•Twenty seven
Лиса спешила по коридору. Медсестры вокруг нее беспорядочно метались, в груди было что-то тяжелое, когда она дошла до лифта. Девушка нашла в себе силы, чтобы поднять руку и нажать на кнопку, что в итоге привело бы ее на первый этаж. Лифт немного дрожал, когда опускался, посылая вибрации в тело Лисы.
Снаружи все еще шел дождь, когда она вышла из здания, легкий ветер ласкал ее кожу. Она переместила взгляд на небо, на котором темная туча растянулась на мили. Учитель географии однажды рассказывал, как называются такие тучи, но она забыла еще тогда, когда вышла из кабинета.
***
Лиса трусцой побежала в сторону остановки, чтобы спрятаться от дождя. Она продолжала бежать по улице, разум твердил ей добираться туда быстрее. Поэтому она бежала. Ее вели ноги, а волосы танцевали вокруг лица. Лиса была не уверена, что отдаляло ее от остановки. Она бежала всю дорогу до дома даже тогда, когда легкие горели и ноги начали неметь от усталости.
Позже, когда она оказалась внутри дома, она пошла в свою комнату, где достала сухие вещи из шкафа, прежде чем пошла в ванную. Там она она сняла через голову мокрую рубашку и кинула ее на пол, прежде чем начала снимать джинсы, которые, казалось, приклеились к ногам. После того, как девушка кинула всю одежду в угол, она шагнула в душ и позволила теплой воде литься по ее холодной коже. Вздыхая, она закрыла глаза и провела рукой по волосом, она почувствовала, как тело начало расслабляться, как оно становилось теплым.
Когда Лиса набрала в рот немного воды, вкус сменился на металлический, из-за чего она резко открыла глаза. Сначала она не поняла, что происходит, но потом увидела на руках красную жидкость, она была не только на ее руках, она была везде. Лалиса пронзительно вскрикнула и прижалась к стенке душевой, уставившись на то, что происходило в ней и снаружи. Лиса не спускала глаз с малиновой жидкости, которая стекала на дно душевой, кровь прыснула на стену и занавеску, и теперь ванная выглядела, как место преступления. Везде была кровь, и тело девушки было покрыто ею.
Она сжимала руки перед собой, смотря на них большими глазами. "Что происходит? Что со мной происходит?" — думала она, ее дыхание было неконтролируемым. Она хотела выключить душ, но не могла заставить себя двигаться по крови, которая стекала сверху.
— Это нереальное, — прошептала Лиса между собственными вздохами, несколько слез смыли кровь с ее щек. Но она не могла увидеть этого, стойкий запах крови все еще стоял в воздухе.
Ее взгляд переместился вниз на трясущееся руки, прежде чем закрыла глаза и попыталась восстановить дыхание. Некоторое время она стояла спокойно, по-прежнему слыша, как каждая капля крови капала на дно душевой. Лиса обняла себя и тихо прошептала:
— Это не правда. Это все нереальное.
Медленно, после ожидания другого движения, Лиса открыла глаза. Она почти рухнула от облегчения, когда поняла, что кровь исчезла, а вода вернулась обратно, пар снова наполнял душевую. Она быстро встала под струю горячей воды, чтобы смыть кровь, которой даже не было.
Кожа Лисы была все еще мокрая, когда она надевала новые вещи, затем рванула из ванной. Она так торопилась, что чуть не споткнулась о дверь, когда открывала ее. Когда она восстановила равновесие, послышался смешок. Улыбчивый Чонгук прислонился к стене перед ней. Он услышал ее крик.
— Зачем ты сделал это? — сказала девушка, ее голос был слабым и хриплым. Она все еще тряслась и могла чувствовать запах крови.
— Сделал что? — обычно спросил он, его улыбка исчезла.
— Превратил воду в кровь, — сказала Лиса. — Ты сказал, что будешь делать это. Зачем?
Чонгук провел рукой по волосам, ошеломленным тем, что сказала Лиса. Он не мог сделать этого, превратить воду в кровь. Он говорил это, чтобы напугать ее. Он был мертвым, но никак не волшебником.
— Смотри! — воскликнула девушка и протянула руки вперед, они тряслись. Она до сих пор видела на них кровь, которая извивалась на коже и создавала какой-то узор. Гук ничего не видел и начал беспокоиться. Он не был уверен в том, что должен был сделать. С одной стороны его тянули одни вещи, а с другой — другие.
Он посмотрел на Лису, ее дыхание было тяжелым, и она смотрела на него большими и испуганными глазами. Очевидно, это был отличный шанс напугать ее и сломить полностью, но частичка его кричала, что пришла его очередь спасать. Лиса после всего, что случилось, попыталась помочь ему и поборола свой страх подойти к нему. Частичка его твердила, что он должен сделать что-то.
— Лалиса, — медленно сказала он. Это был первый раз, когда он громко назвал ее по имени. Это было странно и в то же время ново. — Крови нет.
— О чем ты говоришь? — сказала Лиса, в ее голосе слышались нотки паники.
— Лалиса, — он снова сказал это. Ее имя. Ему нравилось, как его губы шевелились, когда он говорил его, ему нравилось то, что это выглядело так, будто ее имя — единственное, что он должен говорить. — Иди сюда, — добавил он и положил руку к ней на плечо, его охватило странное чувство, когда он сделал это.
Гук положил Лису на кровать в ее комнате и заботливо помог сесть, прежде чем закутал в одеяло. Пока он делал это, единственное, что она делала — смотрела в воздух. Она не была уверена, что происходило вокруг нее или даже где она была.
— Слушай, — сказал Чонгук и присел перед ней, пытаясь привлечь ее внимание. — Я не превращал воду в кровь. Это не по-настоящему, — слова вылетали сами, из-за которых Чонгук хотел блевать. Он не понимал, что его останавливало, но он все же решил продолжить. — Ничто из этого не по-настоящему. Не позволяй этому победить тебя.
"Это делает мне больно", — подумал он, когда посмотрел на девушку, сидящую перед ним. Она выглядела хрупкой и невинной, как фарфоровая кукла, и она была красивая.
Лалиса медленно посмотрела на Чонгука уставшими глазами. Вокруг него была темнота. Но это была не та темнота, которая пугала ее, это была та, которая прятала все остальное. Она позволила ей сосредоточиться на нем и, возможно, в это раз помогла ей. На ее лице появилась слабая улыбка, и тело наполнилось спокойствием.
— Сейчас, когда я увидела, какой ты, — прошептала Лиса. — Твои шрамы поблекли и глаза стали заметнее, ты больше не пугаешь. Мне нравится такая твоя сторона.