023 Глава. Смотри вперед
Царствующая династия Великой Вэй
Резкий приказ Юйвень Юэ, заставил девочку остановится, но она не стала даже поворачивать головы.
Юйвень Юэ взял маленькую фарфоровую бутылку из ящика сбоку в столе. Затем он медленно подошел к ней, сапоги наступали на мягкий медвежий ковер почти беззвучно. Дойдя до нее, он положил руки ей на плечи, желая развернуть к себе, но девочка упорно не поддавалась. Он нахмурился, глядя на ее неповиновение. В конце концов, Юйвень Юэ был старше ее, и соответственно выше и сильнее, его руки сжали плечи девочки и, применив небольшое усилие, он заставил ее развернуться.
Маленькое бледное лицо, большие полные слез глаза, встретились с раздраженным взглядом Юйвень Юэ. Ему было неприятно, что глаза ребенка были красными, а слезы собирались течь все сильнее и сильнее.
«Хорошо, не плачь. Я только сказал несколько неприятных для тебя слов», - юноша нахмурился: «Ты допустила ошибку раньше, другие, по-твоему, не могут ошибаться?»
«Какую ошибку я сделала? Молодой господин приказал мне научиться кататься на лошади, я хорошо училась, и ничего не делала, чтобы спровоцировать нападение».
Восьмилетний ребенок, наконец, проявил характер, уверенно отвечая хозяину, но успокоиться до конца она не могла, говорила прерываясь и всхлипывая, сглатывая слезы, которые бежали по ее лицу.
Юйвень Юэ слегка нахмурился, достал платок, чтобы вытереть слезы на ее лице. Похоже, он раньше этого не делал, его движения были неуверенными, вытирая, он говорил: «У меня также есть причины расстраиваться. Вчера, ты потеряла мою лошадь. Сегодня, ты сама чуть не умерла, хороший пустынный белый пони также был потерян, верно?»
«Нет, я не виновата, но не стоит винить и Ян Шидзы. Он был тем, кто снял меня со спины лошади. Это из-за Ян Шидзы вчера лошадь была потеряна, но я слышала, что он ее уже нашел и отправил назад в поместье», - ребенок словно считал, что был необоснованно обвинен, слезы продолжали течь, не переставая. Она намочила носовой платок Юйвень Юэ, и тому пришлось забрать его грязный у нее из рук, он потянулся за новым, но тут внезапно увидел, что ребенок держит его рукав и вытирает им нос. Юйвень ошеломленно и с омерзением рассматривал причиненный ущерб его одежде. Поэтому сейчас, он мог только слушать, что продолжает говорить ребенок: «Даже сегодня, все в основном случилось из-за молодого господина Ян».
«Эй, ты будешь разумной? Не тебе судить его действия».
Девочка склонила голову и пробормотала, настаивая на своем: «Слуга говорит правду».
На улице сияло солнце и солнечные лучи из углового окна, танцевали на одежде двух, стоящих посреди комнаты детей. Девочка все еще была очень маленькой, даже сейчас, когда она встала во весь рост, то доставала макушкой только до плеча подростка, ее лицо, обращенное к нему, горело, щеки, как два больших яблока.
«Возьми, это тебе», - Юйвень Юэ вложил в ее руку маленькую фарфоровую бутылочку и сказал: «вернись и намажь синяки».
В ней действительно было что-то от ребенка, ее внимание сразу же переключилось. Юйвень Юэ слабо улыбнулся, наблюдая, как девочка с интересом рассматривает, оказавшуюся у нее в руках бутылку и спрашивает: «Что это?»
«Это лекарство, что бы вылечить синяки».
Из-за того, что пони бежал слишком быстро, руки Чу Цяо были в ссадинах и синяках. Ребенок словно надулся от важности и серьезно кивнув, сказал: «Четвертый молодой господин, Синьэр благодарна».
Подросток сел и откинулся на спинку кушетки, не поднимая глаз, словно не хотел её больше видеть, неохотно махнув рукой, сказал: «Можешь идти».
Когда ребенок, уже хотел открыть дверь, Юйвень внезапно окрикнул её: «Синьер, если увидишь позже Ян Шидзи, постарайся держаться подальше от него».
Она наклонила голову, озадаченно глядя на него, Юйвень Юэ раздраженно нахмурился, затем спросил: «Ты не понимаешь, что я сказал?»
«Поняла!» Громко ответила девочка, а затем повернулась, чтобы уйти. Переступая через высокий порог, она чуть не упала.
Кажется, этот ребенок стал вести себя намного увереннее. Лицо молодого человека потемнело, он чувствовал, что ему становится трудно дышать.
Как только, Чу Цяо открыла дверь, то первое, что она увидела, это обеспокоенное лицо Чжу Чэна. Тот быстро подошел и, увидев слезы на лице Синьэр, быстро спросил: «Молодой господин рассердился?»
Чу Цяо посмотрела на него, кивнула и пошла в сторону своей комнаты. Чжу Ченг испугался, но быстро вошел в зал, опустив голову и стараясь не привлекать внимание Юйвень Юэ. Он не осмеливался, что-то говорить, только тихо встал сбоку от кушетки.
Через некоторое время что-то полетело в голову Чжу Чэна, потрясённый, он не осмелился увернуться или даже наклониться. Он уже попрощался с жизнью, но комок, попавший ему в лоб, был мягким и, не повредив, упал на пол. Посмотрев вниз, он увидел, что это был грязный носовой платок с вышитым на нем маленьким иероглифом.
«Возьми его и выбрось».
Чжу Чэн, вспомнив заплаканное лицо Чу Цяо, вдруг понял, что это такое, удивленно взглянул на господина и быстро кивнув, сказал: «Слуга подчиняется».
Он собирался уже выйти, когда внезапно Юйвень Юэ позвал: «Подожди», - Чжу Чен вернулся, быстро наклонившись, он ждал решение господина, но тот молчал.
Обычно бледное лицо четвертого молодого господина, неизвестно почему вдруг покраснело. Долгое время он все еще ничего не говорил. Чжу Чэн внимательно посмотрел на него и увидел, как Юйвень Юэ нахмурился, как будто принимал какое-то серьезное решение. Выражение на его лице было похоже на то, каким оно бывает на серьезных собраниях.
Чжу Ченг насторожился, ожидая распоряжений своего господина.
Через долгое время Юйвень Юэ, наконец, сказал голосом, не терпящим возражений: «Просто возьми его, чтобы постирали, а затем верни его мне».
«А?» - Чжу Чэн ошеломленно смотрел на своего хозяина.
Юйвень Юэ был раздражен: «Что? Ты не понял, что я сказал?»
«Я понял... понимаю... слуга уходит».
Дверь захлопнулась, и Юйвень Юэ присел на кушетку, его дыхание постепенно успокоилось. Думая о том, что эта девочка, так много плакала, он не зная, почему, чувствовал беспокойство. Он встал и пошел во внутренний зал, в своем убранстве, тот выглядел простым и чистым. На стене висел портрет, молодая девушка, или даже девочка, которая выглядела на одиннадцать-двенадцать лет, с яркими глазами и милой улыбкой. Она была одета в ярко-желтое верхнее платье и светло-зеленую юбку, она выглядела очень нежной и прекрасной. Юйвень Юэ медленно протянул руку и коснулся портрета. Долгое время он молчал, потом тихо прошептал: «Я снова верю».
***
Маленькое тело Цзинь Юэр шло по извилистому коридору с опущенной головой. Она не обращала внимания на людей, которые приветствовали ее, когда она проходила мимо. Она выглядела обиженной, всем своим видом показывая, что ее несправедливо отругали.
Люди провожали ее взглядами, предполагая или выдумывая, что произошло за закрытыми дверьми между ней и четвертым молодым господином, кто- то шел за ней следом, кто-то просто наблюдал, как ребенок возвращается в свою комнату. Когда она подошла к двери, то внезапно подняла глаза и посмотрела на окружающих. Они тут же развернулись, чтобы отправиться по своим делам, никто не посмел заглянуть. Ребенок протянул маленькую руку, открыл дверь, а затем вошел внутрь.
Дверь успела плотно закрыться, когда ее лицо потеряло невинное и обиженное выражение. Как то сразу обострились черты, и взгляд стал уверенным и жестким. Она медленно опустилась на стул, протянула руку и налила в чашку чай. Потом взяла его в руку, и держала, о чем-то задумавшись, но не пила. Во всяком случае, на сегодня она справилась, и избежала расставленных на нее ловушек. Независимо от того, насколько Юйвень Юэ ей поверил, но, по крайней мере, временно, он оставит её в покое.
Одежда на спине вся пропитана потом, все-таки она сильно нервничала. Холодный ветер пробивается сквозь плохо закрытые ставни, дует, остужая комнату, проникает под одежду, холодно, очень холодно. Чу Цяо выпила уже остывший чай, постепенно успокаиваясь, дыхание пришло в норму, она закрыла глаза и сделала глубокий вздох. В любом случае она должна ускорить исполнение своих планов, у нее просто нет времени.
Холодный ветер, словно нож, режущий плоть, эта зима, особенно холодная.