Игра без правил

Гермиона медленно открыла глаза. Комната была погружена в полумрак, свет тусклых ламп едва касался стен. Она ощущала сухость во рту и слабость во всём теле. Попыталась пошевелиться — боль пронзила каждый мускул.

Стараясь дышать ровно, она повернула голову.
Рядом, на стуле у её кровати, сидел Малфой. Он был расслаблен, его голова откинулась назад, руки сложены на груди, а лёгкое дыхание выдавал спокойный сон.

Гермиона моргнула, пытаясь осознать происходящее. Почему он здесь?
Она смотрела на него, изучая черты лица, которые в этом спокойствии казались... мягкими. Без привычной насмешки, без презрения в серых глазах.

Но затем её внимание привлекло кое-что другое.
Его одежда.
Рубашка, испачканная в крови. Её крови.
Она сглотнула, чувствуя мучительную сухость во рту. Рядом, на прикроватной тумбочке, стоял стакан с водой.
Она попыталась дотянуться до него, но едва пошевелила рукой, как по ней прокатилась острая , обжигающая боль, словно кожу облили кислотой.
Гермиона невольно застонала, стиснув зубы.

Малфой резко дернулся и открыл глаза. Их взгляды встретились.
— Грейнджер? — его голос был хриплым, он быстро наклонился к ней. — Ты... тебе больно?

Гермиона тяжело дышала, с трудом приходя в себя после всплеска боли.
— Вода... — прошептала она.

Малфой сразу понял, потянулся к стакану и аккуратно поднёс его к её губам, придерживая её голову.
— Пей медленно, — тихо сказал он.

Прохладная вода коснулась её пересохших губ, принося облегчение. Гермиона жадно сделала несколько глотков, затем отстранилась и устало закрыла глаза.

— Драко... — Гермиона посмотрела на него затуманенным взглядом. Голос её был слабым, но полным растерянности. — Я не понимаю, что случилось... Я видела Джинни. Мы шли, она хотела показать мне что-то... но потом темнота... и ты, Тео, Рон, Гарри... Вы говорили, что я ничтожна...

Она жалобно выдохнула, её губы дрожали, а в глазах отразился страх и боль.
Малфой внимательно смотрел на неё, и его сердце неприятно сжалось.

— Грейнджер, — он наклонился ближе, его голос был хриплым, но твёрдым. — Я никогда не сказал бы этого. Особенно тебе.

Гермиона моргнула, словно не сразу поняла его слова.
Драко провёл рукой по её волосам, мягко отодвигая выбившиеся пряди с её лица.

— Тебе нужно поспать, — сказал он тише.

Она посмотрела на него, стараясь запомнить каждую черту лица — растрёпанные платиновые волосы, напряжённые, но такие живые серые глаза, тонкую линию губ.
Она всё ещё не понимала, сон это или реальность.
Теплые руки на её волосах, его голос — всё казалось неуловимым, зыбким.
Гермиона тяжело моргнула, а затем, не в силах бороться с усталостью, закрыла глаза.
Она снова погрузилась в сон, а Малфой так и остался сидеть рядом, не отводя от неё взгляда.

                                ***
— Доброе утро, мисс Грейнджер, — раздался голос мадам Помфри.

Гермиона слегка поморщилась, когда та аккуратно перевязывала её раны.
— Доброе... — прохрипела она, голос был слабым после всего, что случилось.

Она медленно огляделась, сердце глухо сжалось.
Драко нигде не было.
Значит, всё же сон...
Гермиона отвела взгляд в сторону, пытаясь не думать о том, что её сознание, измотанное болью, могло сыграть с ней злую шутку.

— Что со мной случилось? — тихо спросила Гермиона, наблюдая, как мадам Помфри наливает какое-то,зелье в стакан .

Целительница вздохнула, мельком взглянув на неё поверх очков.
— На вас было наложено проклятие разрывающей крови. Оно оставляет глубокие порезы, которые не заживают так быстро, как обычные раны. Магия действует изнутри, не позволяя организму восстановиться.

— Но я ведь поправлюсь? — слабо спросила Гермиона, переводя взгляд на мадам Помфри.

Лекарь поднесла к ней зелье для быстрого восстановления и посмотрела на неё чуть мягче.
— Теперь да, — кивнула она. — Вам очень повезло, мисс Грейнджер. Если бы профессор Слизнорт не одолжил мне слёзы феникса, всё могло закончиться иначе.

Гермиона сжала губы.
Слёзы феникса... Значит, всё было действительно серьёзно. Настолько, что без них её бы не спасли.
Её грудь сдавило тревожное чувство. Она молчала, но внутри всё кричало — кто это сделал? И почему?
После завтрака к ней зашли Гарри, Рон и... Джинни.

Рон сразу набросился на неё, аккуратно обнимая, словно боялся причинить боль.
— Чёрт, Гермиона, как же ты нас напугала, — пробормотал он, отстраняясь, но всё ещё держа её за руку.

Гарри сел рядом, пристально вглядываясь в неё.
— Как ты себя чувствуешь? Ты вообще что-нибудь помнишь о том, что случилось?

Гермиона кивнула и, немного помедлив, заговорила.
— Я... Я помню, что шла с Джинни. Она хотела показать мне что-то, а потом... темнота. А потом вы. Я слышала ваши голоса. Вы говорили... — Она запнулась и опустила взгляд.

Гарри и Рон нахмурились.
— Что мы говорили? — осторожно спросил Гарри.

Гермиона слабо улыбнулась, но в её глазах читалось сомнение.
— Что вы меня ненавидите .

— Что?! — Рон даже подался вперёд. — Гермиона, мы бы никогда...

Гарри тряхнул головой.
— Это были не мы. Это не могло быть реально.

Гермиона задумчиво кивнула.
Джинни, слушая её рассказ, всё больше мрачнела.
— Кто-то воспользовался моим обликом, — твёрдо сказала она. — Это отвратительно. Гермиона, ты моя лучшая подруга, я бы так никогда не поступила. К тому же, я вчера была с Гарри — у нас было свидание на озере, а потом мы вернулись на ужин.

Гермиона перевела взгляд на неё.
— Я знаю, Джинни, — тихо сказала она. — Я знаю, что это не ты. Всё казалось таким странным... Я сама виновата — доверилась не пойми кому.

Она нахмурилась, вспоминая.
— Но я запомнила взгляд того человека... В нём было что-то знакомое. Холодное. Почти безумное.

Гарри и Рон переглянулись.
— Ты думаешь, это был кто-то, кого мы знаем? — спросил Гарри.

Гермиона задумалась.
— Не знаю...

Вечером, когда Гермиона пыталась уснуть после ужина, дверь в лазарет тихо скрипнула. Она повернула голову и замерла — в дверном проёме стоял Драко Малфой.
Она не ожидала его увидеть.

Гермиона сжала пальцы на одеяле, ощущая лёгкое волнение. Её друзья говорили, что именно он принёс её сюда, но Драко сам до сих пор не говорил об этом .

— Малфой? — тихо произнесла она.

Он шагнул ближе, засунув руки в карманы мантии, словно не знал, куда их деть.
— Не спишь?

— Уже собиралась, — ответила она.

Драко кивнул, задержав на ней взгляд, а затем, неожиданно для себя, произнёс:
— Ты напугала нас.

Она не сразу нашлась, что сказать.
Гермиона внимательно посмотрела на него.
— Нас? — переспросила она, чувствуя, как внутри что-то сжимается.

Малфой отвёл взгляд, будто колебался, стоит ли продолжать.
— Меня, — наконец сказал он. — Ты напугала меня, Грейнджер.

Гермиона на мгновение забыла, как дышать.
Драко Малфой, тот самый, который всегда держался сдержанно и отстранённо, признавался в этом так просто, словно... словно это было очевидно.
— Я... — она замялась, подбирая слова. — Я не помню, как это случилось. Всё было размытым... Только тьма, страх... И голоса .

Малфой сжал челюсти, будто сдерживая злость.
— Я найду того ,кто это сделал.

— Я знаю, — прошептала она.

Наступило напряжённое молчание.
Драко уже собирался уходить.
— Малфой, — вдруг сказала она, — спасибо.

Он хмыкнул поворачиваясь обратно , в его глазах мелькнул странный тёплый свет.
— Отдыхай, Грейнджер.

И, развернувшись вновь , он вышел, оставляя её одну с тысячами вопросов, которые, казалось, не имели ответов.