Поклонник.

Обещай мне думать о нас, о том, как было прекрасно.

Обещай мне думать о нас, так же ярко и красочно.

Обещай мне оглянуться назад, на то время, когда ты наслаждался жизнью. ©.

Джош натурально не верил глазам. Тайлер пьян? Где-то что-то однозначно сдохло. Тайлер даже не сквернословит. А тут алкоголь? Да ладно?

— Ты что творишь? — поинтересовался Дан, запирая дверь своей спальни и с вызовом смотря на парня.

— Осваиваю барабаны! — широкая улыбка Тайлера делала его похожим на щенка. Весёлого пушистого щеночка. Тут он снова начал хаотично бить по тарелкам, и Джош закрыл уши.

— Перестань сейчас же! — рявкнул он, подходя к Тайлеру и делая попытку отнять у того палочки. Но Джозеф подскочил и задрал руки вверх, думая, что-то, что он на несколько сантиметров выше Джоша, ему поможет. Рукава синей кофты скользнули вниз, и Джош мимоходом оглядел запястья Тайлера.

Чисто. Он отнял барабанные палочки и бросил их на кровать. Тайлер надулся.

— Ты в моей толстовке, — заметил Джош, пряча непрошенную улыбку.

— Вообще-то я пришёл вернуть её! — проговорил Тайлер, падая на кровать Джоша и начиная что-то распевать. — Но передумал. Оставлю себе. Люблю, знаешь ли, синий цвет.

— И где ты так надрался? — подозрительно спросил Джош, прищуривая глаза.

— Я был в баре, Джошуа, — важно сообщил Тайлер. — Там продают алкоголь. Слыхал о таком?

— И с кем ты туда ходил? — как бы между прочим задал вопрос Джош, гадая, чем окончится сегодняшний вечер. Имело смысл делать ставки на предумышленное убийство.

— С Ником! — Тайлер сказал это как-то вальяжно, а Джош хрустнул шеей. Убийство-то будет с особой жестокостью. Кто ж знал.

— Та-а-ак… — протянул Дан.

— Между прочим, меня в баре узнал бармен! Он был на нашем выступлении. И он спросил о тебе…

Джош уселся на пол, подперев собой дверь. Разговор принимал интересный оборот.

— А я сказал, что ты теперь не часть группы. Я отвечал ему, а эти слова раздирали мне глотку.

Тайлер умолк.

— Мы с тобой пару недель не вместе, а ты уже начал по барам шататься… — печально проговорил Джош. Ему было неприятно. Серьёзно, какого чёрта? Что будет дальше? Такими темпами Тайлер скоро вообще наделает глупостей. Нет, Джош понимал, что не ему упрекать Джозефа в безрассудстве. Но это же Тайлер, вашу мать. Он не должен так себя вести.

— Семнадцать.

— Что семнадцать? — не понял Джош. В комнату постепенно вползал полумрак, и фигура Тайлера, распластанная на его кровати, казалась всё более расплывчатой. Джошу приходилось щуриться, чтобы разглядеть его.

— Мы не вместе семнадцать дней… — тихо сказал Тайлер. Джош был подслеповат, но глухим он не был. И щемящую тоску в голосе Тайлера расслышал без труда. — Ты действительно солнце, — Тайлер не переставал говорить. — Знаешь, почему?

Джош не ответил. Он просто слушал. Он так соскучился по его голосу. Пусть даже он был немного исковеркан незнакомыми прежде пьяными нотками. Но это его голос.

— Я везде вижу твою желтую макушку. Вот ты идешь по школьному коридору. Вот нежно улыбаешься Джордану. Вот застываешь у своего шкафчика, о чём-то думая. Ты — солнце. Люди не могут смотреть на солнце, Джош. Оно слепит глаза. Но они всё равно задирают голову к небу. Отчаянно щурясь. Я тоже не могу смотреть на тебя. Слишком больно. Но перестать не могу. Преследую тебя взглядом, как какой-то сумасшедший сталкер. Судорожно считываю эмоции на твоем лице. Может, на нём промелькнет тоска? Ну, может, хотя бы в этот раз я увижу, что он скучает по мне? Что я нужен ему? Но ты проходишь мимо. Оставляя меня слепым и разбитым.

Казалось, Джош перестал дышать. Он жадно ловил каждое слово.

— Тебя нет. Тебя словно отняли. Оторвали от меня. Разлучили меня с тобой, чтобы проверить, сломаюсь ли я. Словно у небес какой-то эксперимент. Они снова и снова проверяют нас на прочность. Я не знаю, кого мне ещё винить, Джош. Я дошёл до того, что проклинаю высшие силы. Я пьян? Я схожу с ума? Плевать! Я сажусь за фортепиано и начинаю петь о слабой надежде. Надежде на то, что я не единственный свой друг. Я беру укулеле и пою о том, что я научился убивать свои мечты. Ты снишься мне. Каждый. Божий День. Одиноким и отчаявшимся. Я бегу к тебе, но не могу догнать. Ты растворяешься в темноте. В непроглядной тьме.

Джош остолбенел. Ему такое тоже снилось однажды. Он бежал на зов Тайлера, но не смог найти его. Повсюду было темно, хоть глаз выколи. Да что же это такое? Что за нить их связала, если у них одинаковые сны?

Внезапно Тайлер запел:

— Почему бы тебе не начать посещать сны других людей?

Почему бы тебе не поселиться в мыслях кого-то ещё?

Разве ты не достаточно отнял у меня всего?

Почему бы тебе не терзать по ночам кого-то ещё?

Джош ощутил глухую, беспросветную тоску. Он терзал Тайлера. Он причинял ему боль. Разве любящий человек так поступает? Но ведь Тайлер сам к нему пришёл. Это что-то значит? Был только один способ узнать.

— Почему? — прямо спросил он. — Почему ты пришёл ко мне, Тайлер?

Джозеф перевернулся на бок и, подперев подбородок ладонью, устремил на Джоша взгляд измученных глаз:

— Потому что я не хочу идти ни к кому другому.

Джош закрыл глаза. Он прислонился к двери, мечтая, чтобы всё немедленно, прямо сейчас, сию секунду стало нормальным. Тайлер чего-то ждал. А Джош словно онемел. Ему казалось, что любое произнесённое слово может порушить эту, возникшую на миг, иллюзию нормальности. Тайлер снова откинулся на подушки.

— Ты бы сделал это? — его голос подрагивал. Хмель с него слетал, оставляя вместо себя лишь грусть.

Джош вопросительно приподнял брови. Но Тайлер, словно почувствовав это, тут же уточнил:

— Ударил бы меня?

— Нет.

Теперь тишина длилась чуть дольше.

— Сколько ты выпил? — спросил Джош.

— Пару. Стаканов. Или бутылок.

— Тайлер… — предупреждающе начал Дан, лязгнув зубами, но оборвал себя. Его взбесило не то, что Тайлер выпил. Или пошёл в бар. А то, что он пошёл с Ником. Если честно, то желание Тайлера нажраться Джош осуждать не мог. С их жизнью не то, что пить, колоться начнёшь.

— М-м-м? — как-то нараспев произнёс Тайлер, и в душе Джоша потеплело.

— Ты и Ник… Вам не следует шляться по барам! ТЕБЕ не следует шляться по барам! Не с твоей хрупкой фигуркой, нежным голосом и оленьими глазами! Не то чтобы я пытался указывать тебе, я понимаю, что больше не имею права тебе что-то запрещать. Я не твой парень, к тому же…

— Джош?

— Да? — Дан сам задохнулся от своего монолога. Он почему-то начал жутко нервничать.

— Заткнись, — велел Тайлер, утыкаясь лицом в подушку и зачем-то обнюхивая её. — У Ника есть любимая девушка. Они вместе уже пару лет.

— Оу… — Джош смутился и почувствовал, что краснеет. — Тайлер, что ты делаешь?

— Твоя подушка пахнет твоим одеколоном и на ней жёлтый волос, — доверительно сообщил Джозеф.

Джош растерялся. Он уже подумал, что Тайлер протрезвел, как тот начал нюхать его вещи. На трезвую голову такими вещами не займёшься, это точно.

— А ещё я ужасно играю на барабанах, — ляпнул Тайлер.

— Это точно, — улыбнулся Джош, — ты даже Лану напугал своими музыкальными потугами.

— Я пытался ей спеть, а она убежала, — обиженно проговорил Джозеф, обхватывая несчастную подушку обеими руками и подкидывая её высоко вверх.

— Ты начал играть на фортепиано? — Джош слепо щурился, но темнота полностью поглотила силуэт Тайлера. — Ты что-то сказал про фортепиано. Я помню.

— У меня много свободного времени, — кратко ответил Тайлер, ловя подушку в очередной раз. — Меня бросил любимый человек. Это, кстати, неприятно.

— Каков подлец, — Джош не скрывал улыбки, зная, что Тайлер всё равно его не видит.

— И не говори, — вздохнул парень.

И тут же в Джоша прилетела барабанная палочка, ударив его ровнехонько в плечо.

— Какого чёрта, Тайлер? — воскликнул Джош, потирая место ушиба. — И как только не промахнулся в темноте, — буркнул он.

— Я баскетболист, Джошуа, — нахально сказал Тайлер. Его голос сочился ехидством.

— Я не промахиваюсь. А палочкой ты получил за дело.

— И за какое же?

— Не успел снег припорошить следы от колёс моей машины, как ты уже лизался с другим парнем.

Джош захлопнул рот. Началось.

— Фрэнк был взбешён. Он реально запал на Джерарда. А ты ему планы порушил, — тон Тайлера становился всё более воинственным. Джош поёжился и начал с опаской ожидать прилёта второй палочки. — Но знаешь, кто был взбешён сильнее Фрэнка? — металл в голосе Тайлера резко понизил комнатную температуру. Или Джошу показалось?

— Один симпатичный парень, классно играющий на укулеле? — робко спросил Дан, на всякий случай прикрывая лицо ладонью.

— Моя тёмная сторона почти взяла верх, когда я это услышал. Я ожидал боли, но почувствовал такую ярость, что сам испугался. Словно огромный красноглазый зверь в моей груди рычал, бил лапами и требовал разорвать ко всем чертям и тебя, и его.

— Ничего себе… — Джош изумлённо смотрел в сторону постели. — У тебя есть тёмная сторона?

— Оказывается, есть, — прошептал Тайлер.

— Твоя ревность такая… сладкая, — усмехнулся Джош. — Я солгу, если скажу, что мне не лестно это слышать.

— Не надо так, — серьёзность в тоне Тайлера мгновенно насторожила Джоша. — Не надо испытывать моё терпение, Джош, пожалуйста.

— Или твой красноглазый зверь меня съест? — Джош попытался шуткой разрядить обстановку. Разговор был странный. Реально странный. Но почему-то Дан знал, что ему этот зверь вреда не причинит. Тайлер ему не позволит.

— Ему не нравится это. Ему не нравится, когда ты целуешь… не меня.

— Я не хотел этого, Джерард был так…

— Я в курсе, — несколько прохладно перебил Тайлер. Спустя секунду он изящно поднялся с постели и остановился напротив Джоша. — Он написал мне огромное сообщение с объяснениями сегодня. Я знаю, что ты его оттолкнул. Признаться, другого варианта я и не рассматривал. Но дыра в груди осталась. Залатать я её не сумел, поэтому решил залить спиртом.

— Помогло?

— Нет, — Тайлер сел рядом. Он глубоко вздохнул, а потом прошептал: — Алкоголь — такая ерунда. Больше пить я не буду. Без толку. А подсесть легко.

Джош улыбался в темноте. Минуты бежали вперёд, а два парня сидели, прислонившись к двери, думая о своём. Но что-то было не так. Тайлер сидел рядом, а в воздухе всё ещё было напряжение. Джош не понимал, с чем оно связано. Спокойное дыхание Тайлера было таким родным. То, что он сидел так близко, было так правильно, вот только… И тут Джош понял. Тайлер его не касался. Вообще. Он находился близко, но ни их одежда, ни их кожа не соприкоснулись. Ни разу.

Джош выдохнул. Он сам ему это запретил. Он закрыл глаза и взял Тайлера за руку. Около минуты ладонь Джозефа вяло лежала в руке Джоша, а потом тот резко сжал его пальцы. Они сидели в полной темноте. И ощущали, как в душе разливается покой. Потому что иногда только это и надо. Посидеть в тишине с кем-то, крепко держащим тебя за руку, и позволить ему влить в тебя свои жизненные силы. Два парня, что находились сейчас в этой комнате, не были самыми счастливыми влюблёнными на этой планете. Но они точно знали, что мир всё ещё не рухнул, а значит, им есть, за что сражаться. И эти двое были готовы к битве. Эти двое обрели столь необходимый покой, найдя его друг в друге, в переплетённых пальцах, в еле заметном придыхании.

Двое на миллион.