Глава сорок третья - Ноты.
Емиру понял. Чтобы остановить Ренджиро — нужно лишить его гитары. Но вот как, если тот парализует, не давая и шанса приблизиться? Макиавеллист напал Нероном и Ротондой, но они издали склизкий звук мокрой плоти, поэтому их потянуло вниз, а сам Идзумаиру впечатался грудью в землю.
И тут зародилась идея — последняя надежда, при провале которой смерть гарантирована. Мужчина обрёл невидимость.
— Ты думаешь, что это тебе поможет? — усмехнулся гитарист, настраивая колковую механику. — Я знаю где ты находишься, а «Daimebag Darrell» не даст подняться.
Равенна — единственная конечность, что сохранила независимость от притягательной силы металлиста. Емиру рисковал, но со всей силы ударил тентаклем по большой вывеске «Всемирное Общество Защиты Животных: Нихон-Фукуока» с адресом ниже. Железо зазвенело и как раз Рендзо завершил настройку Gibson к этому моменту. После уменьшенного аккорда от ноты ре-диез инструмент выплюнул в баннер волну со скоростью света, притянув его к земле. Железо с лязгом, звоном и треском сложилось как тальянка.
Равенна успела обойти магнитную реакцию и устремилась на Рена. Сломала гитару — в ней огромная дыра, струны скучерявились. Равенна разорвала на человеке комбинезон и оставила красное пятно раздражения. Металлист зашипел и болезненно нагнулся. Коморбидность поднялся, возвращая видимость и самоконтроль.
— Ты хороший знаток своего дела. — сказал мужчина. — Нихон запомнит твоё творчество.
— Ха-ха-ха, думаешь, сломал мою электро и победа за тобой? — Рен Ренджиро Рендзо чуть отвернулся, копоша руками. — Это не музыка владеет мной, а я владею музыкой!
Он повернулся и выпрямился, одной рукой держа Fender Telecaster, вторую пафосно откинув в сторону. Гитарист сыграл ритмичный припев архивной композиции. Кожу Идзумаиру стягивало, волосы ворошились назад, стопы стирали асфальт, оставляя следы. Диссидент скрылся за щитом щупалец, но они не особо помогали. Скорпиона и Веспу впечатало в асфальт, вскоре сам диссидент парализовано застрял в земле ягодицами.
Молодой человек играл и играл с закрытыми глазами, неугомонно стирая пальцы. Он наслаждался ритмичным и правильным звучанием, вжившись в исполнение, Ренджиро и музыка стали одним целым. Молодой музыкант играл так, словно перед ним прыгала публика, воодушевлённо выкрикивая под его игру. Рендзо испускал струны из новой гитары как настоящая звезда, издавая такую идеальную мелодию, которою вряд-ли кто-то мог бы повторить. Он ощущался лучше Джими Хендрикса, превосходнее Би-Би Кинга, величественее Джимми Пейджа. Всё звучало так впечатляюще, что по телу мурашки поднимали волосы дыбом и казалось, что даже у мурашек пробежались мурашки. Но когда Ренджиро открыл веки, он увидел всё белое перед собой. Рен изумился и осмотрелся. Его лицо из гордого и безнаказанного, проходя гримасу непонимания и отрицания, постепенно менялось на безысходное и испуганное. Партии и аккорды тихли, как бы усердно Рендзо не играл.
К Емиру подбежал Мурасаки, поглядывая на отуманенного артиста. Пуракхинасута товарищески провёл рукой по плечу Идзумаиру, а тот едва скрывал нервозность в сторону нежданного приятеля. Психопат боялся, что юноша всё поймёт и обвинит его в убийстве.
— Что ты тут делаешь? — процедил мужчина.
— Не переживайте, Сатоши-сан, я приехал за вами, так как уже поздно, а вы ещё не дома. Не зря приехал, можно роспись Ренджиро?
— Как будто бы он не в настроении. Ты ещё мелкий, как ты приехал?
— Хах, вы совсем устали, Сатоши-сан. — привлекательно улыбнулся Мурасаки, обнажая чистые, ровные и остренькие зубки. — Я на такси.
— Ты не говорил, что имеешь способность. — оба посмотрели на растерянного Рена. — Что с музыкантом?
— Для нас всё в порядке, для нас он бредит. Мой «Carla's Dream» ввёл его в визуальные и слуховые галлюцинации с японскими мифами и легендами, которые отвлекут гитариста в рамках его воображения и дадут нам время, чтобы уйти.
Ренджиро перестал играть и всмотрелся в белое окружение. Увидел обезьяну Саругами с голым пузом, красным плащом, в хакама и ториогасе.
«Ты изменщик, ты изменщик! — подпрыгивала большая обезьянка, сжимая кунай в руке и разговаривая искажённым, растроённым голосом. — Духи знают о твоей неверности Сакуре!»
По правую сторону от зверька вышел джименкен, а по левую бунраку. Три коротышки приближались, нагоняя жути.
«Ты умеешь играть на гитаре благодаря «Daimebag Darrell». — скакала Саругами. — Лжец, лжец, ты не талант, лжец!»
Из бели выбежал огромный уси-они, гневно стремясь к музыканту. В реальной жизни рокер закричал в пустоту и два человека смотрели на бедолагу.
— А если полиция приедет за вами? — напряжённо спросил Мурасаки. — Половина лица стёрта, останутся красные пятна.
— Никакой драки с Рен Ренджиро Рендзо. Он пострадал не из-за меня, потому что я ушёл с работы больше сорока минут назад. Об этом свидетельствуют сохранения на компьютере, охранники и записи с камер. Благо в эту сторону они не установлены. Если что, я улетел в отпуск на остров Самуй.
— Пошли домой, давно пора, вы устали. — Пуракхинасута подталкивал длинноволосого лёгкими хлопками по спине. — Касандора-сан заждалась.
Емиру незаметно достал два чёрных щупальца, чтобы добить металлиста. Они волочились по земле как змеи и достигли цели. Спускаясь по второму уровню ступеней, двое бросили последний взгляд на гитариста. Мёртвое тело побледнело — его задушили крепкие тентакли. Мурасаки думал, что существа из его способности лишили несчастного сознания, но никак не догадывался, что это Идзумаиру потянуло на ужасный поступок — полностью убить.
«Сегодня ночью убили бывшего участника группы Aoki Gahara — гитарист и вокалист Рен Ренджиро Рендзо, более известный под сценическим именем 3R. — говорили по утренним новостям мужчина и женщина. — Удушение произошло на дамбе ВОЗЖ Сатоши Шикуретто, но его личность не подозревается по причинам, которые полицейские не оглашают. Ещё одна жуткая жертва острова Кюсю, чьи мотивы пока не ясны. Наши корреспонденты давно на месте преступления и готовы с нами связаться, они поговорят с Сакурой — это действующая барабанщица той же группы под сценическим именем Windranger и, параллельно, девушка погибшего. Миссис Аки Дамиура, передаём вам голос.»