Часть VII
Открываю глаза и мне кажется, что я снова маленький, что всё хорошо.
Мама смотрит на меня с теплотой и нежностью. Давно я не видел такого её взгляда. С самого раннего детства.
Она нежно поглаживает меня по волосам, так ласково и заботливо, что веки начинают смыкаться, хочется снова заснуть. Так спокойно на душе.
Но тут ощущаю мерзкий металлический запах и резко приподнимаюсь.
Очень темно, мы в хлеву. Освещается лишь лицо мамы.
Замечаю, что она очень хрипло и тяжело дышит, весь её подбородок, шея и руки мокрые; залиты чем-то тёмным.
Подбегаю к двери сарая и начинаю судорожно дёргать за неё. Не без удивления осознаю, что мы заперты.
Усаживаюсь напротив матери и без лишних слов просто смотрю на неё.
Я знаю, она понимает, что я жду объяснений.
— Дорогой, здесь мы в безопасности.
— Он...он ушёл? — говорю я, еле сдержавшись, чтобы не добавить «без меня».
— Бран? Нет, он ещё здесь.
— Бран..? — только и смог повторить я.
Мама тяжело выдыхает и устало опирается головой на стену. На губах милая, но такая уже старческая улыбка. В этом слабом освещении она выглядит такой несчастной, измученной женщиной, что я еле сдерживаюсь, чтобы не обнять её.
— Да, Бран. Никакой он не монстр..этот мальчик..Бран..
— Я знаю! — говорю я слишком громко и резко, так что она даже встрепенулась.
— Вы подружились? — взгляд серых материнских глаз словно пронзает меня насквозь.
Я молчу.
На какое-то время наступает тишина. Нет криков, воплей и звуков сражений, но лишь треск огня.
И тогда моя мать рассказала мне, кто такой Бран.
***
Выходит, ты старше меня на пятнадцать лет.
В это сложно поверить, но раньше люди в нашей деревне были еще безумнее, жёстче и тупее. Они ещё больше насиловали, убивали, напивались и ещё больше верили, что жертвоприношение волшебному лесу может искупить все их грехи.
Раздетого и связанного тебя приволокли прямо к деревьям опасной глуши. Перед этим местные мужики долго развлекались с тобой в сарае, о чём моя мать не постеснялась мне поведать.
Никто и вообразить не мог, что ты выживешь. Сложно поверить, но ты спасся. Тебе одному известно как.
Пугающая участь, которая постигла мужиков, издевавшихся над тобой в сарае, не оставила равнодушным никого в деревне. Изуродованные трупы деревенских увальней с содранными лицами и засунутыми в рты гениталиями заставили всех содрогнуться от ужаса.
Тогда, пятнадцать лет назад, ты пришёл отомстить. Но несчастные женщины и дети нашего поселения взмолились о прощении, поклялись, что подобного больше не повторится, что люди перестанут вести себя хуже диких животных. И ты поверил.
***
Без особого труда выломав ветхую дверь, оказываюсь среди догорающих обломков хижин и амбаров. Ни одного человека. Всё объято тепло-оранжевым сиянием.
Иду, словно по чутью.
И вот, приблизившись к тому месту, где меня отдали на растерзание животному, слышу тихие голоса, перешёптывания.
Ты привязан к столбу, весь облит густой, тёмной, резко пахнущей жидкостью.
Вокруг тебя столпились оставшиеся жители деревни. Почти все в крови, кто-то еле живой, но всё равно не может упустить возможности насладиться зрелищем.
Наш сосед дрожащей рукой заносит горящий факел над твоей опущенной головой.
Пытаюсь что-то крикнуть, но издаю лишь жалкий хрип.
Грубо расталкивая столпившихся, бегу к тебе. Кто-то хватает меня за кофту. Так резко дёргаюсь, что ткань рвётся.
Сам не замечаю, как уже стою прямо перед тобой, лицом к лицу. Но ты без сознания. Прикасаюсь к твоей щеке. Такая липкая.
Ну посмотри же на меня.
— Отойди! — грозно кричит сосед.
Обнимаю тебя, Бран.
Кто-то сильно ударил меня по голове. Кажется, мой отец.
***
Я очнулся прямо напротив твоего обугленного тела.
Только ты и я.
И никого больше.
Хотя, нет.
Только я.
Один.
***
Моя мать помогла мне уйти. Ночью она прикрыла меня, и я смог сбежать из родного села в мрачный лес.
Возможно, я буду сожран чудовищными тварями.
Возможно, я стану одной из них.