Бегущий в лабиринте: Панацея

Винс крался между деревьями и кустарниками, ступая по недавно выпавшему снегу как можно тише. Белое покрывало щедро укутало землю. После солнечных вспышек, погода на земле совершенно поменялась, так что снег в конце августа уже никого не удивлял. Винса тем более. Щурясь, он крепко сжимал в руке перочинный нож, держа его наготове. Дыхание было ровным и уверенным. Взгляд — острым, готовым уловить любое движение. Хруст. Винс замер, его светлые глаза забегали по округе. Лесная тишина сжималась вокруг него плотным кольцом. Каждая тень казалась живым силуэтом, готовым наброситься.
​
И словно по команде нападение пришлось со спины. Нож выбили из рук. Девичий силуэт навалился, пытаясь схватить за шею и повалить, но мужчина быстро среагировал, перекинув нападающую через себя. Девчонка упала на спину, но тут же откатилась, не дав Винсу навалиться сверху. Её нога ударила по его сапогам, он отвлёкся, и она вскочила. В следующее мгновение в её руке блеснуло лезвие, она встала в стойку. Винс, подняв взгляд, усмехнулся.

Девчонка рассекла воздух ножом, свист оглушил на секунду. Винс отпрыгнул назад. Атака повторилась, но на этот раз ему удалось ловко увернуться, схватить её под локоть и вывернуть руку за спину. Она вскрикнула, выронив оружие. В краткой суматохе ей удалось вырваться, ударив Винса затылком в нос. Удар заставил его отступить на несколько шагов.

Началась схватка. Удары сыпались по рукам, ногам, голове. Оба уворачивались, выжидали и снова атаковали. С неба падал снег, оседая на ресницах и раскрасневшихся от напряжения лицах. Дыхание перехватывало — то ли от холода, то ли от яростного ритма боя.

Вскоре случилось неожиданное. Девчонка поскользнулась и повалилась на землю. Винс, не теряя времени, наклонился к ней, но волна невидимой силы отбросила его в сторону. Мужчина пролетел несколько метров и шлёпнулся спиной в снег, словно в толстое одеяло. Девчонка тут же поднялась, подобрала с земли нож, слегка припорошенный снегом, разбежалась и ударила.
​
ХРЯСЬ!

Лезвие вонзилось в промёрзлую землю, и девчонка радостно вскрикнула. Поднявшись, она принялась пританцовывать, сияя улыбкой. Винс прохрипел — звук был похож на смех, смешанный с кашлем. Он приподнялся на локтях и бросил одобрительный взгляд на ликующую фигуру.

— Я победила! Ха! На этот раз моя взяла! — повторяла она, будто дразня его.

— О да, блестящая победа, Сэмми, — поднявшись, Винс отряхнулся. Вдруг она подбежала и крепко обняла его. — С каждым днём у тебя получается всё лучше.

— Правда? Видел, как я била правой?
​
Разговор полился так же легко, как и начавшийся снегопад. Они обсуждали детали схватки всё время, пока возвращались к новой базе. Место было далеко от Денвера и так называемого Последнего Города. Но ПОРОК всё ещё иногда мелькал поблизости, словно не оставляя преследований. Как сейчас. Они спрятались под густой белоснежной кроной, следя за тем, как в небе парировала машина чудовищной организации. Когда та покинула поле зрения, они продолжили путь. Сэм иногда отвлекалась, кружась в хороводе снежинок, радуясь своей первой в жизни зиме. До этого, не выходя за стены лабораторий, она могла лишь представлять, какое это чудо.

У первой палатки их ждал Томас. Увидев сестру, он тут же бросился к ней.

— Ну что, как тренировка? — поинтересовался брат, поправляя съехавшую на глаза шапку.

— Я победила!

— Неужели? Значит, твои тренировки не прошли даром, Винс? — ухмыльнулся Томас.

— Ага, представляешь.

— Эй! Я вообще-то всё слышу.

Лёгкий смех сорвался с их губ. Винс потрепал Томаса по плечу, подзывая за собой.

— На севере мы с Сэм видели Берг. Нужно обсудить.
​
Не теряя времени, они направились к центральной палатке, а Сэм ушла в противоположную сторону. Суетливые фигуры немногих выживших хлопотали вокруг. С наступлением зимы работы прибавилось. Нужно было искать припасы, тёплую одежду и укреплять палатки, чтобы в них не мёрзнуть. За своё выживание отвечали они сами, так что никто не жаловался.

У центральной палатки Томас поздоровался с Гарриет. Девушка точила остриё копья, явно готовясь к охоте. Обычно она с Винсом уходила далеко в лес и возвращалась за полночь с добычей. Если, конечно, везло. Сам Томас никогда не ходил на охоту, доверяя это тем, кто разбирался в деле лучше.
​
В палатке было тепло. Походная печь в дальнем углу дарила то самое тепло очага, которого так не хватало. За столом в центре сидел Хорхе, раскладывая пасьянс. На небольшом диване, сколоченном из поддонов и старой ткани, сидела Бренда, закинув ногу на ногу. Она читала книгу, найденную в одной из вылазок. Томас присоединился к ней.

Когда все собрались, Винс начал:

— ПОРОК буквально дышит нам в спину. Не знаю, как долго мы сможем скрываться, но лучше поторопиться с нашим планом.

— Да, если бы он у нас еще был, — пожал плечами Хорхе, взглянув на карты на столе. Сложно было раскладывать пасьянс, когда колода была не полной. — Я всё понимаю, amigo, но если ПОРОК так близко, почему бы не сбежать?

— Мы не можем, — вмешался Томас, привлекая всеобщее внимание. — Судя по данным, которые мы собрали, они перевезли детей в одну из своих баз. Пока погода не позволяет им переправить их в Последний Город. Нам нужно дождаться подходящего момента, чтобы напасть и вытащить их. Спасти.

— Учитывая, как часто они пролетают по округе, скоро будет крупная перевозка, — подытожил Винс, задумчиво глядя на огонь в печи. — Томас, нам нужно готовиться. На улице с каждым днём теплеет. Когда снег растает, мы уже должны быть готовы.
​
Каждый из присутствующих кивнул.

— Хорошо, — Винс выдохнул и натянул шапку. — Хорхе, помоги мне сегодня с Бертой. Твоя машина в последнее время постоянно глохнет.

— Просто она не привыкла, что за рулём сидит кто-то, кроме такого macho, как я!
​
Палатка погрузилась в тишину, когда они вышли. Томас сжал пальцами штанину, чувствуя, как волнение подкатывало к горлу. Они пошли за ним, и теперь он должен был сделать всё, чтобы их не подвести. От таких мыслей закружилась голова, и он на секунду закрыл глаза. Бренда тут же обратила на это внимание.

— Ты в норме? Выглядишь хреново.

— Да, я в порядке, просто... — промямлил он, открыв глаза и взглянув на неё. За последнее время её волосы отросли, и теперь причёска напоминала каре. Длина хорошо подчёркивала тонкие черты лица и проницательные карие глаза. Он сглотнул и продолжил: — Волнуюсь, понимаешь. Не хочу ошибиться. Боюсь подвести вас.

Она поджала губы, о чём-то думая. Голова её слегка наклонилась, и вид напоминал старинные картины викторианской эпохи — те, на которых изображали статных леди в причудливых шляпках. Правда, Бренда излучала другую энергию — сильную, уверенную и самодостаточную. Она была из тех, кому принцы не нужны.

— Уверена, мы справимся, — наконец сказала она, откладывая книгу в сторону. — Ты не один, помни это. Я, Хорхе, Винс и остальные. Мы все хотим вытащить их. Так что, если что-то пойдёт не так, это будет не твоя вина, а наша общая.
​
Улыбнувшись, она легонько сжала его плечо, а потом поднялась. Накинув куртку, висевшую на спинке стула, Бренда снова обратилась к парню:

— Ну что? Пойдём постреляем? Нам ещё многому нужно научиться, если хотим надрать зад ПОРОКу.
​
Вскочив с места, Томас кивнул. Нога в ногу они зашагали в сторону леса. Снег уже не падал так обильно, и парень действительно почувствовал, что на улице потеплело. Совсем скоро. Ещё чуть-чуть — и они вернут своих. Минхо, Ариса, Соню...

Тер... или нет?

***
​Сэм потопталась на месте, стряхивая мокрый снег с ботинок, прежде чем войти в палатку. От тепла нос тут же зашмыгал, а красные щёки запылали. Но ей было всё равно. Взгляд сразу же уловил фигуру на койке, пытающуюся настроить старое радио. Сбросив с плеч куртку и кинув шапку куда-то в угол, Сэм с разбегу упала рядом, раскинув руки. Вцепившись в спину, она обвила холодными руками его талию и уткнулась носом в светлые пряди.

— Эй, — бархатный голос Ньюта наконец обратился к ней, позабыв о радио. Он обернулся, обняв в ответ. — Вы уже вернулись? Как прошла тренировка?

— М-мм, я победила!

— Чёрт, поздравляю, — ухмыльнулся парень, потрепав Сэм по макушке. — Значит, теперь с тобой стоит быть аккуратнее. Возьму на заметку.

— Ага, теперь могу нос сломать и без способностей, — похвасталась девчонка, прикусив губу, когда взгляд скользнул по его лицу. — Где моя награда? Я так долго тренировалась. Обычно после хорошей работы следует что-нибудь сладкое.

— Ты же не собака, — засмеялся парень, когда Сэм слегка надулась. Затем его руки опустились ниже, обняв её за талию и прижимая чуть ближе. Сердце забилось так, будто это было в первый раз, и её взгляд упал на его губы. — Ну-у что ж, так и быть. У меня есть одна идея.

Он наклонился, коснувшись её губ. Сэм ответила моментально, обхватив его лицо и блаженно прикрыв веки. Тёплый комок наслаждения где-то в животе раздулся, щекоча изнутри и покрывая тело мурашками. Мягкость губ и тепло дыхания дурманили сознание, пробуждая желание чувствовать только это. Забыть обо всём вокруг, наслаждаясь каждым прикосновением и прерывистым дыханием.

Руки парня сильнее сжали её талию, притягивая ближе, хотя, казалось, куда уж ближе. Пальцы Сэм блуждали по его шее, широким плечам, иногда опускаясь ниже, к груди. Порыв нежности перешёл во что-то большее. Девчонка отстранилась лишь на секунду, чтобы перекинуть ноги и сесть Ньюту на колени. Смотря снизу вверх, она облизнула губы и снова притянула его к себе.
​
Близость затуманила голову. Щёки запылали сильнее, но уже не от холода. Стало по-настоящему жарко, почти душно. Поцелуй углубился. Руки, став смелее, блуждали по торсу. Ниже. Ниже.

— Сэмми, — выдохнул Ньют, отстраняясь. Глаза его блестели, покусанные губы горели, а дышал он так, словно пробежал добрый десяток километров. — Лучше... остановиться.

Поджав губы, девчонка кивнула. Вернувшись на койку, она поправила волосы, сглатывая подступившее возбуждение. Он был прав. Не время и не место. Ньют снова взял в руки радио, а Сэм упала на подушку, разглядывая серость палатки. Зашумело. Треск аппаратуры напоминал монотонный шум в голове, который появлялся, когда перенапрягаешься. Вспомнив об этом, Сэм приподнялась, облокотившись спиной о стену.

— Может... погуляем по воспоминаниям? — спросила она, наблюдая за отчаянной попыткой парня сделать хоть что-то с этой штукой.

— Зачем тебе это?

— Я просто много думала об этом. Что если я могу вернуть их? Воспоминания. Тебе или кому-то ещё. Так же, как вернула себе, — её взгляд устремился в сторону, пытаясь собрать воедино блуждающие мысли. — Тогда я бы многим помогла. Смогла бы...

— Что? — спросил он, когда она замолчала.

— Смогла бы получить искупление за всё то, что когда-то делала.

Сложно было существовать, помня все ужасы, что совершил. Сэм знала это, как никто другой. Потеря памяти сделала её другой, лишила той части, что повиновалась любому приказу, подарила стойкость и желание бороться. Но призраки прошлого не отпускали, и мысли о том, как от них избавиться, били по голове, как рой заражённых пчёл. С каждым днём всё сильнее. И ей казалось, что это никогда не закончится. А так хотелось.

— Тебя это всё ещё волнует? Те поступки... Ты должна винить в них ПОРОК и этого... Ашфорда, — Ньют скривился, вспомнив это имя. — Ты ведь была ребёнком. Всего лишь маленькой девочкой.

— Как и другие! Те, кого я... — Сэм не договорила, зная, что парень понял и без слов. — В общем, для меня это важно. Пойми. И если я могу это сделать, то хотела бы, чтобы ты был первым, кому я смогу помочь.

— Проводишь эксперименты над собственным парнем? — усмехнулся Ньют, пододвигаясь ближе. Сэм лишь закатила глаза, метнув в него пронзительный взгляд. — Ладно, хорошо. Давай, начинай свою... абракадабру.

Просить второй раз не пришлось. Девчонка опустила пальцы на его виски и прикрыла глаза. Ньют выдохнул. Веки опустились. И сознание провалилось в чёрную бездну, туда, где вновь раздался задорный девичий смех, преследовавший его во снах.

Лиззи...?