Игра без правил

(Дружно представим что,магазин близнецов в Хогсмиде а не в Косой Алее)

— Ты правда думала, что мне есть до тебя дело? — усмехнулся Малфой , его голос капал ядом. — Тупая, наивная грязнокровка. Ты никогда не будешь одной из нас.

Его слова били сильнее, чем любое проклятие.

— Ты правда думала, что я мог влюбиться в такую, как ты? — Драко усмехнулся, скрестив руки на груди. — Грязнокровка останется грязнокровкой, сколько бы книг она ни прочитала. Ты для меня ничто. Ошибка. Грязь под ногами, которую пора стереть.

Его голос эхом отдавался в её голове, накладываясь на смех Пэнси.

Вдруг сцена изменилась.

Теперь перед ней стояла Беллатрикс Лестрейндж. Её глаза горели безумием.

— Давай поиграем, грязнокровочка, — прошипела она, небрежно проводя палочкой по ладони.

Внезапно Гермиона оказалась на полу. Её руки тряслись, а кожа горела от режущей боли. Палочка Беллатрикс царапала её руку, вырезая злополучное "грязнокровка".

— КРИЧИ ГРОМЧЕ, МНЕ НРАВИТСЯ! — завизжала Лестрейндж, размахивая палочкой.

Но в следующий момент картина снова сменилась.

— Смешно, — вдруг раздался новый голос, наполненный ядом.

Пэнси Паркинсон вышла из тени, лениво скрестив руки на груди.

— Какая же ты жалкая, Грейнджер. Всё ещё надеешься, что Малфой может смотреть на тебя иначе, чем на грязь у своих ног?

Она подошла ближе и с насмешкой скользнула пальцами по его щеке.

— Ты же не думала, что он выберет тебя, правда? — Пэнси склонила голову набок, глядя на неё с поддельным сочувствием.

— Ну скажи ей, Драко. Развей её глупые
мечты.

Драко ничего не сказал. Он просто позволил Пэнси накрыть его губы поцелуем, его руки уверенно легли на её талию.

— Видишь? — прошептала Пэнси, медленно отстраняясь. — Он мой. Был, есть и будет.

Её пальцы скользнули к палочке, и прежде чем Гермиона успела что-то сказать, она хищно улыбнулась.

— А теперь... избавимся от этой грязной проблемы.

Пэнси резко вскинула палочку.

— Авада Кедавара!

Яркая вспышка зелёного света ударила в грудь.

— Гермиона?! — Джинни мгновенно очутилась рядом, потрясённо глядя на неё. — Ты кричала!

Гермиона судорожно дышала, сжимая одеяло в дрожащих пальцах. Она не ответила. Джинни уже собиралась что-то сказать, но замерла, заметив, как по щекам подруги текут слёзы.

— Герми... — мягко начала она, но
Гермиона всхлипнула, закрывая лицо руками.

Не слушая подругу, она резко сорвалась с места и, босиком, в одной пижаме, выскочила из комнаты в глухую ночную темноту.

Она не знала, почему это происходит. Почему этот сон сломал её так сильно. Почему в груди разлилась такая пустота, что стало трудно дышать. Всё, что она знала — ей хотелось плакать. И она не могла остановиться.

***

Гермиона сидела у самого края озера, бездумно водя пальцами по влажной траве. Холод пробирался под тонкую ткань пижамы, но она не обращала внимания. Внутри было куда холоднее.

Она не спала всю ночь. Сон всё ещё стоял перед глазами: Драко, Пэнси, Беллатриса, её собственный крик. И этот ужасный, парализующий страх.

"Почему ты не выходишь из моей головы, Малфой? Почему я всё ещё думаю о тебе?"

Она стиснула зубы. Ей хотелось ненавидеть его. Она пыталась. Но воспоминания о его прикосновениях, о тёплом голосе, о тех коротких моментах, когда он был не жестоким, а нежным, мучили её больше всего.

Шорох за спиной. Гермиона вздрогнула, но не повернулась.

Мягкая, тёплая ткань накрыла её плечи.

— Ты совсем с ума сошла, Грейнджер? — раздался знакомый голос. — В таком холоде сидеть...

Драко сел рядом, но она не взглянула на него. Он был слишком близко, и этого было достаточно, чтобы её сердце вновь сжалось.

— Почему ты всегда оказываешься рядом, когда я больше всего этого не хочу? — прошептала она сквозь слезы.

Драко вздохнул, его пальцы мягко сжали ее плечи.

— Может, потому что на самом деле ты этого хочешь?

Гермиона судорожно втянула воздух, но не ответила. Её пальцы сжались в кулаки, а слёзы всё ещё блестели на её щеках.

— Ошибаешься, — глухо сказала она. — Я не хочу этого. Я не хочу тебя.

Драко усмехнулся, но в его глазах не было насмешки. Он внимательно смотрел на неё, словно пытался разобрать каждую эмоцию, спрятанную за её словами.

— Правда? — тихо спросил он.

Гермиона не выдержала и посмотрела на него.

Глаза Драко были сосредоточенными, в них не было ни тени привычной холодности. Только тёплый, пронзительный взгляд, от которого у неё перехватывало дыхание.

— Если это правда, то почему ты всё ещё здесь? — продолжил он. — Почему ты не ушла, как только я сел рядом?

Гермиона сжала зубы, её руки дрожали.

— Потому что я ненавижу тебя, — выдохнула она, а слеза скатилась по её щеке.

Драко поднял руку и большим пальцем медленно стер влажный след с её кожи.

— Неправда, — его голос стал чуть тише, мягче. — Если бы ты ненавидела меня,ты бы уже ушла.

Он обнял её
И где-то глубоко внутри понимал:  он больше не позволит ей плакать.

Гермиона не знала, сколько времени они так сидели .

Драко не говорил ни слова, просто держал ее в своих объятиях, будто опасался, что если отпустит, она исчезнет.

Её дыхание постепенно становилось ровным, слёзы высохли.
Но тепло его рук никуда не исчезло.

Она медленно под голову, встретившись с ним взглядом.

— Почему ты здесь? — ее голос был хриплым.

Он медленно провел пальцами по ее спине.

— Потому что не могу уйти .

— Нет, — покачала головой Гермиона, пристально глядя на него. — Как ты нашёл меня?

Драко чуть прищурился, его пальцы невольно сжались на её спине, но почти сразу ослабили хватку.

— Не мог уснуть, — нехотя признался он. — Решил подышать свежим воздухом.

Гермиона продолжала смотреть на него, словно пыталась поймать в его словах ложь.

— И просто случайно оказался здесь? — тихо спросила она.

Драко не ответил сразу. Его губы дрогнули, будто он собирался сказать что-то, но передумал.

— Просто... знал, где тебя искать, — наконец сказал он, его голос был почти шёпотом.

Гермиона сжала губы, её сердце пропустило удар.

— Ты снова это делаешь, — прошептала она.

Драко слегка наклонил голову.

— Что?

— Ты ломаешь меня, — её голос дрогнул.

— Ты приходишь и рушишь всё, что я пытаюсь собрать заново.

— Я не хочу ломать тебя, — Драко говорил тихо, но в его голосе слышалась искренность. — Поверь, в тот день в поместье я не лгал. И если мне нужно бороться за тебя — я буду. Я готов доказать, что изменился. Ради тебя.

Гермиона устало покачала головой, глядя куда-то в сторону.

— Я знаю про Паркинсон, — её голос прозвучал глухо. — Поздравляю со скорой помолвкой.

Драко нахмурился, не понимая, о чём она.

Но прежде чем он успел что-то сказать, Гермиона воспользовалась моментом, выскользнула из его объятий и поспешила прочь.

— Какая к чёрту помолвка, Грейнджер?! — крикнул он ей в спину, но она даже не обернулась.

Гермиона ушла, оставляя за собой лишь лёгкий шлейф ночного воздуха и глухую тишину. Драко сидел на холодной траве, бессильно сжимая пальцы в кулаки.

"Помолвка? О чём она вообще говорит?"

Мысли метались, но одно он знал точно: Гермиона снова ему не верила . И на этот раз в её глазах было что-то новое — не только боль, но и разочарование.

Драко не мог этого допустить.

***

Близились выходные, а это означало только одно — студенты отправятся в Хогсмид.

Для Тео и Драко это был не только шанс выбраться за пределы школы, но и возможность купить недостающие ингредиенты для зелья обнуления. К тому же, они не забыли и о Пэнси — если их догадки верны, её комната могла скрывать ответы.

— Разделимся, — твёрдо сказал Драко, оглядывая друзей. — Тео, ты идёшь в Хогсмид за ингредиентами.

— А мы с тобой тем временем проверим комнату Паркинсон, — догадался Забини, усмехнувшись.

Драко кивнул.

Всё складывалось слишком логично, чтобы быть совпадением. И если Пэнси действительно причастна, сегодня они узнают правду.

                              ***

Гермиона гуляла по Хогсмиду вместе с друзьями ,она наконец-то купила новую палочку. Правда, она ощущалась совсем не так, как её прежняя — словно магия внутри работала не в полную силу.

— Просто новая, — пожала плечами Гермиона, заметив обеспокоенный взгляд Гарри. — Нужно привыкнуть.

Рон кивнул, соглашаясь, но Джинни продолжала изучать подругу, будто сомневаясь в её словах.

— Ладно, раз мы здесь, давайте заглянем к Фреду и Джорджу, — предложил Гарри, стараясь отвлечь всех от темы палочки.

Магазин «Всевозможные волшебные вредилки» гудел, как улей.
Полки ломились от разноцветных коробок с таинственными надписями: «Горячие жвачки — огненное дыхание в подарок!», «Шоколадные лягушки-шпионы», «Канарейко-пирожные», «Леденцы для немоты», «Фальшивые волшебные палочки», «Торнадо-скрутки» и множество других товаров, от которых первым делом хотелось схватить что-нибудь и тут же опробовать.

В центре зала стоял огромный стеклянный шкаф с дымящимися колбами, внутри которых крутилось что-то напоминающее миниатюрные торнадо. Чуть дальше — отдельный стенд с зельями мгновенного эффекта: «Болтливый бульон», «Зелье спонтанного смеха», «Эликсир заикания».

У кассы раздавался заразительный смех. Двое рыжеволосых близнецов, Фред и Джордж, наперебой объясняли покупателям, как правильно пользоваться их последним изобретением — конфетами, меняющими голос.

— Всего одна карамелька — и ты заговоришь, как старый профессор Бинс! — с энтузиазмом воскликнул Фред, вручая покупателю маленькую коробочку.

— Или, если повезёт, как гигантский тролль с насморком, — добавил Джордж, подмигнув.

Как только Гермиона с друзьями вошли, Джордж тут же подплыл к ним, раскинув руки.

— О, наши любимые родственники и друзья! Гарри, Джинни, Гермиона... О, и ты тоже тут, Рон? — Джордж склонил голову на бок, делая вид, что только сейчас его заметил.

— Очень смешно, — буркнул Рон, но потом тут же добавил: — Кстати, братья, у вас случайно нет чего-нибудь... ну, бесплатно?

Фред сделал вид, что глубоко задумался, подперев подбородок рукой.

— Бесплатно, говоришь? Джордж, у нас есть что-то бесплатное?

— Сейчас посмотрю... — Джордж оглядел полки и через секунду с серьёзным лицом протянул Рону маленькую коробочку.

— О! А что это? — обрадовался Рон.

— «Конфета-вонючка». Съешь — и будешь пахнуть, как грязные носки дракона минимум сутки.

Рон в ужасе отдёрнул руку, а Гарри и Джинни расхохотались. Гермиона закатила глаза, но на её лице всё же мелькнула улыбка.

— О, не будь таким чувствительным, Рональд, — усмехнулся Фред. — Ладно, мы всё-таки дадим тебе что-нибудь, но со скидкой «Для своих», а не просто так. Мы же бизнесмены, а не благотворительный фонд.

Джордж наклонился к Гермионе с хитрой улыбкой.

— Но для тебя, мисс Грейнджер, всё бесплатно... — его голос стал тише и чуть более игривым. — Правда, с одним условием. Ты согласишься провести вечер с нами в «Трёх мётлах». — Он подмигнул, явно наслаждаясь её реакцией.

Гермиона ахнула от его наглости, но, несмотря на это, невольно улыбнулась

Она рассматривала витрины, поражаясь изобретательности близнецов.
Внимание её привлекла серебристая заколка, изящно сверкавшая под светом магических ламп.
Заколка была выполнена в форме тонкого, витиеватого завитка, напоминающего узоры, которые оставляет мороз на стекле. В центре украшения переливался крошечный камень, будто собравший в себе свет луны. Поверхность заколки то вспыхивала серебром, то мерцала синим, а иногда её оттенок становился тёплым золотистым.

— Понравилось? — раздался знакомый голос.

Гермиона обернулась и увидела Джорджа, который с хитрой улыбкой склонился к ней через прилавок.

— Это не просто заколка, а настоящий магический детектор настроения! — заявил он, поднимая украшение и демонстрируя его поближе. — Меняет цвет в зависимости от твоих эмоций. Радость — золотистый, грусть — синий, раздражение — багровый. Если вдруг заколка становится чёрной...

— То что? — настороженно спросила Гермиона.

Джордж многозначительно понизил голос:

— То, возможно, тебе стоит немного отдохнуть... или проверить, не проклял ли тебя кто-нибудь.

Он ухмыльнулся и добавил:

— А ещё эта заколка умеет... эм... ну, скажем так, защищать свою владелицу.

— Что это значит?

— Если кто-то тебя сильно разозлит, — Джордж сделал паузу, — заколка может разрядиться небольшим, но очень эффективным статическим разрядом.

— То есть ударить током?

— Именно! И, поверь, это будет... незабываемый опыт для обидчика.

Гермиона покачала головой, сдерживая улыбку.

— Ваши изобретения становятся всё безумнее.

— Спасибо, мы стараемся, — гордо произнёс Джордж и подмигнул.

Рон стоял у прилавка, с горящими глазами перебирая товары, пока корзина в его руках уже трещала по швам от количества вредилок.

— Рон, зачем тебе шампунь— облысения? — подозрительно прищурилась Джинни.

— А вдруг Малфой захочет им воспользоваться? — ухмыльнулся Рон, кидая пузырёк в корзину.

Гарри усмехнулся:

— Ага, а ещё ему пригодится вот это. — Он показал на зелье «Скользкий язык», но Рон уже схватил другую бутылочку.

— «Оборотная невидимость»? — прочитала Гермиона. — Ты серьёзно?

— Ну да! — оживился он. — Представляете, как круто будет: я пью, а исчезаете все вы!

Джинни закатила глаза:

— Ты иногда пугаешь меня, Рон.

Но тот уже не слушал.

— О! «Зелье задорного танцора»! — Он повернулся к Гарри. — Держу пари,Слизнорт бы здорово смотрелся, отплясывая джигу прямо на уроке!

Гарри рассмеялся, а Гермиона лишь устало покачала головой.

— Вы как дети...

***

Комната Паркинсон выглядела именно так, как Драко и ожидал: всё в пастельных тонах, идеально убранное, но при этом с явным налётом излишней напыщенности. Кровать с балдахином, пышные подушки, несколько декоративных фигурок на тумбочке — типичный вкус аристократки, привыкшей к роскоши. У стены стоял шкаф из тёмного дерева, а напротив кровати — большое зеркало с трюмо.

Драко первым делом проверил шкаф, аккуратно раздвигая её безупречно сложенную одежду. Ничего подозрительного. Затем он заглянул под кровать — лишь коробки с обувью и несколько книг, которые она, судя по всему, так и не дочитала.

Он уже начинал раздражаться, когда его взгляд упал на трюмо. Внимательно осмотрев его, Малфой потянул за ящик, но тот не поддался.

— Конечно, — фыркнул он.

Вытащив палочку, он направил её на замок:

—Алохомора .

Ящик с лёгким щелчком открылся, и Драко потерял дар речи.

Компания друзей сидела за столиком в "Трёх мётлах", наслаждаясь сливочным пивом. Гарри всё ещё подтрунивал над Роном из-за его сомнительных покупок, заставляя Джинни и Гермиону периодически прыснуть со смеху.

— Ты ведь не собираешься реально пользоваться этим шампунем? — скептически спросила Джинни, покачивая головой.

Рон тут же нахмурился:

— Ну конечно нет! Просто... мало ли, вдруг кто-то решит мне нахамить, а тут — бац! — и он лысый.

Джинни фыркнула:
— Ты даже палочкой не всегда умеешь вовремя воспользоваться, а тут шампунь.

— Очень смешно, — пробормотал Рон.

— А вот и ваш шанс испытать что-то по-настоящему интересное, — вдруг объявил Фред, хитро ухмыляясь.

Джордж подыграл ему, с важным видом доставая из кармана небольшой пакетик.

— Представляем вам нашу новую разработку — конфеты "Мимикрийки"!

Гермиона приподняла бровь.

— И что в них особенного?

— О, всё очень просто, — начал Джордж. — Съедаешь одну — и на 10-15 минут твоя внешность немного меняется. Волосы, глаза, может, даже лицо...

— Вы снова создали что-то безумное, — проворчал Рон.

— Безумное, но гениальное, — поправил его Фред.

— Вот, например, клубничная, — Джордж достал маленькую конфету, — меняет цвет волос. Карамельная слегка изменяет черты лица. Шоколадная делает глаза более яркими, а лимонная может добавить или убрать пару килограммов.

— И всё это на 10-15 минут? — уточнил Гарри, подозрительно глядя на конфеты.

— Ну... в большинстве случаев, — с усмешкой ответил Фред.

— А побочные эффекты? — сразу спросила Гермиона.

— Кто-то чересчур мнительный, — хмыкнул Джордж. — Но вообще да, иногда конфеты работают немного неожиданно. Например, вместо просто коротких волос могут появиться кудри. Или если съесть две разные, эффекты наложатся.

Фред задумчиво покрутил в пальцах мятную конфету.

— Кстати, есть ещё и особая — мятная. С ней никогда не знаешь
, что именно изменится. Абсолютная загадка!

Джордж усмехнулся и хлопнул в ладоши:

— Ну что, кто будет первым подопытным? Каждый выбирает по одному цвету, без повторений. Нам нужно сделать выводы по каждой конфете — вы первые, кроме нас, кто их пробует.

Гермиона положила клубничную конфету в рот, её волосы в мгновение ока стали светлыми, почти платиновыми. Она недоверчиво провела пальцами по прядям, шокированная таким преображением.

— Ого... — только и смогла вымолвить она.

— Ну что, теперь ты Малфой? — хихикнула Джинни.

— Очень смешно, — пробормотала Гермиона, закручивая светлую прядь.

Джинни, не долго думая, взяла карамельную. Стоило конфете коснуться её языка, как глаза стали ярко-красными, почти огненными.

— Упс, — весело сказала она, глядя на себя в отражение витрины. — Похоже, я теперь не младшая Уизли, а какая-то темная колдунья.

— Всё равно,ты выглядишь безупречно, — хмыкнул Гарри, но, взглянув на Рона, добавил: — Давай уже, твоя очередь.

— Я ещё не согласился! — возмутился тот.

— Ну, раз уж мы тут все... — Гарри, вздохнув, взял шоколадную.

Как только он её проглотил, лицо немного вытянулось, нос стал более крючковатым, а самое поразительное — исчез его знаменитый шрам.

— Эй! — удивился он, ощупывая лоб.

— Ну всё, Гарри, можешь теперь спокойно гулять по Косому переулку, тебя никто не узнает, — с усмешкой заметил Джордж.

Рон обречённо вздохнул, понимая, что уже не отвертится, и потянулся за мятной конфетой.

— Если я после этого останусь с зелёной кожей или бородавками, то возненавижу вас всех, — предупредил он, прежде чем закинуть её в рот.

На пару секунд ничего не произошло, но потом... его уши резко удлинились, превратившись в нечто эльфоподобное, а брови стали такими густыми, что почти скрыли глаза.

Гарри прыснул со смеху, а Джинни схватилась за живот, не в силах сдержать хохот.

— Ну и как я теперь с этим ходить должен?! — воскликнул Рон, глядя на себя в отражении.

— Спокойно, дружище, через десять минут всё пройдёт, — подбодрил его Фред, хлопнув по плечу.

— Ну или нет, — добавил Джордж, хитро улыбаясь.