Часть третья. 24
Наши дни
Лиса
– Ты в порядке? – спрашивает Чонгук уже второй раз с момента, как мы тронулись с места.
Я пожимаю плечами. Нет. Мне хочется сказать, что я не в порядке, но боюсь, что в ту же секунду разрыдаюсь. С тех пор как я рассказала Чонгуку о матери, я не переставала думать о том, чтобы навестить ее. И когда он нашел в себе смелость познакомить меня со своей матерью, я подумала: а почему бы и нет? Я хотела все прояснить, и я прояснила.
Оказалось, что не только я ошибалась, цепляясь за свою мать, но и Лоан все это время был совершенно прав. Я встречаюсь с Сухи в попытке постичь идеал. Идеал, который после этой встречи разбился на тысячи осколков. Я уже знала это, но теперь это стало очевидным. Сухи мне не пара. Он даже не знает, какая я на самом деле.
Заметив, что я не отвечаю, Чонгук поворачивается ко мне. И только когда его лицо вытягивается, я понимаю, что плачу.
– О, Лиса…
Он останавливается и заключает меня в объятия, где я прячусь и, не стесняясь, рыдаю.
– Я злюсь, – всхлипываю я, уткнувшись ему в шею, – после всего, что я сегодня увидела и услышала, мне вообще должно быть на нее наплевать. Но я по-прежнему злюсь! Но это ладно. Хуже всего, что я ненавижу ее, но в то же время все равно люблю. Но я не хочу ее любить! Я просто хочу… чтобы мне было все равно.
Я отодвигаюсь, чтобы взять платок, который Чонгук мне протягивает, и сморкаюсь. Он заправляют мне за ухо прядь волос, а потом обхватывает мое лицо своими большими руками и целует в нос. Я задерживаю дыхание и смотрю на него сквозь мутную пелену слез.
– Ты можешь злиться, ты имеешь на это полное право, – наконец говорит Чонгук. – Но не вини себя за то, что злишься на нее из-за того, через что она заставила тебя пройти, когда ты была всего лишь ребенком. Не вини себя и за то, что ты все еще ее любишь, – в конце концов, она твоя мать. У тебя ведь есть и хорошие воспоминания о ней: до того как все пошло наперекосяк, она была хорошей матерью, она заботилась о тебе.
Я внимательно слушаю его. С ума сойти: он говорит мне ровно то, что мне нужно сейчас услышать. Чонгук пожимает плечами и берет меня за руку. Я мгновенно успокаиваюсь.
– Она наделала ошибок, – продолжает он, – ужасных ошибок. Но скажи себе: нет смысла ненавидеть ни ее, ни себя, потому что это только будет подтачивать тебя изнутри. Тебе пора перевернуть страницу, перестать себя мучить и двигаться дальше. Понимаешь?
Он дает своим словам время мягко проникнуть в мой разум, а затем спокойно заканчивает:
– Знаешь, мы не выбираем семью. Но друзей – выбираем. И мы: Дженни, Тэхён, Итан… и я – мы твоя семья. Мы всегда будем с тобой, Лиса, потому что мы тебя любим.
На этих словах мое сердце начинает биться быстрее. «Потому что мы тебя любим». Это не то же самое, что «потому что я люблю тебя», но мне этого достаточно. Чонгук сказал вслух все то, что мне до смерти хотелось услышать. Я улыбаюсь ему и, обхватив за шею руками, прижимаюсь щекой к его плечу. Он крепко меня обнимает, а запах его парфюма щекочет нос.
Здесь, в его объятиях, я чувствую себя как дома.
На своем месте.