Звёзды мне укажут путь

Кнопка «Ожидания» включает опцию «Разочарование»

Кристина Кашкан

Из библиотеки возвращался Генри ранним утром, впрочем, для него это стало нормой. Он проводил там большую часть своего времени, а однажды просто уснул, используя книгу о лечебных отварах с применением крови единорога как подушку, а мантию вместо одеяла. Вскоре подобное вошло в привычку настолько, что даже его соседи по комнате перестали бить тревогу. Разве что Драко пару раз составлял ему компанию, восхищаясь гениальному применению мантии-невидимки. Правда, спустя две ночи таких прогулок, блондин начал находить отговорки, чтобы никуда не идти, хотя стоило просто сказать правду. После брюнет ходил в одиночку. Невероятная удача, учитывая тот факт, что его так ни разу и не поймали.

Как только Генри вошёл в спальню парней первого курса, перед его глазами предстала увлекательная картина: Блейз и Теодор, вцепившись друг в друга, сжались в углу на кровати второго, пока перед ними красный от злости стоял Драко, угрожающе направляя на них палочку. Парочка старалась не хихикать, что, к слову, выходило у них скверно, что драконило блондина ещё больше. Генри порой удивлялся схожести Драко с его любимыми существами, будь это возможно, тот первым же делом научился извергать изо рта пламя, сжигая им всех и вся. Прочистив горло, мальчик привлек внимание к себе, чтобы наконец узнать, что же тут происходит.

— О, пропащая душа! — воскликнул Забини, подскакивая, как только блондин отвёл от них взгляд, и быстро сменил место дислокации, оказавшись как можно дальше.

— Души не пропадают, — закатил глаза Нотт, также сбежавший от ярости младшего Малфоя, — они перерождаются.

— Это не важно, — мудро заметил Блейз, — наша палочка-выручалочка вернулась. Драко в твоём распоряжении, Блэк.

И с этими словами Забини покинул комнату, а следом за ним сбежал и Нотт. Драко же послал в дверь какой-то сглаз, отчего дерево слегка почернело.

— Какой книзл между вами пробежал? — спросил брюнет, запирая дверь, чтобы никто не вошёл в ненужный момент. — Впервые вижу их такими испуганными.

— Они тронули мои вещи! — заорал Малфой, посылая какое-то заклинание в шкаф, принадлежащий Блейзу.

Генри не стал говорить то, что вертелось на языке, прекрасно понимая, что Драко будет кидаться на каждого, даже на своего лучшего друга, если что-то его спровоцирует. Вместо этого он вызвал эльфа, ответственного за их факультет, чтобы тот сложил всю одежду обратно и заодно принес теплый чай. Как только домовик все сделал, Генри усадил друга в кресло и укутал в плед, предусмотрительно отложив палочку как можно дальше на стол.

— Тебя же не это рассердило, верно?

Уж кто-кто, а Блэк точно знал, что Драко хоть и ревностно относится к своим вещам, особенно подаренным ему кем-то, но никогда не устроит такой переполох из-за этого, особенно если последствием станет конец полезным связям с наследниками чистокровных связей. Малфой сжал губы, отказываясь отвечать.

— Драко, — Генри нежно позвал друга и дождался, когда тот на него посмотрит, — ты же знаешь, что не обязан мне говорить, если не хочешь? Ты мой друг. Я поддержу тебя в любом случае.

Блондин кивнул и натянуто улыбнулся. Дальше они сидели в тишине, поглощая принесенные эльфом закуски к чаю. Блейз и Теодор, судя по разговорам из соседней комнаты, убежали к второкурсникам, где часто отсиживались Винсент и Грегори, у которых там живут друзья. Мысли Генри то и дело возвращались к зеркалу, эта тема закрылась сразу, как только они покинули комнату, и не обсуждалась, если рядом кто-то был, то есть почти всегда. Сейчас же была идеальная возможность, вот только настроение не располагало к этому.

— Я тут думал, — подал голос блондин, откладывая уже пустую чашку, — может, то зеркало показывает будущее, — он откинул голову, бросая взгляд в потолок, тем самым открыв свою шею, Генри завис, прикидывая в голове, какие узоры могли на нее лечь и какой цвет бы подчеркнул ее бледность, изящность, — ты слушаешь?

Генри моргнул и слегка тряхнул головой, возвращая мысли обратно на полки, а внимание на друга.

— Прости, — он откашлялся, — что ты говорил?

Драко решил закрыть на это глаза.

— Зеркало. Оно может показывать будущее. Ты так и не сказал, что увидел, но по своему отражению я осмелюсь предположить, что это может быть именно оно.

— Неизвестный тебе дракон?

— Ну, — он закусил нижнюю губу, — предположительное или предпочтительное будущее?

— Возможно, однако это не объясняет мое отражение, — на просящий взгляд друга он покачал головой в отказе, он пообещал себе рассказать ему, но только когда сам во всем разберется.

— Может, в библиотеке есть книга или книги о нем? — Генри встрепенулся, идея оказалась блестящей, что он не усомнился озвучить, Драко на это ярко улыбнулся.

Они решили просмотреть сначала обычную секцию, доступ к которой имеет каждый студент, и в случае неудачи ночью заглянут в закрытую.

***

Генри выписал надпись с зеркала на отдельный лист, который вырвал и передал другу, чтобы тому не пришлось ее запоминать, и отправил его в зал, где находились книги с забытыми языками. Сам он взял пару книг о древних артефактах, среди которых нашел упоминания о наследии основателей Хогвартса. Отметив на дальнейшее прочтение эти главы, он продолжил искать нужное.

Помимо увлекательных реликвий, мальчик наткнулся на совершенно бесполезные, такие как напоминалка, похожую он видел у Невилла. Гриффиндорец забыл ее на одной из лекций по трансфигурации. Если он не ошибается, то существовала усовершенствованная версия, которая не просто окрашивала дым в красный, а показывала образы, чтобы более точно дать подсказку. Генри задумался, что покажет такая напоминалка, если маг забудет несколько вещей. Может, она покажет несколько образов поочередно или только один, но более значимый? Он раздражённо вздохнул, отмечая и это для изучения. Его будет ждать насыщенное лето, учитывая, сколько всего он насобирал, что требовалось прочитать или найти.

Драко вернулся с книгой, где нашел похожее слово, но это оказался какой-то рецепт, который ничего им не дал. Мальчик вернул книгу на место и оставшееся время сидел рядом с Генри, листая книги с артефактами.

— Может, зеркало не артефакт?

Генри поднял на него взгляд. Он дошел до раздела с волшебными перьями, хоть и бесполезный на данный момент, но он был бы не против приобрести себе прытко пишущее перо, а может, зачаровать свои кисти и карандаши, чтобы делать наброски, не поглядывая постоянно на лист. Драко скучающе смотрел на книгу перед собой.

— Тогда что? — он закрыл книгу и отложил ее в сторону, чтобы взять последнюю на сегодня, до закрытия библиотеки оставался час, а завтра их ждало начало учебной недели.

Драко лениво пожал плечами.

— Не знаю, может, оно зачаровано не так давно кем-то из профессоров, — предположение было хорошим, но не объясняло, почему оно находилось в заброшенном кабинете, — его глаза расширились от ужаса, — проклято?

— Не думаю, что это так, — ответил ему Генри, перелистывая страницы, — его кто-то там оставил, вероятно, директор или профессора, будь оно проклято, то дверь бы заперли или спрятали получше, либо уничтожили вовсе.

— Что уничтожили? — спросила Гермиона, стоящая за Генри, мальчик обернулся, но увидел лишь стопку из книг, скрывающую девочку, лишь пара локонов торчали сверху и по бокам, выдавая ее.

— Зеркало, — не задумываясь ответил блондин, за что получил пинок по ноге от друга, — за что?

— За глобальное потепление, — закатил глаза брюнет, но быстро пришел в себя и улыбнулся Гермионе, — какими судьбами?

Девочка сложила книги на их столе и села напротив Генри, даже не спросив разрешения. Мальчики на это почти бесшумно вздохнули, привыкнув к подобному поведению гриффиндорки.

— Решила взять пару книг для легкого чтения, — Драко некультурно раскрыл рот от удивления, Генри даже не указал на это, прибывая в том же шоке, глядя на один только фолиант, в толщину такой же, как три их книги, которые они листают не первый час.

— Ты уверена, что это легкое чтение? — уточнил блондин, на что получил раздраженный взгляд и закатывание глаз.

— Уверена! Так о чем вы говорили? — она взяла книгу, что лежала у Драко, и задумчиво пролистнула пару страниц. — Артефакты. Ищете что-то конкретное?

— Даже если и так, ты вряд ли сможешь нам помочь, — вздохнул Генри.

Гермиона ахнула и пару раз открыла и закрыла рот, никак не находя слов.

— И все же, — она смотрела на Генри, не обращая внимание на Драко, который пытался вернуть то, что у него наглым образом забрали, — я могу помочь! Я уже многое здесь прочитала и подскажу, если вы скажете, что ищете!

— И когда ты только успела, — прошептал Драко, не рассчитывая, что его слова услышат.

— Между прочим, — воскликнула девочка, но вовремя одернула себя, когда вспомнила, что после прошлого раза им почти запретили посещать библиотеку из-за шума, — я умею правильно распределять свое время, советую и вам этому научиться.

— Спасибо за совет, — улыбнулся брюнет, пытаясь остановить назревающий конфликт, — но ты правда мало чем можешь помочь, Гермиона.

Девочка расстроилась и уже хотела уйти, как Драко остановил ее, мягко схватив за руку.

— Прости, если я тебя обидел, — пролепетал блондин, оглаживая запястье девочки большим пальцем, он уперся взглядом в стол, подбирая слова, — мы не можем рассказать об этом кому-либо, это наш секрет, понимаешь?

— Я обещаю, что никому не расскажу, — прошептала она, наклоняясь ближе к ним, — я даже могу дать еще одну клятву, если хотите! Позвольте помочь вам.

Генри взял девочку за вторую руку и посмотрел ей в глаза.

— Никакой клятвы. Мы же друзья? — он дождался утвердительного кивка и улыбнулся, — тогда я тебе верю.

Он отстранился и достал из-под книг листочек с текстом и протянул его девочке.

— Мы пытаемся понять, что здесь написано.

Гермиона какое-то время его разглядывала, задавая вопросы.

— Мы уже выяснили, что это не какой-то древний или забытый язык. Я думал, что это может быть каким-то шифром, но никогда раньше с ними не сталкивался.

Девочка кивнула и положила бумажку себе в сумку.

— Я разберусь с этим, сколько у меня времени? — мальчики недоуменно переглянулись, на что девочка цокнула. — Недели мне будет достаточно.

Учитывая, что они отложили это исследование на две недели, Генри не был против лишней помощи, но неделя? Даже втроем этого слишком мало. Особенно с личным исследованием Блэка касательно его шрама.

— Не больше месяца, — ответил ей Драко, пока Генри задумчиво смотрел в окно, — просто постарайся никому не показывать этот текст, хорошо?

— Даже профессору МакГонагалл? — удивленно спросила девочка.

— Даже директору, — ответил Генри со всей серьезностью.

Гермиона кивнула и, быстро собрав свои вещи, вылетела из библиотеки. На столе осталась лежать ее стопка книг. Мальчики вздохнули, теперь им придется искать, куда все это убрать. Зато, подумал Генри, он мог бы отдохнуть от идеи найти тайну зеркала, сосредоточившись на поиске лекарства от боли в шраме. Может, ему стоит попросить Беллатрису отвезти его на Гриммо и поискать в семейной библиотеке Блэков что-нибудь? Они поднялись и принялись расставлять книги на их места. Прогуливаясь по рядам, Генри задумался о внезапном чувстве ожидания, которое редко его посещало. Мальчик привык, что разочарование следует по пути ожидания, и давно, еще во времена жизни с Дурслями, приучил себя к этому. К тому, чтобы не так сильно огорчаться, когда разочарование все же настигает его, но, может, в этот раз все будет иначе?

***

В целом январь закончился неспешно и спокойно, что, учитывая его начало, со всеми этими тайнами, не могло не радовать. Пролистав около половины книг из запретной секции в разделе, связанном с целительством, мальчик начал морально уставать, а боли тем временем приветствовали его каждый вечер, практически в одно и то же время. Через три дня, заметив закономерность, Генри рассказал об этом профессору Снейпу, тот, впрочем, ничем помочь не мог, кроме как каждый день давать ему легкие обезболивающие зелья и успокаивающую кожу мазь. Выпив за час до начала первой волны боли зелье, он направлялся под мантией в библиотеку, где во время второй волны, когда пульсация становилась невыносимой, отвлекая его от чтения, он наносил мазь.

В начале февраля Генри решил, что посвятит этот месяц учебе и здоровому сну, он даже выпросил у Северуса легкие зелья для быстрого засыпания, которые, в отличие от «сна без сновидения», не вызывали привыкания и не блокировали мыслительную часть мозга.

Гермиона садилась рядом с ними на сдвоенных лекциях, а на зельях просилась к одному из них в пару. Она прислушалась и не стала говорить о тексте при всех, подкидывая им записки, в которых в любом случае ничего важного не было. В основном девочка сообщала, что ничего не нашла, но поиски кидать не собирается, однако она не ожидала, что это окажется настолько тяжелым, но при этом увлекательным. Генри был рад, что хотя бы кому-то это приносит удовольствие.

Неожиданным стал конец февраля, когда прошел третий матч по квиддичу между Рейвенкло и Слизерином, где последние в очередной раз одержали победу, несмотря на усердную работу ловца воронов, на которую Генри снова засмотрелся, получив очередную порцию насмешек от Драко. Гермиона ждала их на выходе с поля. Она схватила их за руки и повела куда-то в сторону хижины Хагрида. Малфой отнекивался и старался придумать вескую причину не идти, даже пытался уговорить Генри, но спустя пять неудачных попыток успокоился и принял свою судьбу. По словам Гермионы, лесник скрылся в лесу еще до матча, чтобы покормить каких-то зверей, поэтому никто их не услышит.

— Я кое-что нашла, — сказала она, скидывая свою сумку на скамью за домиком Хагрида, она достала какую-то книгу и открыла в самой середине, где лежала закладка с рычащим львом, — я долгое время не могла понять, от чего мне стоит отталкиваться, с чего начать.

Генри кивнул, они все-таки не рассказали ей о зеркале, считая, что отдельно это не принесет проблем в поисках. Учитывая, что она все же что-то да нашла, они оказались правы.

— Вовремя мне попалась в руки интересная книга про девочку Алису, — мальчики пожали плечами, слыша об этом впервые, должно быть, что-то магловское, — есть книга, где эта девочка попадает внутрь зеркала. Там все для нее переворачивается с ног на голову, в том числе и надписи, которые читают задом наперед, — она указала на страницу, — нам всего лишь требовалось поступить также! Смотрите.

Мальчики заглянули и увидели знакомое зеркало, а ниже две фразы, одна была им знакома и непонятна, а вторая, по-видимому, была ее зеркальной версией.

«Ацдре соге овтеи належон оцилё овтеню авы закопя»

«Я показываю не твоё лицо, но желание твоего сердца»

Девочка ярко улыбнулась, пока мальчики стояли в шоке. «Желание сердца», — крутилось в голове Генри. Ну конечно, оно показывает желание, что могло быть еще более явным? Мечта Драко открыть новую особь дракона подходила идеально, но к чему тот мужчина, которого видел Генри? Желание его сердца — это какой-то мужчина? Мальчик даже не слышал, как Драко хвалит Гермиону, как девочка передает ему книгу и уходит в замок. Генри чувствовал сильнейшее в его жизни разочарование, даже та ложь про его родителей не вызывала в нем те эмоции, которые сейчас вызвала эта информация. Что ему теперь делать?

С другой стороны, он был рад, что версия Драко не оказалась правдой, ведь мужчина из отражения вызывал у него если и не страх, то опасение, и встретить такого в жизни ему бы не хотелось. Конечно, он продолжит искать информацию о нем, но уже не так яро, в конце концов, его может не существовать.

***

Он резко подскочил, когда главная дверь библиотеки скрипнула, что означало лишь одно: кто-то пришел. Мальчик быстро и бесшумно спрятал книги в сумке, которую подхватил, скрываясь под мантией-невидимкой. Генри, казалось, даже не дышал, пока среди рядов первого этажа библиотеки кто-то ходил. То и дело огонек Люмоса появлялся и вновь исчезал. Мальчик хотел выбежать в коридор, пока его не услышали, ведь он не мог прошептать бесшумные чары для ног, но, когда он увидел спину неизвестного, резко остановился и осторожно последовал следом за мужчиной. Северус Снейп обычно в это время скрывался в своих лабораториях после успешной охоты на студентов, нарушающих правила, поэтому видеть его здесь было непривычно.

Декан осмотрел первый этаж, наколдовал какое-то заклинание, которое ничего на первый взгляд не сделало, и только после поднялся по лестнице, где обычно сидели старшекурсники, готовящиеся к экзаменам СОВ и ТРИТОН. Генри чуть не запнулся о свою мантию, пока поднимался за ним, используя вторую лестницу. Они чудом не столкнулись, мужчина погасил палочку и встал у секции с темными искусствами, явно кого-то ожидая. Мальчик спрятался рядом, чтобы видеть и слышать.

Спустя пару минут появилась чья-то фигура и устроилась напротив Северуса. Генри прислушался, когда первые фразы не сумел уловить, видимо, встав слишком далеко.

— Дети в этом году проявляют необъяснимое любопытство к третьему этажу, — протянул Северус, Генри наконец мог их слышать, — вам это не кажется любопытным?

— Не уверен, — прошептали ему, Генри не мог с уверенностью определить владельца голоса.

— Занятно, — задумчиво сказал декан Слизерина, — директору сообщили о некоем существе, запертом в запретном коридоре, куда попали те самые любопытные дети, хотя, — Генри показалось, словно кто-то сглотнул, — мне казалось, что там были наложены чары, отвлекающие внимание, наложенные вами? Как же они смогли пробраться мимо них?

— Всякое бывает, — начал неизвестный, но сразу остановился, когда Северус громко цокнул.

— Я разочарован вами, профессор Квирелл, — Генри, хоть и не мог их отчетливо видеть, но представил, как мужчина качает головой, — я был о вас более высокого мнения, учитывая наше прошлое.

Мальчик нахмурился. Какое еще прошлое?

— Я лишь надеюсь, — продолжил Северус ледяным тоном, который Блэк ненавидел всем сердцем, — что ничего не замышляете за спиной директора.

Генри вздрогнул, когда мимо пронесся профессор Снейп, чуть не задев его. Он бы мог последовать за профессором Квиреллом, чтобы узнать, о чем шла речь, но его лоб вновь пронзила бровь, а доставать зелье и мазь было опасно, поэтому он решил вернуться в спальню. Пока мальчик шел по тихим коридорам, он размышлял об услышанном, а точнее подслушанном, разговоре. Северус явно подозревает профессора в чем-то, но без доказательств не может ничего ему предъявить. Может, он мог бы ему помочь? Генри резко остановился и помотал головой. Ни за что! Влезать в разборки между профессорами — последнее, что ему бы хотелось. Но интерес никак не затухал, отчего даже заснуть ему удалось с трудом, несмотря на утихнувшую после зелья боль.