Игра без правил

На следующий день,после завтрака Гермиона направилась в подземелье — первым уроком у неё были зелья со Слизерином. Холодные каменные коридоры казались ещё более мрачными после уюта Большого зала, но она едва замечала это.

В голове у неё крутились мысли о Малфое.

Почему он так настойчиво хочет дружить с ней? Или это вовсе не дружба?

Всё это выглядело слишком странно. Малфой не был человеком, который просто так меняет своё отношение к людям, а уж тем более к ней. Возможно, всё это было из-за её статуса. Герои войны всегда привлекали внимание — возможно, для него это был просто удобный ход, чтобы очистить своё имя? Или же... всё было намного сложнее?

Она тяжело вздохнула.

Придя в класс раньше всех, как обычно, Гермиона села за парту и принялась листать учебник, проверяя своё эссе о Зелье Живой Смерти. Всё было тщательно выверено, написано идеально — впрочем, как и всегда.

Тишина в подземелье располагала к концентрации, но внезапно дверь резко открылась, и кто-то вошёл в класс.

Прежде чем она успела поднять голову, громкий звук удара нарушил её сосредоточенность — на её парту с глухим стуком упала чья-то сумка.

Гермиона вздрогнула и резко подняла взгляд.

Перед ней, усаживаясь рядом, лениво потягиваясь, сидел Драко Малфой.

Он ухмыльнулся, словно знал, что выбил её из мыслей.

— Удивлена, Грейнджер? — протянул он, устраиваясь поудобнее. — Привыкай.

— Малфой, что ты делаешь? — раздражённо спросила Гермиона, отрываясь от учебника.

Драко лениво откинулся на спинку стула и ухмыльнулся.

— Сажусь рядом с самой умной ведьмой в истории, а что? — с лёгкой усмешкой произнёс он, наблюдая за её реакцией.

Гермиона нахмурилась, подозрительно всматриваясь в его лицо.

— Слушай, Малфой, если ты хочешь со мной дружить только для того, чтобы отбелить своё имя за счёт моего титула, то сразу скажу — я в этом не намерена участвовать, — твёрдо заявила она, закрывая учебник и собирая вещи, чтобы пересесть за другую парту.

Но прежде чем она успела отойти, Драко стремительно схватил её за запястье.

— Грейнджер, что за бред? — его голос был неожиданно серьёзным. — Мне наплевать на твой чёртов титул так же, как и на своё запятнанное имя. Я просто больше не придерживаюсь предрассудков о грязной крови и хочу жить свободно, делать то, что давно хотел, но не мог.

Гермиона пристально посмотрела на него, словно пыталась понять, говорит ли он правду.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, затем она медленно положила свои принадлежности обратно на парту.

Но прежде чем она успела что-то сказать, в класс ворвались другие студенты, заполняя аудиторию шумными разговорами.

Спустя пару минут вошёл Слизнорт , и урок начался.

Весь урок Гермиона чувствовала на себе взгляды — любопытные, недоумевающие, враждебные. Гриффиндорцы переглядывались между собой, явно не понимая, что происходит, а слизеринцы шептались, бросая на неё презренные взгляды.

Ей было не по себе.

Гребаный Малфой.

Она украдкой взглянула на него, надеясь уловить хоть тень смущения, но Драко сидел идеально ровно, сосредоточенно изучая учебник. Ни намёка на беспокойство, ни единого движения, которое выдало бы, что он замечает всёобщее внимание.

Будто его это совершенно не волновало.

А вот её — ещё как.

Еле как отсидев зелья, Гермиона едва дождалась окончания урока. Как только Слизнорт объявил, что они свободны, она быстро собрала свои вещи и вылетела из аудитории, стараясь не смотреть ни на Малфоя, ни на остальных.

Она стремительно шла по коридорам, даже не понимая, что её так подгоняет. Просто хотелось уйти подальше от чужих взглядов, от напряжённой атмосферы, от него.

Но внезапно в голове вспыхнула неприятная мысль.

«Боже, Малфой, из-за тебя одни проблемы! Что я скажу Гарри и Рону? Они ведь обязательно спросят... Черт!»

Понимая, что в таком состоянии ей было не до разговоров с друзьями, она направилась к астрономической башне. Там, наконец, перевела дух, прислонилась к каменной стене и медленно села на холодный пол.

Она закрыла глаза, пытаясь успокоиться.

Разные мысли крутились у Гермионы в голове, пока она пыталась придумать, что сказать Гарри и Рону.

«Гарри, Рон, представляете, Малфой сказал, что он изменился теперь он хороший, добрый и больше не будет нас трогать!»

Нет, звучит слишком наивно.

«Рон, помнишь, ты говорил, что нужно налаживать контакт с другими факультетами? Так вот... это Малфой.»

Мда, еще хуже.

Гермиона устало прикрыла глаза.

Нет, проще всего сказать, что Малфой просто сел ближе к профессору. Ведь Гарри и Рон всё равно опоздали и не видели, что, когда он вошёл, свободных мест было полно.

Да, так и скажет.

Посидев ещё некоторое время, Гермиона наконец собралась с мыслями. Она глубоко вдохнула, поднялась на ноги и уже собиралась спускаться, чтобы найти Гарри и Рона.

Но вдруг услышала шаги.

Обернувшись, она увидела Теодора Нотта.

Он стоял у входа в башню, скрестив руки на груди, и смотрел на неё с тем самым выражением, от которого у неё внутри всё неприятно сжималось — задумчивым, изучающим, слишком внимательным.

— Долго ты тут сидишь, — спокойно сказал он, делая пару шагов вперёд. — Прячешься?

Гермиона фыркнула.

— Конечно нет, — солгала она, стараясь выглядеть невозмутимой. — Просто... размышляла.

Тео чуть приподнял бровь, но ничего не сказал. Он остановился рядом, облокотился на перила и несколько секунд молча смотрел вниз, на огни Хогвартса.

— Он запутывает тебе голову, — произнёс он наконец.

Гермиона замерла.

— Что?

— Малфой, — Теодор перевёл на неё взгляд. — Ты ведь знаешь, что ему нельзя доверять.

Гермиона сжала губы, чувствуя, как внутри всё напряглось.

— Тео, — вздохнула она, стараясь говорить спокойно. — Ты тоже из Слизерина. Почему я должна верить тебе больше, чем ему?

Нотт усмехнулся, но в его взгляде не было насмешки — только усталость и что-то ещё, что она не могла разобрать.

— Потому что я знаю его лучше, чем ты. И знаю, как он играет.

Гермиона сложила руки на груди.

— И что, по-твоему, это за игра?

Теодор смотрел на неё слишком долго, прежде чем ответить:

— Та, в которой ты рано или поздно оказываешься пешкой.

Гермиона вздрогнула, но тут же взяла себя в руки.

— Забавно, — сказала она, прищурившись. — Малфой сказал, что изменился. А ты ведёшь себя так, будто пытаешься мне что-то внушить.

Теодор усмехнулся, но во взгляде мелькнуло разочарование.

— Знаешь,Гермиона, если бы ты смотрела на меня так же, как на него, я бы, наверное, давно выиграл.

Эти слова застали её врасплох.

— О чём ты говоришь?

— О том, что я не стану притворяться, — спокойно сказал он. — Я не буду играть в загадочного героя, который вдруг решил избавиться от предрассудков. Я просто честен.

Гермиона хотела ответить, но в этот момент послышались шаги. Они оба повернулись — на лестнице появился Малфой.

Его взгляд скользнул по ним, задержавшись на том, как близко стоял Теодор.

— Нотт, — лениво бросил он, шагая ближе. — Опять пытаешься что-то доказать?

Теодор напрягся, но не отступил.

— Нет, Драко, — его голос был ровным. — Просто напоминаю Гермионе, что ты — всё тот же Малфой, каким был всегда.

Гермиона сжала кулаки.

— Довольно.

Оба парня повернулись к ней.

— Я не хочу, чтобы кто-то из вас говорил мне, кому доверять, а кому нет.

Она резко развернулась и направилась к выходу.

Но, уходя, она чувствовала — двое слизеринцев стояли на одном месте, продолжая сверлить друг друга взглядами.