Девон

Александр не шевелился. Рядом слышался говор полицейских, их топот. Он из последних сил держал брата, прожигая незнакомца взглядом.

Эверлин нахмурилась. Смуглый парень, ростом под 6,5 футов*, с кривым орлиным носом, кудрявыми тёмными волосами и странной ухмылкой на губах, подогнал их ладонью.

— Чего застыли, сюда! — крикнул он, указывая на подземное помещение. Девушке это не нравилось. Однако выбирая между заключением под стражу и подозрительным молодым человеком она предпочитала второе.

— Давай, — сказал он ей, перекидывая руку Дэйна через своё плечо. Они быстро спустились в подвал, зашли внутрь, хлопнув железной дверью.

Они оказались в уютной гостиной в стили хиппи. Незнакомец кивнул на кухонный стол, и Александр мигом положил брата на него. Вновь повернулся к парню.

— Где ты был? — вопросил кучерявый.

— Во Франции... — прошептал Коннер, стирая пот со лба.

Тот сморщился, вперил взор на грудь лежащего без сознания.

— Не стану спрашивать, во что вы ввязались... Обиднее всего: меня не позвали...

Александр старался отдышаться. Эверлин склонила голову, переглядываясь с Медеей. Но не успела задать вопрос, как он обернулся к ней.

— Рана не заживёт, пока не вытащить пулю.

Девушка подозрительно покосилась на него, обнажив кинжал.

— Только не говорите, что мне придётся резать его...

Повисла тишина, прерываемая лишь звуками с переулка; полиция уже обнаружила машину.

Эверлин быстро завертела головой.

— Не-не-не, я крови боюсь, — затараторила она, отступая. Незнакомец закатил глаза.

— Один разрез сделать...

Доурен вспыхнула, крепче сжимая нож. Дыхание перехватило, коленки тряслись. Нервы были на пределе.

— Ты кто, вообще, нахрен, такой? — выдохнула она. Он вскинул руки, прикрикивая:

— Кто ты, нахрен, такая я тоже не знаю, но не задаюсь же этим сейчас! — Кивнул на Дэйна. — Режь.

Эверлин передёрнула плечами.

Да никогда в жизни...

———

Дэйн резко вдохнул, открывая веки. Перед глазами всё расплывалось.

— Ты даже не представляешь, на что я ради тебя пошла, — выдавила Эверлин, брезгливо отмывая руки и кинжал от чёрной крови. Пуля лежала в тарелочке рядом с телом.

Он приподнялся, смутно оглядываясь и медленно моргая.

— Где мы? — охрипшим голосом спросил Коннер, отыскивая взглядом брата. Тот поджал губы.

— У меня, — послышался голос сзади, и он резко обернулся. 

Смутный образ из мыслей, отдаваемый странной болью, предстал перед взором. Дэйн сел, приоткрыл рот. Ему это мерещилось.

— Либо у меня галлюцинации, либо это ты...

Парень хмыкнул.

— У тебя галлюцинации.

Он сморгнул. Горечь, схожая с яростью, накрыла его с головой. Дэйн захлёбывался в ней. Человек, которого он считал своим братом и который тоже принимал участие во всех злодеяниях, издевательски смотрел на него.

Кулаки сжались, ногти впивались в кожу.

Всё произошло слишком быстро. Коннер подскочил, со всей силы ударил парня по лицу. Один раз, но этого хватило, чтобы из его носа потекли струйки крови.

Александр быстро среагировал, оказавшись между ними.

— Ты не пёс, ты псина, Форд! — выплюнул Дэйн. Тот сморщился, сжимая ноздри.

— Я вам жизнь спас, между прочим.

Эверлин опешила, приглядываясь.

— Ты — Рей Форд?

Парень кивнул.

— Рейнхард Лиам Форденберг, в идеале. — Он указал на мулатку. — Ты — Медея Фэйбер, лично не знакомы, но наслышан. — Вновь повернулся к Доурен. — А ты кто, человек?

Не успела она ответить, как в железную дверь затарабанили.

— Полиция, открывайте!

Её сердце упало в пятки. Она оглянулась на соучастников, на их растерянный вид. Один Рей Форд был спокоен.

Он подошёл к стене в гостиной, завешенной пластинками и цветами. Провёл ладонью по обоям, закрывая глаза. Щелчок.

В ней образовались проёмы. Парень толкнул её вперёд, открывая проход внутрь.

— Ты чем здесь промышляешь? — удивился Александр, залазя внутрь. Перед его взором предстала просторная комната, обставленная всевозможными магическими приспособлениями. Дубовый стол посередине, на нём магический шар, два стула. Колбочки с разноцветными жидкостями. Карты таро.

Дэйн закатил глаза.

— Чем и обычно. — Он вздрогнул. Кто-то дотронулся до его ноги.

Чёрная пушистая собака с белой грудиной подняла на него морду и громко гавкнула. Коннер отшатнулся.

— Исель, место! — приказал Рей, помогая пробраться в комнату девушкам. Александр насупился.

— Ты завёл пса и назвал его Осёл?**

Форд широко ухмыльнулся, снаружи закрывая проход.

— В наилучших традициях.

В дверь снова задолбили, и хозяин квартиры поспешно ушёл её открывать.

Эверлин забыла, как дышать. Она на цыпочках подкралась к Медее, сжала её ладонь. Доурен никогда не была тактильной, но именно в этот момент она нуждалась в тепле человеческого тела.

По залу послышались множественные тяжёлые шаги, сопровождаемые звуками рации.

— Что-то случилось, шериф? Кого ищут? — спросил за стеной Рей. Ответ был невнятен.

— Ты больше ни чем не торгуешь? — задал вопрос мужской голос. — Надеюсь, тюрьма выбила из тебя дурь...

Дэйн в этот момент от напряжения потянулся к вещам на столе, поглаживая вертящуюся рядом собаку. Он замер, только открыв верхний ящик.

— Алекс... Глянь. — Младший брат кинул быстрый взгляд на содержимое и поднял брови.

Ящик был полон наркотиками.

— Я чист, сэр, — проговорил Форд.

Обыск квартиры быстро закончился. Полиция оставила визитку на случай необходимости и покинула помещение.

Рей вновь открыл проход в тайную комнату и упёр руки в бока.

— Итак, с чего начать спрашивать, что здесь происходит?

Дэйн цыкнул.

— Позволь взять инициативу на себя... — Подошёл ближе, склоняя голову. — Ты переехал, это раз. Твоя бывшая соседка сказала, что ты в тюрьме, это два.

Давний друг закатил рукава, обнажая татуировки. Эверлин нахмурилась.

— Сидел, полгода назад вышел. Это не суть важно...

— За что сидел? — перебил Дэйн. — Дай угадаю: наркотики?

Форд нервно облизнул губы.

— Это в прошлом.

Один миг, и на столе оказались зип файлы с белым порошком. Рей повёл челюстью. Быстро сдался.

— Я зарабатываю на жизнь, как могу...

— Чем? Дилерством, блять?! — повысил голос старший Коннер. — Пёс, ты совсем сдурел...

Рейнхард плечами передёргнул, подбородок поднимая. Он и без этого выше всех был.

Нечто проскочило в его глазах; взгляд стал холодным.

— Не так я представлял нашу встречу.

— Добро пожаловать в мир разрушенных иллюзий! — съязвил Дэйн.

— Успокойтесь, сейчас не до этого... — промолвил Александр, но брат на него лишь взмахнул рукой, выходя.

— Ты вообще молчи, Ал.

Эверлин было тяжело на душе, паранойя гложила ежеминутно. Ей казалось всё это странным сном без конца. Словно ещё чуть-чуть, и она падёт в пропасть.

Ей нужно было очиститься, хотя бы немного, от этих мыслей.

— У тебя есть выпить? — Рей удивлённо оглянулся на неё.

Если она не остановится, это перерастёт в зависимость.

———

Пёс, по имени Осёл, вертелся у её ног, пока Рей открывал бутылку спиртного. Эверлин с недоверием выставила руки, держа животное на расстоянии.

— Не укусит, не бойся, — сказал он, присаживаясь на диван и протягивая ей бокал. — Он хороший мальчик.

Доурен передёрнулась. Не доверяла собакам, особенно большим, от слова совсем.

— Почему Осёл? — спросила она, отпивая. Форд улыбнулся.

— Я где-то читал, что у ослов чуткий слух. Мой же слабослышащий.

Александр хмыкнул, в поисках глазами брата. В зале того не было.

— Что ж... — подначивал Рей, окидывая троицу взглядом. Остановился сперва на мулатке. — Медея Фэйбер. Много чего о тебе говорили, чему мне верить?

Девушка вздрогнула, лёгкая улыбка появилась на её лице. О ней вспоминали в годы разлуки, её никогда не забывали! Облегчение разлилось по венам, и всё же её волновал лишь один вопрос, гложущий душу.

— Смотря кто говорил...

Рей переглянулся с Александром.

— Дэйн. — Как удар под дых. — Всегда он.

Радость быстро сошла на нет. Ей чертовски было плевать, что о ней рассказывал Дэйн, в отличие, если бы это делал Александр. Смена её выражения лица оказалась не замечена парнями. Только Доурен слегка прищурилась, ощущая, как Медея сдерживается, чтобы не показать обиду.

— А ты же кто, человечек? — усмехнулся Форд, доставая из кармана пачку сигарет. Чиркнул зажигалкой, прикуривая одну.

— Эверлин Доурен. — Противный запах застыл в комнате. Наркоторговец откинулся на спинку дивана, рассматривая её. Ровная осанка, вьющиеся крашеные в рыжий волосы. Настороженный взгляд. Ему было достаточно лет, чтобы разглядеть богатого человека.

— Красивая, — выдохнул он и вдруг ухмыльнулся. — Зелёные глаза, веснушки. Похоже, я разгадал типаж Дэйна... Где он, кстати?

Эверлин нахмурилась и готова была задать вопрос, но голос старшего Коннера из-за спины её перебил:

— Она двойник. Знаешь, кто это такие?

Рей потушил сигарету, оборачиваясь. Александр размял шею.

— Давай я начну с самого начала. Дэйн во Тьме, я во Франции, ты...

— В тюрьме за сбыт наркотиков, — подсказал он.

— Так на протяжении нескольких лет. Затем, по хронологии, умирает мать Эверлин при странных обстоятельствах. Спустя месяцы Дэйн знакомится во Тьме с Безликим, который магическим образом выпускает его на свободу. Кто он такой — неизвестно. Известно лишь, что ему подчиняется Дель...

Александр правда старался изложить все аспекты в одном монологе, но, судя по всё более и более недоумевающему лицу Рея, у него это плохо получалось.

— В общем и целом, эта ведьма прокляла род Девон, и душа каждой погибшей девушки связана с искомыми нами артефактами. А ещё, похоже, полиция как-то взаимодействует с Безликим и Тенями, иначе как бы они ранили Дэйна серебром...

Рейнхард громко отхлебнул алкоголь.

— Я ни хрена не понял. — Повернулся к проклятой. — Но история захватывающая, правда.

Эверлин поморщилась.

— Захватывающе, что я умру? — вскинула бровь она. — И что за нами нечисть из загробного мира по пятам ходит?

Он задумался только на секунду.

— Да. — Скрепил ладони в замок. — Особенно для черномага.

Доурен склонила голову, ожидая пояснений, но Александр вклинился в разговор.

— Он уже было погиб, но его обратили в мага, — пояснил он. Форд выпрямился, выставив указательный палец.

— Прошу заметить, я, в отличие от них, энергией людей не питаюсь, внушением не обладаю, ко Тьме не привязан... — Рей замолк, раздумывая. — О, ещё моё сердце бьётся, я могу завести потомство. И я не бессмертен.

Дэйн закатил глаза.

— И за него отдали жизнь, — фыркнул старший Коннер. — За него, представляете...

Черномаг бросил на того колкий взор, словно был оскорблён. Однако в следующий же миг глянул на Эверлин.

— Хочешь, погадаю? — предложил, надеясь на хорошенький гонорар от богатой особы. — Я лучший провидец в штате...

Из соседний комнаты разнёсся голос Дэйна:

— Не верь ему, он шарлатан.

Рей наклонился к девушке ближе.

— Не верь ему, он мне завидует.

Эверлин скептически отклонилась. Маг пожал плечами со словами «и зря», тут же переключаясь на ведьму.

— Медея... У тебя все братья живы?***

— У меня сёстры, — отчеканила она, складывая руки на груди. — Ты ведь обладаешь тёмной магией лучше кого-либо из рождённых со способностями. Столько возможностей, а ты зарабатываешь обманом людей и наркотиками...

Рей надул губы. Эверлин замечала раньше эту мимику у Дэйна. Неужто у давнего друга набрался?

— Милочка, давай без осуждения. Какова жизнь, такого и выживание.

Александр знал, что это не так. Пёс уехал из Германии в одиночку, без денег и связей, после того, как семья от него отреклась. Он зарабатывал на стройках, чистил обувь, убирал улицы. Всё за малейшие деньги. Тогда да, было тяжело.

Устроился экстрасенсом в кабаре, хотя и близко не видел будущего. Стали появляться купюры побольше. Коннер понимал тягу друга к магии. Деньгами от обмана можно было жить в шелках.

Но наркоторговля... Шарлатан хотя бы немного помогает, успокаивает волнения душ. Дилер же их истребляет.

Он знал — Рей заработал на квартиры незаконным путём. Догадывался, отчего тот переехал в подвальное помещение, отчего создал тайную комнату. Места, в которых он жил, всегда обладали некой атмосферой безысходности, безжизненности.
В этот раз Форд всячески пытался это скрыть.

Ковры накрывали холодные полы, обшарпанные стены были увешаны дисками и цветами. Всего три комнаты, не считая скрытой: гостиная, совмещённая с кухней, спальня, уборная. Чего ещё пожелать дважды бывшему заключённому?

Они решили переночевать у него, а на следующий день уже думать, как вернуться в Контри-Джоу. Пёс уступил свою кровать девушкам, для Коннеров открыл диван. Но Александр и не думал сомкнуть глаз.

— Фэйбер не примут тебя, ещё и с собакой, — сказал он, на что Рей, сидевший за столом, где недавно вытаскивали пулю, фыркнул. — Ты черномаг...

— Но вас же приняли, — пожал плечами немец. Коннер покачал головой.

— К тому же, Дэйн зол на тебя...

Юноша махнул рукой, косясь на мирно спящего парня.

— Задницу ставлю, завтра он уже откиснет. — Он вновь достал сигарету, зажёг. Годы идут, а столетние привычки остаются. Навязчивый аромат одурманивал разум. Александр уже было забыл, какого это — находится в компании Рея Форда. И дело не в запахе.

Пёс отговаривал его запирать брата во Тьме, уверял, что тот образумится. Было бы так, теперь никогда не узнает. Именно Алекс разрушил их союз.

— Я отвратительно с ним поступил, — тихо промолвил парень. Стены были из кирпича, не пропускали звуков. У Дэйна крепкий сон. И всё же громче произнести эту фразу он не мог. Не знал отчего.

Александр ждал согласия или неловкого молчания, но Рей лишь слабо ухмыльнулся:

— Отвратительно, но правильно. — Парень удивлённо поднял брови, и Форд потушил сигарету. — Что нас не убивает, делает сильнее.

Бессмертный горько улыбнулся. Ничего не менялось.

— Да ты чёртов гений. Так людям и гадаешь?

— Тебе тоже могу. Хочешь? — Он схватил его за ладонь, бесцеремонно разглядывая. — Хотя что я спрашиваю. Влюблён?

— Ты мне скажи.

Рей цыкнул, откидывая его руку.

— Конечно, Ал. Какой раз за восемь лет?

Рыжие волосы, обветренные губы. Таблетки. Он знает о ней больше, чем кто либо, ставит её мнение выше своего. Давно просто друзья. Александр же помнил каждое мгновение начала этих отношений.

— Первый, — сдавленно произнёс Коннер, массируя переносицу. Пёс уста удивлённо раскрыл, но прежде чем успел что-либо сказать, его перебили: — Да, я с дубу рухнул.

Рей закрыл рот. Он заёрзал на стуле, откашлялся.

— Что ж... И как её зовут?

Отмахнулся. Форд не отстанет, пока не узнает имя, чтобы то ли любопытство потешить, то ли расклад на совместимость сделать. Александр никогда бы не сказал правду.

— Минни, — вымолвил он и слегка поморщился. Фантазии хоть отбавляй. — Молчи.

Рей серьёзно кивнул, чуть ли не раздуваясь от удовольствия.

— Молчу.

Они приедут вместе в Контри-Джоу, Коннер был уверен. И черномагу не следует знать всех нюансов.

———

Всех нюансов не следует знать и Медее. Так думал Дэйн, стирая слёзы тайной любви с лица подруги, так думала Эверлин, без пояснений всё поняв.

Один Александр не мог заметить.

Правда всплывёт сама, Доурен хотелось в это верить. Всё встанет на свои места, Коннер придерживался этой мысли. Что-либо сделать для смены течения своей жизни в нужное русло... Нет. Фатализм в крови?

Но Рей был прав. На утро, когда Александр ушёл на разведку, бессмертный откиснул.

— Тебя дважды сдавала собственная любовница, — рассмеялся Дэйн, и Форд театрально закатил глаза. Зря рассказал, на чём попался. — Да ты мощь...

— Хорошо во Тьме сиделось? — глумился шарлатан. Парня накрыл новый приступ смеха.

— Тебе в тюрьме получше. Столько свободы выбора...

Рей прошипел что-то на немецком, и парень уже не мог остановиться.

— Я тебе такое нагадаю, потом не оклемаешься...

— На улице чисто, — перебил Александр. Благо, у Рея была машина. Отвратно, что в багажник нечего было положить, кроме рюкзака Форда и украденного на аукционе.

Он взял Осла с собой. Им было ехать два дня. Отвратно.

Границы города не усилили. Никто не проверял уезжающих. Странность на странности.

Однако ж... что делать дальше?

Эверлин старалась отключить мысли, отключить эмоции. Не дать страху завладеть собой. Но где же она находилась: в мотеле, в котором решили переночевать, среди убийц, лжецов и наркоторговца. И собаки. Одно хуже другого.

Что её ждало: очередное расследование, очередные кошмары, очередное уничтожения шанса вернуться домой. Полиция, вероятно связанная со Мраком. Разочарование отца, презрение горожан.

Ей не спалось. Она отряхнула крошки с футболки, презрительно глянула на себя в зеркало. Темнота пугала.

Слабость.

Доурен осмотрела комнату, обыскала тумбы на наличие алкоголя. Хотелось выпить. Но ничего. Абсолютно ни глотка.

Слабость.

Дыхание перехватывало, голова кружилась. Нежеланные слёзы подкатывались, и она выбежала в общий коридор на этаже, села на пол, прижимая колени к телу.

В этом всём нет смысла. Она так устала...

Тени проскользнули по стене рядом, скрылись за углом. Эверлин проводила их стеклянными взглядом, краем глаза замечая Дэйна. Тот стоял, как вкопанный.

— Что они сказали? — спросила девушка, всё так же смотря в одну точку. Он поклялся не лгать.

Парень сглотнул, садясь рядом.

— Что ничего не выйдет.

Она сдавленно вздохнула, пряча лицо в ладонях. Что делать дальше?

— Я вряд ли вернусь домой, да? — Тихий вопрос. Тихий ответ.

— Да. — Молчание. Дэйн поджал губы. — Читал, твой отец всячески тебя защищает. Говорит, что ты не по своей воле всё совершаешь...

Эверлин горько ухмыльнулась.

— Не меня, а репутацию.

— Он от тебя не отрёкся...

Как нож в сердце. Доурен сжалась, её губы дрогнули. Папа готов принять обратно, папа её защищает. Впервые за столько лет.

— Мы в полном дерьме, Дэйн... — дрожащим голосом сказала она. — А ты хочешь поговорить по душам?

Он покачал головой, опуская взор. Безликий его слышал. Коннер понимал это. Тени передадут хозяину всё в подробностях.

— Артур Хилл знает больше, чем тебе кажется... — прошептал он. Эверлин непонимающе нахмурилась.

— Что ты имеешь ввиду?

Дэйн покосился на Теней, резко поднялся. Доурен схватила его за руку, задавая немой вопрос. Силуэт на стене колыхнулся.

— Безликому нравятся люди, — ровным тоном процедил он, заходя в номер. Девушка приоткрыла рот.

Тени, отец, Мрак... Нет, быть не может... Мысли вились в голове.

Биологическая мать Медеи, разговаривающая с темнотой, папа, выбравшийся из банкротства. Зачем матери был нужен серебряный нож, защищающий от магии кулон?..

Девушка поднялась. Руки тряслись. А в разуме всё одно.

Быть. Такого. Не может.

———
* — под два метра
** — Esel (с нем.) — осёл
*** — Медея (в древнегреч. мифологии) — царевна, убившая своего брата и детей.