146
Прошлой ночью, независимо от того, отдохнул этот человек или нет, Ян Чэньцзинь, как член семьи Ян, несомненно, был хорошо осведомлен об этом.
Итак, когда Ян Ченянь услышал слова Ян Ченцзиня, он усмехнулся.
Как раз в тот момент, когда он собирался высмеять несколькими словами, он услышал чей-то кашель, за которым последовало шокирующее зрелище красного цвета.
Кроме того, красный цвет он ненавидел больше всего.
Глаза Ян Чэньяна широко раскрылись, его сердце почти остановилось.
Он напряженно перевел взгляд с красных пятен на тарелках на лицо Жуань Цина.
На самом деле, это был не просто Ян Ченянь с лицом, полным паники. Даже у остальных за столом расширились глаза.
Даже Ян Чэньцзинь был таким же.
В глубине его глаз была необычная смесь паники и страха, больше не было прежней спокойной элегантности.
Даже потеряв самообладание настолько, что чуть не разбил чашу о бортик, его руки дрожали. “... Невестка? Что с тобой!?”
Лицо Жуань Цина теперь было бледным, как бумага, без малейших следов крови.
Он прикрывал грудь, между тонкими бровями виделась боль, из уголка рта текла кровь.
Она окрасила его бледно-розовые тонкие губы, а также нефритоподобный подбородок.
Кровь капала на чистую одежду, в которую он только что переоделся, мгновенно растекаясь.
Жуань Цин был чрезвычайно хрупок в этот момент, как будто он мог умереть в любой момент.
Ю Цин любил носить белые рубашки, и большая часть одежды, которую он принес, была белой.
Итак, Жуань Цин все еще был одета в белую рубашку, и красные пятна крови на белоснежной рубашке были чрезвычайно яркими.
Как будто пронзает чьи-то глаза желанием причинить вред.
Жуань Цин также знал, насколько плохо было его тело.
Хотя он прошел детоксикацию менее чем за полминуты до и после отравления, было действительно слишком поздно, и он не смог полностью очистить организм от токсина.
Кроме того, после отравления интенсивное движение, очевидно, распространило токсин по всему его телу.
Без какого-либо лечения его тело, вероятно, не дожило бы до шестого дня.
Жуань Цин слышал голоса Ян Чэньцзиня и Ян Чэньяна, но теперь у него даже не было сил говорить.
Даже его зрение начало расплываться.
В конце концов, Жуань Цин, держась за грудь, обессиленно упал.
Ян Чэньцзинь, сидевший ближе всех к Жуань Цину, немедленно встал и поддержал падающего Жуань Цина, как только понял, что другая вот-вот упадет. “Невестка!?”
Голос Ян Чэньцзиня стал несколько резким, в нем слышались паника и страх, которых он сам, казалось, не замечал.
Однако, как бы он ни звал, человек в его объятиях не отвечал.
Увидев, что Жуань Цин потерял сознание, Ян Ченянь в панике встал, затем быстро подошел. Он говорил несколько взволнованно, даже руки у него дрожали. “Почему здесь кровь!? Не было ли на нем какие-то повреждения!? У него было только несколько синяков на груди!”
Он явно проверил, и на груди должно было быть всего несколько синяков.
Почему там была кровь!?
Ян Чэньян хотел проверить, где был ранен Жуань Цин в своем паническом состоянии, но был напрямую заблокирован Ян Чэнцзинем.
Ян Чэньцзинь с напряженным выражением лица посмотрел на дворецкого. “Дворецкий!!! Иди найди доктора!!!”
Дворецкий, увидев, что Жуань Цин кашляет кровью, также был чрезвычайно встревожен. Однако люди из семьи Ян не заботились о собственном здоровье, жили они или умирали, и они никогда не болели.
Естественно, в этом месте не было такого понятия, как доктор.
Туман полностью перекрыл дорогу перед виллой семьи Ян, и, кроме мастера Ян и двух молодых мастеров, даже члены семьи Ян не осмеливались случайно выйти наружу.
Туман за пределами виллы семьи Ян рассеется только после похорон.
Итак, невозможно найти врача, кого-то, кого здесь не существовало.
После того, как Ян Чэньцзинь закончил говорить, он тоже понял это. Он сдержал панику в своем сердце и немедленно заговорил низким голосом. “Среди гостей найдите кого-нибудь. Если они смогут исцелить Невестку, семья Ян обещает отправить их в целости и сохранности.”
“Да”. Дворецкий немедленно приказал слугам найти кого-нибудь, а сам побежал туда, где остановились гости, по-видимому, намереваясь найти кого-нибудь из слуг, чтобы быстро найти доктора.
Ян Чэньцзинь, закончив говорить, посмотрел на Ян Чэньяна, который казался немного растерянным, и заговорил низким голосом. “Третий брат, выйди и приведи врачей из больницы. Лучше всего привести разных врачей”.
В конце концов, они не знали, почему молодой человек вдруг начал кашлять кровью, и лучше обратиться к разным врачам.
В этот момент внимание многих игроков было сосредоточено на молодом человеке, который потерял сознание, и они не заметили проблемы со скоростью Ян Ченяна.
Даже если бы они заметили, это не было бы слишком удивительно.
В конце концов, они всегда подозревали, что члены семьи Ян не были людьми, поэтому ожидалось что будет необычная скорость.
Ян Чэньцзинь осторожно поднял находящегося без сознания Жуань Цина горизонтально и пошел прямо наверх.
Несколько игроков наблюдали, как человек на лестнице исчез. Они обменялись взглядами друг с другом.
Несомненно, это была редкая возможность.
К сожалению, никто из них не был искусен в медицине. В противном случае, они могли бы напрямую очистить это подземелье.
Казалось, что NPC был более важным, чем они изначально думали.
Игроки опустили головы с задумчивым выражением лица.
Только у двух игроков были мрачные выражения лиц, окутанные холодной аурой, их мысли были неясны.
Хотя игроки, возможно, и не были искусны в медицинском искусстве, они привыкли часто получать травмы, поэтому простой осмотр тела был тем, что они могли сделать.
Фэн Е, который поймал молодого человека ранее, действительно не видел никаких видимых повреждений.
Тем не менее, другой все еще кашлял кровью.
После молчаливой паузы Фэн Е встал и вышел из-за обеденного стола.
Игрок с ежиком немедленно последовал его примеру.
Другие игроки также хотели присоединиться, но игрок с ежиком остановил их.
Остальным оставалось только продолжить завтрак. В конце концов, они ничего не ели со вчерашнего дня.
***
Среди гостей, присутствовавших на похоронах, действительно был медицинский работник. Когда они услышали о возможности обмена на безопасный выезд из семьи Ян, один из врачей выступил вперед.
Затем дворецкий отвел доктора в комнату на третьем этаже.
В этот момент в комнате было только два человека.
Даже если никто не сказал, кому нужна медицинская помощь, врач мог легко определить.
Доктор, глядя на молодого человека с бледным лицом, лежащего на кровати, не сразу подошел, чтобы оценить ситуацию. Вместо этого доктор повернулся к Ян Чэньцзину и заговорил серьезным тоном: “Если я вылечу его, могу ли я обменять это на гарантию того, что мои жена и дочь смогут уехать?”
Очевидно, мужчина неправильно понял и поспешил с выводами. Дворецкий изначально имел в виду обменять эту возможность на уезд доктора, а не на семью доктора.
Однако то, что он хотел обменять, было на двух человек.
Ян Чэньцзинь, сидевший у кровати, мрачно посмотрел на мужчину и сказал: “Хорошо”.
Затем доктор вышел вперед, чтобы изучить состояние молодого человека, и через несколько минут пришел к выводу.
“Он отравлен”.
Жуань Цин, который только что пришел в сознание, услышал слова доктора и заколебался, открывать ли ему глаза.
В конце концов, если доктор спросит, как он отравился, он не совсем уверен, как объяснить. Он не мог сказать, что отравил себя сам.
Жуань Цин на мгновение задумался и в конце концов притворился, что все еще без сознания.
“Отравлен?” Ян Чэньцзинь слушал слова доктора, прищурив глаза, выглядя чрезвычайно опасным.
Он был похож на ядовитую змею, присматривающуюся к своей добыче.
Ян Чэньцзинь посмотрел на доктора и спросил: “Какой яд?”
“Цветок Утренней Зари”, - сказал доктор, глядя в сторону балкона. (переводчик: ипомея не ядовитая, но тут, видимо, это вымысел автора)
Балкон этой комнаты выходил в большой сад виллы семьи Ян.
Самым распространенным цветком в большом саду семьи Ян был ‘Цветок утренней зари’, покрывающий обширные территории и создающий живописную сцену, подобную сказочной стране.
‘Цветок Утренней зари’ был исключительно красив, превосходя по элегантности даже розы. Он выделялся даже среди множества других цветов. (переводчик: это точно вымысел. Можете сами посмотреть как ипомея выглядит))
Однако обычные люди не стали бы сажать такие цветы.
Одной из причин было то, что "Цветок Утренней Зари" был очень дорогим, а другой причиной было то, что это был ядовитый цветок.
Даже при случайном попадании в организм или попадании сока на кожную рану, он может вызвать отравление в течение нескольких секунд.
Люди со слабым телосложением, даже если их кожа случайно коснется стебля или листьев цветка Утренней зари, могут получить легкое отравление. Если не принять своевременную помощь, это может быть опасно для жизни.
На самом деле, ядовитым был не только ‘Цветок Утренней зари’ в саду семьи Ян. Большинство цветов и растений там были ядовитыми, такие как олеандр и мандрагора.
Однако ‘Цветок Утренней Зари’ был самым красивым и обладал сильнейшей токсичностью.
Ян Чэньцзинь был ошеломлен этим ответом. Он никак не ожидал, что человек на кровати был отравлен "Цветком Утренней зари". ’
Сначала он подумал, что кто-то отравил его.
Сердце Ян Чэньцзиня упало, и он даже почувствовал, как холод пробежал по его телу.
Он знал, что цветы в саду семьи Ян ядовиты для обычных людей, но никогда раньше об этом не задумывался.
Он никогда не думал, что эти цветы причинят вред молодому человеку...
Доктор посмотрел на молодого человека на кровати и медленно заговорил. “Вероятно, он случайно прикоснулся к ним. Токсичность не очень сильная. Просто после того, как он прикоснулся к "Цветку Утренней Зари ", он, возможно, не знал, что он ядовит, и не сразу разобрался с токсинами. В конце концов, не все узнают ”Цветок утренней зари ".
Доктор на мгновение замолчал, затем продолжил несколько тяжелым тоном: “Его тело слишком слабо, а интенсивная физическая нагрузка после отравления ускорила кровообращение ...”
Ян Чэньцзинь холодно посмотрел на доктора: “Что это значит?”
Доктор слегка вздохнул. “Токсины уже распространились по всему его телу”.
Рука Ян Чэньцзиня слегка сжалась. В его сердце поднялась волна небывалого страха и паники, которую он не мог подавить, как бы сильно ни старался.
Он почувствовал холод по всему телу, и его руки слегка задрожали.
Хотя слова доктора были тактичными, смысл их и так был ясен.
Ян Чэньцзинь опустил голову, глядя на молодого человека на кровати с бледным, как бумага, лицом, выражение его лица было наполнено смесью сложности и замешательства. “Он ... умрет?”
Доктор, глядя на молодого человека на кровати, глубоко вздохнул и в конце концов сказал правду. “Цветок Утренней зари чрезвычайно ядовит. Если бы его вывели сразу после отравления, возможно, был бы шанс. Как только токсины распространятся по организму, лекарства не будет. Если только ... не произойдет чудо. ”
Теперь, очевидно, было слишком поздно. Как только токсины распространятся по телу, даже если придет бог, они не смогут спасти его.
Термин “чудо” был просто способом утешить людей.
Прежде чем Ян Чэньцзинь успел заговорить, Ян Ченьянь вернулся с несколькими людьми в белых халатах.
Любой мог с первого взгляда сказать, что люди в белых халатах были врачами, и они также могли видеть, что Ян Ченянь насильно привёл людей.
В конце концов, эти люди все еще дрожали, их лица были полны страха, очевидно, они были чем-то напуганы.
Ян Ченянь развязал веревки, связывающие нескольких человек, его лицо было холодным, когда он указал на человека на кровати: “Осмотрите его”.
Ян Чэньцзинь почти ничего не говорил, просто сидел у кровати с несколько рассеянным выражением лица.
Выражение его лица казалось несколько растерянным, смешанным со следами растерянности.
В нём также чувствовалась определенная хрупкость, чего он никогда не испытывал, даже когда его приносили в жертву.
Ян Чэньцзинь действительно чувствовал себя совершенно сбитым с толку, как будто надежда внезапно исчезла из его жизни. Даже так называемые планы семьи Ян больше не вызывали у него никакого интереса.
Ян Чэньцзинь даже почувствовал, что в его голове совершенно пусто.
Осталась только одна мысль.
Человек на кровати умрет.
Как только эта мысль пришла ему в голову, Ян Чэньцзинь почувствовал, как будто его сердце крепко сжалось, затрудняя дыхание.
Ему даже показалось, что он погрузился в стоячую воду, это удушающее чувство невозможности дышать, сродни агонии утопления, когда он может только беспомощно и с отчаянием наблюдать, как поверхность воды становится все дальше.
Без передышки ни на мгновение, чтобы отдышаться.
Очевидно, что этот человек был всего лишь жертвой, незначительным подношением в плане "Божественного сотворения” их семьи Ян.
Очевидно, просто жертва...
Ян Чэньцзинь изо всех сил пытался подавить приступ удушья, глядя на врачей, которых привел Ян Ченьянь, в его глазах светилась тонкая и неуловимая надежда.
Надеется, что это был просто ошибочный диагноз.
Группа врачей не осмелилась ничего сказать после того, как заговорил Ян Ченянь, немедленно начав осматривать человека на кровати, опасаясь, что задержка может привести к чему-то ужасному.
Однако заключение, к которому пришли все врачи, в конечном счете было таким же, как и у предыдущего врача.
Отравлен токсином ‘Цветок утренней зари’.
И сейчас слишком поздно начинать лечение.
Человеку на кровати, очевидно, медицинская помощь была уже не нужна.
Услышав это, лицо Ян Чэньяна немедленно потемнело, выглядя разъяренным.
Он крепко схватил за шею одного из врачей, с ударением произнося каждое слово: “Что ты сказал!?”
Доктор изо всех сил пытался вырваться из хватки Ян Ченяна, но сила Ян Ченяна была огромной, отчего лицо доктора стало фиолетовым.
Он не мог вымолвить ни слова, его глаза наполнились сильным страхом.
Как будто Ян Ченянь перед ними был демоном, вышедшим из ада, чтобы забрать жизни.
Другие врачи, увидев ситуацию, были так напуганы, что прямо упали на землю, как будто в следующую секунду были готовы потерять сознание.
На самом деле, они хотели бы упасть в обморок по-настоящему.
Всего за короткий час они испытали нечто ужасающее, чего никогда не могли себе представить за всю свою жизнь.
Они работали в больнице, когда внезапно ворвался мужчина и связал их.
Затем их привели сюда.
Некоторые из них, пройдя сквозь туман и став свидетелями ненаучного существования кроваво-красных лоз, не смогли удержаться от слез.
Это было слишком страшно. Смогут ли они покинуть это место живыми?
Ян Чэньцзинь внимательно взглянул на Ян Чэньяна, который излучал сильную ауру враждебности. Он посмотрел на врача, который ранее осматривал Жуань Цина, его голос был хриплым и дрожащим: “Сколько времени ему осталось?”
Даже изначально спокойный доктор теперь слегка дрожал, заикаясь при разговоре. “При правильном лечении он может продержаться около десяти дней, плюс-минус ...”
Голос доктора дрожал, он боялся, что слова ‘десять дней’ потревожат двух демонов, стоявших перед ним.
“Десять дней?” Ян Ченянь остановился, услышав это, отпустил почти бездыханного доктора, позволив ему упасть на землю.
Ян Ченьянь не знал, о чем он думал. Подсознательно он посмотрел на Ян Чэньцзиня, который сидел на кровати.
После услышанного ‘десять дней’ мозг Ян Чэньцзиня немного восстановился, и он стал намного спокойнее. Он осторожно ущипнул уголок одеяла на кровати Жуань Цина. “Десяти дней достаточно”.
В семье Ян две вещи были простыми.
Во-первых, легко хотеть умереть. Во-вторых, легко хотеть жить.
Даже если кто-то хотел жить вечно, это было также очень легко.
Только не как человек.
Хотя Ян Чэньцзинь сказал только “достаточно десяти дней”, Ян Чэньянь сразу понял смысл слов Ян Чэньцзиня.
Но он ничего не сказал, молча стоя в стороне.
Несмотря на то, что он знал, что другой хотел разрушить план "Божественного Творения", который семья Ян планировала в течение долгого времени.
Ян Ченьянь думал, что Ян Чэньцзинь сумасшедший, и он также чувствовал, что он сам был сумасшедшим.
Прошло всего три дня с тех пор, как он встретил его, и он поймал себя на том, что подсознательно думает о том, чтобы пожертвовать планом "Божественного творения" семьи Ян только для того, чтобы позволить человеку на кровати выжить.
Но он, казалось, ни о чем не сожалел. Он даже начал думать о том, как убить тех, кто будет мешать ему.
В конце концов, были люди, которые никогда бы не согласились.
Ян Чэньцзинь посмотрел на группу врачей, его тон вернулся к своей обычной мягкости. “Пока вы можете поддерживать его жизнь в течение шести дней, я позволю вам оставить семью Ян в живых. Заберёте даже тех людей, которых вы хочете забрать, и моя семья Ян щедро вознаградит вас, обеспечив ваше процветание и богатство в будущем. Но если за эти шесть дней с ним случится что-нибудь неожиданное”. Ян Чэньцзинь встал и посмотрел сверху вниз на нескольких человек, изобразив слабую улыбку. “Я дам вам знать, что иногда смерть - это счастье”.
Врачи посмотрели друг на друга и неохотно согласились, почувствовав огромное облегчение.
Спасти жизнь человека непросто, но поддерживать чью-то жизнь в течение шести дней - не проблема.
Пока не произойдёт ничего неожиданного.
Однако Жуань Цин, лежавший в постели, притворяясь без сознания, почувствовал холод в сердце, услышав слова Ян Ченцзиня. Что он имел в виду?
Отказывается от его спасения? Просто надеешься, что он проживет шесть дней?
Нет, этого не могло быть. Время было слишком случайным.
Шесть дней спустя состоялись похороны Ян Чэньфэна.
... Что эти двое хотели сделать на похоронах?
В сердце Жуань Цина зародилось дурное предчувствие.
Босс в данном случае, казалось, не был человеком.
Может быть, они тоже думают ... превратить его в какого-нибудь монстра?
Жуань Цин вспомнил, что система сказал в <Первой старшей школе> - если основная система игры определит игрока как нечеловека, он не сможет покинуть инстанс.
Даже подписание кровавого контракта с этим ‘богом’ было запрещено.
Жуань Цин сожалел о том, что подвергся детоксикации. Было бы лучше, если бы он умер тогда.
Он без необходимости увеличил сложность игры для себя.
Теперь, под наблюдением этой группы врачей и при участии Ян Чэньцзиня и Ян Ченьяна, у него, возможно, даже не будет шанса искать смерти.
Жуань Цин не хотел оставаться с этими нелюдьми.
Ни в коем случае!
Ян Чэньцзинь посмотрел на дворецкого и спокойно сказал: “Вырви все ядовитые цветы и растения на вилле семьи Ян”.
Дворецкий, несколько удивленный, поднял голову и инстинктивно ответил: “Но это цветы, которые любит мастер Ян. Если мастер Ян вернется...”
“Что? Мне нужно сказать это снова?” Ян Чэньцзинь слегка усмехнулся, показав нежную улыбку. “Если через час я все еще смогу увидеть какие-нибудь ядовитые растения, иди в туман сам”.
Хотя тон и выражение лица Ян Чэньцзиня были небрежными, это явно была серьезная угроза.
Те, кто знал его, понимали, что он был решительным.
По крайней мере, пока ты не нарушал табу Третьего Молодого Мастера, ты не провоцировал его.
Табу Второго Молодого Мастера, с другой стороны, постоянно менялись, делая его непредсказуемым, и все это зависело от его настроения.
Дворецкий, встретившись взглядом с Ян Чэньцзинем, почувствовал покалывание в затылке и, опустив голову, прошептал: “Да, второй Молодой господин, я прикажу слугам немедленно разобраться с этим”.
Выйдя из комнаты, дворецкий вызвал слуг и передал приказ Ян Чэньцзиня.
Один из слуг, услышав слова управляющего, был сбит с толку. “Но, сэр, большинство этих цветов и растений были лично посажены мастером Яном. Он даже сам за ними ухаживает. Если Мастер Ян вернется и увидит, что его любимые цветы исчезли ...”
Пока слуга говорил, его тело слегка дрожало, очевидно, он думал о чем-то ужасном.
Дворецкий, увидев это, усмехнулся, глядя на слугу, и спокойно сказал: “Это прямой приказ Второго Молодого господина. Если у тебя есть какие-либо возражения, пойди и скажи ему сам”.
Он очень хорошо знал, что цветы и растения были лично посажены Мастером Яном, но приказ также был лично отдан Вторым Молодым Мастером.
Если они не вырвут их сейчас, то позже могут столкнуться с ужасными последствиями.
Слуга не осмеливался заговорить и мог только выполнять приказы.
Эффективность слуг семьи Ян была высокой. Менее чем через полчаса после приказа Ян Чэньцзиня со всеми ядовитыми растениями на всей вилле семьи Ян было покончено.
Не пощадили даже ‘Цветы Утренней зари’ на заднем дворе кладбища.
Однако, поскольку большинство цветов и растений на вилле семьи Ян были ядовитыми, их удаление оставило пейзаж голым, выглядящим очень неприглядно. Осталась только безвредная трава.
Однако присутствие этой маленькой травы подчеркивало запустение всего сада, придавая ему необычайно унылый вид.
Это выглядело так, как будто было разграблено бандитами или напоминало недавно раскопанную бесплодную землю.
Эта сцена полностью рассеяла страх, вызванный вчерашним днем и позапрошлой ночью, даже вызвав намек на веселье у людей, которые это видели.
Ничего не подозревающие гости, глядя на лысый сад, были совершенно сбиты с толку.
Некоторые даже сомневались, что они все еще видят сны, задаваясь вопросом, как исчезли цветы.
Разве вчера они не были великолепно цветущими? Могли ли их пожрать кроваво-красные лозы прошлой ночью?
Поняв, что пребывание в своих комнатах обеспечит им безопасность, многие гости успокоились, непринужденно болтая в саду.
“Что случилось? Слуги семьи Ян вытащили их всех, полностью раздели за полчаса, как будто это была шутка ”.
Ближайший гость потерял дар речи, очевидно, потрясенный экстравагантными действиями семьи Ян.
Осведомленный гость поблизости вздохнул: “Поистине экстравагантно. Эти цветы и растения, если их оценить, стоят несколько миллиардов. Они вытащили их без колебаний, поистине достойные семьи Ян ”.
“Несколько миллиардов?” Знакомый гость усмехнулся: “Вероятно, речь идет о сотнях миллиардов”.
“Один только "Цветок Утренней зари" стоит десятки тысяч каждый, и их даже нет в продаже, не говоря уже о других цветах и растениях”.
Гость был поражен. “Такие дорогие? Зачем им их вытаскивать?”
Те, кто говорил первым, закатили глаза. “Кто знает? Может быть, они не в своем уме”.
Проходящий поблизости слуга семьи Ян: “...”
____________________________
Очень долго переводила... Посмотрите на количество страниц... 20... Именно, поэтому я их делю༼;´༎ຶ ༎ຶ༽
А теперь я точно спать... -_-