Глава 21
Их много, они идут ото всюду, наступают на нас, зажимая в угол. Их рычание слилось воедино заглушая наше учащенное дыхание. Их уже больше, чем два десятка, и все они хотят есть, а мы хотим жить, поэтому открываем огонь. Я стараюсь не тратить патроны, поэтому убиваю ножом. Одного за одним. Я не успеваю поглядывать как справляются остальные, гнойники идут непрерывным потоком. Мое сердце гулко стучит эхом отдавая в всисках. Среди этого шума и пыли, поднятой мертвецами мне трудно дышать и мне кажется что я вот вот задохнусь. Бежать некуда, мы прижаты к стене, окружены толпой голодных зверей.
В глазах уже всё плывёт от усталости, но я продолжаю убивать вкладывая в это последние сили.
- Нужно уходить! - слышу я где-то позади себя, но повернуться не могу. Я сдаюсь и достаю пистолет, начиная стрелять, на секунду мне кажется, что их становится меньше, но к сожалению мне только кажется. Рядом со мной звучат выстрелы, рычание, и я уже не могу разобрать, какие звуки издают ребята, а какие зараженные. Лицо запачкано кровью, тело липнет от пота и это еще больше мешает.
- Уходим! - опять слышу я, и наконец оборачиваюсь: все столпились спина к спине и убивают мертвецов. Я стараюсь далеко не отходить от ребят, поэтому, убивая зомби, я подхожу всё ближе. Когда ребята вне зоны моего зрения меня охватывает паника, но я стараюсь себя успокоить тем, что я все еще слышу их выстрелы. Когда патроны в пистолете закончились, в действие опять возвращается нож. Мои руки дрожат от усталости и страха. Перед лицом мелькают десятки лиц зараженных, которые когда-то были такими же как и мы.
Мы не упускаем удачный момент и, когда толпа расступается, начинаем бежать.
- Ааааа! - услышав крик, я резко разворачиваюсь, боясь представить, что случилось. Но случилось ужасное, Миха был укушен, но через боль и страх старался бежать дальше. С его плеча стекала кровь и бежал он из последних сил. Паша начал ему что-то кричать, но я не слышала. Мне приходилось продолжать убивать, когда некоторые зомби кидались на нас по пути.
Мы бежали до того состояния, пока не были готовы выплюнуть свои лёгкие. Я начала задыхаться еще больше и мне казалось, что еще немного и я отключусь. Толпа отстала от нас, но продолжала идти, поэтому останавливаться нельзя.
- Я больше не могу, - прохрипел Паша, которого поддерживал Геннадий. Сил Паше не занимать, я бы уже давно здалась, готовая быть разорваной на части.
- Давайте, еще не много, - говорит Алекс, рукой указывая на двухэтажный дом. Сил бежать больше не было, у меня подкашивались ноги, а в боку адски кололо. Мы немного сбавели ход, но не успев перевести дыхание, нам пришлось вновь идти быстрым шагом, по пути отбиваясь от зомби, выбившихся из «стаи».
Я повернулась назад и поняла, что Миха отстаёт от нас, но всё же продолжает идти, держась за своё плечо.
До заветного дома осталось буквально несколько метров. Когда мы наконец заходим в парадную, я сразу кидаюсь искать открытую квартиру и когда нахожу такую, зову остальных. Миха также зашёл с нами, но как мне показалось, на это никто не обратил внимания.
Без сил мы все упали на пол, даже не проверив квартиру, а зря. Из двери вышло два гнойника, которые через три секунды были пристрелены Максом.
Сейчас я была готова выпить литров пять воды, но, к сожалению у нас столько нет. Сил не было даже, чтобы поднять голову и посмотреть на всех остальных, поэтому я так и продолжила сидеть с опущенной головой и глубоко дышать.
Вот это мы марафончик побежали.
Перед глазами всё ещё мелькали картинки недавний бойни, и я всё пыталась понять откуда столько гнойников. Пропажа машин, гнойники, всё это как-то связано между собой и я в этом не сомневалась.
- Чёрт, чувак, тебя укусили, - говорит Макс. Я поднимаю голову и вижу недалеко от себя Миху, сидящего на полу возле дивана, он придерживает рану рукой и морщится. В его глазах стоят слёзы и мне становится его жаль, каким бы ни был он человеком, он человек и не заслуживает такой смерти.
Я смотрю на Пашу, который также как и все сидит на полу, его взгляд устремлён на Миху, нахмуренный, наполненный печалью.
- Я вижу, идиот, - отвечает мужчина, морщась от боли. Его серая майка наполовину пропитана кровью. Я слышу всхлипы и понимаю, что плачет Карина. Она уткнулась лицом в плечо Максу и пытается сдерживать слёзы, а тот в свою очередь поглаживает её голову.
Я ловлю на себе взгляд Алекса, он, также как и все, выглядит растерянным. В его глазах я вижу, что он ищет поддержку и помощь, но я ничего не могу сделать. Я не хочу убивать мужчину, не хочу вновь совершать ошибку, которую когда-то совершила с Оксаной.
Время идёт и никто из нас не решается убить мужчину,ведь убить живого человека это непросто и для этого нужна невероятная храбрость. Пока мы не могли собраться с силой воли мужчина в это время потерял сознание. Мы все с замиранием сердца ждали его превращения, секунды растягивались, будто резина и ждать было невыносимо.
Как только уже мёртвый Миха открыл свои помутневшие глаза, в его голову сразу же прилетела пуля. От звука я дёрнулась и испуганно уставилась на струйку крови, стекающую по лбу мужчины. Стрелял Паша. Он устало, с выдохом опустил руку, в которой был пистолет и склонил голову, глубоко дыша. Мой взгляд был прикован к мертвому мужчине, мое тело немного трясло от страха, а желудок скручивало спазмами.
Все были в шоке, ещё одна потеря за последние несколько дней. Терять людей слишком больно и невыносимо. Мы должны быть вдвойне аккуратнее, тут слишком много зараженных.
От давящей тишины я встала и ушла в другую комнату, это была небольшая кухня, которая давала глоток свежего воздуха. Тут было достаточно темно, но несколько лучиков солнца все же пробивались сквозь светлые шторы. Я подошла к окну и уперлась руками о подоконник, взглянула на улицу: прямо под окном бродили зомби, по улице, непрерывный поток мертвецов двигался на запад. Их тела сталкивались друг с другом и падали на асфальт, но вновь подымались. На глаза набежали слезы, от осознания, что умер человек. Так просто, быстро. На его месте мог быть любой из нас и от этого становится еще страшнее. Отойдя от окна, я села на стул и подперла руками голову, тяжело вздыхая. Мы теряем людей. Уже двоих.
На кухню вошёл Алекс, и заглянул в окно, после чего сел на стул напротив меня. Его руки сомкнулись в замок и взгляд устремился на меня. Я не решалась сказать что-либо, поэтому просто молча смотрела на парня.
- Нужно выбираться отсюда, - наконец говорит парень.
- Как? - с горечью спрашиваю я, не представляя, как мы сможем выбраться. Мне страшно и как всем здесь сидящим.
- Нам нужен план, - отвечает Алекс и отводит от меня взгляд, - для начала нужно как-то выйти из этой квартиры... живыми, потом найти машины.
- Мы уже вышли на улицу, и чем это закончилось? - спрашиваю я,- мы не можем так рисковать. Я не хочу что бы погиб еще один из нас.
- Мы должны, если мы будем сидеть и ничего не делать, то точно умрём.
- Алекс, мы потеряли двоих, понимаешь? Они мертвы, мы никогда их не вернем! Следующим может быть кто угодно: Карина, Макс, Паша, я, твой отец! - надрывистым голосом говорю я, стараясь сильно не кричать, чтобы никто не услышал. Противный ком встал поперек горла превращая мой голос в низкий писк.
На несколько секунд парень замолчал, но вновь продолжил разговор:
- И что ты предлагаешь, просто сидеть здесь? - изогнув одну бровь, спрашивает парень. Он злился, и это четко читалось по его лицу.
Задумавшись, я так и не нашла правильного ответа, поэтому просто промолчала. Я и сама не знаю, что лучше - выйти на улицу к сотне зомби, или сидеть здесь и ждать смерти.
- Алекс, я не... - мне пришлось запнуться, так как в голове проскочил один вопрос - где Боб? Я его не видела в квартире, не видела, как он бежал с нами, я этого не видела!
- Что?
- Алекс, Боб... - прошептала я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. Сердце начинает биться быстрее от страха, а перед глазами прыгать картинки как его разрывают на куски. В ушах стоит его вой и я чувствую как начинает кружится моя голова.
- Его тут нет? - удивленно спрашивает парень, и я отрицательно мотаю головой, - ты уверена, может он убежал в какую-то другую комнату.
Я без слов быстро поднимаюсь со стула и бегу в другие комнаты, но, обыскав всю квартиру, я его не нашла. В груди заболело и я уже не могла сдерживать слёзы.
- Я должна его найти, он там, мы его забыли, - говорю я Алексу, который стоит в ванной комнате.
- Нет, там опасно, даже если он выжил, то скорей всего убежал. Мы не можем так рисковать, ты не можешь.
- Нет! Замолчи, я могу. Он спас меня и я не брошу его! - настойчиво говорю я, неумело перезаряжая пистолет. Слезы стекают по моему лицу и я с раздражение стераю их ладонью.
- Одумайся, там опасно. Ты погибнешь! - уже чуть ли не крича, говорит парень. Я поднимаю на него нахмуренный взгляд и подхожу ближе.
- Он - мой друг! Моя семья. Я обязана ему жизнью. И если для тебя он просто собака, то для меня это полноценный человек, способный любить и понимать! Только он спасал меня, когда я была в опасности. Только он и никто больше. Он был моей поддержкой, он спас мне жизнь и я уверенна спасёт ещё и ещё раз. Поэтому я иду! - грубо процедила я и отошла от парня, засовывая пистолет в кобуру. Хоть мои руки и тряслись, но я чувствовала уверенность в своих действиях.