Calm down [Класс Убийц]

Тело к телу, удар за ударом

Делаешь мне больно, а себе приятно
Ты - верх эгоизма, от тебя я не отстану

Ухмылка за ухмылкой, взгляд за взглядом
Тело к телу, удар за ударом
Делаешь мне больно, а себе приятно
Ты - верх эгоизма, от тебя я не отстану

/Arkusha - Верх эгоизма/

- Почему ты улыбаешься? - сжимает бедра, оставляя после себя синяки. Глаза напротив будто бы высмеивали любое его действие, чем безразмерно бесили. - Тебе плевать? Ха-ха, ты такая развратная девица.

- Я просто даже представить не могу, что с тобой сделают за все то, что ты сделал мне, мудила. - непринужденно смеется, изгибая бровки.

Мужчина взбешен. Челюсть дрожит, руки тоже, а в голове несколько десятков поз, в которых он готов унижать девушку за самоуверенные речи.
Резко схватил ее еще за синеющую от предыдущего раза шею, не жалея, сжимая ее своими пальцами. Глаза девушки выпучены, но не от страха, а от насмешливого выражения лица, которое она состроила.

- Ох... а з-за это теб-бя убьют.

- Заткнись!

С размаху влепил ей пощечину, что сразу оставила на ее лице красный отпечаток от руки.

***

Глаза открывать не хотелось. Совсем.

Хотелось провалиться под землю так, что бы не нашли, потому что лучше так, чем от стыда и в глаза ему не взглянуть. Но и лежать пластом весь день слишком: нужно хотя бы объясниться. Я же вчера просто сделала вид, что сонная, что уставшая и со стороны и вправду походила на жертву изнасилования. Его маленькое сердечко должно быть разрывалось...
Дома так хорошо. Хорошо, когда понимаешь, что это солнышко рядом. Даже забываю, что за дверьми открывается жестокий мир, где на каждом углу кто-то хочет меня убить. И вправду: куда не суну свой нос, там меня поджидает очередная проблема. Аж стыдно.

Он вчера так осторожно со мной обходился... будто я хрусталь. Таких глаз я ни разу не видела.

Милый.

Выхожу из комнаты, придерживая дверь так, что бы та не заскрипела и прохожу дальше, по направлению к кухне. Вижу: он сидит за столом и непрерывно смотрит в одну точку.

Aх, как же стыдно.

Возбуждение играет со мной злую шутку. Боже, я сошла с ума. А вдруг он все понял? Даже представить страшно, что тогда делать! Я просто омерзительна.

- Хиро-о... - он резко перевел на меня взгляд, тот час же подрываясь с места. Теперь он напротив меня, вцепившись в мои плечи, пытается что-то сказать. Выглядит так, словно он зол. Конечно он будет зол, раз знает.
Но если он зол, тогда почему так крепко прижал меня к своей груди и гладит макушку, словно успокаивая?

- Ты больше не ходишь одна. - говорит с перебивами. - Я буду ходить с тобой. Не важно куда.

Он не знает.

Аж с души слегло. Он не знает, а это самое главное.

- Хирото... все и вправду хорошо...

- Какое хорошо? - бурно отреагировал, отстраняясь. Он в недоумении, прям как и я. - Мари, тебя и так жизнь изрядно потрепала. Давай хотя бы не доводить это до крайности.

Но правда... удивило, что он довольно спокоен. Хирото никогда не держит себя в руках, когда со мной случается какая-то беда, кажется, что в эти моменты он напуган больше, чем сама я. Неужели он с Гакухо разговаривал? Хотя это неудивительно: он просто так не отпустил бы Асано, после того, как тот притащил меня в тот дерьмовом состоянии ночью.

- Тебе все рассказали? - в ответ получаю кивок и его руки медленно тянут меня на кухню, а я покорно им следую. Усаживает за стол, а сам идет к плите. - Хирото, твое поведение меня немного... напрягает. Все хорошо?

Он замер. Лишь спустя какое-то время стал оборачиваться, закатывая рукава, напрягая меня все больше и больше.
Его глаза пустые... чужие и пугающие, взгляд пробирает до костей. Синяки под глазами как большие круги, на пол лица. Что с тобой, Хирото?

- Мари, я правда уже не знаю, что делать, - сел напротив, сильно сгорбившись. Солнце, я знаю, что ты очень беспокоишься обо мне, но и я не меньше тебя беспокоюсь, когда такой лучистый человечек как ты, накручивает себя по пустякам. - ты мне безмерно дорога, но я... я ничего не могу сделать для тебя. Сколько раз я обещал тебя защитить? Миллионы раз, но так и не смог. - закрыл лицо руками, истошно взвывая.

Почему тебя так заботит это? Я ни разу не думала об этом и тем более ни разу не винила тебя! Все ситуации, за которые ты себя винишь - непредсказуемы. Никто не мог даже подумать, что уйдя в школу я наткнусь на такое дерьмо!

- Хирото, знай, что и мне не лучше от этого. Мало того, что я вляпываюсь в это, так еще и стыжусь, что доставляю проблемы! - взяла его руки в свои, бережно поглаживая их большими пальцами. Его руки такие красивые: длинные тонкие пальцы, выступающие вены, костяшки, аккуратные ногти. И мои: короткие пухлые сосиски, благо ногти удлиняют. - Хирото, я не хочу, что бы ты угасал из-за меня!

Он поднимает глаза и мое сердце остановилось: он плачет. Плачет так горько, словно кто-то дорогой умер. И умер из-за него...

- Даже сейчас... я такой слабак. Я столько хочу тебе сказать, но черт... - мне так больно смотреть на его слезы. Это так непривычно. Что мне делать? Как его успокоить?
Я бы могла его поцеловать - это всегда работало. Эффект неожиданности работает хорошо, но... как я могу целовать этими губами, которыми ублажала Асано вчера? Это ведь мерзко.

Да - это чертовски мерзко.

***

В этот раз она крепко держится за его руку, боясь отпустить. Его лицо, что всегда светилось от счастья и доброты, сейчас было чернее тучи: в мыслях ничего кроме жестоких сцен с расправой над учителем. Эти два дня для него были просто адской мукой: он не мог дождаться момента, когда сможет дать этому ублюдку по заслугам.
Девушка старается держать спокойствие, но губы то и дело дрожат, а колени то и дело подкашиваются. Она не может, нет, ни в коем случае, отходить от задуманного плана. А для него нужна исключительная смелость.

Они медленно подходили к главному корпусу, перед которым столпились группы учеников, разбившиеся на классы. Тут был даже Е.
Все ради плана, который в принципе не такой уж и сложный.

" - Гакухо, что бы вы не предлагали, но я в роли жертвы - самый лучший выход. Я обещаю, что ничего плохого со мной не произойдет, - взгляд мечется от сверстника на мужчину, чьи лица не сверкали радостью от такого заявления.

- Урио, я смотрю тебе вконец мозги отшибло. - на лице проскочили эмоции отвращения. Девушку это зацепило.

- Не смейте так говорить. - вступился Хирото, прожигая мужчину взглядом. Он видит, как эти слова ранили его Мари. - Но я тоже не согласен с твоей ролью жертвы. Ты настрадалась сполна. А вдруг его взбесят твои реакции или слова и он что-то с тобой сделает? Примечание: я знаю, что ты сильная, но не стоит так полагаться на себя одну. У тебя еще есть я. - видит, как Асано закатил глаза.

- Знаете, да, я тоже боюсь выступать приманкой, - опустив голову. - ведь когда дело доходит до чего-то интимного, то я становлюсь безотказной дурочкой, которая с радостью сделает все, лишь бы побороть возбуждение. - ее собеседники подметили правдивость сказанных слов, а в особенности Гакухо. Она не то что бы безотказная, нет, она настойчивая и настырная, а в такие моменты похожая на суккуба, который нашел очередную жертву. - Не скажу, что готова на все сто, но добрая половина во мне есть. У нас осталось всего ничего, а откидывая этот вариант остается придумывать аж два плана. Пожалуйста, давайте за основу возьмем это.

Молодые люди переглянулись: конечно, в этих словах есть смысл, но страх за нее куда выше. Хирото непреклонен: "нет и еще раз нет" - так и читается в его взгляде. А вот у Асано взгляд сменился: глаза игривые, смеющиеся. Словно шаловливый ребенок задумал очередную гадость, которая вот-вот должна воплотиться.

- Два против одного, Маехера. - парень подорвался с места, ошарашенно выпучив глаза. - Я не собираюсь больше уговаривать эту глупую девчонку. Мы с тобой перечислили все минусы и риски этой затеи, но как видишь, себя она жалеть не собирается. Остается согласиться. - развел руки в сторону в знак поражения.

- Слишком легко вы сдались, сер.

- Возможно. Просто я уже продумал оставшуюся часть плана. И что бы не быть сильно подозрительными нам стоит готовиться прямо сейчас.

Мари, как всегда, полная липовой решительности, одобрительно кивнула, даже не подозревая, что задумал Гакухо.
Маехера настороженно наблюдал. Цирк, что устраиват Асано уже в который раз, его порядком раздражал. Каждое его слово отдается дрожью в теле Урио, каждая его фраза тушит огонек в ее глазах, каждая усмешка заставляет ее ногти все сильнее впиваться в нежную кожу.

"Что между ними черт возьми?"

Этот вопрос мучает парня уже очень давно. И ведь на вид не скажешь так сразу, в каких они отношениях. Один Асано чего стоит: то беспокоится за нее, осуществляет пристальный надзор, то кидает ужасные подколы и унижает.

- Агрх, выкладывайте."

Соседи нацепили дурацкие улыбки.

Как и всегда, к ним было прикованы сотни пар глаз, которые непрочь их пообсуждать с ног до головы. Хирото к такому относился равнодушно: ну смотрят и смотрят, пусть завидуют. А вот Урио была готова провалиться под землю со своей непостоянностью: именно сейчас ей казалось, что на их ладонях все ее изъяны.

- Мари, - начал Хирото, - ты вся трусишься и это заметно. Дыши, мы должны вести себя непринужденно. - приобнял ее, целуя в макушку. - Но эти роли, что дал нам гребаный Асано, меня тоже смущают.

- А по-моему, мы отлично играем любовников. - скрываясь от усмешки золотых глаз, девчонка уткнулась в его плечо. Руки обвили мужской торс. - Просто сужу по реакции Рио. Если не проблемы и остальные опасности, то убьет меня именно она.

Парень взглянул ну толпу через плечо: ярким пятном в нем от ревности горела Накамура, что поймав на себе взгляд возлюбленного, пыталась видом доказать обратное. Смеяться с этого грязно, а в его случае глупо: у него же ситуация, точь в точь.

- Не загоняйся еще и этим. Тебя вообще не должны волновать ее чувства. - приподняла уголки губ, вздыхая.
Небольшой разговор помог ей отвлечься и снять сильное напряжение. И теперь они могли подойти к остальным.

- Вот и скажи, что такое важное может произойти, что даже наш класс позвали? - главным оратором выступала Каяде и все вроде как были с этим согласны. Сугино, к которому она обращалась, в ответ пожал плечами. - Но организация конечно суперская: если бы я не проснулась ночью попить, то вряд ли увидела сообщение. - жестикулировала она больше обычного.

- Урио, ты же точно знаешь, что за собрание, - обратился кто-то из толпы, застав девчонку врасплох. Она с глупой улыбкой осматривала свой прошлый класс, играя роль глупышки.

- С чего это? Я в таком же замешательстве. Мы с Хирото заметили сообщение когда на пробежку собирались. Нам крупно повезло. - парень наконец-таки протиснулся к ней через топлу, заботливо положив руки на плечи. Часть Е класса ахала и охала при виде соседей, другая же молчала, либо настороженно наблюдала.

"Они и вправду мило смотрятся вместе!"

"Неужели теперь они пара?"

"Он так и светится от счастья... неуж-то она согласилась?"

"И почему она ему так понравилась?"

"Почему она, а не я! Да почему? Потому что яркая? Или какая-нибудь ложь, что не такая как все?"

- Позовешь меня, как Юма придет. - окликнула соседа Урио, дергая того за рукав. Парень приподнял брови в удивлении. - Я пока к А классу схожу. - одобрительно кивнул.

- Будь осторожна. - в ответ подмигнула, заправляя прядь волос за ухо. - Вот же лисица.

Был бы у нее хвостик - повертела бы им, заливисто хохоча, уже как ехидна. Проводил нежным взглядом, вновь оборачиваясь в круг одноклассников, что ждут его объяснений. Жмет плечами и глупо лыбиться: дает понять, что объяснений они не дождутся.

Только издалека завидев девушку, группа А класса стала собираться кучнее, а после и вовсе пошла ей навстречу. Стоило видеть в момент осознания лицо Мари, когда ее затащили в центр круга, начав неразборчиво кричать и расспрашивать обо всем подряд.

- Так стоп! - громко крикнув, ей удалось успокоить балаган. Глаза бегали по знакомым лицам, находив в них всесторонние эмоции: кто вупучил глаза по пять копеек, кто нахмурен, а кто-то улыбался, просто радуясь встречи. - Что вы все от меня хотите с утра пораньше? Предупреждаю: я не в курсе, зачем нас собрали сегодня.

- Да это не важно, - отмахнулась Коко, подходя поближе. - этим остолопам очень интересно где сейчас Гакушу и что между вами.

Настроение Урио тот час же улетучилось. Она только начала забывать, только мозг начал блокировать травмирующие воспоминания, как ей об этом напомнили. С его именем в голове импулосом проскочили самые ужасные воспоминания, где оно только могло фигурировать. Почему-то захотелось заплакать.

Из состояния ступора ее вывели глаза напротив: темные не от природы, а уже от ненависти, они прожигали в ней дыру. Было похоже, что спустя мгновение он накинется на нее с ножом и изуродует с особой жестокостью. Будто бы это она виновна в том, что происходит с Гакушу.
Он же в этом уверен на все сто. Она и только она.

- Я не знаю, где он. Мы никто друг другу, прекратите это! - держалась она молодцом. По крайней мере сдерживала психи и даже не топала ногами.

- Ну как мы можем, - послышалось из-за спины. - вы же отлично вместе смотритесь.

- В каждых отношениях бывает кризис, а мы поможем вам его преодолеть.

- Он же очень любит тебя. Ну прости ты его. Негоже, что бы сам Гакушу на коленях перед какой-то девкой ползал.

- Это уже унижение какое-то. Хватит над ним издеваться.

Она уже держится за голову. Трезвоном в ушах отдаются их слова, вперемешку с чудовищным хохотом.

- Хватит! Заткнитесь все! - криком ей удалось утихомирить элиту, но бонусом привлечь к себе внимание остальных классов. Толпа становилась все больше и больше, дышать становилось труднее, а глаза бегали по головам в поисках знакомой макушки. Кто-то должен помочь ей выбраться из этого ада.
Кто-то потянул ее за руку. Девушка в ступоре, не видя никого, покорно тащится за ведущим, слабо перебирая ногами.
Веки тяжелели. Стало сложно даже приоткрыть глаза.

Спина спасителя казалась знакомой, но при этом отталкивающей. А когда он повернулся вся неприязнь была оправданной.

- Глупая Урио, вот и чем же ты цепляешь всех подряд?

Она подняла испуганные глаза, встречаясь с его едкой усмешкой от которой по телу прошла стая мурашек.

- Глазами? Душой? - ведет ее по коридору вглубь здания. - Не знаю даже, но не один уже сходит с ума. Даже мужчины постарше не могут сдержаться.

- Что?

Видит, что дорога ведет к кабинету, в котором она получила эти синяки. До начала операции еще рано, не все пункты выполнены. Как минимум Хирото и Гакухо не знают, куда и с кем она ушла. Нервы шалят, зубы отбивают ритм, колени предательски дрожат, а ей нужно быть стойкой и самоуверенной с этим человеком.

Протолкнул ее в кабинет, закрывая за собой дверь. Она в ловушке. Если выходить, то только через окно, но то еще надо открыть.

- Что тебе сейчас от меня надо? - держится, не шевелится и пытается унять дрожь. - Я еще не давала ответа.

- Мы оба знаем ответ, Урио. - кошачьи повадки, как и глаза. Движется плавно, уверенно, запугивая свою жертву. - Ты не можешь пройти мимо чужого горя, ты в восьмерку свернешься и наживешь себе проблем, но поможешь. Дура.

Стоит напротив, вплотную, осматривая девушку с головы до ног. Тыльной стороной ладони коснулся розовой щеки, медленно спускаясь ниже и ниже, останавливаясь на синеющей шее. Уголки губ приподнялись, был слышен его гадкий смешок.
Ему смешно, а Мари готова в обморок упасть.

- Ну и почему молчишь? - приподнял подбородок, устанавливая болезненный для девушки зрительный контакт. Издевался. - Куда пропали твои смелость и красноречие?

В ее глазах все мирское отчаяние. Наворачиваются слезы от внутренней бури. Что делать? Соглашаться. Отступать ведь поздно.

Приподнявшись на носочках и зажмурив глаза, Мари прикоснулась к губам Макото, стараясь больше никак не дотрагиваться до него. Отстранилась, ожидая, что мужчина выкинет какой-нибудь неприятный трюк, но тот просто стоял столбом.

- Правда же, что если я буду заниматься этим... с вами, то остальные будут свободны?

- Даже на формальное обращение перешла. - видно, что черт приятно удивлен таким действиям девушки. - Да, если ты будешь подчиняться всем моим приказам, то
не только освобожу этих девушек, но и замолчу о тебе с Асано. - видит странную реакцию.

- Ну... мы с Асано больше не вместе...

Отошла к парте и присела на ее край, цеплять в нее руками. Акихиро следовал за ней, вновь приблизившись чуть ли не вплотную. Мари смущена тем, что его пах находится прямо на уровне ее глаз.

- Как так? - учителя заинтриговали слова Урио. Да настолько, что в глазах заблестело.

- Ну вот так... он бросил меня, но... я сейчас встречаюсь с Хирото.

Рассмеялся. Громко и грязно. С чего вдруг такая реакция? Что она сказала смешного?

- Не смотри так, - медленно садится на корточки, - ты же подтвердила свой статус маленькой гулящей девахи. Скольких ты уже поимела? - гладит по голове, ерошив красивую укладку. Мари отводила взгляд, что бы не соприкасаться им со сверлящими черными глазами, но ничего не выходило: черт назло двигался вслед ее зрачкам. - Никак не пойму, чем же ты цепляешь. Что же тянет к тебе? Что за дар у тебя?

Приблизился к шее, вдыхая запах, исходящий от Урио. Кокетливые сладкие духи и возбуждающий запах девичьего тела. Это сочетание сносило крышу.

- Хотя это вовсе не дар. Это проклятие. - наконец-то обратила на него взор, немного удивленный или же ошарашенный. - Ты не можешь это контролировать, ведь цепляется на тебя чуть ли не каждый второй, а маленькая школьница не способна на отказ.

Девчонка ушла в себя. А ведь и правда, все это похоже на проклятие, до жути странное, но проклятие: она никогда не привлекала парней, а тут отбоя от них нет. Один - гений, аж с ума сходит, другой - солидный мужчина, ее партнер, третий - наркоман, ее убить хочет. Четвертый... передруг. Похоже все на то, что на нее навели порчу.

- Что-то мы заговорились, - хватая за руки, поднялся вместе с нею, удерживая зрительный контакт. - тогда после всего этого мероприятия жду тебя в медпункте, милашка. - подмигнул и быстро вышел из кабинета, оставляя Урио одну с жуткой улыбкой на лице.

***

- И так, давайте поговорим о технике безопасности во время запуска феерверков...

Да нахер мне сдалась эта техника безопасности в обращении с пиротехникой, если в первую очередь от людей меня ничего не защитит.
Гребаная тревожность. Из-за нее не то, что руки трясутся, но и мозг пошатывается. Она все портит! Тут и так душно, а с этой херней я просто напросто задыхаюсь, обливаясь потом.

Еще и Е класс далеко отсадили. Я даже выговориться не могу! От этого еще тошнее и больнее - будто связана по рукам и ногам, пока внутри бушует океан. Хочется встать и закричать на весь концертный зал о том, как мне осточертело быть жертвой, которой к несчастью, себя делаю я сама. Правду говорил Гакухо: нужно быть эгоистичнее, тогда и проблем меньше будет.
Но эта... как я могла пройти мимо этой? Женская солидарность или как это называется? Или нужно быть последним животным, таким же как Макото, что бы пропустить это сквозь себя и не чувствовать вины? Как все сложно!
Еще и Рен как назло не отлипает: сегодня в его намерениях сжечь меня взглядом, а если это не удастся осуществить, думаю, он попробует свернуть мне шею.

Этот Гакушу... да, мне его чертовски жалко. Не мне ли знать, что такое безответная любовь. Его случай все же отягощает ряд сопутствующих нюансов: неумение принимать поражения, противник отец, наркотики и хер пойми что еще.
Но в это же время я боюсь и ненавижу этого парня. Пусть лечится. Мне тоже не мешало бы полечиться. Я схожу с ума.

На сцену выходит Гакухо. Мой Гакухо. Аж сердце трепещет, когда называю его так. Представить только: настолько успешный мужчина и... мой. Будто сон. Хотя различить сон от реальности мне дается с большим трудом: раньше могла, а теперь проблемы преследуют меня везде, даже во снах.
Любимец камер. С любого ракурса просто превосходен. Этот черт даже организовал телевидение, что бы провернуть нашу аферу как можно громче. Хотя эти камеры меня дико смущают. Все ли пойдет по плану? Надеюсь, что да, иначе наши старания и жизни девушек пропадут напрасно. Моя кстати, тоже может подкоситься. Да, есть куда хуже, есть к чему стремиться.

- Ученики великой школы Кунугигаока...

Его голос... сейчас такой холодный и официальный что ли, но когда мы на едине или с моими ровесниками, то он приобретает совершенно другое звучание. Бархатистое, с ехидством от случая к случаю, томное и хрипящее.
Перевел на меня взгляд со сцены, явно почувствовал, что я прожигаю его взглядом. Даже не улыбнулся, не подмигнул, дабы держать вид и придерживаться легенды. Скорее в его глазах читалось отвращение.

Громким жужжанием пришло уведомление. Сообщение с неизвестного номера. Удивлена, кто же?

"Ухх, да он и правда тебя бросил! Это призрение в его глазах, ох, даже у меня сердце екнуло("

Мудак. Конченый.

Я даже не могу злиться! Остается корчить перед ним грустную рожу и пускать слезы от вымышленного расставания.

Сидит диагональю спереди, оборачивается и лыбу давит, такую мерзкую, что аж тошно.

Но он вроде как клюнул. А это самое главное. Скоро ты за все ответишь, уродец чертов! Скоро девочки и я сможем дышать хоть чуточку свободнее.

***

"Я иду к нему. В медпункт."

Печатать удавалось с трудом: руки тряслись как у наркомана в отходняке.
Ее непостоянность вновь стала проявлять себя: появились мысли, осуждающие рвение быть приманкой.

А принципы тут же начали вступать в спор: как так, она же сама предложила, так еще и настивала на этом, поэтому даже подумать об осуждении не может себе позволить.
Каждый шаг отдавался ей в голову глухим стуком - будто топор рассекает ее.

"Мари, не зря же отец учил тебя этому бесполезному оборонительному боевому искусству? Еще и в порыве бросишь его через бедро. Дура, не ерничай, нет места шуткам в этой ситуации. Что с твоим эмоциональным состоянием? То готова разорвать его на куски, а теперь боишься даже в глаза этому мудаку посмотреть. Ничего не случится, насмехайся над ним, смейся, издевайся и унижай. Достаточно жертвой притворялась. Просто не нужно подвергать сомнениям план. Хирото и Гакухо все выполнят вовремя."

Напротив нее дверь лазарета. Перед ней, возможно, то самое место, что запомнится ей животным страхом и болью по всему телу.
От одних представлений стало мерзко.

"Я вхожу."

Прочитано.

Ручка с легкостью потдалась манипуляциям и Мари осторожным шагом вошла в стирильное помещение, тихо закрывая за собой дверь. Осмотрелась: на первый взгляд никого. Но она слышала все посторонние звуки, что по его идее, не должны быть слышны. Его дыхание. Ровное.
Начала двигаться свободно. Спокойно прошла к столу медсестры, рассматривая бумаги на нем. Согласие на прививку, направление на осмотр, много карточек учащихся. Стопка А класса, рядом Е.

За спиной стали слышны его крадущиеся шаги. Щелчок. Закрыл дверь.
Она улыбается, делая вид, что не слышит, продолжая разбирать стопку с поисках своей карточки.
До плеча коснулись ладонью и Урио отлично сыграла роль дурочки: подскочила и завизжала.

Ее тот час же развернули, довольно-таки аккуратно схватив за плечи. Оленьи глазки девчонки с ужасом распахнуты, губы подрагивают, прям на радость Акихиро.

- Глупая, не ори. - слащаво. Будь это обычной ситуацией, Мари бы скривила лицо, а так ей оставалось отвести глаза вниз. - Не знал, что храбрая Урио такая пугливая. Это забавно.

Ладонью касается щеки, поднимая на себя ее взгляд, такой грустный и подавленый, от которого внутри защемило.

- Почему ты выглядишь так, словно сейчас заплачешь? - рукой обвивает талию, медленно притягивая к себе. - Ну-ка, тише, какие слезы перед нашим важным делом?

Быстрый поцелуй со стороны мужчины был неумело принят, что приятно удивило инициатора. Взгляд оценивающе бегал по телу вверх-вниз, как бы искал что-то. Урио смущается, отворачивается, прячет лицо.
Макото резко потянул ее в сторону и протащив через весь медпункт, опрокинул на койку. Испуг на ее лице, небрежно задранная юбка, волосы, что так интересно раскинулись по подушке - все вызывало в мужчине бурю. Осознание, что ему подчиняются из страха будоражит, возбуждает, прям до дрожи.

- Как же давно я хотел увидеть тебя такую, - расслабляет узел галстука, оттягивает ворот рубашки, открывая вид на ключицы. - а то вечно ходишь по школе задрав нос. Бесила, жуть как. Только рядом с парнями и крутилась. Еще и твоя связь с директором... он даже приходил и говорил со мной, когда я не пустил тебя на экзамен. Говорил, что не дал проявить себя очень способной ученице.

- Правда что ли... - она помнила, как плакалась ему в кабинете, как просила, что бы тот не предпринимал никаких попыток восстановить ее право сдачи экзамена, дабы не выдать общий секрет.

- Еще бы. - скорчил лицо. Девчонка настороженно наблюдала. - Я хотел тогда насильно нагнуть тебя прям на его глазах. Просто так, но были бы незабываемые ощущения.

"Еще бы. Сделай ты это, то весь твой род исчез бы с лица земли. Будто и не было его вовсе."

- У вас фетиш на насилие? - боже, как же ему нравился ее образ пугливой овечки.

- Мне нравится проучивать самодовольных девчонок. Когда вы такие неприступные, гордые, грубите и много спорите, а при мне слова подбираете и глаза прячете. Это чертовски заводит. - рука легла чуть ниже груди, а после стала подниматься все выше и выше, сжимая. Так она остановилась на шее. - Мне так нравятся эти синяки, - резко нагнулся, губами впиваясь в шею. Мари пыталась оттолкнуть, но мужчина крепко прижал ее руки к койке.
Девушка вся извивалась, брыкалась, всем своим видом показывала, что ей чертовски неприятно, что это пугает. А когда мужчина стал медленно запускать свою руку ей под юбку, так и вовсе запищала, ударив его ногой.

Макото пошатнулся. Удар по лицу его явно разозлил. Еще бы: Мари взяла достаточный размах, что бы выбить зуб при нормальных условиях.

- П-простите, я не хотела! - представить только, что этот псих может сделать в отместку. Приподнимаясь на локтях, тянет к нему свои руки, что бы посмотреть всю серьезность проблемы.

- Чертова девчонка, - губа была разбита и сильно кровоточила: капли крови даже испачкали рубашку. Кукольные глаза дрожали от испуга и Макото не удержался: цепко схватил девчонку за затылок и грубо впился в губы, пачкая ее всю своей кровью. Растирал по щекам и шее, местами прикусывая кожу. - Урио, блять, как же ты притягательна, особенно когда молчишь. Просто смотря на тебя хочу взорваться.

Его руки быстро пробежались по ее туловищу, цепляясь за пуговички рубашки. Попытки быстро их расстегнуть не увенчались успехом: тогда Акихиро просто разорвал форму на тряпки. Некогда крепко и аккуратно пришитые пуговицы, посыпались на пол словно бусины с порванного жемчужного ожерелья. Мари и пискнуть не успела, как живот, и грудь были измазаны его кровью.

- Но все же, - резко отстраняясь, мужчина расстегнул еще пару пуговиц на своей рубашке. - меня смущает факт, что ты так резко разошлась с Асано. За что он тебя бросил?

Мари поникла. Глаза налились еще большим отчаянием, а водопад слез усилился.

- В тот день я пришла к нему и хотела пожаловаться на вас, но завидев мой внешний вид он взбесился и сказал, что использованой я ему не нужна. Он думал, что я крутилась с двумя сразу, а когда один меня кинул, я решила ему так отомстить. - вскоре пыталась прикрыть тело руками и остатками ткани. Понаблюдав вдоволь за жалкими попытками, учитель вцепился в девичьи запястья и зафиксировал руки у изголовья.

- Да уж, бедная девочка, - ладонью свободной руки гладит по голове, как бы утешая. Только эти касания не успокаивают, а наоборот - злят и раздражают. - мужчины тебя обидели, упали в твоих глазах. Я постараюсь исправить это.

Отпустил запястья. Девушка чувствует в них ту же боль, что и в шее, на которой после появились ужасные синяки. Вскидывает на него наполненные слезами глаза, предпринимая попытки что-то сказать.

- Что хочешь сказать? Ах, мы и так разболтались, - театрально прикладывая руку к груди, тут же продолжает: - значит, что меньше времени на прелюдия будет.

Не дожидаясь слов от Урио, мужчина опять переключил все внимание на ее тело и вскоре лиф отлетел в сторону. Девушка сразу же попыталась прикрыться, но ей не позволили этого сделать.

- Какой же ты все-таки мерзкий. - воцарилась абсолютная тишина. Игра в гляделки длилась до тех пор, пока ошарашенный такой резкостью Акихиро, не сжал ей грудь до скрипа зубов и жалобного пищания. - Д-даже сейчас. Мне больно, черт возьми! - прошлый трюк с замахом не удался: ногу поймали сразу же, будто мысли прочитали.

Пальцы с силой сжимали бедро, да такой, что с нежной кожи, синяки сойдут еще не скоро. Глаза налиты злостью, прожигающей даму насквозь.

- Что ты вытворяешь? - тон стал заметно грубее. Он всем видом пытается показать, что Урио выбрала неправильный путь. - У тебя точно все с головой в порядке?

Заплаканное лицо Мари преобразилось: губы растянулись в широкой, очаровательной улыбке, а искорки в глазах не перекрывала даже размазанная тушь.

- Почему ты улыбаешься? - сжимает бедра, оставляя после себя синяки. Глаза напротив будто бы высмеивали любое его действие, чем безразмерно бесили. - Тебе плевать? Ха-ха, ты такая развратная девица.

- Я просто даже представить не могу, что с тобой сделают за все то, что ты сделал мне, мудила. - непринужденно смеется, изгибая бровки.

Мужчина взбешен. Челюсть дрожит, руки тоже, а в голове несколько десятков поз, в которых он готов унижать девушку за самоуверенные речи.
Резко схватил ее еще за синеющую от предыдущего раза шею, не жалея, сжимая ее своими пальцами. Глаза девушки выпучены, но не от страха, а от насмешливого выражения лица, которое она состроила.

- Ох... а з-за это теб-бя убьют.

- Заткнись!

С размаху влепил ей пощечину, что сразу оставила на ее лице красный отпечаток. Дама громко хнычет, пытается прикоснуться к лицу, но боль иголками отдает.

С его стороны полный ступор. После такой эмоциональной бурды от Урио, мужчина не знает, что делать. Даже жаль ее стало, на мгновение. Не обращая внимания на слезы и выбрыки, ухватил обеими руками девичье лицо и приблизился вплотную, соприкасаясь с ее носиком. Установка зрительного контакта удалась не сразу: обиженная Мари все старалась отвести взгляд.

- Хватит ныть.

- Да что ты, - смотрит исподлобья, насмешливо изогнув брови и уголки губ. - после того, как ты мне влепил по лицу?

Что за извращенный метод кнута и пряника? Отчитывает его как мальца, а после сама расстегивает оставшиеся пуговички и ведет острым ноготком по торсу. Акихиро ошарашен. Задается вопросом: а кто из них сошел с ума?
Томно вздыхает, когда нахалка оставляет после себя борозды. Насильник и жертва поменялись местами.

- Урио, что... что...

Как своенравная кошка, которую довели глупые дети, расцарапала ему шею и грудь, пуская искры из глаз. Очередной замах Макото сумел перехватить, но вторую руку не успел: девчонка полоснула его по лицу.

- Урио, что ты творишь?!

С силой оттолкнул от себя и девушка с глухим звуком ударилась затылком о спинку койки, как назло тем местом, где было рассечение. Моментально появилась тошнота и головокружение, а картинка перед глазами начала мутнеть.
Со стороны это выглядит очень странно и одновременно страшно: полуголая девица с раскосыми глазами, вся в крови, тяжело дышит, захлебываясь слезами.

- Как же меня достал твой цирк! - Макото не верил игре школьницы: уж больно картонными казались всхлипы и гримасы, что она строила, хватаясь за голову. Он не задерживаясь на каком-то участке тела как раньше, прямой наводкой вел руку ей под юбку. - Да чего ломаешься, будто в первой все это.

И увидев смятение в девичьих глазах, улыбка не хотела сползать с его лица.

- Да ну нахрен, Урио, - пальцы свободной руки сжались на хрупкой шее. - ты меня радуешь и радуешь. Тогда я медлить не намерен!

Мари больше не могла отчаянно сопротивляться: больная голова не состоянии что-то обдумывать и предпринимать. Сквозь отвращение, несвязанное бормотание и размашистые жестикуляции, приходилось терпеть липкость его рук у себя между ног и на шее.

- Неужели твое счастье заключается в изнасиловании измученной школьницы? - с каждым словом тошнило все сильнее и Мари только и мечтала об окончании их операции, что бы отоспаться.

- Ты вроде не сопротивляешься. - смеется, но его напрягло резко сменившееся лицо Урио: она нахмурилась, но тут же начала улыбаться, как в последний раз. - Да у тебя реально крыша едет.

- Не сопротивляюсь? - дьявольская ухмылка пробила на дрожь до костей. Вцепилась в его руку на шее, впиваясь ногтями в кожу как можно сильнее. - А если начну? Словесно? Начну поливать тебя грязью, к примеру?

- Да что ты несешь?

- Самодовольный идиот с садистически-педофильным расстройством сексуального поведения, который помешан на запугивании школьниц до состояния, когда те готовы простить что угодно, лишь бы молчали о связи. Да такое ничтожно, как ты, недостойно и мысли пропустить об этих девочках!

Пощечина: раз, два, три. Он не прекращал осыпать ударами Мари, ведь та имела хлипкую защиту в виде скорещенных рук и дьявольского смеха, в перемешку с плачем.

- Да я тебя прямо здесь прикончу, идиотки кусок!

- Ой, слушай, я никогда не была... в медпункте элиты...

В проеме внезапно отворившейся двери, первой показалась Каяде, что заорала громче Урио в истерике, когда до нее дошло, что происходит. На крик подбежала остальная часть Е класса и Хирото был на передовой, как и небезызвестная парочка.

Его выражение лица описать сложно: в нем настолько бурлили эмоции, что лицо побагровело, а на глазах навернулись слезы.

- Ты что с ней сделал, урод! - никто не пытался остановить его: парень без препятствий проскочил к ошарашенному учителю, с размаху влепив тому кулаком по лицу.

Урио пыталась хоть как-то запахнуть рубашку, но руки не слушались, а от истерики ее прям выворачивало. Воздуха не хватало.

- А ну-ка блять отвернулись все! - девочки вытолкали за пределы медпункта всех парней, предварительно стащив с некоторых верхнюю одежду.

Хирото вцепился в растегнутый ворот рубашки Макото, и приложив некоторые усилия, выпнул того в коридор, закрывая двери.

- Девочка моя, Господи, как так-то. - первой к Мари подскочила Катаока, накрывая плечи толстовкой. Она в ужасе от внешнего вида бывшей одноклассницы: растрепанная, потекший макияж, вся в кровавых разводах, с синей шеей, с красным от ссадин лицом, с синяками на бедрах и подобием засосов по всему телу. Мегу боялась еще как-либо прикоснуться к ней: Мари выглядела крайне ненадежно.
Без каких-то слов, ее прижали к плечу. Одна рука поглаживала по спине, другая по голове, приглаживая распушенную укладку. Ее истерика прекратилась: как на кнопку нажали, когда поняла, кто ее обнимает и утешает. Удивление было сильнее того ужасного состояния, в которое ее вогнал Макото. Пусть и играла она достойно, пусть и была смелой и самодовольной, а внутри-то все дрожало.

- Урио, дура ты такая, постоянно вляпываешься в какое-то дерьмо, что б тебя! - блондинка выглядела расстроеной и обеспокоеной, тяжело сглатывает, а глаза наливаются слезами. На эту деталь из всех учениц, внимание обратила только Мари. Как так, девушка, что ее ненавидит и презирает, утешает, а не насмехается. - Пожалуйста, скажи мне, что он ничего не успел сделать. Пожалуйста...

- Н-не успел... - Накамура обняла еще сильнее, перебирая пальцами волосы. Ринка подняла лиф, что валялся где-то на полу и так же обняла Мари, только со спины.

Их примеру последовали все остальные и вскоре, вокруг Урио образовался кокон, защищающий ее от всего. На душе стало так тепло, как еще никогда не было и по щекам побежали тихие, горячие слезы.

- Не рыдай только, ты не виновата, ни в коем случае. - шепотом на ушко.

В коридоре стало стало очень шумно. Появились новые голоса, которые не были никому известны и серьезно настроенные девушки вышли посмотреть, что происходит, уже через пару секундо вбедав обратно и блокируя двери.

- Что там случилось? - даже у тихой и спокойной Хинано прорезались грубость и сила в голосе. Подойдя ближе и прислушавшись, удивленно обернулась к девочкам. - Ничего не понятно.

- Там и директор, и гребаные репортеры с камерами, и Хирото все еще бьет этого урода. - Кирара была еще очень мягка: не сдерживаясь, продыху между проклятиями не было.

- А баррикады зачем?

- Хинано, блять, не тупи! - чуть ли не рыча. - А если эти с камерой захотят сенсацию и побегут сюда жертву снимать? Думай голо..

На заднем фоне началась суета: все забегали, судорожно что-то искали и бесились, оттого, что не могли найти.

- Что стряслось? - все вновь подскочили к Мари, опустившей голову вниз.

- Кровь из носа, не знаем, чем остановить. - Кирара без лишних слов сняла наволочку, протягивая ее Урио, которая залила все ноги и кровать.

- Спасибо.

Сейчас все увидели эту девушку с другой стороны. Настолько непривычно им видеть Мари Урио слабой и беззащитной, рыдающей настолько горько, что всем от этого становилось больно.
На удивление кровь остановилось практически сразу же, как наволочка была прижата к носу и Урио с дрожащими руками надевала бюстгальтер.

- Э-эй, куда ты? - спешащую к выходу Мари остановила Рио: единственная, кто отошел от шока.

- Остановить Хирото, пока тот делов не натворил. - в голосе уже появился стержень. Ей чуточку, но лучше стало.

- Но там же камеры...

Урио махнула на это рукой, пытаясь отодвинуть тумбу, что словно приклеена к полу. Не могла Накамура наблюдать за бесполезными потугами больной девушки и помогла: тумба двинулись после пары легких толчков.
Надев поверх потрепанной школьной формы протянутую толстовку и не застегнув до конца молнию, та выбежала в коридор, чуть ли не падая на ослабленных ногах.

Бывшие одноклассники, репортеры, что пытались оттащить Хирото от Макото и Асано: все они разом уставились на Мари, как на бедствие, что нежданно пришло. Последний же стоял позади всех и осторожно осматривал ее с головы до ног, жмурясь, опустивши взгляд вниз. Он явно подумал не о том. Даже на расстоянии виден шок в его глазах и дрожащие губы.
Белый шум исчез из ее головы и отчетливо стали слышны ужасные звуки потасовки. Сосед, усевшись на торс Акихиро, вцепился тому в шею, безжалостно сдавливая.

- Хирото, ну прекрати, все, хватит! - хватая за руки и пытаясь оттащить парня от учителя, Мари только сделала хуже: пальцы стали сильнее сжимать глотку. - Ты убьешь его, дурак, хватит! - упала на колени. Как назло все вокруг либо боялись подойти, либо наслаждались терзаниями как мудака-учителя, так и девушки. - Маехера, приди в себя, черт возьми! - со всей имеющейся силы треснула парня по шее, отчего тот пошатнулся и расжал руки. Акихиро жадно, с хрипом, похожим на предссмертные мучения животного, хватал ртом воздух и кидал косые взгляды на Мари.

- Чертова девка! - приподнялся и то с трудом. По одному виду понятно, что сейчас каждая косточка его тела невыносимо ноет. Безумные глаза буравили дрожащую ученицу насквозь, желая убить. - Как же ты меня сейчас бесишь, убил бы!

Практически убитый секунду назад мужчина, резко вскочил в сторону Урио, протягивая руки к ее шее. Полагаться на свою реакцию в таком заторможенном состоянии весьма самонадеянно: если бы не такая же резвая блондинка - ее бы снова подвергли пытке.

В глазах вновь темнеет и кружится картинка: она близка к отключке. Последнее, что четко предстало перед ней - обеспокоенное лицо Маехеры.

***

Мне правда стало лучше. Я наконец-таки могу дышать чуть легче, чем обычно! Непривычная легкость на душе окрыляет меня. Я просто глупо улыбаюсь, смотря в потолок.
Пускай тело болит, пускай мое лицо горит огнем, мне так хорошо, что эта история закончилась.

Перебороть ломоту в теле удалось и спустя пару рваных шагов я сижу на пуфе у туалетного столика. Смотрю на себя и вздыхаю: опухшая, помятая, с синей шеей, благо хоть от пощечин лишь покраснения. Я не могу выйти в таком виде к гостям, нет. Нужно хотя бы реснички накрасить.

Вообще, наш план был немного нарушен, как минимум по нескольким пунктам: во-первых, с Е классом должен был придти еще и А, для большей массовости что б их, а во-вторых, признаю - я немного перестаралась. Я же обещала, что ничего серьезного не случится, обещала, а по итогу не просто дала себя облапать, но и побить. Умолчу о том, что этот урод почти вошел в меня пальцами. Не думаю, что у моих мужчин будет нейтральная реакция.
А еще, признаю, с головой у меня непорядок. В ней конкретный беспорядок! Я боюсь саму себя, разве это нормально? То я плачу и забиваюсь в угол, как чертова мышь, то веду себя рискованней и хитрей, лучше любой демоницы. Мои эмоции скакали то вверх, то вниз, да так резко. Что это и почему проявляется у меня? Хотя... чего я спрашиваю, чего удивляюсь? Столько всего навалилось, что жуть.

Благо дверь не подвела: поковыряли ее изнутри знатно.

- Ну... явно лучше, чем было. - одной тушью не обошлась: как смогла замазала покраснения, прокрасила брови, выделила глаза - тушь, стрелки, все как полагается, накрасила губы. Личико сразу стало выглядеть свежее.

Приодеться явно не помешает: когда меня привезли в полусознательном состоянии, мне хватило сил лишь на душ и нацепить отцовскую футболку.
В квартире не жарко, да и шорты я не надену: синяки на бедрах вышли реально большими. Лишний раз не стоит показывать их. Широкие спортивные серые штаны и кофта с длинным рукавом на молнии того же цвета. Все, что бы не демонстрировать ужас. Только шея была видна.

Духи в заключение и обув тапочки, тихо вышла из своей комнаты. На кухне шум, который каждый пытается минимизировать: кто говорит шепотом, кто затыкает рот другому. По голосам непонятно, но в гостях точно есть Гакухо. Странно... очень.

Так, Урио, хватит шататься! Вновь встревожишь их всех. Ты и так не объяснилась им, что произошло, а тут опять на жалость давить будешь.

Я собрала все силы в кулак и выпрямилась.

На кухне за столом была странная атмосфера, даже отсюда чувствуется странное напряжение: семейство Маехера и директор сидят нахмурившись, а Хирото будто бы что-то им объясняет. Выглядит так, словно мамочка отчитывает шаловливых детишек.

- Всем доброго вечера, - пять пар глаз сразу же уставились на меня. Хах, аж неловко. - что случилось? Почему так резко затихли?

Хирото ломанулся ко мне, практически снося с ног - благо объятия были крепкими и удержали меня. Чувствую тепло и радость, исходящие от него. Объятия, как в последний раз, правда, настольные сильно он сжимает меня.
Хотя, поменяйся мы с ним местами, я была бы еще более эмоциональной и несдержанной: еще случайно придушила бы.

- Дура, ты самая настоящая дура, - поглаживая по спине, в какой-то момент вцепившись. Правильно, проклинай меня, может хоть так задумаюсь о цене своей жизни. Твои нравоучения всегда сильнее бьют. Потому что реже от тебя их слышу. - я больше никогда не поверю и не поведусь на твои самоуверенные речи.

- Я признаю, что дура, которая слишком много на себя взяла. - глажу по макушке, что бы успокоить. - Простите, что вновь заставила вас всех переживать. Это могло испортить наш план. - даже поклонилась.

И вправду - дура. Самая настоящая и неповторимая. Кто же может быть глупее и наивнее меня? Заставила всех поверить в свои силы, а по итогу чуть по-настоящему жертвой изнасилования не стала.

- Урио, просто сядь. Хоть ты и пострадала, потому что дура, отхватила ты сильно. Садись. - ох, Асано, черт ты. Самый настоящий. Даже злиться на тебя не хочу, а может и не могу, кто знает. За "дуру" он в меня получит, когда будем наедине.
Хирото довел и усадил меня за стол. Видно, пока я отсыпалась, в курс дела ввели оставшихся сиблингов: их лица были мрачными, но в то же время говорящими о том, как они сажалеют. До этого мы пытались создать план по устранению Оуэна и вот, время его исполнять. Думаю, им рассказали для того, что бы избежать неловких моментов.

- Завтра мы избавимся от Оуэна, - начал Гакухо, разминая плечи. Видно сидели порядком, дожидаясь меня. Джентльмены. - конечно, если успеем обсудить план все вместе. Что за дурацкая привычка опаздывать?

- Директор, спокойнее, - сосед ставит перед моим носом кружку уже готового кофе. Да он читает мои мысли! Это так здорово. - вы сами устроили ему непредвиденный квест.

- Вы об Акабане?

- И о ком-то.

Странно. Больше же никого не было в нашем обществе проблемных людишек или же мне напросто отшибло память? Я в замешательстве.

- Хиро, ты запутал Мари! - воскликнула Томика, пододвигая ко мне чашу со вкусности. Мой взгляд бегает с брата на сестру, ожидая хоть каких-либо объяснений. - Эти гении решили внести в наш план немного иронии и издевки. У нас намечается гендерная интрига.

- Чего? - ничего не понимаю. К чему эта ирония, эта интрига. А главное кто и зачем это исполняет? Это коллективный сговор против ничего непонимающей меня?

Их непрекращающийся гулдеж заткнул звонок в дверь. Мелкая сразу же подорвалась из-за стола.

- О, это точно они пришли!

Да кто блять "они"?!

- Твое лицо просто прекрасно. - ах смешно этой красноволосой гадине. - Ой-ой, она меня сейчас прикончит!

- Аоки, не испытывай судьбу, - отшучивается ее брат, не скрывая усмешки. И смотря на него сама не могу удержаться, что бы не улыбнуться. - ох, а эта улыбка может быть опасной.

Опасной... эта улыбка опасна, но не для тебя. Я не знаю, что между нами должно произойти, что бы я скалилась на тебя, как делала это на Акихиро, что б он скис. Мне совесть не позволит этого.
Гул с коридора приближался и вскоре в кухню вошли двое, довольно несочетаемые личности: Акабане и Нагиса. Если с первым я еще согласна, то насчет второго не уверена: если мне не изменяет память, то он никаким боком ни к одному из наших дел не причастен. Господи, до сих пор что ли не отошла!

- Эм... постарайтесь мне это объяснить...

***

Стрелки часов перевалили за полночь, а соседи все еще не легли. Им было что обсудить с глазу на глаз.

Хирото наконец-таки смог за весь день по-нормальному, по-душевному, обнять Мари, проронив слезу. Общество, в котором они находились днем, не должно видеть его слабость: одно дело родственники, сестры, что должны видеть в нем защитника, но другое дело одноклассники и чертов Асано, которым лишь бы постебаться.
Мари так же смогла выдохнуть и окончательно расслабиться.

- За наш успех!

- Вздрогнем!

На брудершафт, залпом, осушили по бокалу вина, что принес им Гакухо.

"Для смелости. И для празднования сегодняшней победы."

Да, уже вчерашние разборки, стали большим шагом к всеобщей победе над проблемами Мари.

- Давай еще по бокальчику и спать? -  ей даже спрашивать не надо было: Хирото и сам начал тянуться к бутылке, прокручивая те же слова в голове.
Наблюдая, как парень разливает по стаканам пойло, девчонку вновь затянуло глубоко в свои мысли.

"Девочки дали показания, с меня "сняли" побои, а камеры репортеров запечатлили всю эту жуть в коридоре. Страшно включать телевизор, хоть я и знаю, что нас не просто заблюрили, а прикрыли темными квадратами. Все же нас с заблюренным лицом по волосам узнают.
С влиянием Гакухо он начнет отбывать срок уже завтра. Надеюсь ему вынесут наиболее суровый приговор, такой, что б с десяток лет изолировать его от общества. Было бы славно, что бы и на принудительное лечение отправили.

Этот урод сам назвал имена своих жертв, не раскаиваясь. По словам Асано, он утверждает, что мы не против связи с ним. Ахуеть, как не против: а с синяками и в кровищи я была от трепетных чувств к нему. Ну и упустим тот факт, что в каких-то моментах я его специально провоцировала, для большей правдивости. Дура.
Кошки на душе скребутся. Неспокойно. Все оттого, что мы с Гакухо стали реже видеться и быть наедине. А если и встречаемся, то я не в состоянии даже диалог вести. Мне кажется, между нами образуется напряжение. Его раздражает моя проблемность. За все это я должна его как-то поблагодарить. Но как?.."

- Мари, - легким толчком вернул соседку с небес на землю. - опять задумалась. - усмехнулся, но как-то грустно.

- Да, прости, все никак сосредоточиться не могу.

- Забей, я все понимаю. Ты распутала один узелок из целого мотка, это конечно же нагоняет на некоторые мысли. Но нужно лечь спать. Утром уже распутывать следующий.

- Как всегда прав.

Хирото видит, как ее развязло. Пусть она спокойна и не заикается, но трясущиеся руки и полузакрытые глаза обо всем говорят прямо. Ничего удивительного, что уставшему и изнеможденному организму хватило совсем немного алкоголя, что бы опьянеть.

- Знаешь, я так хочу свободы, - начала, опустив глаза в пол. Пальцы то и дело сжимают бокал, вот-вот и лопнут его. - не париться, не думать, что говорить и делать. Но какая у меня может быть свобода, если выходя на улицу я нахожу новые проблемы?

Хирото не находит слов для должного ответа. Все что крутится в голове - жалость к девчонке, которую она на дух не переносит. А слова поддержки, повторяемые из разу в раз, уже звучат бредово.
Поэтому оставалось одно: слушать.

- И я бы так хотела тебе высказаться, но боюсь, что случайно сболтну лишнего. - все щюрилась и кусала губы, продолжая смотреть вникуда. Ноготками отбивала ритм по столу, иногда делая видимость, что царапает его. Нервишки шалят. - Меня гложет чувство вины за то, что много вру тебе, - подняла на него заплаканные глаза, настолько печальные, что можно было утонуть. Парень не понимал о чем она и с чего вдруг завела такой разговор, но интерес в нем разгорелся не на шутку. - а боюсь сболтнуть, потому что ты можешь во мне разочароваться.

- Урио, я сейчас не пытаюсь заставить тебя раскрыть все секреты, я просто хочу сказать, что ты ни за что не упадешь в моих глазах. Не важно что у тебя за скелеты в шкафу.

Синхронно улыбаются, пересекаясь взглядами. Она и вправду от бокала в хлам, но очень культурный хлам. Еще ничего и никого не побила, не кричит и не рвет на себе волосы от истерики.

- Тебе нужно выспаться. Пошли.

Маехера помог девушке подняться и приобнимая за плечи, вел в комнату.  Он понимал, что на утро она не вспомнит, какой бред несла и что он чуть не стал ей роковым в общении с парнем.

***

- Мужик, да ты идиот.

Дамочка, что так нахально восседала на его торсе, опять водит пальцами по груди, рисуя незамысловатые узоры и в какой-то момент ее руку перехватили.

- Не делай так. Еще поцарапаешь.

Закатила глаза, рывком вырвав из хватки свою ладонь. Недовольству не было предела.

- Если так печешься, что бы не спалили, то просто перестань изменять, - поправляя атласный халатик, дамочка не упускала возможности с осуждением осмотреть мужчину. - вы же уже вместе. Просто возьми ее, раз сам говоришь, что она не против.

- Я что тебе говорил? - приподнялся на локтях, уставившись на брюнетку с усмешкой. - Что это не та девушка, которую можно просто взять.

- Да-да, потому что малолетка...

- И вообще, твое счастье, - выдержал паузу, что бы осушить бокал виски. - скоро тебе предстоит много работы.

Нескрываемым интересом загорелись ее глаза. Да и мужчина на веселе.

- И что же так? Опять нервотрепка на работе предстоит? - спустилась ниже и теперь сидит прямиком у него между ног, все не отрывая рук от торса. Видно, что ее это чертовски заводит.

- Можно и так сказать. - закатывает глаза от удовольствия, когда дамочка  начинает елозить задницей.

- Не проще ли тогда жениться на мне? - целует его в шею, с легким укусом, что бы не оставить засоса. Знает же, как он беспокоится об этом. - Как посмотрю, у нас с тобой больше страсти и близости.

- Даже не мечтай, идиотка.

***

8047 слов.