Не пойду же в таком виде! Давай, Себ! Шевелись! — тихий указательный тон. Самодовольная улыбка появилась и я безумно соскучился.
— Да иду, иду! Господи. Эй, Ванесса, было круто. И это... спасибо, что позволила проявить слабость, — кайф. Два упертых и независимых человека находят точки соприкосновения.
Я на балконе и жду Себа. Пусть сваливает оттуда.
— Ты уже здесь, — бормотал он, но не был расстроен.
— Как оно? Все супер? — давно не видел его умиротворенным.
— Да. Намного лучше, но... Короче, мама ее умерла. Карлос звонил, — я напрягся. Но Лисёнку и лучше... теперь не будет актрисы.
— Я купаться, — быстро слинял, а я пробрался к своей любимой.
Из душа исходил пар, а вокруг пахло спелым абрикосом... Это я ей купил и поставил... А она незаметно подсунула мне новый лосьон после бриться. Пахнет бомбезно. Это такие мелкие детали, которые люди упускают из виду, но не мы. Нам нужно такое проявление чувств, ведь тогда ощущаешь себя значимее...
— Скучал, да? — голос из пара.
— Слишком, — и засунул голову в душ. За все мои несчастья и боль я был вознагражден. Одним человеком.
— Как и я, — что ещё нужно услышать мужчине, который безумно любит...
Я благодарю кого угодно: Бога, которого нету, судьбу, в которую не верю, удачу, что давно спит и забыла о нас... Спасибо...
Я - неверующий человек, который может молиться... Я - тело, которое состоит из злости и боли... Я - бывший атеист счастья. Я - тот, кто сам создает жизнь, а не просит у небес. Я - плохой человек, но меня любят.
⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️
За тяжелые дороги, которые приведут к ещё более сложной жизни. Жить всегда трудно, но оно того стоит... 🫶
Телеграмм