ГЛАВА 42
Чон Ари.
- Ясно, сам Сатана здесь. Давай, кричи на нас, - вздыхаю я, опуская глаза в пол и рассматривая свои черные шпильки. Вернее то, что от них осталось.
Хёнджин появляется уже утром, хмуро рассматривая меня и Феликса, сидящих за решеткой в кошмарном виде. Моя тушь размазана по лицу, я в своей и чьей-то крови в перемешку, а каблук шпильки отломан и лежит рядом.
Феликс не выглядит лучше: его волосы растрепаны, на его лице помимо всего этого красуется большой синяк. Сам глаз заплыл.
- Почему моя будущая жена сидит в клетке вместе с алкашами, наркоманами и девушками, продающими себя за деньги? - яростно и тихо шипит Хёнджин мужчине, стоящему рядом.
- Я тоже здесь, - Феликс поднимает руку, но когда злой взгляд Хёнджина находит его, он её стыдливо опускает вниз.
- Вы сами сказали оставить их здесь, - тихо и напуганно объясняет мужчина, поглядывая на Хёнджина снизу вверх.
- Что?! - я вскакиваю на ноги, еле держась на одном каблуке. - Что ты сказал?
Когда нас посадили в полицейскую машину, мы потребовали позвонить Хёнджину, чтобы он потребовал отпустить нас. Как сказал Феликс, полиция города знает его и ни в коем случае не будет переходить дорогу, потому что империя Хван стабильно дает огромные суммы, на закрытые глаза доблестных полицейских в сторону дел семьи.
Я была уверена, что Хёнджин должен был сказать им, чтобы они нас отпустили, но какого было наше удивление, когда нас обоих заперли в клетке вместе с несколькими бездомными людьми в алкогольном опьянении и девушек, продающих себя на трассе. Одна из них даже спросила на каком участке я работаю.
Не могу винить их, мой вид оставлял желать лучшего.
Я подумала, что Хван не был особо убедительным, но судя по тому, как на данный момент полицейский уставился на высокого парня - он знал кто это.
Хёнджин выглядит безупречно, в отличие от нас. Он был в темных джинсах, черной обтягивающей футболке и гоночной куртке. Пока мы с Феликсом больше походили на людей, сидящих здесь до нас, Хёнджин сильно выделялся на общем фоне.
Мы просидели здесь всю ночь, я даже поспала на плече Феликса и все опьянение, которое и могло быть - прошло. Только если сначала при виде Хёнджина я чувствовала стыд, то сейчас я просто в ярости. Он не мог заставить их продержать нас здесь всю ночь.
Мужчина полицейский переводит взгляд на меня и достает ключ из кармана.
- Господин Хван попросил оставить Вас здесь до того как он приедет, - говорит он.
- Я попросил оставить их в нормальном месте, не в клетке с.. - Хёнджин не заканчивает предложение, но машет рукой в сторону двух наркоманов.
Ну, нет. Неужели он так и поступил.
- Какого черта? - рычу я, хватаясь за железные решетки, - объяснись.
Хёнджин недовольно складывает руки на груди, пока ждет, как мужчина откроет дверь клетки.
- Я не мог позволить вам попасть еще в одну из передряг, - спокойно говорит он.
Я вылетаю из помещения, даже не удосужившись забрать свой каблук, потому что так невероятно зла.
У меня нет слов, чтобы описать все это чувство унижения. Да, я сглупила. Я подралась с девушкой, но я бы сделала это еще раз. Она оскорбила меня и в конце концов получила по заслугам. Я надеялась, что мне не придется находиться там всю ночь, но Хёнджин решил таким образом воспитать нас с Феликсом, что привело к обратной реакции. Я возмущена до предела и хочу выстрелить ему в голову.
От меня воняет алкоголиками и отходами, я просто еле пережила нахождение там.
Хёнджин молча следует за мной, кивнув по пути одному из мужчин в форме. Другие люди, которые шагают в нашу сторону просто расходятся, уступая мне дорогу. То ли я так ужасно пахну, как и ощущаю себя, то ли это всё реакция на Хёнджина, возвышающегося за мной как Эверест.
Его аура ошеломляющая даже сейчас.
Сотрудники не смотрят ему в глаза, когда проходят мимо или перешептываются в стороне, они просто все заворожены тем, как даже он идет.
Это походка уверенного в себе человека, который знает, что подчиняет мир.
И я ненавижу это, потому что он мог вытащить меня оттуда, но не стал.
- Водитель ждет тебя снаружи, я отвезу Ари домой, - говорит Хёнджин не совсем довольно Феликсу, слегка обернувшись.
Феликс кивает и щурится точно также как и я, когда мы выходим на улицу.
Кажется, будто все прохожие уставились на нас, потому что я выгляжу как чудовище рядом с невероятно красивым королем Хваном.
Понимаю Вас, Леди. Он точно также и меня приворожил.
Я не успеваю оглядеться, чтобы найти машину Хёнджина, как крепкие руки подхватывают меня на руки, заставляя туфли упасть на пол. Я чувствую облегчение, потому что мои ноги горят от продолжительной хотьбы, да и к тому же каблук сломан, но я все еще злюсь на него, поэтому недовольно закатываю глаза, когда рукой обхватываю его шею, чтобы не упасть.
Хёнджин улыбается, когда идет в сторону, вероятнее всего, к машине.
- Ты злишься, - заявляет он.
- Я не хочу с тобой разговаривать, потому что мне кажется, что я тебя ненавижу, - отвечаю я.
- Ты любишь меня.
- О, помечтай. - я отворачиваюсь в сторону.
Хёнджин усмехается, выглядя самодовольным и совсем неубежденным в моих словах. Меня бесит, что он так уверен в этом даже сейчас.
Хёнджин аккуратно усаживает меня на переднее сидение своей BMW, осматривает мои ноги на наличие повреждений и закрывает за мной дверь.
Не могу врать, что такие действия заставляют бабочек в моем животе петь. Как бы сильно я не могла злиться на него, он прав - я люблю его.
Я люблю его всей душой и пусть он иногда делает то, что может меня злить до чертиков, я не перестаю любить его меньше. А кажется, будто еще больше. Он все-таки приехал за нами и помимо того, что нас высвободили, нам не предъявили никаких обвинений за драку и за сопротивление сотруднику полиции.
Я вздыхаю, отводя взгляд в окно и сложив руки на груди, пока Хёнджин заводит машину и выезжает на полосу. Несколько минут мы едем в тишине. Я молча ненавижу его, стараясь сильно не показывать вид, но на моем лице все написано.
Я понимаю, что он злится и ведет себя так из соображений безопасности, потому что где-то разгуливает мой отец с огромным желанием меня убить. Но если бы я не вышла вчера в клуб, не напилась и не подралась с посторонними людьми, выпустив все то, что так долго сидело во мне, я уверена, что сошла бы с ума. И он ничего не мог бы с этим сделать.
Спустя полчаса Хёнджин паркует машину у здания пентхауса и выходит из машины, быстро оббегая её, чтобы успеть взять меня на руки.
- Я могу дойти сама, - яростно говорю я, открывая дверь.
- Я знаю, - только и всего говорит Хёнджин, после чего снова берет меня на руки.
Угомонитесь, чертовы бабочки.
В холле нас встречают три охранника, которые сразу же кланяются нам, как только мы входим внутрь. Хёнджин заходит вместе со мной в лифт, нажимает на нужную кнопку и молча смотрит вперед.
- Я просто не могу поверить, что ты оставил нас в этом месте, - хмуро заявляю я.
Он смотрит на меня, недовольный блеск сверкает его в глазах.
- Вы были пьяны и если бы вас отпустили, вы бы не поехали домой.
Ну да, он уже говорил.
- Это не меняет ситуацию.
- Это было опасно. О чем ты вообще думала?! - кажется, Хёнджин теряет самообладание, когда входит в пентхаус и ставит меня на пол.
- Я думала о том, как бы у меня не поехала крыша после всего пережитого. Мне нужно было расслабиться, - рычу я, грозно шагая внутрь квартиры. - Это ты всегда собран, я так не могу.
- Я тоже схожу с ума, Ари, - говорит он, тыкая в грудь себе пальцем, - но я не совершаю необдуманные поступки. А если бы с тобой что-нибудь случилось?
Я взмахиваю руками, ухмыляясь.
- Действительно. Со мной был Феликс, ничего бы со мной не случилось, - я качаю головой.
- Ты глупа, раз так думаешь, - Хёнджин хмурится.
Я вспыхиваю от злости за секунду. Я ужасно пахну, мое платье порвано и в грязи, поэтому я расстегиваю молнию и позволяю платью упасть лужицей вокруг моих ног, оставааясь только в черном нижнем белье, заставая Хёнджина врасплох.
- Я глупа? Отлично, - я киваю головой и удаляясь в ванную.
Надеюсь холодный душ мне сможет помочь остыть.
Он не понимает о чем говорит.
Просто Хван Хёнджин очень опекающий человек, которому нужно все контролировать и без его ведома и глаз, ничего не может произойти. Я могу его понять, но с другой стороны, разве я не могу хоть раз побыть вдали от бесконечных глаз? Со мной был Феликс, он никогда бы не дал меня в обиду, не говоря уже о том, чтобы позволить меня убить отцу либо кому-нибудь еще. Охрана всегда рядом, даже когда ты не в курсе, здесь они или нет.
Я быстро смываю с себя всю грязь и кровь с тела и волос, стираю макияж с лица, а затем надеваю легкий шелковый халат, висящий в ванной и оставляю волосы мокрыми распущенными.
Надеюсь, что за то время, что я провела в душе, Хёнджин уже додумался уйти. Иначе если этого не произойдет, я думаю, что выплесну на него всю злость, которую копила в себе все это время.
Но когда я выхожу в гостиную, где оставила его, он все еще сидит здесь, максимально невозмутимый, но с недовольным выражением лица.
- Ты все еще здесь, - хмуро говорю я, подходя к барной стойке и наливаю себе в стакан минеральной воды.
- Мы не договорили, - он встает, снимает с себя куртку и вешает на спинку дивана. - Что вчера произошло? Почему ты влезла в драку?
- Ничего особенного, - коротко бросаю я, отпивая воды.
- Ари, я держусь из последних сил, чтобы не злиться на тебя и пытаюсь понять что черт возьми вчера произошло, что ты влезла в драку. Как Феликс это допустил?
Я вздыхаю и поворачиваюсь к нему.
- Эта сука оскорбила меня, - говорю я, после чего Хёнджин начинает хмуриться, - я не знаю о чем я думала, когда ударила её. Ты злишься за то, что я постояла за себя?
Он складывает руки на груди.
- Я рад, что ты не стала молчать. И не злюсь на тебя за это,- спокойно говорит он, - я злюсь на Феликса за то, что он позволил, чтобы тебе причинили боль. Но почему ты мне даже не сказала, что вы куда-то поехали?
- Потому что ты примчался бы за секунду! - крикнула я, громко поставив стакан на стол, - у тебя были свои проблемы, чтобы забивать тебе голову моими.
- Да мне плевать на эти проблемы, меня только ты волнуешь, Ари! - рычит он, подходя еще ближе. - ты вообще представляешь, что было у меня в голове, когда мне позвонил капитан полиции и сообщил, что тебя везут в участок? Я только и думал о том, тронул ли тебя кто-нибудь! Это могло быть опасно.
- Но мне это нужно было, - я повышаю голос, - ты всегда крепко держишься и я стараюсь быть такой же как ты, но я схожу с ума, Хёнджин. Ты уехал и я не увидела другого выхода, как выплеснуть все то, что накопилось за долгое время, напившись. Мне стыдно за всё это, но я не жалею.
- Ты могла пострадать, - шипит он, загнав меня в угол, когда прижал к столешнице и поставил руки по обе стороны от меня.
Я наблюдаю за тем, как сильно он хмурится, как дыхание становится прерывистым и Хёнджин явно злится. Но он злится не потому что я затеяла драку с другой девушкой, не потому что я попала в участок и могла опозорить его, он злится, потому что волнуется за меня. И я понимала это, но теперь я отчетливо вижу это на его лице и в его действиях.
Я сокращаю расстояние между нами и прижимаюсь к его губам в глубоком поцелуе. Первые несколько секунд Хёнджин не отвечает мне, но быстро понимает, что я от него хочу, поэтому отвечает на поцелуй и обнимает мою талию своими руками.
Я зарываюсь пальцами в его волосы, сбивая их в разные стороны, когда сексуальный вздох вырывается из меня и я прижимаюсь к нему всем телом. Я так сильно люблю его. Просто сумасшедше. И ненавижу его точно также. За контроль, за то, как сильно он предал меня вначале нашего пути и ненавижу его за то, что он продолжает меня любить, кажется, даже сильнее чем люблю его я.
Он не позволяет мне подумать ни о ком другом, заполняя все мои мысли только им. Он знает, как действует на меня.
Хёнджин слегка кусает мою нижнюю губу, а затем поднимает меня на руки, заставляя ногами обвить его талию. Он продолжает меня целовать, пока несет куда-то вглубь квартиры, а затем толкает попавшуюся дверь, заходя в мою комнату.
Хёнджин укладывает меня на кровать, а затем отрывается от моих губ тяжело дыша, но все еще не отводя от меня своего взгляда, лишь для того, чтобы снять с себя футболку. Его тело - идеально. Он постоянно тренируется в тренажерном зале, после чего часто дерется в спарринге с Феликсом и плавает в бассейне, чтобы поддержать свою форму. Я улыбаюсь, когда провожу пальцами по его кубикам, разглядывая шрам на шее, который о многом говорит о нем, как о человеке.
Мой халат раскрылся, обнажая голую кожу. Хёнджин осматривает меня, а затем снова наклоняется, чтобы получить еще один сексуальный поцелуй.
- Я ненавижу тебя, потому что так сильно люблю, - стону я, когда он отрывается от моих губ, чтобы поцеловать шею.
Когда я это говорю, Хёнджин прикусывает нежную кожу моей шеи, от чего вызывает более громкий стон. Он мне невероятно сильно нужен. Я так соскучилась, так напряжена и разгорячена, что сейчас сойду с ума.
Я тянусь рукой к его джинсам, нащупываю ремень в попытках расстегнуть его, пока Хёнджин нежно спускается поцелуями по моему телу прямо вниз, остановившись у плоского живота.
Он ухмыляется, когда я расстегиваю ремень его джинс, а затем и молнию, после чего поднимает на меня взгляд снизу вверх.
Его черные волосы растрепаны в разные стороны и его ухмылка такая притягательная. Наверное, я никогда не увижу никого сексуальнее него.
Он находит своими длинными пальцами мой клитор, проводя по нему круговыми движениями и я выгибаюсь.
- Ты даже не можешь представить себе, как сильно я схожу по тебе с ума, - хрипло говорит он, продолжая целовать мою грудь и живот.
Я зарываюсь рукой в его волосы, пока он снова вытягивает из меня стон своей рукой, и легонько тяну их вверх, заставляя поцеловать меня. Он прижимается ко мне своими губами, целуя меня так, будто в последний раз, параллельно нависая надо мной и стягивая с себя джинсы.
Хёнджин подтягивает меня ближе к краю кровати за колени, надевает презерватив и в течение нескольких секунд резко входит в меня, заставляя меня кричать.
- О, боже, - задыхаюсь я.
Хёнджин не дает мне времени привыкнуть к его размерам и почти сразу же начинает резко двигать бедрами, входя в меня.
Какой же он, черт возьми, великолепный. Я кричу, проводя ногтями по его спине, кажется, раздирая кожу до крови. Длинные пальцы парня держат меня за талию, насаливая на свой член.
- Я скоро, - хнычу я, от чего Хёнджин только ухмыляется.
Он замедляет свой темп, заставляя меня разочарованно захныкать.
- Какого черта? - злостно шиплю я, но Хёнджин отстраняется от меня, ловко переворачивает меня, ставя на колени и подтягивает меня к себе.
Резкий толчок и ошеломляющие ощущения.
Я задыхаюсь, хватая простынь, пока его рука с громким шлепком приземляется на мою задницу, заставляя её гореть от удара.
Его толчки становятся грубее, когда я с сильным криком кричу от оргазма, но он не прекращает свои действия.
- Нравится злить меня? - хрипло спрашивает меня, пока снова шлепает меня.
Я должна сказать, что нет. Я должна.
Но я громко стону от всех его действий и буду дурой, если совру.
- Да, - выдыхаю я.
Его рука снова приземляется на мою задницу, когда он другой рукой поднимает меня, заставляя выгнуться так, чтобы я до сих пор стояла на коленях, но спиной прижалась к нему.
Его толчки становятся еще жестче. Хёнджин обхватывает мою шею своей большой рукой, слегка сжимая, но не настолько, чтобы было больно. Он вытягивает из меня второй большой оргазм и пока я кричу, мои ноги трясутся, он кончает вместе со мной.
- Ты моя сумасшедшая любовь, моя кошечка. И ты будешь глупой, если подумаешь, что я когда-нибудь смогу разлюбить тебя.