Своя волна
Москва.
После тяжелого и быстрого разговора, Ника села в машину и громко хлопнула дверью, упираясь ладонями в своё лицо. Данилу было интересно что произошло, и он даже был готов утешить новую подругу, но характер не давал ему такой возможности.
—Папа умрет, а она даже носом не поведёт. Стерва, - пробормотала Ника, и снова посмотрела на дом, в котором счастливо живет ее мать, ее муж и его дочь.
Обычная, счастливая семья где нет места уже выросшей девочке, что делает все возможное, дабы единственный близкий ей человек хотя бы ее помнил. Отец Ники попал в больницу полтора года назад с сильнейшей травмой головы, и теперь его провалы в памяти заставляют девушку ужасно страдать. Слова матери звенели в ушах рыжеволосой.
–Я не любила твоего отца, именно это и стало причиной моего ухода, Вероника. Я не чувствовала к тебе ровным счетом ничего, так же как и к Илье. Прости, я знаю, что испортила тебе детство, но лучшее, что я могла тебе дать - уединение с любящим отцом. Я была бы лишней.
—Езжай, - проговорила тихим голосом Ника, и Демо сорвался с места, что даже не глушил автомобиль, ибо хотел уехать отсюда поскорее.
Она стала рыться в своей сумочке, и через несколько секунд в ее руках оказалась пачка сигарет и зажигалка. Данил тут же скривился, и хотел бы запретить девушке курение в машине, но увидев ее расстроенное лицо решил пойти ей на уступки. Как только толстая сигарета оказалась меж пухлых губ девушки, Данил стал наблюдать за ней пристальнее, параллельно следя за дорогой. Огонь заставил табак внутри сигареты разнести запах по всему салону, и глаза парня расширились, когда он уловил знакомый аромат.
—А ты, дорогуша, не охринела траву шабить в моей машине? - выдал Демьянов, и вырвав сигарету из рук Ники, стал медленно ее осматривать.
Ника лишь слабо усмехнулась, сил спорить не было, и она лишь наблюдала за тлеющей бумагой вокруг табака, который она напихала в эту сигарету собственными руками. Это был один из способов забыть, что все в жизни не так радужно и хорошо, как говорят в сказках.
—Делаешь тягу, пускаешь дым в легкие, а затем задерживаешь дыхание на некоторое время, - поделилась инструкцией разбитая горем и словами матери девушка, а затем потянулась за своим косяком, а Демо лишь зажал сигарету меж своих губ, не предпринимая никаких действий.
—Ты хочешь моей смерти?
—Я предоставляю тебе кайф, - прыснула рыжая, и снова попыталась вырвать сигарету, но не вышло, — отдай, Демо. Я хочу расслабиться, мои нервы на пределе.
Он медленно делает затяг, дым отдает горечью в горле, но он держится и пускает его в легкие, задерживая дыхание. Наконец он разжимает губы, и Ника выдергивает из них косяк, вкладывая его в свои. Данил впервые за всю свою карьеру футболиста решил попробовать что-то запрещённое, и это было сделано не из интереса, а из-за компании, которую составляла ему Ника.
—Давно таким балуешься? - проговорил Данил, как только выпустил остатки дыма и сосредоточился на дороге. Он не знал чего ожидать от такой вещи, поэтому остановился у ближайшей заправки и откинулся назад, осматривая Нику, что сама вкурила косяк и теперь была расслаблена до невозможности.
—Это помогает мне, - пожав плечами, произнесла Вероника, и повернулась лицом к Демо, чьи зрачки за счёт светлых глаз были слишком увеличены. После употребления подобных изделий часто проблемой становятся глаза, — тебе бы домой. Если остановят гаишники, будут проблемы.
—Теперь ты отвечаешь за меня. Ты накурила, - усмехнулся Данил и Ника улыбнулась, осматривая лицо парня.
Длинная дорога, непонятная остановка, косяк, краткие диалоги ни о чем. Почему-то это все казалось Демо нужным, интересным, притягивающим.
—Улыбнись, Демо. Тебе идёт улыбка.
Лиза сидела в гостиной своего же дома, и потирала ладони между собой, думая о своём. В больнице, в которой женщина уже несколько лет занимала пост главного врача появились некоторые проблемы, и ей приходится вечно думать о работе.
—Мам, я помыл посуду, ложись спать, - Радион заглянул в огромную комнату, и посмотрела на маму, что до сих пор была одета в одежду, в которой она пришла с работы, — перестань зависать из-за своих оболтусов в больнице.
Парню пришлось погасить телефон, ибо заметив отсутствие реакции у матери на слова, он подошел ближе, и сел рядом.
—Ма, ну чего ты опять? - спросил Радион, и грустно нахмурил брови, Лиза будто вышла из транса и подняла глаза на младшего сына, взволновано его осматривая.
—А? - всего-то проговорила женщина, чьи мозги до сих пор находились на работе во всех сметах, важных бумагах и куче планёрок, — прости, дорогой, я совершенно замоталась. Макс дома?
—Папа сегодня в ночь. Ты сама мне говорила, - устало протянул парень, что прекрасно видел слишком взвинченное и тяжелое состояние матери, что буквально готова жить на работе, — завтра ты отдыхаешь хотя бы? Время видела, мам?
—Мне нужно подготовить отчеты к приезду министерства, - встрепенулась женщина, и провела рукой по уже взъерошенным волосам, а Радион схватил ее за запястье, заключая ладони в свою хватку.
—Тебе нужно спать, мама. Ты не единственный человек в этой гребаной больнице, пусть они немного подвигаются, иначе я буду вынужден позвонить отцу и сказать, как сильно ты снова разнервничалась из-за работы.
Страх промелькнул в глазах Лизы, и она расстроенно посмотрела Радику в глаза.
—Макс снова устроит мне отпуск, сынок. Я не хочу. Я лягу спать, не переживай, ты давай тоже иди, - когда речь шла о Максиме, Лиза и вправду побаивалась.
Максим был настоящим мужчиной, и все важные вопросы в семье решал именно он, даже когда это касалось здоровья жены. Уже несколько раз за всю работу Лизы в больнице Максим буквально насильно уводил ее в отпуск, потому что погружаясь в работу, Демьянова не видит границ.
Радик кратко поцеловал маму в щеку и собирался уходить, как ключи зазвенели во входной двери, и он двинулся к ней. В поле зрения парня попал его старший брат, что слегка хромал, когда переступал порог дома.
—Мама еще не уложила тебя в колыбель? - сразу же съязвил Демо, как только увидел Радика, что стоял у входа в свою комнату, — удивительно, столько времени, а тебя ещё не искупали и не надели подгузник.
—Завались, и не смей раздражать маму своим гребаным поведением, - произнес Радион предупреждающим тоном, и вошел в свою комнату, громко хлопая дверью.
—Нужна мне ваша мама, боже, - закатив глаза, Данил прошёл вглубь дома и бросил спортивную сумку около ванной, в которой обычно Лиза стирала одежду.
—Данил, поужинай, я приготовила наспех твой любимый пирог, - прокричала Лиза из гостиной, но сын ей даже не ответил. Даже после ужасно тяжёлого рабочего дня Лиза пыталась делать все возможное, дабы Данил оставался в их доме и снова не съехал, — что же мне с тобой делать, мальчик мой....