ГЛАВА 45
Хван Хёнджин.
- Ты хочешь сказать, что просто возьмешь эти деньги и уйдешь от него? - яростный голос Феликса - это первое, что я слышу, когда начинаю приходить в сознание.
Не уверен в том, где я нахожусь, но по сильному едкому запаху медикаментов и писку аппаратуры, могу предположить, что в больнице.
Я жив. Жива ли Ари? Все ли с ней в порядке?
В безопасности ли она? Я чертов идиот, раз позволил себе упасть в обморок и оставил её без защиты. Но если Феликс здесь, значит все в порядке и он не дал бы её в обиду.
То, как она выбилась из рук своего маньяка-отца и выстрелила ему в лоб - было эффектным окончанием всего того, с чем мы так долго боролись. Я видел, как кровь из головы брызнула в разные стороны и бездыханное тело упало в пропасть.
Но это могла бы быть она. Если бы я совсем немного опоздал - Ари была бы на его месте. Это она бы летела в обрыв.
Жгучая ярость медленно ползет по моим венам, когда я беру все свои силы в кулак и пытаюсь открыть глаза. С первой попытки это не выходит, поэтому я пробую еще и еще, коря себя за то, что я не могу сделать даже этот чертов пустяк.
Когда, наконец, глаза открываются, я чувствую облегчение и сильную боль в глазах от яркого света. Нужно пару минут для того, чтобы приспособиться к свету, и когда я полноценно могу оценить окружение, невероятная тревога ударяет мне в грудь.
Феликс сидит на диване и смотрит телевизор, держа в руке пульт. Он выглядит нервным и что-то ругается себе под нос, когда женщина на экране телевизора сильно плачет.
Ари нигде нет.
Сердце подскакивает к горлу со скоростью света.
- Идиотка, - вздыхает Феликс, смотря в экран. - Он же тебя любит.
- Она бросает его? - я тихо выдавливаю из себя слова. Горло похоже на пустыню, поэтому каждое слово, произнесенное мной, доставляет острую боль.
- Ага. Ужасный персонаж, - отвечает Феликс, недовольно качая головой.
Ему требуется несколько секунд, чтобы обработать весь диалог заново, поэтому когда его наконец озаряет, он подскакивает с места и быстро подходит к моей койке.
- Ты живой!- восклицает брат, ярко улыбаясь, - клянусь, я думал ты умер.
Феликс подает мне стакан воды с трубочкой, давая сделать глоток воды. Облегчение расплывается по моему телу, когда я опустошаю полный стакан с небывалой скоростью.
- Спасибо за прямолинейность, - вздыхаю я, рассматривая свои руки, лежащие по бокам.
С сильным трудом я поднимаю первую, затем вторую руку и шевелю пальцами. Затем проделываю то же самое с ногами и когда убеждаюсь, что все мои конечности работают, я сбрасываю с себя одеяло и заставляю себя подняться с кушетки.
Это невыносимый труд. Раньше я тягал тяжелое железо слегка напрягаясь, а сейчас я не могу поднять собственную ногу без боли и тяжести в теле. За несколько телодвижений, я уже облился потом и готов рухнуть на пол, как только мои ноги коснутся холодного кафеля.
- Ты что делаешь?! - хмурится брат, пытаясь остановить меня от прыжка с кровати.
Я бросаю на него свой яростный взгляд. Какого черта он мешает мне сделать то, что я и так не в состоянии сделать?
- Чаепитие устраиваю, - цежу я сквозь зубы, усаживаясь на краю кушетки.
Феликс явно не доволен моим ответом. Да и в целом, это не то, что меня волнует сейчас больше всего. Больше всего меня волнует моя Чон Ари, о которой я думаю с тех пор, как пришел в свое сознание.
Кстати об этом.
- Сколько я был без сознания? - я поворачиваюсь к брату.
- Две недели, - быстро отвечает он, но заметив мой взгляд, немного отступает, когда я становлюсь на кафель.
Как же больно.
- И ты меня уже похоронил? - я вздыхаю, качая головой.
- Это была шутка. Неудачная. Куда ты собрался?
Я крепко держусь за кушетку, но силы покидают меня с каждой утекающей секундой. Не знаю как я доберусь до своей девушки, но я должен сделать это всеми своими чертовыми силами, которые у меня остались.
- Мне нужно найти Ари, - выдыхаю я.
Феликс закатывает глаза, ухмыляясь.
- Ложись, пожалуйста, обратно. Она сейчас придет. С ней все в порядке, она пошла взять салат себе и мне.
Я хмурюсь, разглядывая его лицо, чтобы найти намек на ложь. Но Феликс выглядит искренне спокойным и счастливым, пытаясь вернуть меня обратно на мое место.
- Она была еле живая в последний раз когда я её видел, - говорю я задумчиво.
Феликс улыбается, пожимая плечами.
- Девчонка сильная, - говорит он, когда я сажусь на край кушетки. - несколько ушибов, неглубокая рана живота, порезы и потеря крови. Её отец был мудаком, но они зашили ей ранение, чтобы она не потеряла много крови. Тебе же выстрел прошел через живот. Врач сказал, что он чудом не задел жизненноважные органы, но ты потерял слишком много крови, поэтому был без создания две недели.
Я выдыхаю от облегчения. Самое главное, что я хотел услышать, так это то, что с Ари все в порядке. Мне неважно, умру я сейчас, через месяц или через несколько лет, единственное, что всегда меня будет интересовать - благополучие Чон Ари.
Она та, ради которой я умру столько раз, сколько потребуется.
Легкщий щелчок раздается по палате и дверь тихо открывается, позволив мне увидеть тоненькую фигурку темноволосой девушки, которую я так сильно люблю. Она смотрит в пакет, что-то пытаясь оттуда достать.
- Ликс, я взяла тебе мясной, не знала, что ты захочешь, поэтому.. - она поднимает свой взгляд и замечает меня, сидящего на кушетке.
Не могу понять, что происходит в её красивой голове, но она явно застыла на месте.
- Мне нужно позвать врача, - говорит Феликс, ухмыляясь от уха до уха. - Пойду медленно. Очень.
Он обходит Ари и исчезает так быстро, будто его тут и не было.
Ранения и синяки все еще украшают лицо Ари, её худые бледные руки, все еще держащие пакет. Я ненавижу каждого, кто причастен к боли, которую она испытала и я ненавижу себя, что не уберег её от этого.
Проходит пару секунд нашего молчаливого обмена взглядами, после чего моя кошечка бросается ко мне в объятия.
Я ловлю прямо у своих ног, свисающих с кушетки и крепко зажимаю в своих руках, вздыхая запах её великолепных мягких волос и геля для душа.
- Я так скучала, - шепчет она хрипло, уткнувшись мне в грудь.
Я явно не в лучшем одеянии, но я хотя бы одет.
- Я скучал еще больше, моя кошечка, - вздыхаю я, поглаживая её по руке. - Ты хорошо себя чувствуешь? Почему ты еще не лежишь в кровати? Какого черта Феликс позволил тебе встать?
Она слегка отстраняется от меня и улыбается.
- Я не смогла лежать больше нескольких дней. Мне нужно постоянно видеть тебя. Я боялась, что если я уйду хотя бы на ночь отоспаться, я могу потерять тебя.
Её глаза блестели от непролитых слез. Я ненавижу когда она плачет, а еще больше ненавижу, когда причиной её слез являюсь я.
- Все в порядке. Мы скоро вернемся домой, - я слегка улыбаюсь. Клянусь, мое сердце исполняет чечетку в моей груди от этой мысли.
- Домой? - она прищуривается и ухмыляется, - я не планировала съезжаться с тобой, Джинни.
- У тебя нет выбора, - я прилагаю все силы на то, чтобы взять её за талию и притянуть к себе на кушетку. - ты без пяти минут моя жена. Думаешь отпущу тебя так быстро?
Она смеется, показывая на свой безымянный палец, на котором еще нет моего кольца. Но это временно.
Дайте мне только вырваться из этой чертовой больницы.
- Только дай мне встать на ноги, моя кошечка. И я поставлю перед тобой на колени весь мир.