47 ГЛАВА
После ужина все разошлись по своим комнатам. Хоа первым делом быстро направилась к кровати, раскинула руки в стороны и упала на неё, прикрыв глаза.
— Наконец всё закончилось! — раздался облегчённый выдох.
Юнги, в этот момент закрывающий дверь, усмехнулся.
— Всё же хорошо? Я ничего не упустила? — она повернула голову в сторону мужа.
— Да, Хоа, всё хорошо.
Парень сразу же пошёл в гардеробную. Полежав минуту-две в своих размышлениях, Хоа неожиданно встала с кровати и остановилась в проёме открытых дверей. В это время Юнги задвинул одну из полочек стеклянной витрины, где было достаточно большое количество часов и галстуков, подсвечиваемых жёлтым светом.
— Юнги, — позвала его девушка, и тот посмотрел на неё, — спасибо тебе, — она сделала шаг вперёд, смущённо собрав вытянутые руки в замок.
— За что? — его взгляд был серьёзным, когда он не спеша вышел из-за витрины.
— Ну, что ты был сегодня со мной, и я не чувствовала себя чужой. И что ты меня поддерживал, и что был моим личным переводчиком, — взволнованная улыбка посетила её лицо, а карие глаза заблестели. — С тобой я чувствовала себя спокойно и уверенно. Для меня это очень ценно и важно, — девушка слегка наклонила голову, прежде чем подойти к мужу и обнять его.
Юнги стоял в недоумении, анализируя услышанную информацию, отчего Хоа начал окутывать невидимый холод, а огонёк внутри медленно угасал.
— Я рад слышать это от тебя, — он всё же обнял девушку в ответ, наклонившись лицом к её волосам.
Тело Хоа расслабилось, и она выдохнула.
— А ещё мне кажется, это время нас с тобой сблизило? — она подняла голову, и её лицо расплылось в искренней улыбке.
Уголки губ парня дрогнули. Его ладони оказались на лице девушки, а большие пальцы стали нежно поглаживать щёки. Он рассматривал её лицо до тех пор, пока не встретился с её сияющими глазами. Будто безмолвно спросив разрешение, он наклонился к ней и аккуратно поцеловал.
Хоа прикрыла глаза, прислушиваясь к окрыляющим ощущениям внутри. Это время их действительно сблизило, открыв Юнги с другой, более мягкой стороны. Он всегда держался отстранённо и сдержанно, но последние два дня старался быть открытым и расположенным к девушке, чтобы она понимала, что не одна и может найти в нём поддержку. И ей очень хотелось запомнить его таким тёплым и близким, потому что до последнего не покидала мысль, что когда гости уедут, то всё вернётся на свои места и прежний Юнги тоже, так как он до сих пор считает, что она пыталась от него сбежать. Поэтому Хоа, пользуясь моментом, прижалась к нему сильнее, заскользив руками вверх и вниз по его спине.
В какой-то момент парень поднял девушку и усадил на стеклянную витрину, находившуюся рядом с ними. Он совсем не дал времени Хоа подумать о том, где она оказалась, и снова прильнул к её губам. Его пальцы путались в её волосах, а затем начали постепенно спускаться вниз по шее и плечам к ладоням, где их пальцы переплелись. Юнги оставил её губы и нежными поцелуями спустился к шее. По телу девушки пробежали мурашки, а от приятных ощущений голова невольно наклонилась в противоположную сторону, открывая ему ещё больше пространства.
— Так что, ты зажжёшь для меня свечки? — почти прошептал Юнги около уха, отчего ей стало щекотно и плечо дёрнулось вверх.
— Которые с ванилью? — она улыбнулась, игриво перекинув волосы на одну сторону.
— Да, те самые, — он поставил руки с обеих сторон от её ног, и девушка оказалась в ловушке.
— Не хочу, — её пальцы потянулись к выбившейся тонкой пряди волос, которая упала на лоб парня, — господин Юнни...
Едва она успела зацепить пальцем чёлку, как Юнги разразился громким смехом, услышав такое обращение Хоа к нему. Девушка тоже засмеялась, и больше всего ей сейчас хотелось запомнить этот искренний смех мужа, который она, казалось, услышала впервые.
— Мне тебя покружить, как маленького Джордана?
— Не надо, боюсь, мне станет плохо, — Хоа аккуратно соскочила с витрины, оказавшись вплотную к мужу. — Так что говорят в новостях?
Некоторое время Юнги молчал, в его глазах мигнула лёгкая неуверенность, обычно не присущая ему, но Хоа всё же удалось её заметить.
— Тебя сфотографировали в отделе детских игрушек, когда ты ездила закупаться.
— И что? — девушка непонимающе подняла бровь.
— И выпустили статью, в которой предположили, что мы ждём ребёнка.
Хоа вздохнула, практически закатив глаза.
— Понятно, — сказала она и легонько оттолкнула мужа, чтобы уйти.
— Хоа, подожди, — парень остановил девушку, схватив её за локоть.
— Что?
— Ты же понимаешь, что это просто сплетни, созданные для того, чтобы поднимать охваты информационных агентств, и на такие новости не нужно обращать внимание?
— Да.
— Хорошо... — Юнги хотел сказать что-то ещё, но девушка его перебила:
— Какова вероятность того, что это твой отец всё так подстроил? Что, если он специально создает такие условия, чтобы и ты и я чувствовали давление теперь и со стороны людей?
— Он не станет таким заниматься. — Уверенно произнёс парень, разжав ладонь на руке Хоа.
— А что, если да? Он ведь сам говорил мне, что когда-то об этом станут говорить люди, и тогда ты заставишь меня.
— Хоа, это просто репортёры. Точка.
— Но Юнги...
— Откуда ему знать, что ты будешь гулять в детском отделе? Тем более, я не думаю, что он хочет портить со мной и без того не очень хорошие отношения, проворачивая что-то за спиной.
— Ну, а если...
— Эта тема закрыта.
***
За завтраком в доме Минов парами было принято решение разделиться и отправиться развлекаться. Девушки сделали выбор в пользу шопинга и посещения салона, а парни выбрали благотворительный гала-вечер, после которого отправятся в некий закрытый клуб, о котором не считают нужным разглашать даже своим жёнам.
— Will you measure your money? (Будете меряться своими деньгами?) — спросила Алана за столом, вытирая салфеткой рот ребенка, сидевшего на стуле рядом.
— Since we're all here, why not? Let's combine the useful with the good, as they say. (Раз уж мы здесь все собрались, то почему бы и нет? Совместим полезное с хорошим, как говорится.) — усмехнулся Эйден.
— Oh, these men, they're like children... (Ох уж эти мужчины, как дети...) — Алана посмотрела на мужа ироничным лицом, приподняв бровь.
Настоящих детей – не тех, которые взрослые мужчины, собирающиеся соревноваться большей сумой пожертвования на благотворительность, –оставили на нянь. В двенадцать часов все дружно покинули дом, разойдясь по разным машинам. Кёнми выразила желание сесть вперёд, так как после беременности её почему-то начало укачивать на задних сиденьях, но никто возражать не стал. Единственной просьбой Хоа было переводить ей то, что будет говорить Алана, и наоборот.
Шопинг в итоге оказался формальностью. У каждой из девушек в гардеробе было достаточно нарядов, и, удовлетворившись парочкой брендовых сумочек, они закончили с бутиками. Эта прогулка нужна была для того, чтобы можно было поближе познакомиться друг с другом, а точнее – с Хоа. Как выяснилось, все остальные были хорошо знакомы и даже в своё время вместе развлекались в Америке.
Заключительным этапом в похождении девушек был салон красоты. Джио настоятельно рекомендовала посетить именно тот, который два года назад для неё открыл Минхёк, и обещала, что лучше в Сеуле не найти. Никто и не думал сомневаться.
Комната для процедур была окутана мягким полумраком, нарушаемым лишь нежным светом аромалампы, когда девушки лежали на белых кушетках. Стены, выкрашенные в приглушенный оттенок тёмно-бежевого, успокаивали взгляд. Легкий шум журчащей воды из небольшого декоративного фонтанчика создавал атмосферу умиротворения. Тонкий аромат лаванды и ромашки витал в воздухе, дополняя ощущение полного спокойствия и отстраненности от внешнего мира. Всё продумано до мелочей, чтобы создать идеальное пространство для восстановления и релаксации, как и было обещано.
Сначала массаж горячими камнями, чтобы расслабиться и снять напряжение, затем антицеллюлитный массаж с ароматом кофе, а в заключение обёртывание водорослями пропитанными питательными маслами. Хоа закрыла глаза, утопая в приятных ощущениях. Прохладная шелковистая маска коснулась её лица, вызывая легкий озноб. Затем нежные, умелые пальцы косметолога начали массировать кожу, совершая круговые движения, словно стирая с лица следы усталости и забот. Она чувствовала, как напряжение, скопившееся в висках и шее, медленно отступает. Запах лаванды и ромашки успокаивал её, в голове не осталось ни одной мысли, только ощущение полного умиротворения и блаженства. Так как это была завершающая процедура, которая длилась час, то массажистки оставили девушек, даря им возможность расслабиться в полной мере.
Но через полчаса молчания и наслаждения, Джио вдруг обратилась к Хоа с вопросом:
— Мне вот интересно, Хоа, а ты не ревнуешь Юнги к Лирим?
От прозвучавшего вопроса девушка резко распахнула глаза и посмотрела на подругу. Та спокойно лежала с прикрывшими веками, аккуратно поправляя на лице указательным пальцем кусочек отклеившейся водоросли.
— С чего бы мне ревновать его к ней?
— Ну как почему? Они же встречались почти пять лет, Юнги с её отцом – партнёры, поэтому Юнги с ней часто пересекается по работе, и всё в этом духе...
— Так всё-таки они встречались?
— Конечно! А ты что, не знала? — удивлённо спросила Джио, приподнявшись на локтях.
Её высокая интонация привлекла внимание остальных девушек, поэтому теперь на них смотрели две пары глаз. Одни непонимающе, так как Алана не знала корейского, а вторые с необоснованной на мнение Хоа тревогой.
Хоа отрицательно покачала головой.
— Интересно, — Джио села на кушетке с задумчивым лицом, — почему Юнги тебе не рассказал?
— Мы все были удивлены, когда Юнги вернулся в Корею, затем через неделю неожиданно пригласил на свадьбу, но оказалось, что эта свадьба не его и Лирим, — к разговору присоединилась Кёнми. — У нас не было никаких сомнений, что они когда-то поженятся, хоть Юнги и тянул с этим почему-то. Лирим ведь тоже наша подруга, и в Америке мы так же проводили время все вместе парами, ещё даже когда никто из нас не поженился, — она непонимающе пожала плечами. — Последний год Лирим жила в Корее, так как её отец усердно взялся за её обучение управление компанией, поэтому у них не было возможности часто видеться и это, наверное, единственная причина, по которой они расстались. Но всё равно... Мы о тебе вообще никогда ничего не слышали. Вы тайно встречались? Это была любовь с первого взгляда? Или у вас фиктивный брак? Как так вышло, что он возвращается в Корею и сразу же женится на тебе?
Они встречались. Пять лет. Всё же «крещение офисными сплетнями», как говорил Юнги, оказалось ложным. Это были не сплетни сотрудников – это то, что оказалось правдой. Хоа долгое время молчала, растерянно моргая, пытаясь привести мысли в порядок.
— Ой, Хоа... — нетерпеливо цокнула Джио, — нет ничего такого в том, что у вас с Юнги фиктивный брак, Минхёк мне всё рассказал.
Глаза Хоа стали круглыми.
— И о том, что твоя семья обанкротилась, и о том, что Юнги женился на тебе только из-за мести отцу, и бла-бла-бла, — виртуозно помахивала кистью девушка.
— Что?! — ошарашенная услышанным, Кёнми приложила ладонь ко рту. — Я этого не знала... А Лирим? Лирим знает?
— Конечно! Мы с ней буквально неделю назад встречались и говорили об этом!
Теперь Хоа не существовало – они вели диалог друг с другом.
— И что? Что она говорила?
— Ну знаешь... Первый месяц после свадьбы Юнги она, конечно, делала вид, что расстроена, так как никто ещё из нас не знал о том, что у них ненастоящий брак, но когда я ей рассказала, что в курсе всего, то она начала вести себя совсем по-другому и рассказывала о Юнги в таком ключе, будто они до сих пор вместе, — Джио словила взгляд Кёнми, который указал на Хоа. — Ой... Хоа... — она замолчала, неловко прикусив губу, — хотя, раз у вас фиктивный брак, то тебе, наверное, нет дела до отношений Юнги с кем-то на стороне. Я тебе даже завидую... Тебе не приходится тратить свои нервы на переживания о том, где он и с кем, не приходится ревновать. Лучше бы я тоже не любила Минхёка.
От «утешительных» слов Джио девушке совсем не стало легче. Она опустила глаза, уставившись на узорчатые каменные линии пола. То ли от ароматического воздуха, то ли от приглушённого света, но ей стало тяжело дышать. Она старалась делать глубокие вдохи, но получалось не очень хорошо. Как бы не старалась мысленно убедить себя в том, что сначала нужно спросить об этом у Юнги, а потом делать выводы, на данный момент легче не становилось. Потому что, что мешает ему обмануть её? Как много семей, где мужья изменяют, обманывают, оправдываются, а женщины верят и живут в неведении. Что, если с ней случится то же самое? Неужели сейчас, когда она открыла своё сердце для Юнги и, когда ей показалось, что он открыл своё для неё?
***
Квартира Лирим
Всё было подготовлено самым лучшим образом. В гостиной царил полумрак, рожденный трепетным пламенем многочисленных свечей. Янтарные блики танцевали на стенах, выхватывая из тени детали: мягкие складки драпировок, изящные изгибы мебели, поблескивание хрусталя. Аромат воска и сандала смешивался с терпким запахом красного вина, наполняя воздух чувственностью. На низком столике, украшенном лепестками роз, стояли два бокала и тарелка с фруктами.
У окна, окутанная этим мягким светом, стояла девушка. Легкое кружевное платье цвета слоновой кости подчеркивало хрупкость ее фигуры, а распущенные волосы волнами ниспадали на плечи. В ее больших, чуть влажных глазах, отражалось мерцание свечей, и в этом свете читалось волнение, смешанное с предвкушением. Она нервно теребила тонкий браслет на запястье, прислушиваясь к каждому шороху за дверью. Сердце билось быстрее, чем обычно, отгоняя остатки сомнений.
Она ждала его.
Юнги всегда приезжал в 00:00, чтобы первым поздравить её.
Каждая минута казалась вечностью, но в то же время Лирим боялась, что время побежит слишком быстро и волшебство этого вечера развеется, как дым. В глубине души росла надежда, что эта ночь станет началом чего-то особенного, чего-то, что она так долго ждала.
Сделав глубокий вдох, она обернулась, через плечо посмотрев на дверь, затем перевела взгляд на часы.
00:20.
На глаза начали накатывать слёзы. Девушка невольно прижала кулак к губам, чтобы удержать слёзы. «Приедет... Ещё приедет... Он приедет...» — повторяла, как мантру, закрыв глаза.
Звонок в дверь.
Лирим распахнула глаза. Быстро подбежав к зеркалу, поправила причёску, вытерла слёзы, затем прыснула ещё раз духи и направилась к двери.
Снова глубокий вдох.
Ладонь аккуратно легла на ручку двери, а на лице появилась неконтролируемая улыбка.
— Юнги! — радостно воскликнула девушка, распахнув дверь.