Живая среди Мёртвых

Мне предстояло найти всех старших охотников за короткий промежуток времени. Девять охотников. С каждым из них я был знаком. Однажды мы пытались поднять бунт, но сенатор был готов к такому повороту событий. Тогда мы не видели своих детей восемь месяцев.
Я знал, где они живут, знал, где чаще всего проводят время. Однако не знал, послушают ли они меня. Большинство из них спокойно относились к высшей расе вампиров. Кто-то даже застал время, когда мы взаимодействовали друг с другом. Но все это слишком большой риск. Я не собираюсь никем манипулировать и даже если они не захотят участвовать во всем этом, они получат своих детей. Я вознес молитву, чтобы у Кайла и Ренье все вышло, иначе я не смогу жить... Иначе все пропало.
Пока я двигался в сторону нужного мне дома, составлял список последовательности. Рик был моим давнем товарищем. Он также потерял жену, но ему пришлось тяжелее. Если моя умерла при родах в вечер перед инициацией, то его не смогла перенести разлуку с детьми. Девушка была человеком, а они живут в два с лишним раза меньше, чем мы - охотники. Поймала болезнь на горести и скончалась. У них два мальчика - близнецы. Поэтому я решил начать с него.
Его дом находился неподалеку от людской границы. Раньше там цвели цветы, но не теперь. Я посмотрел на поднимающееся Солнце, вздохнул и постучал в дверь. Открыл мне Рик почти сразу. На нем был свитер, а в руках держал кружку с дымящемся кофе. Я уловил аромат сразу же. Рик сжал челюсти, осматривая меня.
- Сенатор все-таки тебя прикончил? - спросил он, отступая и пропуская меня в дом. А потом он резко замер. - Твою ж мать, неужто пророчество сбылось?
Да... утро всех делает заторможенными. Он остолбенел и продолжал смотреть на меня во все глаза. Я кивнул.
- Проклятье снято. Я теперь вампир. А наших с тобой детей сейчас спасают бледнокожие.
Рик кажись вовсе забыл про чашку с кофе, потому что так резко сделал шаг навстречу, что часть напитка вылилась на пол. Он моргнул, подобрался и отошел к столу, поставив ее туда.
Он молчал, смотря на кофе. Его руки сжались в кулаки. Рик обернулся наконец со стеклянными глазами, его грудь тяжело вздымалась и опускалась.
- Что они планируют делать?
- Хотят открыть всем правду. - ответил я, а потом серьезно посмотрел. - И им нужна наша помощь.
- Поэтому сейчас они спасают наших детей, чтобы старейшины согласились содействовать. - уточнил он.
Я кивнул.
- Мои мальчики живы? - его голос дрогнул. Обычно серьезный, собранный Рик, сейчас выглядел сломленным. Вот, что делает с нами любовь.
- Я на это очень надеюсь. Их отведут в безопасное место.
- И когда мы узнаем, в порядке ли они? - тверже спросил он.
- В скором времени. А пока мне нужно, чтобы ты помог собрать всех.
- А потом?
- Потом мы расскажем всем молодым охотникам, которых найдем. Соберем и их, и людей на площади и откроем им, сука, глаза.
Рик усмехнулся.
- Думаешь сенатор позволит?
Я улыбнулся, подавляя злость, кипящую внутри, при упоминании этого ублюдка.
- С ним уже разбираются.
________________________________________________________________________

После объяснения всех деталей, Рик отправился за парой охотников, единственной оставшейся полноценной семьей, а я решился на переговоры с Корри. Он был тем, кто ушел со службы из-за потери конечности и работает на ферме людей. Делает что может, а в остальное время прожигает дни дома. Он был влюблен в вампиршу в молодости и даже планировал уйти к ним, но встретил свою будущую жену и остался. Мы не ладили.
Поэтому, стоя перед его обветшалым домом, на окраине города. Я старался собраться и успокоить нервы, ведь они мне сейчас понадобятся. Времени оставалось в обрез и рассчитывать оставалось на то, что, Рик оперативно созовет всех и мне представится возможность рассказать всем о произошедшем. Я постучал в дверь достаточно громко. Город отзывался тишиной, как и дом передо мной. Постучав еще раз и не получив ответа, я дернул ручку и дверь открылась. Пространство было темным из-за зашторенных штор, однако, благодаря вампирскому зрению, я видел все. На столе в прихожей были немытые кружки, а запах стоял отнюдь не приятный. Я сделал шаг вперед, оглядевшись. Вот, что вероятно было бы и со мной, если бы не обещание оберегать Софию и Кайла, если бы не моя красавица дочь, ради которой я готов жизнью пожертвовать.
- Корри? - позвал я и голос эхом разнесся по дому. Шаг за шагом я ступал по скрипучему полу.
Нашел я его в кресле, спящим в форме фермера. Борода с проседью, прикрытые глаза и черные, как смоль волосы. В его руке была какая-то бумажка, я краем глаза заметил печать сенатора. Смотреть на него было больно.
Однажды он доложил обо мне верхушке. С тех пор мы друг с другом не разговаривали.
Я подошел ближе и тронут его за здоровое плечо. Мужчина дернулся и приоткрыл глаза. А когда сообразил кто перед ним, дернулся в попытке сбросить мою руку. Движения его были медленными и неуклюжими.
- Что ты здесь забыл... - а потом покосился на меня. - Говорили, что ты пропал.
- Вставай. - лишь сказал я.
Однако на Корри это не очень то и подействовало. Он лишь оскалился в ухмылке и глянул на стену, где висели часы. Прищурился.
- Какого хера ты приперся в такую рань? - взревел он, проводя единственной рукой по лицу.
- Твою дочь сейчас отвели в безопасное место. Теперь она вдали от сенатора.
Корри перевел свои темно-карие глаза на меня. Его челюсть сжата. Он не видел меня достаточно четко из-за темноты, поэтому не увидел изменений. Не разглядел, а из-за того, что давно не охотился, не почувствовал.
- Неужто твоя заслуга? Поэтому пропал?
Кажись он не особо воодушевлен.
- Много изменилось... - начал я, а потом решил выложить все. Время шло. - Пророчество сбылось. Будет переворот.
Корри сдвинулся наконец с места и сел прямо на своем кресле. Приблизился ко мне, разглядывая.
- Так ты теперь один из них. - усмехнулся он. Я думал, ты скорее умрешь, чем перестанешь быть охотником.
- Так и было, пока я не вспомнил, что моя дочь останется одна. Ровно как и твоя. - решил напомнить я ему. Мужчина отвел взгляд, начиная вставать.
- Ей будет лучше без меня.
То, как он спокойно это сказал всколыхнуло гнев, поэтому я рукой ухватился за его одежду и дернул на себя. Он чуть не упал, ели удержав себя на ногах.
- Что за х...
Он не успел говорить, как я зашипел ему прямо в лицо.
- Послушай сюда. - приблизился ближе. - Может ты и прав и твоей дочери будет лучше без тебя, но сейчас речь не только о ее жизни. Ты кажись не понимаешь до конца, что происходит, а потому я тебе, сука разъясню.
Я набрал воздуха в легкие и изложил все. На удивление, Корри даже не пытался вырваться из хватки.

Теперь, когда мы все были в сборе, дом Софи и Кайла казался самым надежным местом. Кто-то сел за стол, кто-то остался стоять. Однако все без исключения следили за каждым моим действием. В их взглядах не было ненависти, они просто не могли свыкнуться с мыслью, что я обращен. Прошло столько лет с того времени, как они последний раз видели высшую расу. Столько потерь и все ради того, чтобы вычеркнуть факт их существования. Сенатор все продумал. Оставил даже нас в живых, лишь бы не вызвать подозрений, нашел контакт с отступниками и отнимал ради них жизни. Эта мразь погубила столько жизней, а все из-за гребаной власти.
Все, собранные в этой кухне охотники, были разбиты. Разбиты, но не сломлены. И каждый из них был готов идти в бой.
- Так значит, собрать молодняк и убедить их не начинать стрельбу? - спросила темноволосая женщина по имени Карина.
Каждый из нас курировал определенное количество молодых охотников, однако под надсмотром. Но сейчас никто не будет наблюдать за нами, чтобы доложить. А если и будет, мы избавимся от него.
- Верно. - качнув головой, ответил я. - Потом выступим на площади, рассказав историю инициации, что все изменила. А дальше дети пророчества возьмут все в свои руки.
- Поверить не могу - посмеялся охотник, сидевший ближе всех. - София была так близко к сенатору и всегда вызывала его гнев. Она, как по насмешке и оказалась обещанной.
Каждый покачал головой, лица расслабились.
- Жаль их родители не застали этого дня. - сказал Рик. - Помниться мне, они всегда твердили, что их дети особенные. Они веди и оказались правы. Вот бы посмеялись нам в лицо.
Мы еще несколько раз обсудили моменты плана, а дальше, каждый отправился в назначенное место.
Мне осталось лишь ждать своего момента, чтобы предстать перед народом. Отчасти я переживал, что все происходило так спокойно.