Глава 1
Запись 01.13.1903
«"-Я никогда тебя не забуду.» - эти слова моя мама сказала призраку моего отца.
По крайней мере я так считаю.
Когда мне было восемь лет, одной ночью я увидела сон:
Багровый туман ложился на землю снег покрытый кровавым цветом.
Я видела свою маму. Честно сказать - живой труп: пышные растрёпанные волосы ветер обсыпал снегом и раздувал во все стороны. Лицо было бледным как у трупа. Глаза полны страданий хотели плакать, но слёзы замерзали на ресницах. Поломанные губы, дрожали от холода, от страха, от боли... На правой щеке большая рана сочилась кровью. Длинное платье пристало к её кожи из-за крови и гнили.
Она еле держалась на ногах.
Рядом с ней я вижу полупрозрачного мужчину. Моего отца. Мать коснулась его лица. Его раны.
Хоть мне было плохо разглядеть его. Но я видела на его лице чувство вины, сожаления, страдания.
Его взгляд был опущен вниз, после медленно посмотрел на мою маму.
Они смотрели друг другу в глаза, а потом произнесла эти слова: «Я никогда тебя не забуду». Затем призрак растворился в воздухе. Оставив лишь память и воспоминания в сердце мой матери.
Сейчас я даже понятия не имею, как после такого я родилась и выжила. Хотя, я не знаю что ещё она пережила тогда...
Я проснулась от чувства что кто-то смотрел на меня. Быстро включив лампу, я оглянулась по комнате. Никого и ничего.
Лишь лёгкий сквозняк и голос воздуха который летал по дому словно призрак.
На тот момент я была маленькой, и когда мы снова вернулись сюда. Мама сразу рассказала мне что это лишь ветер. Когда ставни и двери закрываются, оставляя лишь большую дыру в потолке, дом можно сказать «дышит». И я не пугалась каждый раз.
«Allerdale Hall» или же Багровый пик.
Так называют поместье в Камберленде.
Почему Багровый пик? Мама сказала что это из-за шахты под нашим домом, которую построил отец.
Руда содержавшийся в глине выходит на поверхность и окрашивает снег в красный цвет. Отсюда и название Багровый пик.
Несмотря на то что дом уже не такой каким был раньше. Сейчас он более новый, и шахта уже не работает, но всё равно, зимой снег всегда окрашен в красный цвет. Будто залит кровью.
Я не знаю каким особняк был до моего рождения, но сейчас он выглядит так:
Большой старый замок с новыми дверьми.
Но эта дыра в самом потолке. Её нельзя починить.
Но нам нравится когда осенью падают красивые лепестки цветов, которые окутали наш замок. Зимой - кучка снега. Мне это очень нравилось в детстве. Летом и весной приятный запах и свежесть.
Как бы это жутко не звучало, но мне очень нравится этот особняк. Но...
Что-то в нём есть. Я знаю, что он хранит какую-то тайну. Что-то очень жуткое, сумасшедшее. Это даже по стенам видно.
Мама мне ничего не говорит.
Я ничего не знаю. Не знаю каким был мой папа. Даже внешне не знаю. Помню лишь сон где видела его в странном виде, скорее всего как призрак, а лицо я не разглядела. Фотографий мама тоже не показывает...
После того ночного кошмара, я поняла что когда-то должна узнать всё что здесь происходило.. Что скрывает мама и поместье.
Меня зовут Элизабет Шарп.
Я единственный ребенок Эдит и покойного хозяина этого особняка - Томаса Шарпа.
Каждый раз, когда мать уезжает в Лондон, я остаюсь одна в этом доме. Так уже пятнадцать лет, скоро шестнадцать.
Шестнадцатого января.
Говорят, замок может развалится в любой момент, но это не так. Уж я то точно это чувствую. Не знаю что здесь творилось, но точно знаю что что-то не чистое.
Я много раз говорила матери, что мы можем продать, или же просто уехать из этого дома, но нет. Как только об этом заходил разговор, мама будто с ума сходила, начинала закатывать истерику, кричать, и всё время говорить: " - Нет! Я дала слово, что этот особняк, это место, погибнет только тогда, когда погибнет память о твоём отце, Элизабет! " - Вот на этом, 1001 моя попытка заканчивалась каждый раз.»
***
...Услышав грохот громких дверей, которые на радость уже были в нормальном состоянии, после стольких лет, девушка положила ручку в блокнот вместо закладки, и спрятала его под кресло у камина в спальне.
Подняв пышное платье, Элизабет спустилась вниз, где встретила мать, которая промокла до нитки. Да, снег в январе. «Чего только в этом месте может не происходить» - подумала Бетти.
Взяв у мамы зонтик полон воды, она подала ей халат.
- Спасибо, милая. - тихо произнесла Эдит с дрожащим тоном.
Блондинка с возрастом, попросила дочку приготовить чай.
Тишину у камина перебил резкий вдох Бетти. Будто она хотела что-то сказать, но резко передумала.
- Всё в порядке? - спросила женщина поправляя одной рукой очки, а другой водила по каким-то листкам, - Если это то о чём я думаю, то советую закрыть эту тему раз и навсегда, дорогая Элизабет. Сколько раз я буду тебе об этом повторять?
- Я... Я просто хотела сказать что бы ты отложила свои бумаги, и просто спросила как прошёл мой день... я... Прости.
Поставив чашечку на поднос, девушка резко встала со стула, и ушла в комнату, оставив холодный воздух за спиной матери.
Такое случалось часто, но Эдит любила свою дочь больше жизни, она не рассказывала ей истории что здесь происходило, она просто пыталась уберечь её. Женщина не показывала девочке ни фото отца, ничего. Она просто говорила ей каким прекрасным и добрым человеком он был, как сильно любил их.
Да и сама, пыталась не тревожить память, пыталась не вспоминать что бы не плакать, не пугать Бетти..
***
Позабыв тот конфликт с матерью, брюнетка решила принять ванну.
Распустив свои длинные пышные локон - темные как ночь. Цвет волос достался ей от отца.
Девушка включила кран. Было чувство что от такого звука он взорвется, но это всего лишь гнала вода, или то что они называли водой...
Из крана резким напором начала вылетать жидкость красного цвета.
Мы можем подумать что то кровь, так жутко, но нет, вот уже бежит чистая струя тёплой водички, идёт пар, и Бетти полностью окунается головой в приятную ванну. Ох, если узнает что здесь происходило до её рождения и раньше, вряд ли захочет ещё тут лежать и наслаждаться.
***
Девушка любила очень долгое время проводить в ванной, иногда мать даже ругала.
И вот, уже где-то с пол часа, она лежит, полностью окутав себя в белую пену запаха сирени, лежит что-то напевая под нос. И тут, на лицо что-то капает.
Решив, что это всего лишь дождь, и что стены снова начали протекать, она провела по лицу мокрой ладонью, когда вдруг заметила, что вся ванна и её лицо, да вся она, полностью в крови.
Посмотрев на руки, потом на потолок, там она увидела то чего и в детских кошмарах ещё не смотрела: то ли женщина то ли девушка, волосы были редкими, было очень мало, словно их вырвали, глаз не было видно, или их вообще не было, стояла такая вонь, будто труп который пролежал в сырости много дней, хотелось блевать прямо в ванную, но девушка лишь крепко схватилась за железные ручки, и не двигалась, боялась даже дышать... Лицо той химеры было изуродовано, кожи вообще почти не видно, лишь кости... И тут, это лицо, или то что им было раньше, приблизилось к Бетти, и смотрело прямо в глаза.
- Ты умрёшь... умрёшь как и все... - хриплым, голосом словно смешанным между мужским и женским, прошипело чудовище, изо рта начали выпадать какие-то черви, или то куски плоти, было трудно разглядеть, легче было почувствовать то на своих ногах, плечах, и руках...
Элизабет начала кричать словно призрака увидела, Господи оно так и было...
Она кричала целую минуту, на крик прибежала Эдит, но тут всё исчезло, этот монстр, эта тьма, и вода снова стала прежней...
Женщина упала на колени, и касается лица дочери, проверяя цела ли та, после помогла встать с ванной, накрыла ту полотенцем и прижала в объятия, перебирая мокрые волосы, и чувствуя как дорожит и сама и дочь.
- Началось... - еле слышно прошептала женщина.
Вдруг, Бетти отодвинулась, будто почувствовала какой-то холод, ещё сильнее замоталась в полотенце.
- Что, прости?...