Ада
— Ну? Что дальше по плану, мам? — спросила я, когда мы наконец получили багаж и отошли от ленты.
Мама держалась удивительно собранно. Слишком собранно.
— Терпение, Ада. Нас обещали встретить, — уверенно произнесла она.
Я покосилась на неё.
Это точно моя мама? Обычно в аэропортах она теряется быстрее, чем багаж без бирки.
— А, ну вот же он!
Она энергично махнула рукой молодому человеку с табличкой, на которой красовались наши фамилии.
— Добро пожаловать в Анталью! Надеюсь, полёт был приятным? Моё имя Адем, — произнёс он на хорошем английском.
— Адем? — оживилась мама. — Это как Адам? Первый мужчина на Земле?
— Совершенно верно, — улыбнулся он.
— Забавно! — искренне восхитилась мама.
— Не обращайте внимания, пожалуйста, — тихо сказала я. — Отпуск. Она немного перевозбудилась.
— Нет проблем, мисс...
— Просто Ада.
Он на секунду задержал на мне взгляд.
— Конечно, Ада. Брат говорил.
Я остановилась.
— Брат? Эмир?
— Да, — короткая улыбка. — Он.
В груди что-то едва заметно сжалось.
— А почему он сам не встретил нас? — спросила я уже по пути к машине.
— Увидитесь позже, — спокойно ответил Адем.
Никаких подробностей.
Всю дорогу до отеля мы почти не разговаривали. За окном мелькали пальмы, вывески, горячий южный свет. Воздух казался плотным, даже через стекло чувствовалось — здесь всё иначе.
Через час машина остановилась у отеля.
Белоснежный фасад. Стекло. Камень. Первая линия.
И где-то совсем рядом — море.
Я действительно слышала прибой.
Внутри всё выглядело ещё роскошнее. Холодный мрамор под ногами, прохладный кондиционированный воздух, запах свежих цветов.
— Билецкая... — протянул администратор, изучая паспорт.
— Две Билецкие, — уточнила мама с важностью дипломата.
— Мам, он понял, — прошептала я, прикрывая рот ладонью.
— Поздравляю, у вас разные номера.
— Ха, я бы удивилась, если было бы иначе, — вырвалось у меня не к месту.
— Что, простите?
— А... Ничего, всё прекрасно.
Нам выдали карточки-ключи, позвали коридорного.
— Ахмет! Проводи дам в их апартаменты!
Ахмет ловко подхватил чемоданы и двинулся к лифтам. Мама восхищалась буквально всем — потолком, ковром, запахом в коридоре, видом из окна по пути.
Сначала мы заселили её. Номер оказался просторным, светлым, с огромной кроватью и панорамным окном. Мама прошлась по комнате, провела ладонью по покрывалу и торжественно заявила:
— Я здесь останусь жить.
Но восторг быстро сменился усталостью. Через несколько минут она уже спала, раскинув руки, словно покорила этот отель.
Я аккуратно прикрыла дверь и кивнула Ахмету:
— Теперь мой.
Мой номер оказался этажом выше и в противоположном крыле. И это был уже не номер — это были апартаменты.
Балкон, скрытый от посторонних глаз. Вид на море. Просторная гостиная в светлых тонах. Спальня с кроватью такого размера, что на ней можно было бы устроить семейный совет человек на шесть. И ванная — почти как отдельная квартира.
— Спасибо, — сказала я Ахмету, оставляя чаевые.
Когда дверь за ним закрылась, наступила тишина.
И пространство вдруг стало моим.
Я тихонько взвизгнула от радости и медленно прошлась по комнате, касаясь пальцами гладких поверхностей, будто проверяя — всё это правда?
Одной.
Без мамы.
Без чужих взглядов.
Без прошлого разговора, который так и не был закончен.
На волне внезапного восторга я вышла на балкон.
Море шумело внизу — густо, тяжело, живо.
Я опёрлась ладонями на перила и глубоко вдохнула. Воздух был тёплым, влажным, насыщенным солью и чем-то ещё — обещанием.
Я закрыла глаза.
И на секунду позволила себе просто быть здесь.
Не объясняться.
Не оправдываться.
Не бояться.
Ветер коснулся кожи.
И в этот момент за спиной раздался голос:
— Нравится?
Тёплые ладони легли на мою талию.
— Чёрт... ты меня напугал! Я думала, что одна.
— Я бы не позволил тебе умереть от испуга, — усмехнулся он и коснулся губами моей шеи.
Тело мгновенно отозвалось.
Мурашки пробежали вниз по позвоночнику.
— Тут потрясающе... — выдохнула я. — И брат твой очень любезен...
Его руки медленно скользнули по моему животу. Неторопливо. Уверенно. Как будто проверяя, помню ли я его прикосновения.
— Я соскучился, — прошептал он, прижимаясь ближе.
— Эмир... я хотела поговорить о том, что тогда...
— Не сейчас, Адель, — мягко, но твёрдо перебил он. – Сегодня твой день рождения и я хочу тебя поздравить.
Он расстегнул пуговицы моего топа, снял его и отбросил в сторону. Лёгкий ветер коснулся кожи, и я вздрогнула — то ли от прохлады, то ли от его взгляда.
— Ты в лифчике... — тихо усмехнулся он. — Какая предусмотрительность.
Его ладони накрыли мою грудь. Не спеша. Почти изучающе.
Он сжимал, отпускал, гладил, и дыхание моё стало сбивчивым.
— Не двигайся, — прошептал он.
Я застыла, с предвкушением наблюдая за ощущениями и тем, что будет происходить дальше.
В сгущающихся сумерках, Эмир с легкостью нашёл мои губы. Конечно, ведь он проделывал это бесчисленное количество раз. Это я была невинной и неопытной, а он...
Поцелуй был жёстким. Глубоким. Требовательным.
Его руки спускались ниже, скользили по животу, задерживались там, где кожа становилась особенно чувствительной.
Я зарылась пальцами в его волосы — едва заметное движение — и он тихо застонал.
Он провёл ладонью ниже, медленно, словно давая мне время остановить его.
Я не остановила.
Ткань стала единственной преградой. Он чувствовал моё напряжение. Моё тепло. Мою готовность.
— Адель... — его голос стал ниже.
Я вдруг осознала, что сама подалась назад, прижимаясь к нему сильнее.
Когда его пальцы коснулись меня ближе, чем прежде, мир будто сузился до одной точки.
Каждое движение отдавалось волной — в животе, в груди, в горле.
Я задохнулась.
Он замер на долю секунды.
— Всё хорошо? — хрипло спросил он.
Вместо ответа я крепче сжала его руку. В тот момент мне уже совсем не хотелось разговаривать и что-то объяснять.
И тогда он перестал сдерживаться.
Он опустился ниже, оставляя горячие поцелуи на коже — животе, бёдрах, внутренней стороне бедра. Медленно. Намеренно.
— Доверься мне, — прошептал он.
И я доверилась.
Его губы нашли меня, и я больше не могла держаться.
Волны накрывали одна за другой. Я выгнулась, одной рукой цепляясь за перила балкона, а пальцами другой всё глубже и неистовее зарывалась в его волосы теряя дыхание, теряя контроль.
— Ты невероятная... — хрипло выдохнул он.
Когда наслаждение накрыло меня полностью, я дрожала, словно после долгого заплыва в тёплом море.
Он поднялся ко мне, поцеловал в нос — неожиданно нежно.
Наше дыхание постепенно выровнялось.
— Пойдём в ванну, — тихо сказал он и подхватил меня под попу. Я лишь тихо хихикнула.
В тёплой воде он снова был внимателен и спокоен. Мягкий. Почти заботливый.
Он касался меня губкой, смывая соль дороги и остатки напряжения.
К себе он прикоснуться не позволил.
— Тебе нужно отдохнуть, — сказал он, укрывая меня простынёй.
Я хотела возразить. Но усталость и пережитые эмоции сделали своё дело.
Я уснула.